Первые

На следующий день Шарль скинул все фото в их чат, предварительно обработав их. Отправлял он их партиями. Сначала пейзажи с подписью “для атмосферы”. Потом отправил некоторые особенно хорошие фото Макс с подписью “для твоей страницы” и настоятельно советом выложить хотя бы пару из них. Затем оставшиеся фото Макс, на которых он выглядел особенно мягко и влюбленно, подписав “для души (моей)”. Потом прикрепил те фото, что сделал Макс после поцелуя, добавив “для тебя”. И последнее фото, что он отправил, было их совместное. Со смещенным центром, и размазало по краям. Но главное на этом фото был видно отлично – пухлые губы Макса прижатые к смуглой щеке Шарля. Подпись без слов, просто “❤️”. В своем профиле он выложил пост с двумя фотографиями. Первая это одна из тех, что сделал Макс сначала. Вторая – после поцелуя с довольной улыбкой. Сопроводил впечатлениями о пребывания в США, а в конце добавил “by MV”. Отмечая, кто именно сделал эти фото, но не напрямую. Они еще не обсуждали, будет ли публично объявлять об их отношениях. Макс лайкнул первым. Макс тоже выложил пост. Три фото из тех, что Шарль просил выложить. Без подписей, только “by CL”. Шарль лайкнул первый. *** Следующие несколько дней прошли в том же режиме: совместные пробежки по утрам, пары, командные тренировки, пока что без фотографа. Но с приятными бонусами. Во время пробежек они позволяли себе случайные касания плеч и рук. В особо удачные моменты, когда в раздевалки никого не было, они касались друг друга губами. Все в рамках правил, конечно. Легкие поцелуи нежной кожи шеи, нижней челюсти и скул, жадные поцелуи губ. Руки в эти также исследовали тела друг друга. По вечерам добавилась опция совместного ужина, а после прогулки и разговоры, разговоры, разговоры. Суббота. Пар нет, поэтому на пробежку они пошли к 9:00. Как обычно встреча у входа на стадион. Полчаса совместного бега в тишине. Во время которого Макс принял решение, он хочет увидеть другого Шарля. Не собранного в красивый образ, не мокрого и взъерошенного от тренировки, а домашнего Шарля. Шарля, в образе которого только шорты без верха. Шарля, у которого волосы взъерошены потому, что он только проснулся. Шарля в своей постели. Такого теплого и уютного. И хотел он этого как можно скорее. В раздевалки Шарль ушел к своему шкафчику, который все так же располагался в другой стороне от шкафчика Макса. Нидерландец же последовал за ним. Мягко приобнял его со спины за талию, прижимая его спину к своей груди, и аккуратно положил голову ему на плечо. – Не хочешь сегодня вечером зайти ко мне? – его дыхание обжигало шею Шарля. – Я приготовлю ужин, – Шарль ощутил легкий поцелуй на коже. – Посмотрим фильм, – снова поцелуй. – Останешься у меня, – еще поцелуй. – Завтра весь день будем валяться в постели, – поцелуй добрался до угла нижней челюсти. – Ты что собираешься пропустить завтрашнюю тренировку? – с напущенным удивление ответил Шарль, разворачиваясь лицом к Максу и обвивая руками его шею. – Ради твоего присутствия в моей постели я готов пожертвовать ей, – он довольно улыбнулся, уже зная, что Шарль ответит согласием. – Даже так? – усмехнулся монегаск, – тогда жди меня примерно к 6. Макс не ответил, а только накрыл чужие губы своими, притягивая Шарля ближе к себе, сжимая его спину. Монегаск же вплел пальцы одной руки в светлые волосы, а вторую переместил к лицу, поглаживая большим пальцем скулу. В поцелуй вступили языки, сталкиваясь в своем танце. Они чувствовали уже такой знакомый вкус друг друга с добавлением солености из-за пота. – Тогда жду тебя у себя, – тяжело дыша и улыбаясь, прошептал Макс. *** Вечер настал быстро, Макс и не заметил. Сразу после их тренировки он отправился в магазин, нужны были продукты к пасте с морепродуктами, вино, снеки, он постарался выбрать наиболее полезные, но взял и попкорн, соки несколько вкусов, овощей и хлеб для утренних тостов, и так чего по мелочи. Потом занялся квартирой. Нет, конечно, у него не была обстановка, как в типичной мужицкой берлоге, но все равно нужно было вернуть вещи на свои места. А ближе к 6 часам он занялся приготовлением ужина. Макс не часто готовил, проще заказать или сходить куда-то. Но следовать инструкции умел. Когда блюдо было готово, а Макс сидел диване и нервно ждал, раздался дверной звонок. Нидерландец подпрыгнул и направился к входу. В этот раз с одеждой он не запаривался. Надел свежий домашний комплект из белой футболки и серых штанов. В его мыслях было только одно – так будет проще снимать если что. – А вот и я, – на пороге стоял Шарль. – Проходи, – Макс довольно улыбнулся, отходя в сторону и пропуская монегаска внутрь. Как только Шарль переступила порог, он сразу притянул Макса для поцелуя. Нидерландец слегка пошатнулся от неожиданности, но на поцелуй ответил, мягко сжимая талию монегаска. – Ну показывай, где ты обитаешь, – оторвавшись от губ, заинтересованно сказал Шарль, разуваясь. Шарль прошел дальше в гостиную, оставил свой портфель и снял толстовку, оставаясь в футболке и джинсах. Макс успел заметить, как в процессе раздевание оголилась полоска живота Шарля. Желание коснуться ее усилилось, но Макс сдержал это. Рассказав, где и что находится, Макс оставил Шарля наедине и пошёл на кухню, чтобы накрыть на стол. Шарль прошелся по гостиной. На полках стояло несколько кубков. Прочитав надписи на них, он понял что самый большой был за победу в прошлом сезоне за команду университета, несколько кубков за победы и призовые места из школьных времен. “Ух ты, я что заполучил короля выпускного бала?” – подумал Шарль, когда увидел кубок с надписью “король выпуска 201*”. На другой полке стояло два фото. На одном Макс с девушкой, очень похожей на него самого. Шарль решил, что это его сестра. А на втором фото молодой Макс с широко улыбающимся парнем, они были в одинаковой футбольной форме. Они не были похожи, значит не родственники. Шарль подумала, что уточнить, кто это, потом. На отдельной полке стояло несколько уже собранных конструктором Lego, несколько небольших диорам по сериалам и фильмам. Затем он осмотрел комнату в целом. Помимо этих полок маленьких деталей в комнате не было. Все остальное было функционально полезным, а не декором. Диван, кресло, большой телевизор, стол. Дойти до спальни Шарль не успел, с кухни его позвал Макс. Когда Шарль зашел на кухне, его сразу окутала аромат морепродуктов и специй. – Как же вкусно пахнет, - он глубоко вдохнул, – ты сам это сделал? – М-м, – согласился Макс, разливая вино. – Не знал, что ты готовишь, – искренне удивился Шарль, подходя ближе к Максу, притягивая его за талию. Макс полностью переключил внимание на своего гостя. Оставаясь в объятьях, он обхватил лицо Шарля двумя руками. Несколько секунд он разглядывал его, изучая мельчайшие детали и поглаживая большим пальцами. – Для тебя я готов научиться, – улыбнулся он. А затем прильнул к чужим губам, мягко сминая их. Одна только мысль о том, что он может сделать это без каких-либо вопросов, приятно отдавала теплом по всему телу. – Ладно, надо садиться, а то остынет, – оторвавшись и не скрывая довольной улыбки, сказал Макс. Паста получилось вкусной и насыщенной. Они ели медленно, наслаждаясь вкусом, потягивая вино и разговаривая. Закончив с ужином, они перебрались в гостиную. Макс поручил Шарлю выбор фильма, а сам пошел подготавливать снеки и напитки. Воспользовавшись моментом, монегаск успел переоделся в принесенные с собой шорты и домашнюю футболку. Подготовив все, они заняли диван, так что Макс прижимал к себе Шарля, приобнял за талию. По мере того, как фильм подходил к своему завершению, их руки чувствовали себя свободнее, открывая все больше мест, которых можно касаться. Макс перебирал волосы Шарля, кончиками пальцев гладил шею, плечи, руки. Рука Шарля сначала выводила круги на груди, затем спускаясь все ниже и ниже. И вот она уже на внутренней поверхности бедра, с каждым взмахом все ближе и ближе к паху. Такие касания чувствительной кожи вызвали у Макса наплыв эмоций и желания, он держался, чтобы не наброситься на Шарля из последний сил. Шарль же это чувствовал. Чувствовал, как участилось дыхание Макса. Чувствовал, как на мгновение замирает рука Макса, когда его совсем близко к его паху. Как только фильм закончился, и пошли титры, Шарль схватил пульт, поставил на паузу и одним движением оседлал бедра Макса. – Фильм, конечно, интересный, но я так и не посмотрел твою спальню, – заигрывающе произнес Шарль, оперев руки в спинку дивана по обе стороны от головы Макса. – К сожалению, – Макс говорил медленно, положив руки на бедра монегаска и оглаживая их, – у тебя не будет времени рассмотреть ее детали. – О, я на это надеюсь, – усмехнулся Шарль, наклоняясь ближе и шепча в самые губы. А затем накрывает их своими, втягивая Макса долгий, жадный поцелуй. В поцелуй, в котором их языки сразу сплелись. Шарль начал двигать бедрами, так чтобы его пах касался паха Макса. У нидерландца вырвался тихий стон, застрявший в их губах. Макс был на пределе, в нем не было никаких эмоций, кроме желания. Желания раздеть Шарля, целовать все его тело, касаться тех участков, которые были ранее недоступны, слышать его стоны, чувствовать его на себе. Эти желания его захватили. Он резко поднялся, подхватывая Шарля под бедра, чем заставил того ахнуть, и направился в спальню. Там Макс мягко опустил Шарля на кровать, разрывая поцелуй, что сначала снять футболку с себя, а затем и с брюнета. Вернувшись, он снова втянул монегаска в поцелуй, но более медленный. А руки начали исследовать открывшееся тело с легким нажимом. Его губы снова оторвались от губ Шарля, но только чтобы коснуться нижней челюстью, затем перейти на шею. Влажные поцелуи оставляли следы по краю выступающей мышцы от угла челюсти до ядерной впадины. Шарль откинул голову назад, открывая доступ к кадыку, чем Макс и воспользовался, прикусив его, а потом зализав, вызывая шумный выдох. Дорожка поцелуев тянулась по ключицам, через груди, захватывай соски, по животу и уперлась в резинку боксеров. Оставив еще несколько поцелуев вдоль резинки, Макс прикусил выступающий гребень подвздошной кости, привлекая внимание. Поймав затуманенный взгляд Шарля, он отправил ему немой вопрос “можно?”, на что получил слабый кивок. Аккуратно стянув с Шарля шорты вместе с боксерами и достав из тумбочки все необходимое, Макс снова вернулся к поцелуям. Теперь его губы касались внутренней поверхности бедра, а руки вырисовывали круги на бедрах. Когда пальцы Макса коснулись возбужденного члены Шарля, у второго вырвался тихий стон. Рука начала свое движение, размазывая естественную смазку. Когда губы Макса коснулись головки, у Шарля вырвался громкий стон. Голова Макса начала движения, язык внутри его рта касался венок и уздечки. Рука Шарля переместилась в светлые волосы, сжимая их, контролирую темп. Его дыхание участилось, кровь шумела в ушах, он был близок в развязки. Но Макс не мог ему это позволить, он хотел больше, поэтому он оставил возбужденный член и поднялся, чтобы избавиться от своей одежды. Он оценил картину открывшуюся перед ним. Шарль лежит полностью голый с разведенными ногами, закусив губу, смотрит на него затуманенными глазами, с алые румянцем на щеках, с растрепанными волосами. Такого он себе даже в фантазиях не представлял. От такого вида его возбужденный член дернулся. Макс лег сбоку, нанес на пальцы смазку из тюбика и поднес их ко входу. Прежде чем ввести один палец, он прильнул губами к губам Шарля, увлекая в поцелуй, чтобы отвлечь того, от неприятных по началу ощущений. После полной растяжки, Макс надел на себя презерватив и навис над Шарлем. – Если будет больно, скажи мне и я остановлюсь, – прошептал он. Шарль кивнул, а затем закинул ногу на Макса, как бы обвивая его за талию и притягивая ближе. А руками, обхватив за голову, притянул для поцелуя. Макс воспринял это как сигнал к действию. Медленно ввел в Шарля сначала головку, а потом и всю длину, вызывая у монегаска стон, который был пойман губами. Первый движение были плавные, чтобы Шарль привык, затем он ускорился, находясь нужный ритм, потом сменялись углы проникновения в поисках нужного. Когда этот нужный угол был найден, раздался громкий стон Шарля, а сам он прогнулся в спине, запрокинув голову назад. Макс в таком положение начал двигаться активнее, выбивая все больше стонов. Когда он почувствовал, что сам близок к концу, он накрыл член монегаска своей рукой, стимулируя его. Движения руки и бёдер Макс совпадали. Этого хватило, чтобы довести Шарля до пика. Он излился в руку Максу, сопровождая это громкий протяжным стоном. Максу это ударило по ушам, полностью отключая сознание. Пара резких движений и нидерландец тоже кончает с рыком переходящим в стон. Макс аккуратно выходит из Шарля и опускается рядом, тяжело дыша. Несколько минут они лежали рядом, в тишине, нарушаемой их дыханием. – Я не думал, что ты можешь быть еще красивее, – приподнявшись на локте, шепчет Макс, хриплым голосом, – но сейчас ты просто великолепен, – он оставляет легкие поцелуи на плече Шарля, смешивая их со словами, – я хочу, чтобы этот вид остался в моей памяти навсегда, я хочу выжечь его на подкорке. Ты прекрасен. – Макси, не смущай меня, – Шарль прикрыл руками лицо. – Я ничего не могу с собой поделать, – довольно улыбнулся Макс, – эта правда сама выходит из меня. Макс снова лег на спину, обнимая Шарля. Монегаск закинул на него ногу, а рукой выводил замысловатые круги на груди. Макс же гладил его по спине. – Мне действительно некогда было рассмотреть твою спальню, – усмехнулся Шарль последовал нескольких минут тишины. – О, я старался, – улыбнулся Макс и поцеловал Шарля в мокрые от пота волосы, – нам нужно в душ. После совместного душа они снова оказались в постели. Макс притянул к себе Шарля, обнимая двумя руками и укладывая на себя. – Доброй ночи, Шарли, – прошептал Макс, поглаживая растрепанные волосы. – Сладких снов, Макси, – Шарль оставил легкий поцелуй на груди нидерландца. Он устроился поудобнее, постепенно погружаясь в сон. Макс засыпал с улыбкой на лице, слушая мерное дыхание человека на нем.