Семья Глубинного Гнезда

      Приношу из телеги, чтобы потом не забылось.       Ну, я прям не скрываю того факта, что мой Белый Король имеет некие общие черты с Бледным Королём. Потому что я вдохновляюсь игрой (и очень хочу посмотреть на человека, который вообще никогда в жизни не вдохновился чем-то не своим).       Маска — это мой реверанс самой себе. Я предположила, что если в лоре игры есть некие Высшие Существа, то у них может быть какой-то особенный цикл жизни и собственные приколы.       А я очень не люблю истории из разряда «персонаж пришёл в новую вселенную и там их нагнул просто потому, что они крестьяне, а он БОГ», и чем путешествующее существо сильнее, тем больше у него должно быть ограничений.       Условно — пришёл в гости — обязан соблюдать правила хозяина жилья. Хозяин Королевства — Бледный Король и он же Черв, значит, иные Высшие Существа либо будут пытаться объявить ему войну (как Лучезарность), либо соблюдать установленные правила и не вякать.       (Если брать другие мои истории, то везде у путешествующих по мирам крылатых есть своды правил, которые нужно соблюдать.)       Из этого так же закономерно выходит действие пасхалочного жука (ой, ладно, буду честной — Белого Короля, ака Лилиума), что он, пусть и по неизвестной причине потерял временно часть себя, соблюдает правила хозяина.       После Черва главным технически становится Сосуд, как его старший и самый взрослый-сильный сын.       Дальше. Фраза «форма накладывает ограничения» действует на всех моих персонажей. Крылатый не может прожить на тысячу калорий в день, Дарелин не в состоянии бросить детей, лилимы не могут умереть от алкоголя (но изобразить — вполне).       И если Высшее Существо оказалось в другом, чуждом для себя королевстве и не хочет прямого столкновения — даже оно обязано играть по правилам.       И когда в истории Херра находит жука, он ранен в голову и пусть не умирает, но истекает кровью. Из-за травмы его память могла пострадать, а форма ограничивает способности.       Когда же Херра поит Сосуд кровью пасхалочного жука, в силу вступают именно эти правила, которые должны соблюдать все.       И при этом чем создание сильнее и могущественней — тем больше стрелочка сдвигается от «просто изображай, что играешь по правилам» до «либо ты это делаешь, либо ты прекращаешь существование». (К слову, некое влияние имеет также нахождение на своей либо чужой территории и намерения гостя.)       То есть буквально — пока лилимы маленькие и слабые, они могут правилами пренебрегать и использовать их как советы. В то время как тот же Легион, Лилиум и Сова — уже не могут рыпнуться без последствий.       Жук нянчит детей и едва не лишается своей головы из-за чужого ребёнка = он не может не исполнить волю другого ребёнка, в котором теперь есть его кровь и сила.       Такая забавная головоломка, где у пасхалочного жука не было другого выбора. Он не слабее Черва, но не может быть сильнее его (ибо для таких существ свои правила), и пока в гостях — обязан соблюдать условия. Можно не соблюдать, но тогда это объявление войны, и совершенно не того уровня, чтобы кто-то уцелел.       Эти же Высшие Существа, а-ля те же самые боги у крылатых, подчиняются этим законам. Что-то вроде закона сохранения баланса в мирах, и боги зачастую стараются в чужих мирах не следить и заявленный порядок вещей не менять.       Чем ты сильнее — тем больше у тебя ответственности и тем сильнее ты скован правилами и законами.       И тут буквально — сын бога, который был взращён этим богом, желает, чтобы отец жил дальше. Потому что он любит отца и согласен пережить всё ещё раз, и ещё, и ещё — столько, сколько придётся. Сын желает быть таким, каким его хочет видеть отец. И при этом у этого сына есть «ключ» — та самая кровь, которую его заставили выпить.       У постороннего Высшего Существа, что находится в этом мире, при всех вводных есть выбор — либо подчиниться и делать, либо война и низвержение.       (К слову, при таких размышлениях становится аккурат понятно, что Лучезарность, раз не помогла (хотя её буквально запечатали в теле Сосуда) — то получит низвержение.)