***
Секонд положил фиолетового стикмена на кровать. Не заметили. Но всё очень странно. Откуда он взялся? И что с ним в последнее время? Секонд сел на край кровати. Он не задумывался об этом до этого момента и сейчас решил проанализировать этот день.***
Как всегда, проснулся ровно в 7, потянулся, сделал зарядку, почистил зубы, принял душ, надел свою каску, бейджик, отметился, заварил кофе, а глаза всё равно слипались. Поздоровался со всеми и начал работать. То разгрузить, здесь сверить, там что-то долить — разнорабочий, короче. Карьерной лестницы нет, но есть кровать и еда, так что без разницы. Сегодня поручили поехать в приют, чтобы доставить туда всё первой необходимости: еду, воду, лекарства и т. д. Секонд голову почесал, грузовик заполнил и… а водить-то он не может, зачем вообще его просили? Пришлось ждать водителя ещё 15 минут. Наконец выехали. Босс часто присылает вещи в приюты, больницы да и просто бедным районам. Он занимается всем, чем можно — даже ту самую еду и производит. От еды до домов и всего, что между ними. Хорошо, что монополизацией* не занимается. *(Монополизация — это процесс установления монополии, когда одна компания или субъект получает доминирующее, исключительное положение на рынке, устраняя конкурентов и получая контроль над ценами, объёмами производства и условиями для других участников.) Приехали они за 15 минут, поговорили с директором, воспитателем, поставили подписи и стали всё расставлять на полки. Закончив, Секонд посмотрел на время — хотелось остаться ещё ненадолго. Он не привязался, конечно нет, и не хотел остаться с детьми подольше, просто… просто сердце просило. А мозг оскорблял сердце, потому что не хотел опаздывать и прогуливать работу. Ну, мы же сердце слушаем. Водитель пожал плечами и поехал. Вот оно. В тот момент это и произошло. Когда шестое чувство, инстинкт, интуиция — да всё что угодно — орало, как неадекватный псих. Он шёл по направлению сердца и дошёл аж до пруда. — («С каких пор здесь пруд?») Тут и этот приперся, который говорил с ним, чёрт подери, пару часов подряд! И никак не затыкался! Вторая странность — Секонд не мог вспомнить, о чём они говорили. Третья — он не мог вспомнить лицо этого человека. После того как Секонд наконец смог выбраться оттуда и бежал со всех ног, он начал выбирать дорогу. Ещё странность: ему хотелось пройти обе. Первую — головой: она была длиннее, но почему-то хотелось туда. Вторую — сердцем: уже короткую дорогу. Твою мать, разве не наоборот должно быть? Ещё странность! Почему ему хотелось пойти по обеим дорогам? Секонд плюнул и пошёл по короткой — так быстрее. Там и врезался. Невезуха. Вот ещё: опять же, ни лиц не мог вспомнить, ни голосов. Побежав вновь, за 3 часа он смог прийти. И всё равно опоздал. А дальше вы знаете.***
Секонд почувствовал движение. Фиолетовый стикмен очнулся и был встревожен. — Где я? Кто ты? Что случилось? — Он был похож на уличного кота, которого подобрали люди. Ладно, странное сравнение. — Ты мне ответь: ты хоть знаешь, что со мной будет, если узнают, что я привёл незнакомого типа? Ты упал на крышу с таким грохотом, что и глухой бы услышал! Кто ты такой? Вор? Убийца? Или другой преступник‽ — Я вор??? Да это ты, наверное, меня заманил и похитил! А если бы я упал с грохотом, то не только бы ты меня услышал! И правда ведь. — В любом случае я тебя спас, и я без понятия, как это обернётся. Вдруг ты чёртов преступник! — Тогда зачем «помог» мне, если я чёртов преступник?! А?! Секонд ответить на это ничего не мог. Почему? Потому что сердце просило? Так ведь не скажешь. — Я добрая душа! Не мог оставить тебя. А теперь собирайся и… — Секонд хотел сказать «уходи», но не смог выдавить из себя слова. Надо бы врачу показаться. А то это всё пугает и раздражает. — … — Как тебя зовут? — после неловкого секундного молчания спросил Секонд. — Фиолетовый. А ты?.. Второе пришествие? — взгляд Фиола был направлен на его бейджик. — Зови меня Секонд. — Ну и имечко у тебя. — На себя посмотри! У меня оно хоть что-то значит. — Зато моё расшифровывать не нужно. Я буду звать тебя… Оранжевый. Он сказал это не подумав, чисто чтобы позлить или типа того, но в душе потеплело от этой вариации его имени. Как от давнего друга. В глазах Секонда потемнело. Оранжевый? Простая кличка или имя. Его уже так ошибочно называли, но с уст Фиолетового было по-другому. Секо… Оранже… нет. Секонд помотал головой, чтобы прийти в себя. — Ты… в порядке? — Да… да, зови меня как хочешь. Настала неловкая тишина. Оба словно пытались обдумать: встречались ли они раньше? У Фиола это вызывало лишь тёплые чувства, а у Оранжевого — тьфу ты, Секонда — лишь тревогу. Одно орало «вышвырнуть», другое — «оставить». Секонд приоткрыл рот и нарушил тишину: — Я… провожу тебя. Иди домой, хорошо? Фиол застыл. Дом? Но потом решил, что нужно действительно уходить. В тишине слышались лишь звуки голых стоп по металлу. Тёмные, запутанные коридоры и писк машин, которые Фиол не мог понять. Когда они проходили мимо большого окна, яркий лунный свет ударил прямо в лицо этим двоим, освещая путь в этой тьме. Как… правда, что пробивается через ложь. О, дошли. Секонд открыл заднюю дверь. — Ну всё, пока. Думаю, мы больше не увидимся. Фиол уже перешагнул порог, как в него врезались. — Ай… твою ж… — красный стикмен держал своё лицо, ибо смачно так им ударился. — Что за?.. — Секонд выглянул и… — А у вас прямо талант в стикменов врезаться. Что вы все здесь делаете? Секонд их вспомнил. Ну конечно, он редко когда встречает сразу четырёх стикменов, и один из них, разумеется, в кого-нибудь врезается. — Заткнись! В прошлый раз в тебя врезался Зелёный, а не я! Правда? Ну, не в этом суть. — Сегодня не день открытых дверей. Уходите. — Ты подозрительный тип! Наша чуйка говорит, что ты злодей! Признавайся в этом! — Злодей? — Фиолетовый посмотрел на Секонда. Хорошо ему… явно не было. — Уходите! — Секонд захлопнул дверь. Опять, опять, опять! Башка разрывалась дико. Завтра точно в медпункт. Блин, полы.