Материнское благословение

«Ведь не может быть всё так плохо, верно?» Две экзотические, похожие как две капли воды красавицы смотрели друг на друга. На них были яркие индийские платья, связанные с их культурой, и зачарованные украшения, которые только подчёркивали их очарование. Гарри и сам был хорошо одет. В этом костюме он принимал Орден Мерлина 1-й степени. «Гарри, мы тебя очень любим, но тебе пока не стоит разговаривать», — сказала Падма. «Ты не знаком с нашими родителями, — сказала Парвати. — Мы выросли с ними. Знаешь, как мы были счастливы, когда попали в Хогвартс и смогли сбежать от них?» Гарри не понаслышке знал, каково это — хотеть сбежать от ужасной семьи. Но всё же… «Ты так переживаешь, что они нас не одобрят? Мы даже не рассказываем им всей истории, да ладно вам, я же Мальчик, который выжил!» Ему было странно это говорить. Он не любил хвастаться. Просто для большинства семей то, что их дочь вышла за него замуж, было бы величайшей удачей! Даже многие чистокровные семьи, членов которых он посадил в тюрьму, приняли бы его с распростёртыми объятиями только ради той власти, которой он обладал. Он стал главой аврората в возрасте до 25 лет. Он происходил из знатной семьи и был самым известным героем своего времени. Вдобавок ко всему он был самым сильным волшебником в Магической Британии. Чего ещё можно желать? «Мы выбрали тебя», — кисло сказала Парвати. «Это всё, что им нужно, чтобы не одобрить наш выбор. Они могли бы гораздо лучше подойти к выбору для нас. В конце концов, что МЫ знаем о том, что для нас хорошо...» Падма положила руку на плечо сестры, сочувственно посмотрела на неё и попросила успокоиться. Все трое стояли за дверью дома, где жили девочки, и если бы Парвати разозлилась ещё сильнее, её голос был бы слышен внутри. "Мы просто должны сделать все возможное", - сказал Падма. "А если нет, у нас есть запасной план". Девочки хихикнули. Гарри перевёл взгляд с одной на другую. «Мы так делаем?» Как только он это сказал, они, похоже, переключили своё хихиканье на него. Они поспешно постучали в дверь, которую открыл мужчина с более тёмной кожей, чем у девочек. У него были густые усы и брови, а черты лица были очень суровыми. Мистер Патил посмотрел на Гарри поверх голов дочерей, затем слегка наклонил голову и щёлкнул языком. — Входите, — неохотно сказал он. Гарри был уверен, что делает всё возможное, чтобы выглядеть устрашающе. Возможно, это бы сработало, если бы Гарри не был почти на голову выше него. В сопровождении Парвати и Падмы он направился к обеденному столу, на котором стояли всевозможные индийские блюда, от которых шёл пар. Женщина принесла с кухни дымящуюся тарелку с рисом. Её кожа была светлее, чем у мужа. Она была почти такого же оттенка, как у Падмы и Парвати. Было понятно, в кого пошли девочки, потому что их мать была сногсшибательной. Несмотря на то, что ей было за сорок, у неё была гораздо более пышная грудь, чем у дочерей, и не было лишнего веса. На ней было яркое платье, сшитое на заказ. Несмотря на то, что она была на несколько сантиметров ниже Гарри, она всё равно была заметно выше мужа. Когда они вошли, она посмотрела на Гарри самым холодным взглядом, который он когда-либо видел. «Садитесь», — сказал мистер Патил. Падма и Парвати сели по обе стороны от Гарри. Миссис Патил устроилась рядом с Парвати, а мистер Патил сел во главе стола. — Ешь, — грубо сказал он. Это был далеко не самый радушный приём, который когда-либо оказывали Гарри, но, по крайней мере, его накормили. Он попробовал несколько блюд, которые были ему знакомы по рецептам его подруг. «Подруга», — напомнил он себе. В единственном числе. Они решили придерживаться этой истории, чтобы хоть как-то надеяться на успех. Видите ли, дело в том, что Гарри встречался с обеими сёстрами с седьмого класса. Всем участникам быстро стало ясно, что он нравится им обеим, но ни одна из них не могла справиться с этим в одиночку, а Гарри любил их обеих одинаково. Решение было простым, по крайней мере для них, и с тех пор они состояли в крепких отношениях втроём. Проблемы начались, только когда пришло время выходить замуж. Девушки не были старомодными — достаточно было посмотреть, как они делили его, — но для того, чтобы их брак был признан законным, им нужно было получить благословение хотя бы одного из родителей. Это был старый закон, касающийся чистокровных, и он редко применялся. В большинстве случаев, если одни родители не одобряли союз, другие его одобряли. Возьмём, к примеру, Андромеду Тонкс. Блэки отреклись от неё, но родители Тедди дали своё благословение, и они поженились. Проблема могла возникнуть только у Гарри. По очевидным причинам у него не было родителей, а у его девушек были одни и те же мать и отец: мать и отец, которые всегда считали само собой разумеющимся, что они сами выберут, за кого выйдут замуж их дочери. "Осторожнее", - сказал мистер Патил с плотоядной улыбкой. "Это блюдо острое". Гарри откусил кусочек карри, который сам себе положил, и тщательно прожевал. «Это здорово», — сказал он, не выказывая никаких негативных эмоций. «На вкус так же, как у Парвати». «Она училась у меня!» — отрезала миссис Патил. Гарри перевёл взгляд с одного на другого, понимая, что начало было ужасным. Мистер Патил надеялся, что Гарри покажет себя слабаком, неспособным справиться с жарой, но Гарри доказал, что он ошибался, и разозлил мужчину, вместо того чтобы заработать очки. Миссис Патил тоже была расстроена. Вместо того чтобы гордиться тем, что он назвал её дочь хорошей поварихой, она почувствовала себя уязвлённой из-за того, что Гарри намекнул, что Парвати готовит так же хорошо, как и она. Все трое выбрали Парвати в качестве той, на ком Гарри официально женится, потому что думали, что так им будет проще продать эту историю. Может быть, если они сыграют на гордости за свой дом, их родители с большей вероятностью дадут своё благословение. Глядя на старших Патил, Гарри сомневался, что это сработает. «Итак, дочь. Что ты в нём нашла?» — спросила мисс Патил. — В Гарри? — глаза Парвати заблестели от возможности похвастаться. — Он мне всегда нравился! Мы с ним вместе ходили на Святочный бал. Он был лучшим учеником в школе по защите от тёмных искусств, настолько хорошим, что мог обучать нас лучше, чем профессора. «Право на самооборону?» — проворчал мистер Патил. «Я получил семь отличных оценок за СОВ», — сказал Гарри. «Твоим двоюродным братьям досталось по девять», — сказал мистер Патил, обращаясь к дочерям и даже не глядя на Гарри. «Мне не нравится твой тон», — сказала миссис Патил Гарри. «Ты думаешь, что семёркой можно гордиться?» «Может, и нет, мэм», — сказал Гарри. «Но этого было достаточно, чтобы меня взяли на курсы авроров, где я установил рекорд по успеваемости». «Авроры мало зарабатывают, — сказал мистер Патил, всё ещё разговаривая с Парвати. — По сравнению с заклинателями они бедны. У Сингхов есть сын, который уже работает заклинателем в Гринготтсе. Он всего на десять лет старше тебя и уже проявил к тебе интерес. Если ты хочешь выйти за него замуж, я могу выдать тебя за него в течение двух дней». БАХ! Миссис Патил вскрикнула, а мистер Патил отпрянул, когда большое стеклянное цветочная ваза взорвалось прямо посреди стола. Оно разлетелось на такие мелкие кусочки, что они были похожи на песчинки, и рассыпалось по скатерти. — Прости, — сказал Гарри с натянутой улыбкой, которая далась ему с трудом. — Кажется, моя магия немного разбушевалась. Прошу прощения. Он взмахнул рукой, и ваза встала на место. Она была в идеальном состоянии, а сквозь стекло пробивались золотые лучи, словно ваза преобразилась на лету. Цветы тоже стали выглядеть здоровее, и их аромат усилился. Гарри сотворил всё это волшебство без палочки, и этот подвиг был почти на уровне полубожественной магии. «Тебе нужно лучше контролировать свою магию!» — сказала миссис Патил. «Когда ты уже не ребёнок, использовать магию случайно — это неловко!» У Гарри дёрнулся глаз. Только то, что обе его девушки касались его ног под столом, удерживало его от того, чтобы открыть рот. Верно, у них был какой-то план, так что ему следовало сохранять спокойствие и довериться им. Но в чём он заключался? После этого ужин продолжался в напряжённой обстановке, но Гарри удалось сдержать свой язык и магию. Они остались на ночь. Падма извинилась и сказала, что собирается лечь пораньше, а Гарри ушёл чуть позже, не в силах выносить снисходительное отношение к себе. В конце концов Парвати вернулась в свою комнату, но мать последовала за ней, продолжая ворчать. Парвати пришлось спрятать улыбку за рукой. «Мы всё ещё можем найти тебе хорошего индийского парня!» — настаивала миссис Патил. «Ещё не поздно. Ты можешь спастись!» Парвати вошла в свою комнату, мать последовала за ней. Парвати обернулась. «Спасла так же, как Гарри спас меня?» — потребовала она. «Спасла так же, как он спас ВСЮ страну?» «Он кое-что натворил, — пренебрежительно сказала её мать. — Но он тебе не подходит». «А кто мне подойдёт?» — спросила Парвати. «Такой жалкий человек, как папа?» «Не смей так говорить об отце!» — закричала миссис Патил. «Но это правда, — сказала Парвати. — Ты слишком хороша для папы, но ты просто соглашалась со всем, что говорила тебе семья, и теперь ты застряла с этим жалким, озлобленным человеком. Он даже не мужчина… Держу пари, ты даже не знаешь, что такое настоящий мужчина!» — О да, — насмешливо сказала миссис Патил, — и я полагаю, ты можешь показать мне этого так называемого «настоящего» мужчину... Парвати протянула руку в пустоту и что-то схватила. Плащ-невидимка соскользнул как раз вовремя, чтобы они успели увидеть, как Гарри вставляет в узкую киску Падмы свой толстый член длиной в целых 28 сантиметров. — О боже мой! — вскрикнула миссис Патил, прикрывая рот рукой. Падма растягивалась, как гимнастка: одна её нога была почти у потолка, а другая — на полу, пока она делала поперечный шпагат. Выражение её лица было довольно глупым, её мозг отключился, когда она почувствовала внутри себя член Гарри. Гарри обхватил своими мускулистыми руками её смуглое бедро и вошёл в неё, разбрызгивая соки каждый раз, когда входил в истекающую соками киску Падмы. «Они не должны были начинать, пока я им не скажу, — весело сказала Парвати. — Но, думаю, я не могу винить сестру. В конце концов, член Гарри просто НЕОТРАЗИМ». «Он тебе изменяет!» — сказала миссис Патил. «Я же говорила, что он ужасен!» «Измена? Нет, мам, разве ты не видишь?» — Парвати схватила маму за руки, не давая ей закрыть глаза и заставляя смотреть. «Гарри — просто МОЙ парень? Это была ложь, которую мы придумали для папы. Просто посмотри на него. Думаешь, кто-то из нас смог бы справиться с этим в одиночку?» Гарри ускорился, его мускулистое тело напряглось. Падма была для него как игрушка или марионетка, которую он дёргает за ниточки. Сестра из Когтеврана громко застонала. «Д-Да, вот так, милая! Нгх! О, Мерлин, я чувствую это... Я чувствую это в своей утробе! НгхААААА!» Она высунула язык и кончила невероятно бурно. Миссис Патил поймала себя на том, что смотрит на член Гарри. Каждый раз, когда он выходил из её дочери, он казался таким огромным, что она не могла в это поверить. Пенисы должны быть четыре дюйма в длину и чуть шире пальца, верно? Эта штука была как дубинка! Смертоносное оружие! Если бы он вошёл в неё целиком, это могло бы её убить! Она так сильно этого хотела… «Я вижу, что ты этого хочешь, — прошептала Парвати. — Я вижу твою похоть. Я даже чувствую её запах. Тебе не кажется, что хоть раз в жизни ты заслуживаешь увидеть, на что способен настоящий мужчина?» «Твой… Твой отец — это… настоящий мужчина…» — запинаясь, произнесла она, но даже сама себе не показалась убедительной. «Падма скоро устанет, — сказала Парвати. — Когда это случится, настанет твоя очередь. Давай, я даже помогу тебе подготовиться». Она раздела миссис Патил, стянув с неё платье. У старшей Патил был небольшой жирок на животе, но его было достаточно, чтобы за него можно было ухватиться, а не чтобы он был по-настоящему большим. После рождения девочек её грудь стала массивной, но, несмотря на то, что она была матерью, она лишь немного обвисла. У неё была пышная попа, которая с годами становилась всё больше и с возрастом накапливала всё больше жира. Парвати подвела миссис Патил к кровати, которую Гарри и Падма полностью проигнорировали в своём отчаянном стремлении добраться друг до друга. Падма была на последнем издыхании. Она снова опустила обе ноги на пол и держалась за него руками. Гарри трахал её сзади, и его член был таким большим, что выпирал на животе Падмы. Он сделал последний яростный толчок и кончил в свою вторую девушку. Её тело обмякло, и она упала лицом вниз, из неё вытекала сперма. Он тут же стал искать новую цель, ведь у него ещё оставалось много сил, и он знал, что в комнату вошла Парвати. Однако он был так сосредоточен на Падме, что до сих пор даже не замечал миссис Патил. Он посмотрел на неё, лежащую обнажённой на кровати на животе, словно на аппетитный шоколадный десерт. Она изо всех сил старалась не смотреть на него. Гарри подошёл ближе, его член подпрыгивал между ног, и она не могла не смотреть на ЭТО. — Ты уверена? — спросил Гарри у Парвати. «Это единственный выход», — сказала Парвати. «Я не смогу быть с ней нежным», — сказал Гарри, вспоминая ужин и оскорбления, которым он подвергся. Парвати широко улыбнулась. «Ещё лучше». Гарри забрался на кровать. Он схватил миссис Патил за пышные ягодицы и провёл членом между ними. Она застонала под ним, почувствовав, какой он большой. Гарри шлёпнул её по ягодице и услышал её крик. Не желая больше тратить время на прелюдию, Гарри вытащил член и вошёл в неё. Места, к которым никогда не прикасался ни один человек, внезапно пронзила его плоть, и миссис Патил вскрикнула. "Оооо, да", - сказала Парвати, отступая назад и засовывая руку в свою киску. "Это хорошая штука". Гарри снова шлёпнул наглую милфу, наблюдая за тем, как трясётся даже жир на её боках. «Это весело», — заявил он и шлёпнул её ещё три раза. После последнего удара миссис Патил снова кончила. Он вошёл в неё всего пару раз. «Грязная шлюха», — сказал Гарри. «С чего ты взяла, что можешь постоянно меня критиковать? Высмеивать своих дочерей? Ты просто похотливая шлюха, вот и всё». Миссис Патил громко застонала, когда он начал трахать её по-настоящему, пронзая её влагалище своим огромным членом. — А теперь повтори, — потребовал Гарри. «Я похотливая шлюха!» — сказала она. «Я похотливая шлюха! Похотливая шлюха!» Гарри снова шлёпнул её, затем наклонился над ней и схватил её за грудь, зажав её между собой и кроватью. Его мускулистые бёдра лежали прямо поверх более полных бёдер миссис Патил, а нижняя часть его живота снова и снова ударялась о её чувствительную попку. Он одновременно сжал её соски, которые оказались твёрдыми. Миссис Патил снова кончила. «Твои дочери могли бы ублажать мой член больше часа, когда мы трахались в первый раз, — сказал Гарри. — Ты сдашься через пятнадцать минут. Ты жалок». «Я жалкая!» — сказала миссис Патил, всё ещё повторяя его слова. «Жалкая!» От того, что она унижалась, она только сильнее возбуждалась. Парвати громко стонала, сидя на полу и наблюдая, как он насилует её мать. Гарри в последний раз сжал соски миссис Патил, а затем убрал руки и схватил её за подбородок, приподняв его. Она посмотрела на него глазами, в которых читалось неподдельное наслаждение. У неё было накопившееся за десятилетия либидо, которое её муж так и не смог удовлетворить. Гарри позволил большой каплее слюны сорваться с его губ и упасть прямо ей в рот. «Проглоти это», — приказал он. Миссис Патил послушно проглотила его, внимая каждому его приказу и полностью подчинившись его члену. Увидев это, Парвати наклонилась вперёд, хотя и не могла перестать ласкать себя, даже когда говорила. «Если ты дашь нам своё благословение, мы будем приглашать тебя каждый месяц, — сказала она. — Даже каждую неделю, если хочешь. И Гарри будет носиться с тобой как с писаной торбой, вот так. У него есть такие трюки, с которыми ты сейчас даже не справишься, и такие приёмы, которые ты даже не сможешь себе представить. Всё, что тебе нужно сделать, — это сказать Министерству, что ты даёшь нам своё благословение». «ТЫ ДОБИЛСЯ СВОЕГО!» — закричала миссис Патил, снова испытывая оргазм. «ТОЛЬКО НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ! ЕСЛИ ТЫ ПРОДОЛЖИШЬ МЕНЯ ТРАХАТЬ, Я СДЕЛАЮ ВСЁ ЧТО УГОДНО!» Гарри победно ухмыльнулся. Несмотря на то, как жёстко он с ней обращался, такой искренний ответ заслуживал награды. Всё ещё удерживая голову миссис Патил в своих руках, он наклонился и поцеловал её, просунув язык ей в рот. В то же время он кончил в неё, выпустив цунами спермы в её тугую киску. Он чувствовал, как миссис Патил стонет у него во рту. Когда Гарри выпрямился и вышел из неё, она была без сознания. Он покачал головой. В будущем им придётся поработать над её выносливостью. Конечно, с помощью множества тренировок. Падма пришла в себя, а Парвати была очень возбуждена, поэтому они обе подползли к нему и стали жадно ласкать его языками и губами. Гарри улыбнулся, чувствуя себя победителем, и посмотрел на своих подружек сверху вниз. Нет. Теперь, заручившись одобрением родителей, они стали его невестами. И Гарри был на седьмом небе от счастья.