Я не хочу, чтобы система превратила меня в главную героиню!

Три жены Су Ци на мгновение опешили, услышав слова своего мужа. «Стажировка? С чего бы вдруг проходить стажировку уже на втором курсе?» Обычно студенты Университета Су отправлялись на практику только на выпускном курсе, верно? К тому же, учитывая выдающиеся преподавательские способности их мужа, действительно ли ей вообще была нужна какая-то стажировка? Ван Цзыцзинь искренне считала, что будь она на месте ректора, она бы ни за что не отпустила Су Ци из стен университета. В конце концов, любой, кто хоть раз видел стримы Су Ци, прекрасно понимал, какой это самородок. Ань Нин, будучи владелицей целой сети магазинов в городе Су, ненадолго задумалась и мягко предложила: — Муженек, а на какую должность ты хочешь устроиться? Как насчет того, чтобы я сразу сделала тебя управляющей одного из моих магазинов? От этих слов Женушки Ань Нин у Су Ци на душе разлилось приятное тепло. Она отчетливо чувствовала глубокую любовь и заботу своей жены, но в итоге всё же решительно покачала головой. Ведь она понятия не имела о том, как правильно управлять магазинами и вести розничную торговлю. Су Ци казалось, что максимум, на что она способна — это быть обычным рядовым продавцом на кассе. Сделай её директором, и заведение рано или поздно гарантированно пойдет ко дну. Немного подумав, она решила выложить чистую правду: — Я хочу пойти стажером в инвестиционную компанию Сестренки Ван Юнь. Я как раз в последнее время активно изучаю торговлю на бирже. Услышав это, Ань Нин и Ван Цзыцзинь снова переглянулись в легком замешательстве. Всё-таки биржевая торговля была обязательным и весьма хардкорным курсом для студентов финансовых специальностей. И они сами, будучи будущими финансистами, еще даже не заикались о желании полноценно ворваться на фондовый рынок. А тут их муж, чистокровный технарь с компьютерного факультета, вдруг заявляет, что хочет заняться акциями. Звучало это довольно фантастично. Сяо Сяосяо, которая всю жизнь провела в четырех стенах элитных школ, разумеется, вообще не знала, что такое акции, и даже отдаленно не понимала концепцию стажировок. Она просто преданно хлопала своими ясными глазками, переводя взгляд на Сестренку Су. Видя, что три её жены смотрят на неё с явным сомнением, Су Ци решила подкрепить слова делом и открыла на компьютере вкладку со своим брокерским счетом. Стоило Ань Нин и Ван Цзыцзинь увидеть семизначную сумму чистой прибыли, как обе девушки застыли в полнейшем шоке. «Их муженек... неужели она настолько гениальна в инвестициях?!» В отличие от Ань Нин и Цзыцзинь, которые сразу оценили масштаб доходности благодаря экономическому образованию, Сяо Сяосяо в этих графиках прибыли ничего не смыслила. Зато она прекрасно умела читать итоговые цифры. И когда её взгляд наткнулся на строчку «Общие активы счета: 11,86 миллиона юаней», её кукольный ротик изумленно приоткрылся. Заметив эту умилительную реакцию Сяосяо, Су Ци скользнула взглядом по столу, подцепила пальцами лежащую там конфету «Белый кролик», невозмутимо развернула фантик и отправила сладость в рот, попутно с удовольствием искупавшись в новой волне восхищенных взглядов от своих жен. Изучив заработки своего мужа, Ван Цзыцзинь была глубоко поражена, но всё же задала самый логичный и волнующий её вопрос: — Муженек, но почему именно сейчас, в самом начале учебного года? Даже если тебе очень хочется заработать денег, к чему такая спешка, а? От вопроса Женушки Цзыцзинь Су Ци на секунду потеряла дар речи. Сложно было это объяснить. Торопилась ли Су Ци сейчас? О да, еще как! В конце концов, до часа Икс и дедлайна, установленного Системой для сбора средств, оставалось всего 50 дней, а ей до сих пор не хватало без малого 90 миллионов юаней. Но ведь она не могла взять и выложить женам всю правду про гачу, Систему и безумные миллионы. Слегка раскинув мозгами, Су Ци экстренно выдала: — Ну... мы еще во время каникул договорились об этом с Сестренкой Ван Юнь... На середине фразы Су Ци пробил холодный пот — ведь она едва на автомате не ляпнула «с Женой Ван Юнь»! Она судорожно сглотнула и поспешно перестроила показания: — Во время каникул Сестренка Ван Юнь то и дело зазывала меня к себе в компанию. Я ей в итоге пообещала, да и самой мне очень хочется изнутри изучить их модель ведения торгов. Думаю, я смогу полностью освоить весь процесс примерно за месяц. Услышав такую аргументацию, Ван Цзыцзинь и Ань Нин чисто рефлекторно хотели заявить решительный протест. В конце концов, обе они с самого детства росли и общались с Ван Юнь бок о бок. Цзыцзинь и Ань Нин слишком хорошо знали, насколько темная и коварная душа у этой женщины. Ван Юнь обводила их вокруг пальца и вовлекала в свои интриги столько раз, что и не сосчитать. При одной только мысли о том, что эта хищница будет проводить с их невинным мужем дни и ночи напролет в офисе, девушек охватывала сильная тревога — они панически боялись, что Су Ци там просто сожрут с потрохами. Но не успели они вымолвить и слова, как Су Ци мягко добавила: — Цзыцзинь, Ань Нин, Сяосяо... вы все у меня такие выдающиеся и успешные. Мне тоже нужно очень много и усердно работать, чтобы соответствовать вам и не оставаться позади! От этих слов мужа у Ван Цзыцзинь и Ань Нин мгновенно растаяло сердце. Пусть обе они обладали колоссальными ресурсами, возможностями и влиянием, чтобы до конца дней безбедно содержать своего любимого муженька, но настоящие отношения требовали обоюдного стремления и совместного роста. Видя, как их муж изо всех сил рвется вперед и совершенствуется, девушки на мгновение даже потеряли дар речи от избытка чувств. В конце концов, это было её личное, осознанное решение заниматься тем, чем хочется. К тому же Цзыцзинь и Ань Нин прекрасно понимали: пусть в повседневной жизни их муж была ласковой и во всем им подчинялась, в глубине души у неё был невероятно твердый стержень и собственное непоколебимое мнение. Это было отлично видно по той грандиозной буре, которую она устроила во время подачи документов в университет — о чём жены в красках узнали от Лу Жань во время поездки в провинцию Чжэ. И хотя Ван Цзыцзинь и Ань Нин были «законными» женами Су Ци, они категорически не хотели душить её своей любовью и ограничивать свободу. И как бы они ни ворчали на «Сестренку Ван Юнь», им приходилось признать, что фирма Ван Юнь — это всё же самое безопасное место из всех возможных вариантов на рынке. Всё из-за того, что внешность их мужа была слишком умопомрачительной, без преувеличения — красота, способная рушить города. А уж в реалиях офисной работы Ань Нин и Цзыцзинь слишком хорошо знали, как часто начальники любят распускать свои грязные руки на рабочем месте. Пусть эмоциональный интеллект их мужа за последнее время сделал заметный скачок вперед, и она больше не была той забитой и замкнутой тихоней, Ван Цзыцзинь и Ань Нин, глядя в эти чистые, ясные глаза Су Ци, всё равно не могли быть спокойны. Им казалось, что даже со всем своим прогрессом их муженек в житейском плане ушла недалеко от наивной Сяо Сяосяо. Если она пойдет в компанию к Ван Юнь, и её боссом будет именно старшая сестра, то та как минимум сможет круглосуточно приглядывать за их мужем и гарантированно защитит её от поползновений каких-нибудь офисных извращенцев. Что же касается ревности и опасений, как бы сама Сестренка Ван Юнь не положила глаз на их муженька... Ван Цзыцзинь, как гений дипломатии, мгновенно состряпала идеальный контрплан. Всё было до смешного просто: им нужно всего лишь каждый день лично забирать мужа с работы прямо у дверей офиса! В конце концов, её старшая сестра ведь не посмеет выкинуть что-то эдакое прямо в рабочие часы, верно? Ликвидировав в зачатке потенциальную угрозу, Ван Цзыцзинь озвучила вердикт: — Хорошо, муженек. Раз так, ты можешь пойти поработать в компании Сестренки. Но с одним железным условием: по вечерам ты обязана железно возвращаться и ночевать в общежитии! Услышав согласие Женушки Цзыцзинь, Су Ци радостно и часто закивала головой: — Конечно, конечно! От главных ворот университета как раз ходит 126-й автобус прямо до здания фирмы, да и станция метро там совсем рядышком. Ань Нин окинула взглядом своего роскошного мужа, которая с максимально серьезным и деловым видом рассуждала о том, как она будет трястись в автобусах и протискиваться в забитые вагоны метро. По какой-то неведомой причине в голове Ань Нин тут же яркой вспышкой промелькнула паническая картина: её хрупкого, нежного муженька в полупустом вагоне безжалостно зажимает какой-нибудь уличный извращенец... Её аж передернуло от ужаса, и она поспешно отрезала: — Никакого метро, муженек! После работы ты будешь строго сидеть в офисе и ждать, пока я или Цзыцзинь лично заедем за тобой на машине! Слыша эти слова Женушки Ань Нин и видя, как Ван Цзыцзинь согласно кивает в ответ, Су Ци была глубоко тронута до самой глубины души. Но понимая, что её две жены и без того ежедневно по уши завалены собственными делами и бизнесом, она категорически не хотела вешать на них лишнее бремя. Она замотала головой: — Да ну что вы, не нужно! Вы ведь сами весь день заняты. Я без проблем смогу добираться обратно самостоятельно! И вот тут Сяо Сяосяо, которая до этого сиротливо сидела в сторонке и долгое время не вмешивалась в разговор, услышав слова Су Ци, внезапно оживилась. Её глаза радостно вспыхнули, и она звонко объявила: — О! Тогда я сама буду каждый день ездить и забирать Сестренку Су с работы! И Сестренка Ань Нин, и Сестренка Цзыцзинь тогда смогут быть абсолютно спокойны! Стоило этой фразе прозвучать, как в комнате 507 мгновенно воцарилась гробовая, зловещая тишина. Ань Нин и Ван Цзыцзинь синхронно впали в ступор, в красках представив себе картину, как эту мелкую Сяо Сяосяо по дороге за мужем саму средь бела дня крадут какие-нибудь злые люди прямо на улице. В итоге Ван Цзыцзинь лишь со вздохом ласково погладила Сяо Сяосяо по макушке и с величайшим сочувствием пояснила: — Малышка Сяосяо... Ты ведь только что поступила на медицинский факультет. Откуда у тебя, ради всего святого, вообще возьмется свободное время? И эти слова вовсе не были обычной отмазкой, чтобы отвязаться от девочки. Ван Цзыцзинь слишком хорошо знала, что такое медицинский вуз — всё-таки её собственная семья владела сетью крупных клиник. Вспоминая, в какого замученного, несчастного и изможденного раба превратился её старший брат Ван Цзычэн за годы учебы, и как он сейчас пахал на износ, будучи заезженным сильнее бродячего пса... Ван Цзыцзинь принялась гладить Сяо Сяосяо по голове еще нежнее и бережнее. «Бедная маленькая девочка, выбравшая медицину... да пребудет с тобой удача и все высшие силы...»