Чертополох памяти

Тысяча лет… Так говорят мудрецы, что знают время. А для меня – лишь миг, что пролетел, как стрела Аполлона. Я помню, как была мала, как ты, мой брат, брал меня за руку, ведя по тропам к морю. Твои слова были как песни нимф, а взгляд – как солнце, что греет землю. Но ныне… ныне что-то изменилось. Я смотрю на тебя, и сердце мое бьется иначе. Не так, как билось, когда ты учил меня плести венки из лавра, или когда рассказывал о подвигах героев. Теперь оно трепещет, словно пойманная птица, и я не знаю, куда ей деться. Я смотрю на твои руки, что так сильны и надежны, и мне хочется прикоснуться к ним. Но стыд, словно холодный туман, окутывает меня. Это неправильно, я знаю. Ты – брат мой, мой защитник, мой свет. Так говорят все. Но почему тогда, когда ты рядом, мир вокруг становится иным? Почему твоя улыбка заставляет меня забыть обо всем, кроме тебя? Я пытаюсь спрятать это чувство, словно драгоценный камень, который нельзя показывать никому. Я говорю себе: "Это лишь юность, это лишь игра воображения". Но оно растет, это чувство, как дикий плющ, обвивая мою душу. Оно шепчет мне слова, которых я не смею произнести даже в своих снах. Когда ты смотришь на меня, мне кажется, что ты видишь все. Видишь этот тайный огонь, что разгорается в моей груди. И тогда я отвожу взгляд, боясь, что ты увидишь мою слабость, мою… мою любовь. Да, я произнесла это слово в своей душе. Любовь. Но разве может быть такая любовь между братом и сестрой? Я не знаю, что делать. Я боюсь себя, боюсь своих мыслей. Я хочу быть той прежней Дидим, что беззаботно смеялась рядом с тобой. Но эта новая Дидим… она другая. Она смотрит на тебя с трепетом, с желанием, с нежностью, которая пугает ее саму. О, Боги! Если вы слышите меня, помогите мне. Уберите этот запретный огонь из моего сердца или научите меня жить с ним. Я не хочу быть грешницей, но я не могу перестать чувствовать. Я не могу перестать смотреть на тебя, брат мой. И в этом моем молчании, в этом моем стыде – вся моя юная, противоречивая, невинная душа. Я вижу, как ты говоришь с другими, как смеешься, и в груди моей рождается странная боль. Не ревность ли это? Но разве может сестра ревновать брата? Это так странно, так неправильно. Я пытаюсь понять, что происходит со мной, но слова ускользают, как песок сквозь пальцы. Когда ты уходишь, дом кажется пустым, а солнце – бледным. Я ищу твой взгляд в толпе, жду твоего голоса, словно иссохшая земля ждет дождя. И когда ты возвращаешься, мое сердце замирает, а потом начинает биться так сильно, что я боюсь, ты услышишь его стук. Я знаю, что должна быть другой. Должна быть той, кем была всегда – твоей младшей сестрой, твоей тенью, твоей радостью. Но эта новая я… она хочет быть ближе. Хочет знать твои мысли, чувствовать твое дыхание, видеть мир твоими глазами. Иногда, когда мы одни и ты смотришь на меня так пристально, мне кажется, что ты тоже чувствуешь что-то. Что-то, что выходит за рамки родства. И тогда я замираю, боясь пошевелиться, боясь разрушить этот хрупкий момент, который одновременно и прекрасен, и ужасен. Я молю Богов о прощении за эти мысли, за эти желания, которые терзают меня. Я не хочу быть порочной. Я хочу быть чистой, как роса на рассвете. Но как мне очистить душу, когда она так сильно тянется к тебе? Может быть, это просто сон, который скоро пройдет? Может быть, когда я вырасту совсем, эти чувства утихнут, как волны, отступающие от берега. Но пока… пока я живу в этом противоречии, в этой тайне, которая делает меня одновременно и слабой, и сильной. Я смотрю на тебя, брат мой, и в моих глазах, я знаю, отражается вся моя невинность, вся моя растерянность и моя запретная, но такая настоящая любовь, что расцвела в моей юной душе, словно дикий, но прекрасный цветок. Я буду хранить эту тайну, как самое драгоценное сокровище, как самый горький яд. И буду молиться, чтобы Боги дали мне силы жить с этим, не разрушая себя и тебя. Брат мой, ты – мой свет, моя тьма, моя вечная загадка. И я люблю тебя… люблю так, как не должна любить сестра.