Заседание вне камер

20хх. Тасмаина был очень взволнован, ведь это его первый раз когда он выезжает за границу с официальным визитом как единое государство. Конечной точкой его пути должна было стать стала резиденция Асамакистана в саду независимости где-то под Фильфадией. ‎Выходить из лимузина, с помещения где работал кондиционер на асамакскую жару было неприятно но ожидающий его хозяин резиденции убедил его поторопиться. По обе стороны красной дорожки столпились тучи журналистов, телеведущих, операторов и прочих, так что шума там было достаточно. ‎На крыльце стоял улыбчивый Асамакистанец. Как-то слишком улыбчивый, ведь и до распада тасмаинской страны они не особо ладили, но тасмаинец не придал этому особого значения. ‎Гость поднялся на крыльцо, вспышка камеры. Страны пожали друг другу руки, что также сопровождалось кавалькадой вспышек. ‎Темой встречи стало международное сотрудничество между СОТР и АР. ‎Первое время страны давали интервью журналистам, отвечали на интересующие их вопросы. Вторая часть саммита должна была пройти в закрытом режиме вне камер. Когда это время настало то Тасмаина и Асамакистан уединились в роскошной как и вся резиденция комнате переговоров. В ней стоял стол, два кресла и камин посередине. ‎— Мне не хватит слов, настолько я признателен вам за то что вы приняли моё приглашение. — пугающе широкая улыбка не сходила с лица хозяина резиденции, что начинало Тасмаину немного напрягать. ‎— Не стоит, Асамакистанская республика, я как новоприбывшая страна не откажусь от желающих сотрудничать партнёров, — произнёс Тасмаина, не сводя глаз со стен комнаты, уж очень они были красивые. Тасмаина подошёл к столу и присел на одно из кресел. ‎— Нет, нет, уважаемый, — возразил асамак под непонимание Тасмаины, — наши переговоры пройдут не тут. Следуйте за мной. ‎Асамак пошёл в левый угол и отдернул полотно со стены открыл тайный вход в соседнюю комнату. Это оказалась спальня с задёрнутыми шторами, так что в ней было темно. Как только они зашли туда, Тасмаину кто-то схватил за руки и силком под акопонемент вопросов и криков Тасмаины потащил к застеленной кровати, начиная его к ней прижимать в виде распластанной звезды. Вторая фигура, видимо начала привязывать его конечности к углам кровати. Когда они закончили и включили свет, Тасмаина не мог поверить своим глазам . ‎— Нессерат!? Асамакистан!? что всё это значит!? ‎— Прекрати пожалуйста орать. Мы не станем причинять тебе вред, наверное, — произнёс Нессерат, складывая руки за спиной. ‎— Что вы задумали? — Тасмаина был не на шутку напуган. Он пытался выбраться, но узлы были слишком крепкие, да и верёвка царапала нежную кожу его запястий. ‎— Я объясню. Осколки первой тасмаинской республики могли бы стать идеальными сырьевыми сателлитами, — нахмурившись сказал Асамакистан, — но всё рухнуло из-за тебя, потому что ты вдолбил в головы этим аборигенам единство под твоим началом. Мы заставим тебя заплатить за нашу упущенную возможность обогатиться. ‎— Ты пригласил меня сюда только ради этого? Ты же хотел партнёрства. — на глаза привязанной страны навернулись слёзы. ‎— А как ещё заманить только что созданное правительство? Только иллюзией содружества, — сказавший это нессертатец отошёл к комоду под завешаным окном и открыл верхний ящик. ‎— Есть ещё что сказать, Тасмаина? — Нессерат достал из комода черный ремешок с шариком. ‎Тасмаинец не нашёл слов, чтобы описать свою обиду и отчаяние. Поэтому он умоляюще посмотрел на нависающих над ним людей и отвернулся, положив голову на плечо и закрыв глаза. Искренняя вера в то сотрудничество между СОТР и АР раскололась аки хрустальный кубок. ‎— Эгоисты, — произнёс Тасмаина. Как назло ещё и на тасмаинском языке. ‎— Что? — обе страны не поняли и обернулись на привязанного. ‎— Я сказал эгоисты вы! Оба два! Решили нажиться на разобщеном народе! Ниже поступка придумать невозможно! Собрав их воедино я дал им крышу от ваших эгоистичных желаний! Только и всего! ‎— Я чего-то не понял, ты тут права решил качать, или как? — Слегка рассерженный такой дерзостью Нессерат схватил кляп. ‎— Подожди, — остановил его асамак, — мне интересно чего он ещё выкинет. ‎— Ждать вам придётся немного дольше чем вы хотите, ибо что я развлекать вас, шакалов, не намерен, — произнёс Тасмаина, откидывая волосы от лица. ‎— д' сука...! Ещё раз и я.... ‎— Вам ничего не мешало стричь бабло с бедного народа, что вам сейчас мешает начать делать то, что вы задумали!? ‎Нессерат незаметно подкрался к лежащей стране и схватил его за голову одной рукой, а другой принялся всовывать шарик кляпа ему в рот. Тасмаина не сильно сопротивлялся. ‎— Так то лучше. Твой надменный тон меня выбешивал. — нессертатец отошёл и встал напротив тасмаинца, любуясь своей работой. ‎— давай принеси остальные вещи, — сказал асамак и Нессерат ушёл из комнаты. ‎Асамак залез на кровать и начал расстёгивать его одежду. ‎— на встречи вообще-то нужно приезжать в деловом стиле, ты что не знал? — асамак произнёс это осудительно и насмешливо одновременно, вгоняя в ступор Тасмаину ещё больше. ‎Заметив пронзительный взгляд Тасмаины, Асамакистан спросил? ‎— Чего тебе? кляп что-ли снять? ‎Тасмаина охотно закивал. ‎— я не могу это сделать, пока не удостоверюсь что ты не будешь поливать нас грязью. ‎Когда асамак расстегнул и пиджак и рубашку Тасмаины вернулся Нессерат с  коробкой. ‎— Отлично. С чего начнём? ‎— Начинают с простого, — Нессерат покопался в этой коробке и вытащил несколько тонких иголок. увидев это, Тасмаина приглушённо вскрикнул и усерднее начал дёргать руками. ‎— Не бойся, они продезинфицированы, —  этот факт Тасмаину никак не успокоил. ‎Нессерат подошёл к привязанному и поднёс острый предмет к оголённой груди тасмаинца. ‎— Не дёргайся пожалуйста а то сломается. ‎Игла была уже в опасной близости от кожи и вонзилась под углом в нижнюю часть груди. Тасмаинец зашипел сквозь кляп и слёзы вновь залили его лицо. ‎Прошло 17 минут и в Тасмаине оказалось 20 игл, а сам тасмаинец был уже в каком-то ступоре от боли и обиды и молча плакал. За все это время никто из стран не обронил ни слова. ‎— Мы с Нессератом не признаём твоё новое правительство, что даёт нам некую безнаказанность, — продолжил Асамакистан роясь в коробке, — Для нас тебя не существует, если коротко, — коварно улыбнувшись асамак достал булавку из коробки и раскрыл её. ‎Тасмаина вопросительно посмотрел на него мыльными от слёз глазами. ‎— Я тут подумал, — начал Асамакистанская республика, — тебе не помешают украшения. сейчас все так делают. ‎Асамакистан забрался на кровать и подполз к тасмаинцу. Взяв пальцами одну из игл от пошатал из внутри Тасмаины, чем вызвал тихий скулёж СОТР. Поднеся булавку с боку от лица Тасмаины он отодвинул пряди волос и схватил мочку уха. Тасмаина был в ужасе. ‎— Ты готов? ‎Жалостливый взгляд, умоляющий не делать этого. ‎— Готов. ‎Асамак быстро проткнул ухо булавкой, закрыл её и отошёл. ‎В лице Тасмаина никак не поменялся, что очень расстроило Асамака. ‎— видимо такой мелочью тебя не удивить. Но не переживай, у меня есть ещё варианты пожалеть о твоём воссоединении. ‎Тасмаина лишь тихо вздохнул и закрыл глаза, умоляя всех кого можно, чтобы это был просто затянувшейся сон... От усталости и просто затуманенного сознания, тасмаинец начал его терять и дабы не позволять своей жертве отдохнуть, один из мучителей взял и проткнул ему второе ухо другой булавкой. ‎ — Ммффхха ммхмхх... — застонал от боли СОТР и вернулся в сознание в мгновение ока. — Не уходи, прошу. Мы ещё не закончили. ‎Асамакистанец достал из ящика зазубренный нож. Он мог достать и обычный, но цель всего этого заставить Тасмаину страдать. Он молча отодвинул вверх штанину на левой ноге и, приставив острый предмет к месту соединения голени и стопы, начал пилить. ‎— ммфмгааахах... гхахаха...мфагггххх... ‎Громкие заглушённые крики Тасмаины кляп уже не сдерживал. А тем временем садист закончил с мягкой тканью и добрался до твёрдой кости, на что тасмаинец начал орать ещё громче, пока Асамакистанская республика пытался пропилить кость. Когда ему надоело это бесполезное занятие он убрал нож, боясь что он сломается и повернулся к стоящему позади нессератцу. ‎— Нессерат, бля, я же сказал заточить нож как следует! Хрен ли он не режет нифига? — Точил как мог, светлейший, — ответил с юморком Нессератская республика. — Он ща в твоей ноге окажется, пиздагрыз! Тасмаиночка же страдает! Последняя объява заставила и Нессерата и Асамакистана жутко разхохотаится и только Тасмаине было не до смеха. Он давно перестал ощущать окружающую его реальность. Задорный смех двух идиотов ощущался как в толще воды. СОТР просто хотел наконец умереть. Когда живодёры наконец подъукротили свой смех, асамакистанец подался к Тасмаине, завёл нож под его подбородок и всадил острое зубчатое лезвие по самую рукоятку в его шею. Река крови потекла на грудь СОТР и жертва наконец почувствовала себя свободной.