Я не хочу, чтобы система превратила меня в главную героиню!

В 12:30 дня в кабинете директора разыгралась крайне нетипичная картина. Знаменитая и грозная директор Ван сейчас самым жалобным образом вымаливала прощение у своего маленького ассистента! — Муженек, ну не злись ты так. Давай сначала покушаем, а? В ответ на все эти слезные извинения своей жены Ван Юнь Су Ци выдала лишь одно короткое и веское: — Хмп! Глядя на Су Ци, которая отвернулась в сторону, точь-в-точь как избалованная молодая барышня, надув свои раскрасневшиеся щечки, Ван Юнь нашла её просто невыносимо очаровательной. Её муженек была умилительна даже в гневе! Впрочем, вспоминая свое недавнее поведение под столом, Ван Юнь вынуждена была признать, что на этот раз она и правда перегнула палку, из-за чего даже её рабочее кресло... Спешно тряхнув головой, чтобы прогнать эти излишне пикантные образы, Ван Юнь предприняла ещё одну попытку задобрить своего маленького мужа: — Муженек, ну не дуйся. Скушай вот эту креветочку, она ещё совсем горячая, прямо пар идет! — с этими словами она поднесла очищенную креветку прямо к плотно сжатому ротику Су Ци. Су Ци уловила соблазнительный аромат еды, а краем глаза заметила, в какую невероятно сексуальную позу опустилась Ван Юнь, наклонившись к ней на коленях с угощением. Немного поколебавшись, Су Ци всё же упрямо дернула головой и отвернулась ещё сильнее. «Ишь чего удумала! Решила, что меня можно купить одной-единственной креветкой? Глупые розовые мечты!» Ван Юнь впервые видела своего маленького мужа в столь решительном и непреклонном гневе. Однако тот факт, что Су Ци до сих пор не отпихнула её и не ушла из кабинета, наглядно доказывал: она просто ждет, чтобы её как следует поуламывали, верно? Немного подумав, Ван Юнь вспомнила главную слабость своего муженька — та всегда поддавалась ласке и напрочь не выносила грубой силы. Она аккуратно присела на диван прямо рядом с Су Ци и тихонько прошептала ей на ушко несколько заветных слов. Стоило этим словам коснуться слуха Су Ци, как её суровое, неприступное выражение лица наконец-то дрогнуло и смягчилось. И когда пухлая креветка снова выросла перед её лицом, она наконец-то соизволила открыть ротик и с тихим «Ам» приняла угощение. После завершения трапезы они снова оказались в том самом просторном кресле директора, вот только на этот раз роли кардинально поменялись — теперь уже Ван Юнь послушно сидела на коленях у своего мужа. И очень скоро кабинет руководителя вновь заполнился густой, романтической атмосферой... В инвестиционной компании «Компас» обеденный перерыв длился целых два часа. Ровно в 2 часа дня, точь-в-точь как и утренняя битва, стартовала рутинная послеполуденная планерка. Однако на этот раз председателем на собрании выступала лично Ван Юнь. Поскольку блок официального знакомства с новыми сотрудниками был уже пройден, всё совещание заняло от силы минут десять, после чего было объявлено успешно закрытым. Как личный ассистент директора, Су Ци наивно полагала, что вторая половина дня окажется куда более загруженной и динамичной, но с удивлением обнаружила, что её непосредственный начальник ведет себя ровно так же, как и утром. Неспешное попивание кофе, ритуальное использование освежителя воздуха, затяжные посиделки со сплетнями в отделе логистики... В итоге Ван Юнь соизволила вернуться на свое рабочее место, чтобы проверить почту от подчиненных и изучить свежие биржевые сводки, только когда на часах бахнуло 4 часа дня. Если и было какое-то кардинальное отличие от утренней сессии безделья, так это полное отсутствие мучительных раздумий над заказом еды. Всё-таки Ван Юнь официально освобождалась в 5 вечера, так что вопрос ужина она вполне могла решить самостоятельно в каком-нибудь приличном ресторане. Су Ци как-то не выдержала и прямо спросила свою жену Ван Юнь, почему топ-менеджмент крупной финансовой компании работает в настолько расслабленном и вальяжном режиме. Ответ Ван Юнь оказался до смешного прост: в данный момент на фондовом рынке не наблюдалось вообще никаких крупных потрясений или штормов, так что её главной задачей было просто поддерживать стабильную доходность клиентских портфелей. Стабильно оставаться в плюсе — задача, конечно, чертовски сложная для обычных розничных инвесторов. Но для целой инвестиционной компании всегда существовал огромный выбор «железобетонных» акций, которые стабильно росли и практически не имели шансов уйти в минус. Как директору, ей нужно было просто выбрать из этого списка самый надежный и консервативный вариант. — Конечно, если на бирже начнется реальный хаос и графики полетят вниз, — с улыбкой добавила Ван Юнь, — вот тогда нам и правда придется пахать здесь сверхурочно до кровавых мальчиков в глазах... Пока Су Ци не спеша допивала ещё одну чашечку клубничного чая с молоком, время незаметно подобралось к 5 вечера — официальному финалу рабочего дня. Услышав за дверью кабинета оживленный топот ног расходящихся сотрудников, Су Ци удивленно посмотрела на свою Жену Ван Юнь: — Сестренка, а ты почему до сих пор не собираешься? Нам разве не пора идти? Ван Юнь, которая уже была полностью одета и готова к выходу, нашла этот наивный вопрос своего очаровательного мужа безумно забавным. «Хотела ли она уйти прямо сейчас? Ну конечно же да!» Но будучи целым директором компании, она обязана была как минимум разыграть перед подчиненными классический спектакль под названием «самоотверженная работа сверхурочно». Если начальник будет ежедневно вылетать из офиса ровно по звонку секунда в секунду вместе со своими рядовыми сотрудниками, у коллектива неизбежно сложится стойкое впечатление, что руководство ни черта не делает и бьет баклуши. И пусть Ван Юнь прямо сейчас действительно ни черта не делала и била баклуши, её подчиненным об этом знать было абсолютно не обязательно. Ей нужно было выждать как минимум минут десять для проформы, и только тогда с чистой совестью покинуть рабочее место. Выслушав эти премудрости офисной дипломатии от своей жены, Су Ци лишь мысленно вздохнула: «да уж, корпоративные воды оказались куда глубже и грязнее, чем мне виделось со стороны!». Когда шаги в коридоре стали раздаваться совсем редко, и они уже окончательно намерились выйти, телефон Су Ци оглушительно зазвонил. Увидев на экране имя своей Женушки Цзыцзинь и мгновенно воскресив в памяти весь утренний кошмар под столом, Су Ци проявила чудеса житейской мудрости. Она поспешно и на приличное расстояние отшагнула от своей Жены Ван Юнь, обладавшей столь специфическими, извращенными наклонностями, и только после этого нажала кнопку ответа. Ван Юнь с улыбкой наблюдала за тем, как её очаровательный маленький муж испуганно отпрыгнула в самый дальний угол кабинета, словно осторожный хомячок, и оттуда настороженно бдит за каждым её микродвижением, параллельно разговаривая по телефону. Это было просто невыносимо мило! И не будь у Ван Юнь сейчас вполне обоснованного страха, что нежные губки её мужа снова припухнут от поцелуев, и это сразу же засечет её младшая сестра — точнее, теперь уже три её коварных сестренки, — она бы обязательно подошла и устроила Су Ци ещё один сеанс тактильного террора. Впрочем, учитывая, что она сегодня уже один раз знатно поиздевалась над своим маленьким мужем, перегибать палку во второй раз было нельзя, иначе та окончательно закроется в своей раковине. Впереди было ещё навалом времени, а Ван Юнь всегда предпочитала играть вдолгую. «Спокойствие, только спокойствие — это залог устойчивого и непрерывного развития их тайных отношений». Телефонный звонок Су Ци завершился невероятно быстро. Причина была проста: это был короткий и четкий доклад от Ван Цзыцзинь о том, что она уже ждет её внизу на машине! На самом деле Су Ци в глубине души была безумно тронута такой заботой, но в то же время ей жутко не хотелось, чтобы её жены Цзыцзинь и Ань Нин ежедневно мотались за ней через весь город. Всё-таки обе они были по уши заняты собственными важными карьерами и бизнесом, а такие поездки заставляли Су Ци чувствовать себя каким-то детсадовским ребенком, которого родители забирают из ясельной группы. Ну в самом-то деле, она ведь взрослая девушка, она точно не потеряется по дороге в общежитие! Однако, вспоминая все те страшные угрозы, ультиматумы и методы убеждения, которые её две старшие жены пустили в ход вчера вечером хотя, если быть честными, там были исключительно жесткие угрозы, Су Ци в конечном итоге вынуждена была пойти на безоговорочный компромисс. Как-никак, её ножки после вчерашней экзекуции до сих пор предательски подкашивались при одном упоминании слова «наказание»... В 5:30 вечера у парадного входа в деловой центр «Тяньюй» Ван Юнь, крепко и нежно сжимая в своей руке ладошку Су Ци, плавно вышла из стеклянных дверей. И её наметанный взгляд бизнес-леди мгновенно выцепил в транспортном потоке роскошную «тачку» своей младшей сестры! Наблюдая за тем, как толпы прохожих на улице вовсю и с диким восторгом фотографируют этот умопомрачительный Ламборгини на свои телефоны, Ван Юнь лишний раз убедилась, что её давнее решение подарить этот суперкар младшей сестре было просто гениальным ходом. Сама же Ван Цзыцзинь, восседавшая за рулем, в этот момент пребывала в крайнем раздражении от беснующихся снаружи зевак с камерами. Она всей душой искренне недолюбливала эту излишне пафосную машину, но выбора у неё, увы, не было. Пока она ещё не обрела полную финансовую независимость от семьи и не могла преспокойно купить себе новый автомобиль, ей приходилось крутить баранку этого подаренного монстра. Ох, услышь все эти случайные прохожие с телефонами тайные мысли двух жен Су Ци, у них наверняка возникло бы к этой зажравшейся элите парочка очень веских, нецензурных претензий! Ван Юнь и Су Ци сегодня обе были при полном офисном параде в строгих деловых костюмах. Их безупречные лица, точеные фигуры, да ещё и тот факт, что они шли, крепко и интимно держась за руки, мгновенно заставили прохожих переключить всё свое внимание с роскошного автомобиля прямиком на эту шикарную пару. Ван Цзыцзинь тоже быстро заметила свою старшую сестру и мужа, шагающих в её сторону. И когда её взгляд наткнулся на их намертво сцепленные пальцы и то, как весело и увлеченно они о чём-то воркуют и смеются... И пусть в мире девушек такие близкие тактильные контакты и держания за руки были абсолютно нормальным явлением, Ван Цзыцзинь на каком-то подсознательном уровне ощутила, что эта картина выглядит чертовски чужеродно и подозрительно. В её голове мгновенно вспыхнуло мощнейшее чувство дежавю — ощущение было такое, будто перед ней вместо старшей сестры сейчас внезапно материализовалась Младшая сокурсница Сяосяо со своими партизанскими замашками! При этой мысли Ван Цзыцзинь невольно передернуло от глубинного ужаса. «Господи упаси, мне в этой шведской семье только ещё одной новой «сестренки» не хватало, да ещё и в лице собственной старшей сестры! Это будет уже окончательный апокалипсис!» Наблюдая за тем, как её муж, дошагав до машины, одарила старшую сестру на прощание самой лучезарной, счастливой и сияющей улыбкой, Ван Цзыцзинь мысленно прищурилась и вынесла своему благоверному окончательный судебный приговор: «Ну погоди, муженек... Сегодня ночью, когда ты явишься ко мне греть постель, я устрою тебе такое суровое и детальное внушение, что ты у меня мигом позабудешь, как улыбаться чужим женщинам!!!»