Без перчаток

      Не было ничего странного в том, что Соник пропал на пару часов. Вполне в его стиле было умчаться даже на пятичасовую пробежку. Взбодриться, остыть, осмотреть территорию… Что угодно. В действительности ему даже не нужна была причина, чтобы бежать, в конце концов, речь шла о Сонике. Бег – смысл его жизни.       Однако у Шедоу были причины, чтобы насторожиться. Они с Соником договорились встретиться в пять часов у мертвой петли. Было уже семь, а синий еж так и не явился.       Когда на часах было 17:15, Шедоу издал тяжелый вздох и подавил желание рвануть навстречу Сонику и задать ему хорошую трепку. Опаздывает… Снова. Шедоу никак не мог понять, как можно быть самым быстрым существом на Земле и при этом постоянно опаздывать. Этот парень действительно слишком беспечен, но сколько бы Шедоу ни пытался выбить из него дерьмо – это не давало никаких результатов. И это бесило Шедоу, выводило его из себя. Эта неисправимость… Черт возьми, на самом деле он любил эту черту Соника. Вот что бесило его на самом деле.       Конечно, речь шла о том, что Соник никогда не сдавался и оставался собой при любом раскладе. Его опоздания по-прежнему раздражали. И ведь эта встреча была инициативой Соника, а ждать приходилось Шедоу!       Тем не менее, обычно синий ежик опаздывал всего на несколько минут. Ждать его час или больше – это что-то из ряда вон. По-хорошему Шедоу отправился бы на поиски опоздуна уже после десяти минут ожидания… И выбил бы из него всю дурь. Но то, что Шедоу мог подождать эти десять минут, было поистине привилегией Соника. Будь на месте синего ежа кто-то еще – черта с два Шедоу стал бы тратить на ожидание хоть две минуты. А этот синий наглец… Тяжело признать, но он был важен для Шедоу. И ведь он неосознанно пользовался этим. Руж хорошо замечала особое отношение Шедоу к Сонику, но, вероятно, она была единственной, кто это видел. Даже сам Шедоу не хотел признавать, что Соник для него особенный в каком бы то ни было смысле.       Вышеупомянутая летучая мышь связалась с черным ежом, пока тот ждал Соника, и их разговор затянулся. Руж прислала отчет по их миссии, и пока они обсуждали общее дело, на улице начали сгущаться сумерки. По окончании разговора Шедоу действительно насторожился: Соник так и не пришел. Руж не знала об этом ничего, а значит, Шедоу предстояло самому выяснить, куда запропастился синий еж.       «Лучше бы тебе быть в порядке, потому что я сейчас устрою тебе трепку», - подумал Шедоу, и эта мысль была… Странной. Она сквозила напускным раздражением и беспокойством. Шедоу и правда хотел, чтобы Соник был в порядке. Чувство тревоги росло в груди, вытесняя всякое раздражение.       ***       - НЕТ, Шедоу! – Соник вскрикнул.       Тот снова ускользал. Стремительно растворялся в холодном мраке космоса, не оставляя никакой возможности спасти себя. Соник стиснул зубы и рванулся вперед, вкладывая все свои силы в полет. Он тянулся к руке черного ежа, пока тот, ослабший, едва мог держать глаза открытыми. Казалось, еще немного и они оба просто рухнут в неизвестность, теряя супер-форму, но это не волновало Соника. В этот раз он должен был хотя бы попытаться спасти его, даже если это означало сгинуть самому.       Он уже коснулся пальцев Шедоу, потянулся к нему ближе, чтобы схватить за руку, но…       - Соник, приди в себя, - раздался неожиданно четкий, даже спокойный голос Шедоу. В нем играли нотки тревоги, но все же звучал он слишком ровно для того, кто падал в пропасть.       Соник постарался сфокусировать взгляд на том, кто перед ним. Получалось слабо, перед глазами плыло, но черный силуэт с торчащими в стороны иглами был прекрасно узнаваем в светлой комнате. Обстановка изменилась – здесь было светло и вполне тепло.       Ну, конечно. Снова приснился кошмар, который периодически мучил Соника уже долгие годы. Каждый раз, когда организм ежа подвергался какому-либо стрессу, плохие сны мешали ему выспаться.       - О, Шедоу… Как ты вошел? – поинтересовался Соник, медленно приходя в себя.       Его состояние было… Отстойным. Озноб вызывал мелкую дрожь, хотелось укутаться в три одеяла, а на спине выступил холодный пот. Голова была мутной. Соник не был уверен, что его не вывернет наизнанку, если он решит встать с постели.       - Тц… - Шедоу почему-то цокнул языком. Он повременил с ответом, словно что-то сейчас смущало его. – Через дверь. Ты долго собираешься это делать?       Он не шевелился и терпеливо ждал, когда Соник, наконец, заметит одну интересную деталь. Заржавевшие за время сна шестеренки в голове синего ежа зашевелились со скрипом, он правда пытался понять, в чем дело, но не мог.       - О чем ты говоришь? Я… Ой.       Прошло по меньшей мере полторы минуты, прежде чем он понял. Он сделал то, чего больше всего хотел во сне – схватил Шедоу за руку. Как интересно совпало… Забавно, что черный еж позволил ему это сделать и даже не оттолкнул сам. Сонику казалось, что Шедоу ненавидит, когда к нему прикасаются.       - Извини, мне, кажется, кошмар приснился… - Соник отпустил руку ежа.       Он попытался потянуться, но рваные раны не дали ему этого сделать. По мере того, как Соник приходил в себя, к нему возвращались воспоминания о вчерашнем дне и боль от полученных ранений. Ежик заохал, согнувшись. И даже сквозь собственные причитания он услышал, как хмыкнул Шедоу.       - Выпрямись, - прозвучал его строгий голос.       Черный еж поначалу казался немного отстраненным, возможно, его сбил с толку крик Соника и его отчаянные попытки схватить своего соперника за руку. Но сейчас выражение лица Шедоу стало привычно серьезным и хмурым. Он уставился на глубокие царапины на груди Соника, а затем осторожно, даже бережно обхватил его руку, медленно поворачивая ее так, чтобы оценить масштаб повреждений. Надо сказать, здесь было что оценивать. Вчерашняя вылазка оказалась необычайно сложной: скоростной ежик поплатился за свое безрассудство несколькими ранениями. Один из роботов хорошенько полоснул его когтистой клешней, оставляя глубокие борозды на груди и руке. Раны выглядели довольно жутко, но, слава Гайе, артерии и крупные вены задеты не были. Соник пытался закрыться от атаки рукой, так что порезы были только на ее внешней стороне, они тянулись от плеча практически до запястья. Адреналин помог ежу продержаться, и его вылазка удалась. Но после нее Соник выдохся, поэтому, придя домой, он просто налепил несколько пластырей и перемотал руку бинтами. Сейчас бинт свисал с руки окровавленными лохмотьями.       Шедоу молча осматривал раны Соника и все больше хмурился, его лицо ужесточилось. Было практически невозможно различить какие-то оттенки его эмоций, он просто казался очень злым, и Соник даже на секунду подумал, что Шедоу сейчас попросту добьет его. Но тот не торопился поднимать руку на синего ежа.       - Болван… - проговорил Шедоу сквозь зубы с нескрываемой злостью. – Какого черта ты не обработал свои раны? Неужели даже этого не умеешь?       - Ээ… Это пустяк, ты чего, - Соник улыбнулся слегка неловко.       Шедоу что… Волновался за него?       - Пустяк? У тебя жар!       Несмотря на злобу в голосе, движения Шедоу были осторожными. Он отпустил руку Соника и встал с постели, чтобы без спроса залезть в шкаф, где, как он точно знал, лежит аптечка. Да, он знал. Еще он знал, что Соник абсолютно не разбирается в медицине и действительно не может нормально обработать раны. Но, конечно, он не мог не ткнуть беспечного синего ежа носом в этот факт еще раз, особенно когда его переполняла злость.       Соник слушал его ворчание, слабо догадываясь, что за этим скрывается. Какими бы ни были истинные чувства Шедоу к Сонику, сейчас он переживал за него. Как казалось синему ежу, это едва ли было чем-то большим, чем дружба, но даже так… Это делало Соника немного счастливее. Его губы тронула нежная улыбка.       - Поболит и перестанет.       Шедоу слышал эту фразу миллион раз. Сказанная с улыбкой, слабым голосом, она уже начинала раздражать. А черный еж все еще был на взводе. Ожидание худшего вымотало его еще до того, как он ворвался в этот дом. Тейлз не знал, где Соник, Эми не знала тоже. Никто не знал, где эту синюю задницу носит, а он оказался в своем доме. Шедоу все еще чувствовал холод в груди после того, как увидел пятна крови на крыльце домика и на ручке двери. Синий болван, вероятно, был настолько измучен, что забил на это. Пришел домой, не потрудившись даже запереть дверь, и наскоро перевязал раны, после чего отключился.       - Лучше заткнись, пока я не вырубил тебя, - проговорил Шедоу резко. – Если будет заражение крови, как ты запоешь?       Это выводило его из себя. Соник не способен попросить о помощи. Он всегда будет помогать другим, но сам ни за что не попросит. Даже если он потеряет ногу, то, вероятно, будет ползти километры пути до дома, вгрызаясь в землю. Только злость не давала Шедоу осознать, что он сам такой же.       - Ну, ну… Не злись, - Соник проговорил примирительно и мягко. – На мне все быстро заживает! Уже завтра смогу бегать так, что ты меня не догонишь.       - Чепуха. Ты и здоровым не всегда выигрываешь.       - Эй, это неправда. Почти всегда! Помнишь, последний раз это я надрал тебе задницу.       Сонику в лицо прилетел сложенный плед, который Шедоу взял с кресла. Невозможно было не заметить, как синий болван ежится от озноба. Но подойти и накрыть его плечи пледом было бы… Чересчур. К тому же, Шедоу не упустил возможности заткнуть наглеца своим броском.       - Не помню. – отрезал черный еж и достал ножницы, садясь рядом с Соником. – Лучше не дергайся.       Он не дал Сонику насладиться триумфом ни тогда, ни сейчас. Спорить было бесполезно и опасно, так как Шедоу был вооружен, и ежик слегка надулся. Он укутался в плед, оставив открытой руку, и сидел тихо, наблюдая за тем, как черный еж разрезает окрашенные алым бинты. Они прилипли к ране, из-за этого процесс замедлился – пришлось намочить бинт и убирать его постепенно и аккуратно. Шедоу был так зол, что угрожал безжалостно содрать повязки вместе с кусками ежиной плоти. Периодически он покрывал Соника последними словами, давая понять, какой же тот бездарь, раз не научился таким элементарным вещам, как перевязка ран.       - Ты просто невозможен, - проворчал Соник, просто наблюдая за происходящим.       - Я? – Шедоу вскинул бровь.       Он не мог поверить, что это сказал не он сам, а Соник.       - Не я ведь! Мне и так больно, а ты…       Шедоу только хмыкнул, но какая-то из струн его души отозвалась на эту полушутливую фразу. Все, что он делал последние полчаса, это грубил Сонику. Синий еж был раненым, побледневшим, его рука распухла, а сам он будто казался чуть меньше обычного. Возможно, из-за сутулости или слабости.       Кажется, это было слишком даже для Шедоу. Еж подавил вздох, стараясь не выдавать изменений своего настроения, но выражение его лица все же слегка смягчилось.       - Я ждал тебя почти два часа, пока ты лежал в отключке.       - О… - Соник, наконец, вспомнил о их встрече, его ушки слегка дрогнули. – Точно, мы же договаривались… Я и забыл.       - Кто бы сомневался.       Эта фраза прозвучала на удивление буднично, без злобы или резкости. Шедоу обхватил запястье Соника, вызывая у того легкую волну мурашек по спине. Подобные касания ощущались совершенно обычно в бою, когда Шедоу хватал его за руку, чтобы помочь разогнаться или высоко прыгнуть. Но сейчас, в домашней обстановке, Соник не мог не чувствовать неловкость. Будто то, что делал черный еж, было необязательным. Такого нежного отношения можно было ожидать от Эми, Тейлза или Крим… Да даже от Наклза. По крайней мере, хранитель изумруда был его другом. Но Шедоу! Когда этот парень стал таким заботливым?       Стараясь подавить в себе смущение, синий еж задрал нос.       - Ну, извини, конечно… Но я был немного не в себе.       - «Немного», - фыркнул Шедоу, раскрывая аптечку.       Черный еж хотел было упомянуть, в каком состоянии был Соник, когда он пришел, но не стал. Синий ежик спал беспокойно, дрожал во сне и дышал прерывисто, взмокший от пота. Он проснулся с криком, зовя Шедоу и хватая его за руку. И это – немного?..       И хотя черному ежу было любопытно, что снилось Сонику, вопросов он не задавал. Шедоу как никто другой знал, какими жуткими, выматывающими или даже шокирующими бывают сны. Ему самому снились разные вещи, они далеко не всегда были отражением его мыслей и желаний, хотя случались и такие. Иногда это были мрачные воспоминания, измененные сильным чувством вины, а иногда… Ему было стыдно даже вспоминать о том, какие ночные фантазии подкидывал ему воспаленный мозг. Потому для Шедоу эта тема была слишком личной.       Больше не говоря ничего, еж решил взяться за обработку. До этого самого момента он не думал об одной вещи: ему придется снять перчатки. Хоть они и стали для него второй кожей, но обрабатывать раны все же лучше чистыми руками. Шедоу ощутил некую… Неловкость. Это было сложно назвать смущением, скорее, он сомневался, как это может воспринять Соник. Снять перчатки перед кем-то было все равно что излить душу.       Шедоу постарался отрезвить себя мыслью, что всякие сантименты тут совершенно неуместны. Это всего лишь обработка ран, ничего больше. Он ведь не хочет, чтобы Соник подхватил какую-то заразу с вовсе не стерильных тканевых перчаток?       Черный еж приподнял кольца-ингибиторы выше манжет и схватился зубами за край перчатки, ненамеренно демонстрируя белоснежные клыки. У Соника глаза полезли на лоб, пока он наблюдал за этим. Это выглядело… Чертовски сексуально.       - Эй, ты… Ты что делаешь?       - Так будет проще, - Шедоу положил свои перчатки на стол.       Он вымыл руки, прежде чем вернуться к Сонику, который начал волноваться еще сильнее.       - Эм, я тут подумал, не так уж оно и болит… - Соник предпринял глупейшую попытку пойти на попятную.       Его жутко смутил этот жест черного ежа. И, что было важнее, сам Шедоу почему-то не смущался совсем. Конечно, это можно было оправдать тем, что тот не слишком втянут в социальные взаимодействия и плевать хотел на всякие негласные правила. Но Сонику казалось, что такой недотрога обязательно поддержал бы это самое правило перчаток.       Шедоу смерил его взглядом, который сложно было объяснить. Возможно, это был скепсис с долей усталости, но что-то смягчало его. Более того, черный еж даже не высказался. Он просто проглотил эту ерунду и продолжил свое дело.       Прикосновение его пальцев, прохладных и удивительно гладких на ощупь, вызвало в Сонике целую бурю эмоций. Его сердце сделало сальто в груди, заходясь в бешеном ритме. Внизу живота все напряглось, будто туго натянутая пружина. Это заставило его заткнуться. Шедоу касался его. Голыми, мать его, руками.       Воцарившаяся тишина совершенно устраивала Шедоу, хоть он и ощущал повисшую в воздухе неловкость. Как бы он ни пытался отделаться от навязчивых мыслей, они никуда не уходили. Касаться Соника было… Странно. Ему не хотелось признавать, что ему это нравится. Но он не мог постоянно лгать себе.       И все же тишина не могла длиться долго, когда рядом находился Соник. Синий ежик начал фыркать, шипеть и ойкать, как только Шедоу взялся за обработку ран. Эти звуки разрядили обстановку, сведя на нет неловкость, и вызвали у Шедоу желание закатить глаза. Соник, очевидно, не был слабаком и пережил много ранений, чего только стоило нынешнее, но он не мог не разыграть драму, якобы этот антисептик так жжется, что невозможно терпеть.       Когда с повязками было покончено, Соник выглядел как незаконченная мумия. Перевязка сделала свое дело: воспаление теперь будет сходить на нет. Соник в целом чувствовал себя лучше, чем при пробуждении. Заряд волнения хорошенько его взбодрил. Он повел плечами, оценивая свою подвижность, и вздохнул. В этом вздохе соединились облегчение и досада.       - Не вздыхай. Будешь осторожнее в следующий раз.       - Дааа, да… Еще что скажешь? - проворчал синий ежик, уставший от нудных наставлений своего соперника. – Не могу поверить, что ты это сделал. Кто ты такой и куда дел Шедоу?       Эта шутка заставила черного ежа слегка нахмуриться. Больше всего на свете он не хотел открыто показывать, что Соник ему дорог, но иногда это само рвалось наружу. Кажется, он слишком переволновался и дал чувствам выплеснуться.       Шедоу хотел огрызнуться, но Соник потянул вниз манжету перчатки и зашипел снова. Мысли Шедоу тут же сменили направление.       - Что еще?       - Болит… Чертов бадник взорвался, мне в руку попали осколки.       - Тц… Дай я посмотрю.       - Да тут ничего такого, просто…       Шедоу снова схватил его за запястье. Пропавшее было смущение снова взыграло в Сонике.       При первом осмотре черному ежу показалось, что на ладони нет ран, но из-под приспущенной перчатки торчала вата и края нескольких пластырей, которые впитали кровь, из-за чего сама перчатка оставалась практически чистой. Черный еж смерил Соника убийственным взглядом.       - Ну, ну, приятель… Ничего серьезного, правда! Оно не болит почти! Не смотри на меня так.       - Это ты невозможен.       Шедоу осторожно потянул перчатку вниз, и Соник неприлично громко ахнул, вызывая вопросительный взгляд соперника. Синий еж замялся. Это прикосновение прохладных пальцев к ладони вызвало еще одну вспышку эмоций. Ему стало невыносимо неловко от мысли, что придется снять перчатки, еще и не своими руками. Без них он чувствовал себя просто… голым! И большинство поняло бы его. Все они носили перчатки и снимали их только в одиночестве или в окружении семьи. Прикосновения к ладоням были чем-то интимным, доступным лишь очень близким людям. А этот жест – снять чьи-то перчатки – и вовсе расценивался как нежное ухаживание или прелюдия. И по какой-то причине Шедоу делал такие вещи и не казался смущенным совсем. А может, Соник просто придал этому слишком большое значение. В конце концов, это ведь просто обработка ран?..       - Э-это, может… Я сам? – неуверенно предложил Соник, выдавливая улыбку.       Эти слова лишь заставили Шедоу хмыкнуть. Он расценил их так, будто Соник испугался боли, и отступать не собирался.       - Чтобы ты сделал только хуже? Успокойся и терпи. Я… буду осторожен.       Соник едва не подавился собственной слюной. К волнению от предстоящих касаний прибавилось странное чувство, вызванное этой двусмысленной фразой. И ее сказал Шедоу!       Наверное, Соник все-таки умер вчера и попал в рай.       Он правда не знал, что сказать. Последние полчаса принесли ему столько волнения, сколько он и за месяц не испытывал во всех его приключениях. И пока в колючей голове роились панические мысли, Шедоу действовал. Он начал аккуратно стягивать перчатку с руки синего ежика. Пластыри отваливались вместе с перчаткой, открывая несколько небольших, но довольно глубоких лунок от осколков. По крайней мере, синий дурак додумался не оставлять их в ране.       Процесс снятия перчатки был таким медленным, что у Соника начали сдавать нервы. Шедоу монотонно продолжал, действительно стараясь быть осторожным, и он не замечал, что Соник подозрительно притих. На щеках ежика расцвел персиковый румянец. То, что для одного было просто помощью, для другого оказалось невыносимой сладкой мукой. Соник солгал бы, скажи он, что не хотел этих прикосновений. Суть была в том, что он мечтал о них в совершенно ином ключе.       Когда Шедоу снял перчатку и обхватил пальцы Соника своими, чтобы осмотреть рану, тот внезапно издал стон напряжения – смущение просто рвалось из него, хоть он и старался изо всех сил это скрыть.       Очередной странный звук Соника заставил Шедоу коротко нервно зарычать.       - Да сколько можно? Ты не можешь посидеть спокойно и пяти минут?       - Все я могу! Просто… Чувак, ты что, ничего не замечаешь??       Шедоу хмуро уставился на своего соперника. Он догадывался, почему Соник сидит как на иголках и никак не может успокоиться. Он и сам чувствовал странный трепет, держа теплую, почти горячую ладонь ежика. Но ему хватало выдержки сдерживать свои чувства.       - Что я должен замечать? То, что ты не можешь прижать свой зад к дивану и помолчать пару минут? – Шедоу слегка сжал пальцы Соника, заставив того вздрогнуть. – Грёбаные две минуты. Даже если тебе противно или что-то в этом духе, просто дай мне это сделать, и я уйду.       - Противно? Да я сейчас взорвусь! – Соник слегка дернул рукой, пытаясь ее высвободить, но Шедоу не позволил ему это сделать. – Ты пришел сюда, как будто тебе есть до меня дело, перевязал раны, теперь держишь мою руку… Как будто мы, блин, встречаемся!       - Мы не… - начал было Шедоу, немного сбитый с толку словами Соника, но тот его перебил.       - Как ты себя почувствуешь, если я сделаю так?       Соник сделал то, чего не решился бы сделать никто – потянулся к меху на груди Шедоу. Какой бы милой ни была эта часть Шедоу, как бы другим ни хотелось потрогать, убийственного взгляда Шедоу было достаточно, чтобы эти мысли исчезли. Но Соник сейчас был немного на нервах и хотел, чтобы Шедоу тоже понервничал       В последний момент черный еж догадался, что его соперник хочет сделать, и резко отклонился назад. Но он сидел на краю постели, так что отклоняться было некуда. Соник был ни к месту упрямым и не отступил, продолжая тянуться вперед, тем самым навалился на Шедоу. А тот все еще держал правую ладонь Соника.       Нетрудно догадаться, что все это привело к катастрофе. Собственные колючки слегка смягчили для Шедоу падение на спину. В полете он отпустил руку синего ежа, но тот, напротив, уперся в черную ладонь, чтобы найти опору. Соник пригвоздил своей ладошкой руку Шедоу к полу, а вторая ежиная лапка покоилась на мягком грудном меху. Колено Соника упиралось прямо между ног Шедоу, в то время как тот сжимал талию синего ежа второй рукой. На несколько секунд, а может и минут, повисла звенящая тишина. Лежа в такой пикантной позе, не шевелясь, два ежа просто смотрели друг на друга. Прервать эту тишину означало начать серьезный разговор. Случившееся казалось точкой невозврата: сейчас они либо выяснят отношения, либо закроют эту тему навсегда, так и оставшись в подвешенном состоянии.       - …ты невыносим, - проговорил Шедоу сквозь зубы, нахмурившись.       Его сердце зашлось в бешеном ритме, и Соник даже мог это ощутить. Рука синего ежа согревала грудь, вызывая мурашки – это место было довольно чувствительным. И в то же время их положение было до ужаса неловким, каждое движение приводило к обжигающим прикосновениям и вызывало смущение и стыд. В памяти всплывали воспоминания о тех снах и фантазиях, которые черный еж хотел бы забыть навсегда.       - Шедоу, я не хотел, прости, - проговорил Соник виновато, на его щечках горел румянец. Он понял, что натворил. – Я…       - Чтобы я еще раз попробовал помочь тебе, - Шедоу грубо отпихнул синего ежа рукой, буквально сбросив с себя, и поднялся.       Весь вечер он вел себя мягко и осторожно, но это движение было неожиданно резким. Шедоу выглядел как обычно, но синий еж видел, как тот изо всех сил старается нацепить маску спокойствия и равнодушия. Все его движения сквозили напряжением, будто он был на грани. Он отправился прочь из комнаты.       - Шедоу, стой! – Соник вскочил, забыв о боли, и поспешил за ним.       - Не иди за мной. Я ухожу, - сухо ответил Шедоу.       Он уже прошел в прихожую. Соник понимал, что если он сейчас уйдет, то что-то может измениться навсегда, и далеко не в лучшую сторону. Сегодня Шедоу был мягче, чем обычно, словно он немного открылся Сонику. И теперь он снова пытался отстраниться, закрыть в себе все чувства, уколовшись о глупость синего ежа.       Соник поджал губы, глядя в колючую спину, его волнение нарастало. Нельзя было позволить Шедоу уйти.       - Шедоу, я… Я люблю тебя! – выпалил синий еж.       Эти слова заставили Шедоу замереть перед дверью. Воцарилась тишина. Черный еж не двигался и не говорил ничего, потрясенный услышанным. Соник часто дышал от волнения, стоя позади. Он иногда представлял, каким могло бы быть их признание, но ни один из вариантов не был таким. Спонтанным и глупым, полным отчаяния и страха потерять хотя бы тот уровень близости, что был между ними. В действительности признание могло все испортить, если бы Шедоу рассчитывал только на дружбу. По этой причине Соник всегда держал свои чувства в себе. Но сейчас было уже поздно об этом думать.       - Я… - синий ежик почувствовал необходимость нарушить неловкую тишину, но ни одной адекватной мысли не пришло в голову.       Что ему сказать, если Шедоу молчит? Он мог бы сказать больше о своих чувствах, но зачем распинаться, если это не взаимно? Вдруг его любовь вызовет у Шедоу отвращение?       - Это не смешно. – проговорил черный еж негромко, и сердце Соника пропустило удар.       - А кто здесь смеется? Тц… Ладно, прежде чем ты начнешь меня ненавидеть, просто послушай! – Соник стиснул кулаки.       Румянец играл на его щеках, а сердце норовило выпрыгнуть из груди. Ему было волнительно, нет, страшно. Но Шедоу, по крайней мере, молчал и готов был выслушать. Он не ушел, игнорируя признание Соника. И на том спасибо.       - В общем, я… Не хотел говорить об этом. Когда ты вернулся после всего, что случилось на АРКе, я пообещал себе, что никогда не расскажу о своих чувствах. Я боялся потерять тебя снова. Мне казалось, если ты все узнаешь, то возненавидишь меня. Быть рядом, хотя бы в качестве соперника – все, чего я хотел. Но когда ты делаешь что-то из ряда вон, поддерживаешь меня, или спасаешь, или обрабатываешь мои раны – я просто не могу держать эти чувства в себе. Мое сердце чуть не лопнуло, когда ты взял меня за руку, потому что я, черт возьми, мечтал об этом! Мне казалось, что просто быть рядом – достаточно, но чем ближе мы становились, тем больше я понимал, что хочу еще. Не как друзья… Я хочу встречаться с тобой.       Он выговорился. Если сначала он запинался и с трудом подбирал слова, то под конец просто вывалил все, что было на душе. Шедоу долго молчал и стоял так же неподвижно, будто не знал, что ему сказать. Тревога Соника нарастала с каждой секундой. Синий еж успел признать, что облажался, но все же тихо попросил:       - Шедоу, скажи что-нибудь… Пожалуйста.       Шедоу обернулся к нему и подошел ближе, молча глядя в изумрудные глаза. Лицо черного ежа было непроницаемым, Соник понятия не имел, что творится на душе у этого парня, и оттого было еще страшнее. Он ожидал чего угодно: удара, какой-нибудь фразы вроде «меня от тебя тошнит», да чего угодно! Но только не того, что сделал Шедоу.       Черный еж опустил взгляд и аккуратно коснулся его пальцев. Щеки Соника вспыхнули, но он не нашелся, что сказать, просто в волнении наблюдал.       Шедоу сплел их пальцы и сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. Он действовал медленно и осторожно, пока синий еж не уперся спиной в стену. Затем он резким движением пригвоздил к стене его руки. Сонику стало трудно дышать. Шедоу прижимал его собой настолько тесно, что Соник чувствовал биение чужого сердца. Смущение синего ежа стало таким сильным, что он забыл о вспышках боли от ран.       Шедоу сократил и без того ничтожное расстояние между ними, касаясь губ Соника. Прикосновение было мягким и нежным… Поначалу. Соник в первые же секунды начал задыхаться из-за волнения, он попытался ответить на поцелуй, но губы не слушались. Еж шумно вздохнул, и Шедоу позволил ему это сделать, но затем снова вовлек в поцелуй уже более уверенно и крепко. Его напор рос с каждой секундой и, черт возьми, Соник так хорошо его понимал. Он сам грезил об этом столько раз, что прямо сейчас хотел завалить черного ежа на постель и целовать всю ночь. Его смущение сходило на нет по мере того, как поверхностный поцелуй перерастал в глубокий и жадный. Словно они пытались изо всех сил насытиться друг другом. Соник сжимал ладони Шедоу все крепче, игнорируя боль в руке. Теперь он наконец-то мог насладиться этими ощущениями вдоволь, без преграды в виде смущения и невысказанных чувств.       Черный еж был напористым, ему хотелось все больше и больше, хотелось оторваться за все те годы, что он сдерживал себя, но это было их первым поцелуем. Не то что бы ему правда было дело до каких-то предрассудков, они с Соником знали друг друга так давно, что им не нужно было десять свиданий, чтобы перейти к чему-то большему. Этот поцелуй мог перерасти в жаркую ночь, и Шедоу не был против. Но он совсем не был уверен, что Соник относится к этому так же просто.       - Хаах… - Соник шумно выдохнул сквозь поцелуй, едва не срываясь на стон.       Все его тело горело, а внизу живота поселилось тягучее, сладкое напряжение. Возбуждение росло, и Сонику приходилось прикладывать все силы, чтобы оно не выплеснулось через край. Шедоу оторвался от него и припал губами к шее, оставляя небрежный, жаркий поцелуй, после которого скорее всего останется след. Соник издал негромкий низкий стон: это стало последней каплей.       - Шедоу… Еще немного, и я…       Его голос был немного хриплым от возбуждения. Он не договорил, надеясь, что его новоиспеченный бойфренд поймет. И тот понял. Шедоу застыл, не отстраняясь, и обдал горячим дыханием шею Соника. Очевидно, он тоже был на грани, но колебался.       - Шедоу… Я хочу тебя, - прошептал Соник на ухо, дав тому зеленый свет. Он ощутил, как черный еж сжал его ладони, словно эта фраза ударила по выдержке Шедоу, и тот усиленно сдерживался.       - …ты не готов, - Шедоу уперся лбом в лоб Соника.       Он метнул взгляд вниз и снова посмотрел в глаза Соника. Синий еж до конца не понял, на что намекал Шедоу: на его раны или же на что-то большее и новое для его тела, к чему нужно готовиться. И то, и другое для Соника сейчас было тем еще испытанием. И все же у него на уме был и запасной вариант.       Синий ежик, все еще покрасневший после жаркого поцелуя, лукаво улыбнулся и высвободил руку. Он сложил пальцы так, будто обхватывал ладонью какой-то продолговатый предмет цилиндрической формы, и вскинул кистью пару раз вверх-вниз. У Шедоу при взгляде на это слегка дернулась бровь. Он выглядел так, будто метался, и все же в итоге он подхватил Соника на руки, направившись в спальню.       Синий еж обнял его и ткнулся носом в шею.       - Если это сон, я не хочу просыпаться, - пробормотал он самую дурацкую фразу, какую только мог выдать в такой ситуации.       Шедоу закатил глаза. И почему он полюбил такого идиота…