Докатился.

Утро в Междумирье всегда остаётся загадочным временем суток. Оно словно застряло между тьмой ночи и рассветом нового дня, создавая ощущение неопределённости и странной тишины вокруг. Именно в таком сумрачном состоянии сознания наш герой, Роман, спустился с ветвей старого дерева, которое служило ему ночлегом в течение долгих часов. Первое мгновение после пробуждения оказалось обманчиво спокойным. Но вскоре, двигаясь сквозь туман неясности, Рома осознал, что дальнейшее пребывание здесь грозит скукой и бессмысленностью. Поэтому он решил двигаться вперед, особо не вникая куда именно он идёт. Через некоторое время его взгляд зацепился за огромные каменные стены города - Поэны, город мироходцев. Город казался прекрасным и манящим, но Рома понимал, что войти туда вряд ли удастся. Улицы Поэн были закрыты для посторонних, а значит, любые попытки проникнуть внутрь могли закончиться неудачей или ещё хуже принятием его за инкуба. Однако совсем рядом находилась другое здание — величественная башня. Она стояла отдельно от города, на расстояние в киллометр, а может и меньше. Эта зданиепостройка притягивало внимание своими острыми шпилями и витиеватыми узорами на стенах, а были ли они там вообще..? Для Романа выбор был очевиден. Без особых колебаний он направился прямо к воротам Видомнии. Остановившись возле массивных дверей, парень наколдовал с помощью "Тойхи" антискинт или же скинтонит, разницы не было. Проведя по замку, дверь раскрылась. Открыв ворота Видомнии, Роман осторожно переступил порог. Внутри царила атмосфера покоя и одиночества. Несмотря на всю темноту башни, она так и тянула парня внутрь, а тот и не сопротивлялся. Единственными звуками были эхо шагов Романа да тихое поскрипывание старинных половиц под ногами. Кажется, легендарная хранительница местечка, известная междумирью как Фарагонда, отсутствовала в данный момент. Может быть, ей предстояли важные дела в другом измерении, ибо другой причины её отсутствия не было. Плутание по бесконечным коридорам и лестницам башни Видомния превратилось для Романа в настоящее испытание терпения и выдержки. Казалось, что эта крепость специально создана таким образом, чтобы сбивать с толку любого, кто отважится ступить на её территорию. Впрочем, зная наперёд расположение всех помещений, Рома избежал соблазна изучать каждую комнату по отдельности. Он прекрасно помнил, кого именно содержат в каждой камере. Ещё в своё время, выступая в образе храброго героя Лололошки, Роман имел дело с этими обитателями. Тогда он отправился сюда с благородной целью спасти пленников, попавших в беду из-за слухов о коварной Фарагонде, якобы похищающей искры мироходцев и погружающей их в вечные кошмары. Конечно, позже выяснилось, что всё это было обычной дезинформацией, призванной запутать окружающих, однако сам факт пребывания в этих местах оставил неизгладимый след в памяти Романа. Теперь, уже сидя не за экраном компьютера он вновь оказался здесь. Поднявшись по винтовым лестницам и пройдя мимо множества комнат, он наконец добрался до заветной двери. Та отличалась от прочих своим замысловатым устройством замка, которое никак не позволяло открыть её простым усилием руки. Для проникновения внутрь потребовалось использование скинтонита, полученного ранее. Роман отворил двери. То, что предстало перед ним, вызвало смесь изумления и любопытства одновременно,как никак видеть сидя за монитором или же в живую различно. Перед глазами Фильченков предстала фигура заключённого, привязанного тяжёлыми цепями. Глаза ярко-зелёного цвета сияли в полутьме помещения, чёрно-серые волосы ниспадали на плечи, подчёркивая контраст с одеждой — простой зелёной толстовкой. Узником оказался Эбардо, преступник межпространственного масштаба. Этот персонаж заслуженно считался одним из наиболее опасных преступников своего времени благодаря ряду дерзких преступлений, потрясших целые измерения. Самым известным деянием Эбардо стало хищение солнца из тринадцатого мира, лишив население света и тепла на все оставшееся время. Подобные злодеяния сделали его символом зла и причиной многих несчастий, хотя об этом вряд ли знает кто то кроме парочки человек, в счет которых входил и сам Роман. Зелёные глаза Эбардо немедленно обратились к вошедшему незнакомцу, выражая откровенное недоумение и недоверие. Здесь, в самом сердце Видомнии, гостей не было, конечно помимо всезнающей Фарагонды, которая регулярно навещала его исключительно с одной целью — убедиться, что он находится под строгим надзором и не способен совершить побег. Остальные посетители были исключены из списка возможных гостей, поскольку доступ в башню являлся делом невозможным, как минимум из за самой Гонды. Поэтому появление Романа показалось Эбардо совершенно неожиданным событием, достойным внимания и подозрений. Скованный цепями злодей напрягся, ожидая худшего исхода ситуации. — Ты ещё кто? Этот риторический вопрос заставил Романа внутренне усмехнуться. Почему-то большинство встреченных персонажей считали необходимым первым делом выяснить личность собеседника, игнорируя элементарные правила вежливости и забывая хотя бы поздороваться. И это, если честно, начинало бесить. — Я неупокоенная душа, пришедшая за твоей грешной душой. Роман ответил с лёгкой издёвкой, понимая, что подобные высказывания наверняка приведут оппонента в замешательство, а может и нет. Главное что есть момент для его шуток, а остальное не важно. Однако Эбардо не собирался сдаваться легко. Он уставился на гостя взглядом, полным раздражения. — Что за бред ты несёшь? Тебя Фарагонда за мной следить послала? Преступнику трудно было поверить, что обычный мироходец мог самостоятельно преодолеть защитные системы Видомнии и оказаться здесь. Логичнее всего ему представлялось предположение, что гость прибыл по поручению той, кому доверено охранять порядок в башне. — Даже представить сложно, что любимая смотрительница догадывается о моём скромном присутствии здесь, — слегка кривляясь, произнес Роман, лениво пожимая плечами. — А хотя, мнее и правда недолго здесь задерживаться не надо... Последовавшая пауза была наполнена напряжённым молчанием. Взгляд Эбардо говорил красноречивее любых слов: он явно ждал какого-нибудь пояснения, объяснения или признака истинных намерений незваного гостя. Однако Роман сохранял полное спокойствие, демонстрируя абсолютное равнодушие к реакции арестанта. Медленно приблизившись к своему новому знакомому, юноша позволил себе снисходительную ухмылку. — Знаешь, выглядишь жалко... Глаза Эбардо вспыхнули яростью, словно готовились испепелить наглеца на месте. Резким движением он попытался сорваться с места, ощутив звериную потребность расправиться с надоедливой мишенью. Но цепь, обвивающая тело и конечности, жёстко напомнила ему о его положении: стоило попытавшись освободить руку, он понял, насколько сильно ограничен в движениях. В этот миг внезапно скрипнула дверь, отвлекая внимание обеих сторон конфликта. За спиной открывалась дверь, Роман понял, что его время истекло. — Хочешь избежать неприятностей? Молчи. Мы ещё встретимся. Пока Эбардо. Договорившись таким образом, юноша растаял в воздухе, оставив озадаченного преступника разбираться с последствиями визита влиятельной женщины. Эбардо оставался неподвижным, стараясь выглядеть естественно, пока Фарагонда проходила мимо, не обращая внимания на внутреннее напряжение своего подопечного. В конце концов, комната снова погрузилась в привычную тишину, оставляя чувство облегчения и тревоги одновременно. Только вопрос.. А откуда он знает его имя..?