Слизь

1976

Он бежал что есть сил, легкие горели от напряжения, но нечто — громоздкое, чудовищное — неотвратимо сокращало дистанцию. За спиной раздавалось мерзкое, чавкающее бульканье, перемежающееся утробным, влажным рычанием, от которого стыла кровь в жилах. Задыхаясь, мужчина выпустил в преследователя уже три полных обоймы из своего старенького пистолета, но свинцовый град не производил никакого эффекта. Монстр не дрогнул, не замедлил ни на йоту, продолжая двигаться к нему с той же жуткой, неумолимой прытью. На краткий миг мелькнула безумная, отчаянная надежда – быть может, он успеет, быть может, сможет оторваться. Но вдруг нога предательски скользнула. Он ступил на что-то вязкое, черное, и с пронзительным криком рухнул на землю. Прежде чем успеть хотя бы отползти, прежде чем осознать, что произошло, он лишь успел перевернуться на спину. В последнюю секунду перед глазами возникла чудовищная, расплывчатая тень, нависающая над ним. Монстр набросился с ужасающей силой, и одно быстрое, безжалостное движение — хруст, брызги — оборвало его жизнь. И тут же, словно по сигналу, вязкая, маслянистая черная жижа, которая устилала землю, начала обволакивать и поглощать его тело. Медленно, с пугающей неотвратимостью, она впитывалась, деформируя плоть. Кожа темнела и сморщивалась, глаза проваливались, превращаясь в пустые, бездонно-черные глазницы. И из этих новых черных провалов — глаз, рта, ноздрей — теперь медленно, отвратительно стекала та же самая черная, мерзкая субстанция. Мужчина исчез, уступив место новому, такому же безмолвному, хищному чудовищу, с которого теперь тоже капала эта зловещая слизь.

2011

Максим шагал по тротуару, проклиная свое невезение. Машина не завелась, и теперь, вместо комфортной поездки, его ждала пешая прогулка на работу. Каждый шаг отдавался глухим раздражением, но он гнал от себя мрачные мысли, стараясь сосредоточиться на предстоящем дне. Всего один поворот – и он будет на месте. Однако, завернув за угол, Максим замер, пораженный. Улица, которую он знал наизусть, кардинально изменилась. Привычный пейзаж словно подменили. Дорога и стены зданий были покрыты отвратительными, блестящими лужами и застывшими пятнами черной, маслянистой жижи. Из этих мерзких водоемов то тут, то там, с противным хлюпающим звуком, поднимались толстые, извивающиеся щупальца. Они извивались, словно живые корни, и исчезали где-то в темных провалах окон и дверей зданий, будто втягивая что-то невидимое внутрь. Воздух здесь был густым и тяжелым, словно наваливался на грудь, а вокруг все окутывал неестественный туман – не белый, не серый, а с отчетливым черноватым, зловещим оттенком. Максиму недолго пришлось разглядывать эту сюрреалистичную картину. Где-то за спиной, совсем близко, раздалось мерзкое, чавкающее бульканье, от которого волосы встали дыбом. Холод прошил его насквозь. В следующую секунду, едва он успел обернуться, из клубящегося тумана на него, словно выпущенный из ловушки зверь, побежал монстр.