Полночное солнце

      

Каково это — быть с истинным? Это ведь должно быть просто идеально! Взаимно! И навсегда! Каково отказаться от истинного? Невыносимо больно! Какая бы причина ни стояла за этим выбором.

***

      Тэхён всегда мечтал встретить истинного. Он рос в обычной, крепкой семье. Папа работал учителем начальных классов — светловолосый омега, с карими, цвета горького шоколада глазами. Он так сильно любил детей, что посвятил им всего себя: сначала собственным сыновьям, а после и всем ребятишкам района в местной школе.       Ким Минсо обожал своих детей! Старший — Сокджин — также был омегой, как и младшенький — Тэхён.       Муж старшего омеги — Ким Лиан — был его истинным альфой. Высокий, с подтянутым телом и просто обворожительной улыбкой. Иногда Минсо рассказывал своим сыновьям, что именно в неё он и влюбился в первую их встречу с отцом. Не сказать, что они жили душа в душу. Все иногда ссорятся. Но было видно, как они любят друг друга и своих отпрысков.       Лиану принадлежало несколько цветочных лавок в Сувоне, которые приносили неплохой доход. Нет! Они не были сливками высшего общества! Но и точно не бедствовали. Жили в просторном двухэтажном доме, который нельзя было назвать дворцом или особняком. Обычный уютный домик с небольшим садом. У каждого была своя комната с персональной ванной, а также гостевая спальня и просторная гостиная на первом этаже. Кухня приличных размеров; Минсо обожал баловать своих мальчиков вкусняшками по выходным. Столовая с тесовым столом, за которым собиралась вся семья и друзья.       С самого детства омеги были больше привязаны к папе, который вкладывал в них все самые прекрасные и правильные качества, но в то же время старался быть строгим и справедливым, не забывая воспитать в собственных сыновьях чувство собственного достоинства. Сокджин пытался защитить младшего брата, часто беря вину за проказы на себя, а папа всегда всё знал и не позволял старшему баловать братишку, хоть тот и был на пять лет младше. Но Тэхён и сам рос очень гордым и с огромным чувством справедливости. Признавал свои ошибки, получая наказания самостоятельно. Никогда не пытался оправдаться или умаслить родителей. А ещё он никогда не позволял пошатнуться фундаменту своих принципов.       Отец часто был в разъездах: искал, налаживал связи с поставщиками из дальних городов, а также объезжал свои магазинчики, решая повседневные проблемы, будь то курьерская доставка или наём нового флориста. Неважно! Лиан старался всё контролировать сам.       Тэхён с Сокджином были очень дружны. Но, как и у любых братьев, наступил период взросления, и пятилетняя разница в возрасте стала ощущаться гораздо острее, когда у Джина случилась первая течка. Ему было шестнадцать. Тогда запах спелого яблока наполнил весь их дом, а отец уехал на неделю в Пусан, чтобы не оставаться дома, а заодно заключить несколько контрактов с новыми представителями фирмы по поставке голландских тюльпанов. Папа и Тэ не отходили от Джина ни на минуту. Конечно же, они не сидели у него на кровати, пока он пытался себя удовлетворить. Просто всегда были рядом: подавали воду и меняли постельное бельё, пропитанное природной смазкой и потом изнывающего от физической боли омеги.       Когда на третий день боль старшего сына стала нестерпимой, папа достал блокаторы и силком запихнул их в несоображающего подростка. Тэхён с горечью смотрел на старшего брата и совсем не хотел, чтобы тот страдал, ведь подобное испытание ждало и его самого. Одиннадцатилетний омега уже тогда понял: им суждено мучиться от течек всю жизнь, если только не найдётся альфа, способный облегчить эти муки. В случае же встречи с истинным альфой больше вообще не пришлось бы сгорать в агонии до конца дней.       Именно так думал Тэхён. Но разве бывает всё идеально? Конечно, нет. Когда Тэ оставался месяц до шестнадцатилетия, и он преспокойно готовился к зачёту по математике дома у своего лучшего друга Чимина, его резко бросило в жар. Живот скрутило так, что любой гастрит показался бы простой щекоткой.       — Тэ, тебе нужно домой, у тебя сейчас начнётся, — разволновался друг, который не знал, чем помочь. — Твой запах просто с ног сбивает. Я должен позвонить твоему папе. Хорошо, что вы через дом живёте и уже вечер, он дома. Прости! Я не справлюсь один. Да и блокаторов у меня нет.       — Звони, Чим! Это невыносимо! Только прошу, не оставляй меня, — уже всхлипывая, еле произнёс дрожащий омега.       — Хорошо. Я быстро, — схватил смартфон и выбежал за дверь, набирая номер Минсо. Через пять минут в дверь комнаты влетел старший омега. Запыхавшийся, подбежал к кровати Чимина, где уже бредил его младший сын.       — Тэ, милый! Ты можешь встать? Нам нужно дойти до дома. Я позвоню отцу, чтоб он не возвращался ещё неделю. Пусть съездит к родителям или к Сокджину в Сеул. А тебе нужно сейчас дойти до своей кровати, до своей спальни, где есть твой запах, — легко поглаживает по плечу. — Он хоть немного тебя успокоит. Если будет совсем плохо, тогда я дам тебе таблетки. Но только в крайнем случае. Чимин, помоги мне его довести, — обратился к стоящему рядом светловолосому омеге, являющемуся лучшим другом его сына.       — Конечно, я помогу, могли бы и не спрашивать. И позвольте мне остаться рядом. Я буду делать всё, что скажете: приносить влажные полотенца, еду, воду. Хочу помочь, чем смогу. Невозможно смотреть на него в таком состоянии, — присел на край кровати и взял горячую руку друга в свои ладони. Голос дрожал, а на глазах проступила блестящая влага. — С ним ведь всё будет хорошо? — слеза скатилась по румяной щеке.       — Да, Чимин, с ним всё будет хорошо, — опустив грустный взгляд. — Первая течка самая тяжёлая. Так будет не всегда. Я обещаю тебе, родной, — погладил вьющиеся волосы Тэхёна. — Ты обязательно справишься, потом будет легче.       Но легче стало только день на пятый, когда разум омеги начал более-менее проясняться. Лучший друг, как и обещал, почти не отходил от него, во всём помогая Минсо, выполняя все его распоряжения. Вечером второго дня боль стала невыносимой, и старший омега всё-таки дал Тэхёну таблетки, которые немного облегчили состояние.       Так прошла неделя, по истечении которой Тэ раз и навсегда решил, что больше не хочет проводить ни одной течки в адской агонии. Для этого нужен был альфа, а в случае беззаветно следовавшего своим принципам Тэхёна — обязательно истинный. Ведь только эта связь могла дать гарантию того, что его не оставят даже в самых ужасных ситуациях. Но этому не суждено было сбыться. По крайней мере до его совершеннолетия. Поэтому он проводил этот непростой период под присмотром папы или друга. К слову, он не оставался в долгу и ухаживал за Чимином, когда его посещала та же проблема. Со временем Тэ понял, что будет искать свою пару, данную самой природой, не думая ни о ком другом и не позволяя опорочить своё тело, предназначенное одному-единственному на всём свете человеку, пусть для этого всё-таки и придётся терпеть то, чем природа наградила людей с омежьей сущностью. Человеку, которого он поклялся себе найти во что бы то ни стало.

***

      После окончания школы в родном городе они с Чимином вместе поступили на художественный факультет Академии искусств в Сеуле. Родители долго не могли смириться с отъездом своих чад из отчего дома, но они ведь были вдвоём, были друг у друга. Поэтому мнительным старшим пришлось смириться с выбором своих повзрослевших детей. Минсо успокоился быстрее, так как Сокджин тоже поступил в ту же академию на музыкальный. У старшего брата Тэ был просто потрясающий голос! Он завораживал своим пением всех домашних. Да и когда учился в школе, участвовал во всех мероприятиях и был отправлен многократно на всевозможные конкурсы по вокалу, представляя свою школу и завоёвывая множество наград за свой талант. Сейчас же он уже был на последнем курсе и мог целый год приглядывать за своим младшим братишкой.       — Тэхён, мы с отцом согласились на твой переезд. Но за тобой будет приглядывать Джинни. Твои родители тоже дали добро, Чимин. Но... если что-то пойдёт не так, то вы тут же вернётесь домой! Без разговоров и препираний! Вы всего лишь два молодых омеги. Никого не знаете в чужом городе. Джин не считается! — Минсо поднял строгий взгляд и указательный палец на сына, когда тот уже открыл рот, чтобы что-то высказать. Видимо, возразить переживающему папе. — Не спорь! Он хоть и старше, но всё же тоже омега, и защитить вас там некому. Я надеюсь на твоё благоразумие, — перевёл взгляд, ставший гораздо мягче, на друга Тэ.       — Конечно, господин Ким! — задорно кивнул Пак.       — Да сколько уже можно говорить? Минсо, Чимин. Меня зовут Минсо, — рассмеявшись, он похлопал парня по плечу.       — Хорошо, Минсо, — Чимин растянул пухлые розовые губы в довольной улыбке.       — Тэхён, ты всё понял?       — Да, пап, всё понял! — подняв руку ко лбу и отдавая честь. — Я и сам себя в обиду не дам, ты же знаешь! И Чим-Чима обижать не позволю никому! — он обвил друга за плечи, прижимая к себе.       — И ещё! Будьте аккуратнее с альфами. Все люди разные. И, к сожалению, не все альфы хорошие и достойные, — Минсо прищурился, будто пытаясь разглядеть, впитали ли они все его предупреждения. — А сейчас можете поговорить и расходиться собирать вещи. Послезавтра Лиан вас отвезёт. Он завтра возвращается как раз из Сеула, — направился к выходу из комнаты сына, где младшие ожидали вердикта своих родителей, тихонько прикрывая дверь.       — Я и не сомневался, что у тебя замечательный папа, — Чимин растянул свои пухлые губы. — Так мы едем в Сеул! — победно вскинув руки вверх.       — Надеюсь, нас поселят вместе, — потянулся Тэ за объятиями. И получил их.