Снова и снова выберу тебя

«Да… Ну и погода сегодня… Отстой.» Промозглый жуткий ливень с самого утра бил по стеклам корпуса разведчиков, а на улицу без теплых вещей вообще не выйдешь, хотя еще вчера была невыносимая жара, +38, наверное… Голова трещала по швам от таких климатических перепадов, хотя кто знает, может всему виной украденная бутылка вина, выпитая на пару вчерашним вечером… Джейн опускает голову на руки, едва касаясь лбом холодного деревянного стола. В ту секунду, как она прикрыла глаза, сразу возник силуэт высокого юноши, его томного опьяненного голоса, теплых рук и сильного тела… без одежды.? Внизу живота кольнуло, девушка рывком подняла голову и открыла глаза, часто моргая. Пойти что ли делом заняться… Общее настроение было какое-то унылое и растерянное, за плечами несколько провальных миссий и куча потерь, впереди еще Бог знает сколько таких же дней, а в голове вместо радужных надежд на счастливое и спокойное будущее лишь мысли о том, как не сдохнуть сегодня. Не удивительно, что кто-то предпочитает сбежать или совершить самоубийство… В голове снова образ в полумраке, нежные прикосновения, теплый ласковый поцелуй, какие-то приятные успокаивающие слова, шепотом обдающие ухо. Все как будто во сне. Как будто не с ней. Но это был не сон… Она точно помнит… Абсолютно все. — Здравствуй, — где-то справа послышался такой томный знакомый голос, лавка чуть просела от веса собеседника, девушка медленно повернула голову, вытаскивая себя из потока мыслей. «— Представляешь, какая нам крышка, если кто-то увидит… или услышит… — Плевать…» Джейн на секунду зажмурилась и нервно сглотнула, прерывисто выдыхая. — Здравствуй, Жан… — Как себя чувствуешь? У меня что-то голова трещит, — он устало усмехнулся и зачесал со лба волосы. «— М-м-м… Боже, Джейн… Как хорошо…» — Я… я нормально, — да что ж ты будешь делать с этими мыслями!.. — Извини, мне надо идти, дела… есть… да… Пока, увидимся… Потом, — стараясь не пересекаться взглядом с юношей, Джейн поднялась с лавочки и попыталась вылезти, перекидывая ногу. Длинная юбка помешала планам, девушка, запутавшись в подоле, потеряла равновесие и всем весом полетела на Жана. Быстро сориентировавшись, тот подставил руки, перехватывая ее под лопатками. Длинные темные волосы Джейн упали на лицо Кирштейна, запах какой-то сладости ударил в нос, он чуть сильнее сжал ее в своих руках, не желая отпускать несмотря на то, что она уже вполне поймала равновесие и могла стоять на ногах. Бесспорно, снова оказаться в его объятиях было безумно приятно, но черт… Так нельзя… — Пожалуйста, отпусти, не надо, — упираясь в сильные плечи парня, Джейн попыталась выбраться. — Я хотел поговорить. Ты так быстро убежала с утра… — Жан, о чем ты хочешь разговаривать? Не надо, прошу… Не стоит возвращаться к этой теме, — она все же подняла глаза на Кирштейна, ловя его слегка напуганный нежный взгляд. — Но почему? — руки ни на сантиметр не расцепились с ее спины, он настойчиво держал зрительный контакт. — Просто… Не нужно, — с долей сожаления и боли Джейн ответила юноше, силой освобождаясь от его хватки, перескакивая через скамью. Она быстрым шагом направилась в сторону коридора, сдерживая слезы. Черт, какое же отвратительное чувство… Просто ужасное… Как больно… Она даже не представляла, что все будет так. Тело прошибал ледяной пот, хотелось закрыться в комнате и хорошенько прореветься, что она и планировала сделать. Поворот, за ним еще один, дальше вверх и все, можно будет не держать лицо и не притворяться. На следующем шаге сильные руки, обхватившие Джейн, в секунду дали понять, что пол под ногами она больше не чувствует, слезы мешали нормально видеть. Еще мгновение — и она оказалась в подсобке, зажглась тусклая лампа, дверь захлопнулась, руки расцепились с талии, давая возможность развернуться в тесном помещении, вместе с тем привыкая к свету. Девушка одернула юбку, протирая глаза. — Жан? Ты что? — сердце сильно било по грудной клетке, горло сжимал ком, несколько слезинок все-таки вырвались из глаз, стекая по холодным щекам. — Я хочу сказать, пожалуйста, выслушай и не перебивай, договорились? — чуть тише обычного заговорил Кирштейн, поднимая руку к лицу девушки, вытирая мокрые дорожки с ее щек. Она кивнула, не в силах оторвать от него взгляд. При таком свете Кирштейн казался еще привлекательнее, челка падала на лицо, создавая необычную тень, голос из-за попыток говорить тише стал чуть ниже, чем всегда… Какой же он невероятный… Но нельзя… Не надо… — Джейн, я хочу, чтобы ты знала, что то, что произошло между нами вчера, для меня было не просто так. Я пошел на это абсолютно осознанно, вино только дало немного смелости. Я ни о чем не жалею и повторил бы это еще ни раз. Мне было безумно хорошо… Так хорошо еще, наверное, не было никогда. И еще я хочу, чтобы ты знала, что то, что я сказал, тоже было чистой правдой, я не соврал и не сделал это в потоке эмоций. Я… — он на секунду замешкался, заволновавшись. Нащупав кисть девушки, он нежно взял ее за руку, поглаживая по пальцам. — Я правда тебя люблю. Очень. И я не хотел бы, чтобы все ограничилось лишь… Нашей вчерашней близостью. Он ненадолго замолчал, не отрываясь смотря девушке в глаза. Она, кажется, забыла как дышать, практически бездвижно замерев на месте. Что же ты делаешь… — Джейн, я все понимаю, ты испугалась или могла подумать, что я тебя использовал, но это не так, услышь меня, пожалуйста. Извини, что так затащил тебя сюда, но меня очень расстроила твоя реакция там, в холле. Если тебе не нужен я или отношения, прошу, скажи, но не надо от меня бегать. «Мать твою, почему ж ты такой идеальный…» Джейн, не в силах противостоять внутреннему порыву, аккуратно прижалась к юноше всем телом, обнимая его и крепко прижимая за спину, чувствуя тепло тела даже через одежду. Кирштейн ласково обнял в ответ, проходясь рукой по волосам, осторожно приглаживая их, ощущая легкую прохладу. Его речь, безусловно, сильно тронула за душу, но одновременно сделала сильно больно, ведь… — Жан… Я очень ценю твои слова, — она чуть оторвалась от объятий и, продолжая держать руки в районе его спины, восстановила зрительный контакт и глубоко вздохнула. — Прости, что убежала, я не знала куда деться от всех этих чувств… Для меня вчера все тоже было не просто так. Но… — ком снова сдавил горло, Джейн не могла найти в себе силы говорить дальше. Взгляд Кирштейна только делал ситуацию сложнее. — …но что? Тебе не понравилось? — Нет! Ты что, все было просто чудесно. Просто, Жан… — девушка слегка прикусила губу. — Прошу, пойми меня правильно. Здесь запрещены отношения. Да и даже если бы они были разрешены, какой смысл?.. Каждая миссия — это шансы выжить пятьдесят на пятьдесят, огромная удача, что до сих пор мы оба возвращались. Я не могу так поступать, зная, что, скажем, завтра меня уже здесь может не быть. А ты… Как мне пережить, если это произойдет с тобой? — она снова прижалась к плечу Кирштейна, сжимая его рубашку в похолодевших ладонях. — Прошу, пойми, я просто не могу так. Я каждый день боюсь за свою жизнь, за своих друзей, за тебя особенно… Я не могу привязываться еще сильнее. Ты чудесный, ты такой замечательный. Ты именно тот партнер, о котором я могла только мечтать. Чего таить, были бы мы в другой вселенной и другое время, я бы даже замуж за тебя вышла… Но мы здесь, в совсем другом жестоком мире, над которым не властны. — Так давай сбежим. К черту эти миссии, жизнь важнее. Я ведь тоже хочу просто спокойной жизни… И семью… — от одной мысли, что действительно был шанс связать свою судьбу с той, кто разжигал такие сильные чувства, о ком, казалось, можно было только мечтать, хотелось бросить все прямо сейчас. Бросить все к черту и провести хотя бы какие-то годы вот так, рядом с ней. Только бы… — Жан, — девушка с грустью улыбнулась. — Ты ведь не сделаешь этого… У тебя есть свои причины оставаться, ты ведь пошел на службу не просто так, — Кирштейна словно облили ледяной водой. В этом, черт возьми, она была права. — Спасибо тебе, спасибо за наш разговор, за вчерашнюю ночь. Но прошу, прости, я не смогу… — Джейн тихо выдохнула и, секунду подумав, поднялась на носочках к лицу Кирштейна, нежно касаясь его щеки. Не упускай… Юноша повернул голову, скользя носом по виску девушки, аккуратно касаясь горячих губ, сильно прижимая к себе, словно стараясь разорвать все расстояние между ними. Вторая рука поднялась к шее, нежно обхватывая и сокращая оставшиеся миллиметры. Как и вчера, этот поцелуй был наполнен нежностью и теплом, Джейн совсем не сопротивлялась и отвечала на каждое действие со стороны Жана. Да и как она могла не ответить… Тело шло в контакт само, оно не могло иначе, ведь этот человек был так сильно дорог, к нему так тянуло, хотелось прижаться и никогда не отпускать, лишь бы он был рядом. От боли хотелось кричать. Ну почему они родились здесь, где люди не могут быть свободны и счастливы?.. Какого черта они рискуют жизнями каждый день… Как же она устала… Как же хочется простой жизни, уверенности в завтрашнем дне. Хочется любви, семью. Будьте прокляты те, кто породил этих титанов… Каждое движение его рук по телу вызывало табун мурашек, мозг кричал: «Остановись! Что ты делаешь?!», но тело совсем не слушало. Джейн, отвечая на каждый нежный поцелуй, чувствовала, как слезы неконтролируемо льются из-под прикрытых век. Только не отпускай… Лишь в твоих руках я жива… Кирштейн осторожно разомкнул губы, целуя девушку в лоб, после нежно прижимая ее голову к себе, касаясь щекой макушки. Его дыхание немного сбилось, грудная клетка активно поднималась и опускалась, Джейн отчетливо слышала стук сердца юноши. — Я понимаю, о чем ты говоришь, но послушай, нельзя ведь всю жизнь страдать, — шепотом начал он, выравнивая дыхание. — Да, со временем нам не повезло, конечно, но именно в наших силах создать это счастье самим. Пусть мы будем вместе даже один день, но ведь и этот один день будет счастливым. А представь, если мы прорвемся и станем свободны, какая семья из нас может получиться, — глаза юноши блеснули, он нежно коснулся волос девушки, заправляя прядь за ухо. — Я уважаю твои слова и в чем-то тоже понимаю, но пожалуйста, подумай. И каким бы ни было твое решение, я все равно буду рядом, как и раньше. Он аккуратно нагнулся к девушке, снова легко касаясь ее губ. Поцелуи юноши всегда были невероятно чувственными и мягкими, как и объятия, в которых хотелось утонуть. — Завтра миссия, береги себя, прошу, — шепнула Джейн, нехотя отрываясь от губ юноши. — И ты, солнышко…

***

— Кирштейн, бери трех солдат, и двигайтесь в северную сторону леса гигантских деревьев, там по плану, если что пускайте сигнальные ракеты, — давал указания капитан Леви, затягивая седло лошади. — И не помрите там, вы мне все живыми нужны. Слишком много потерь стало на миссиях. — Вас понял, капитан, — кивнул Жан, разворачиваясь в сторону небольшой группы солдат. — Так… Майк, Льюис, со мной. И ты, — он коснулся локтя Джейн, которая до этого момента опустошенно смотрела куда-то под ноги, прощупывая подушечки пальцев на руках. Девушка подняла голову, длинные волосы, забранные в высокий хвост, качнулись на ветру, она кивнула и сильнее запахнула плащ, отправляясь проверять лошадь. — Все в порядке? — подошел к ней Жан, воспользовавшись моментом, когда все разбрелись по сторонам. — Не знаю… Какое-то странное ощущение… Пальцы немеют… — Руки, может, замерзли? — предположил юноша, застегивая пуговицы на плаще. — Нет, я как будто… — Готовность минута, — оповестила Ханджи, заглушая голос Джейн. — Все будет хорошо, не переживай. Ты ведь со мной. Да и ты сама неплохой солдат, со всем справишься, как и раньше. Постарайся успокоиться, — ласково произнес Кирштейн, якобы случайно касаясь ее руки, помогая подтянуть стремя. — Лучше сделай повыше, чтобы было удобнее, скакать придется быстро. Погода снова не радовала, небо затянуло почти черными тучами, ветер пробирал до костей, моросил холодный дождик. И что-то с самого утра не давало ей покоя… — Помните, наша задача снова найти это место и взять образцы, без надобности в бой не вступайте и не забывайте, что погода сегодня не на нашей стороне. Видимость не лучшая, трава скользкая. Нападайте только если нет другого выбора, — дала последние наставления Ханджи, и после первого зеленого сигнала впереди идущей группы в путь двинулись и остальные. — Льюис, ты спец в этой местности, как нам быстрее всего добраться до той стороны леса? — уточнил Кирштейн, всматриваясь вдаль, крепко держа поводья. — Быстрее всего через те кустарники, там видимость хорошая, но я иногда замечал там титанов в три-четыре метра, это обычно девианты, людей не трогают, но наблюдают. Не могу сказать точно, командир, они не предсказуемы, — отозвался блондин, также усердно всматриваясь вдаль. — Понял, значит не стоит, лучше потратим чуть больше времени, но доберемся целыми. Давай, ты с Майком чуть вперед, будем держать оборонное построение. — Есть, командир, — дал отмашку юноша и двинулся дальше вместе с товарищем. Джейн скакала чуть позади, осматривая местность по бокам. Пока тихо. — Как ты? — чуть замедлился Кирштейн, давая девушке возможность себя догнать. — Вроде нормально, — отчасти соврала Джейн, пытаясь унять нахлынувшую непонятно откуда тревогу. — Я буду рядом с тобой, — заверил юноша, оглядываясь. Какое-то время вокруг было абсолютно мирно, дождь прекратился, стало чуть светлее. Позади пол пути, и пока что все складывалось успешно. Команда взяла курс правее, постепенно сокращая расстояние до их точки назначения. Так удивительно… Такой огромный красивый мир… Столько прекрасных мест… А они не видели и десятой части этих чудес. И все из-за… — Это что еще за хрень?.. — настороженно произнес Жан, инстинктивно опуская пальцы на рукоять клинков. Вдалеке шагал десятиметровый титан. Походка была странная, неспешная, словно он что-то искал. — Я подам сигнал, — отозвалась Джейн и принялась искать красный дым для пушки. — Стой, мне кажется, это не… — притормозил ее Кирштейн, всматриваясь на горизонт. Титан вдруг остановился и повернулся в сторону их небольшого отряда. Послышался жуткий вопль, после чего словно из-под земли поднялось еще пять-шесть титанов по четыре-семь метров, и они все как один ринулись в сторону группы, земля задрожала. — Мать твою, что за херня?! Майк, пали красным! — заорал во все горло Жан, ускоряя галоп лошади. — Джейн, давай черным! Дадим два сигнала. Стреляем и резко вправо в лес, переходим на УПМ, никто не сражается, ясно?! Укрываемся на деревьях. — Есть! — хором ответила группа, принимаясь выполнять указания. Одним движением вставив черный порох в пушку, прикрывая уши, Джейн выстрелила в воздух, земля стала дрожать сильнее, лошадь девушки вдруг громко заржала, срываясь с намеченного курса, сильно дернувшись в сторону. — Риз, ты что, девочка! — Джейн еле-еле удержалась в седле, ее сильно мотнуло, и нога выскочила из стремени, обратно вдеть никак не получалось. — Тихо, тихо, — она безуспешно пыталась успокоить переполошившуюся лошадь, та словно обезумела и не поддавалась управлению. Сильный толчок вздернул Джейн, опоры в виде второго стремени не оказалось, лошадь брыкнулась задними ногами, и девушка сорвалась, со всей силы падая на землю, закашливаясь от мощного удара ребрами. — Джейн! — послышался отчаянный крик Кирштейна где-то за спиной, она подняла глаза и увидела в нескольких метрах от себя огромного титана, протягивающего руку, намереваясь ухватить ее. Жан оказался быстрее, буквально срывая Джейн с земли, он крепко прижал ее к себе и запрыгнул обратно на лошадь, резко направляя ту в лес. Девушка закашлялась, тяжело выдыхая, спина жутко болела от удара, голова была как в тумане. — Все хорошо, все хорошо, — повторял Кирштейн, успокаивая ее. — Все обошлось, сейчас мы… — вдруг замолчал юноша, с ужасом всматриваясь куда-то в область живота девушки. — Джейн… Что это?.. Она совершенно не понимала, о чем речь, ведь ничего даже не болело, кроме спины. В животе лишь чувствовалось покалывание. Жан стремительно перешел на УПМ, взлетая на одно из самых высоких деревьев поблизости, приземляясь на огромную ветку. Уложив девушку ближе к стволу, он осторожно нагнулся к ее животу, сжимая зубы. Чуть придя в себя, Джейн несколько раз моргнула, опуская взгляд. Где-то в середине на белой рубашке растекалось алое пятно. — Черт… — еле слышно произнесла девушка, жмурясь. Болевой шок начал отходить, и она почувствовала нестерпимую боль и жжение. — Что произошло? — с ужасом спросил Жан, зачем-то почти срывая с себя плащ, борясь с пуговицами. — Я приготовилась к переходу на УПМ после того, как… Риз переполошилась… Но я не успела до конца… крюк настроить, он вылетел, а потом я упала… И напоролась на него, кажется… — говорить было очень сложно, бросало в жар, девушка тяжело дышала, всматриваясь в Жана, который судорожно пытался оторвать край от своей рубашки. — Что ты… делаешь? — Я постараюсь остановить кровь, — его руки жутко дрожали, как и голос. — Эти титаны, похоже, как только упустили нас из виду, потеряли интерес. Сейчас подождем немного, я позову лошадей, и мы поскачем обратно в корпус, там тебе помогут. Ты только держись, солнышко, хорошо? — Жан, — остановила его руку девушка, вынуждая парня поднять глаза. По ее щекам стекали слезы, изо рта капала кровь, пачкая рубашку еще сильнее. — Прошу… посмотри правде в глаза… Я не продержусь и часа… У меня живот пробит, какие-то органы точно разорваны… Крюк-то длинный… Кровь уже пошла вверх, — она закашлялась, жмурясь от пронизывающей боли. — Нет, не говори так… — пытаясь не терять самообладание, юноша придвинулся ближе, одной рукой держа девушку за жутко холодную кисть, второй пытаясь дорвать рубашку. Не передать словами, насколько сильно его «колбасило», тело обливалось холодным потом, ему было невыносимо страшно, хотелось кричать и звать на помощь, но рядом совершенно никого не было. — Жан… Я была не права… Пожалуйста, прости меня… — девушка всхлипнула и прерывисто выдохнула. — О чем ты?.. — нежно спросил юноша, снова поднимая глаза на самую большую любовь его жизни. Сердце защемило, когда он увидел, как сильно Джейн плакала, сжимая его кисть в своей холодной руке. — Нужно было соглашаться вчера… — она подавила рвущийся крик боли, лишь тяжело прохрипев. — Мы бы тогда провели этот день… Вместе… Как и хотели… Мне так жаль… — Ну о чем ты, моя хорошая, будет еще день, и месяц, и год, и пять лет, ты только держись… Прошу… — Кирштейн бросил попытки бороться с рубашкой и наклонился к девушке, касаясь губами ее лба. — Все будет хорошо. — Нет, — отрезала она, словно что-то знала. — Я не смогу… Не в этот раз… Эти слова словно ледяным потоком прошли по спине Жана, он обессиленно рухнул рядом с девушкой, чувствуя, как слезы вырвались из глаз, в носу сильно защипало, он прерывисто выдохнул. Его невыносимо трясло. Почему она, черт возьми?! Самое светлое, что было в его жизни. Где-то глубоко внутри он понимал, что кровотечение слишком сильное, на рубашке уже почти нет чистого места, и девушка не протянет долго. Но продолжал это отрицать, и будет отрицать до последнего. Ночь два дня назад словно дала новый виток жизни юноши. Любил ли он когда-то так сильно?.. Они не могут забрать ее… Не сейчас… С самого утра Джейн чувствовала что-то странное, но не могла объяснить, что это было. Немеющие пальцы тогда, перед стартом миссии, словно говорили о том, что она будто теряет связь с телом. Но как? И почему? И Риз, она никогда не вела себя так. Ей было до жути страшно и больно, но еще больнее было смотреть на любимого человека, который так мучается рядом, понимая, что ничем не может помочь. Джейн снова сильно закашлялась, изо рта хлынула кровь, девушка заметно побледнела, ее дыхание стало более поверхностным, взгляд туманным. Жан не мог говорить, он лишь молчал, перестав сдерживать поток ледяных слез, сжимая в руках маленькую ладошку Джейн. Сердце разрывалось от невыносимой боли и приходившего осознания, он тихо простонал, выпуская воздух через зубы. — Я люблю тебя… — еле слышно произнесла девушка, осторожно касаясь его щеки ледяными пальцами. — И я тебя… Безумно люблю… И всегда буду любить… — так же тихо ответил он, наклоняясь к ее лицу, осторожно убирая пряди темных волос за ухо. Джейн чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Но боль в животе почему-то слегка отступила. Да и дышать стало легче. Она еще раз подняла глаза на Жана. Как же ей хотелось забрать всю его боль… Невыносимо видеть страдания такого дорогого и любимого человека. Она никогда не видела его слез. До этого момента… Девушка чуть сжала ладонь парня, на сколько хватило сил, он перевел взгляд на ее потухающие глаза. — Пообещай, что… в следующей жизни ты снова найдешь меня… И мы будем вместе… — прерывисто произнесла девушка, хрипло выдыхая. — Обещаю, родная, обещаю… Я найду тебя, обязательно найду… — юноша аккуратно пропустил руку под лопатками девушки и нежно прижал к себе, пытаясь ухватить последние мгновения рядом с ней. В голове непроизвольно начали всплывать самые теплые и счастливые мгновения рядом с девушкой. Ее смех, глаза, голос, ее объятия, прикосновения, их разговор вчера в подсобке. Джейн, ты не можешь вот так исчезнуть… Шмыгнув носом, юноша осторожно отпустил девушку, намереваясь еще что-то сказать. При взгляде на нее сердце сильно сжалось и словно упало куда-то вниз. Джейн не дышала, глаза были плотно закрыты, из приоткрытого рта продолжала капать кровь. Ей больше не было больно, больше не было страшно. — Я обязательно найду тебя, и больше никогда не потеряю… — обессиленно произнес Жан, стискивая зубы. Из груди вырвался отчаянный вопль. Боль разрывала изнутри, сильно тошнило, в душе все еще горел тусклый огонек надежды, который с каждой секундой все сильнее угасал под безжалостным ветром реальности.

***

Падение. Полет. Что это за чувство, она не могла понять. Но было безумно легко, тепло. Словно где-то в воде. Крик. Опустошенный, измученный, полный боли. Это… Жан? Девушка открыла глаза и сделала резкий вдох, словно впервые в своей жизни. Сердце гулом билось где-то в ушах, щеки были мокрыми от слез, в животе что-то кололо. — Милая, ты в порядке? — справа придвинулся Жан, касаясь губами ее лба. За окном сияло солнце, теплые лучи пробивались сквозь приоткрытые занавески. Девушка осознала, что находится в их комнате, в их доме, в котором они живут уже почти два года. — Уф, да, я в норме, — ответила Джейн после небольшой паузы, повернувшись в сторону юноши, осматривая его с ног до головы. — Уверена? — с небольшой тревогой уточнил Кирштейн, двигаясь ближе к девушке. — Сон плохой приснился? — Это не… Я не знаю, — замешкалась она. Да какой, к черту сон, все было так реально… — Может, кофейку? — поинтересовался юноша. — Угу, — согласилась она, и парень, накидывая на себя футболку, направился на кухню, подмигнув Джейн. Как только Кирштейн вышел за пределы комнаты, девушка накрыла лицо руками, шумно выдыхая, вытирая мокрые щеки. Убирая ладони от глаз, она заметила что-то на руке. Джейн присела на кровати и вытянула вперед кисть. На безымянном пальце блеснуло серебряное кольцо с квадратным переливающимся камешком. «Ты все-таки нашел меня, любимый…»

***

— И что, ты прям умерла? — слегка испуганно поинтересовался Жан, отпивая горячий кофе из кружки. — Ну да… но это словно был не сон, понимаешь? А будто… Не знаю… Прошлая жизнь? — Интересно, — кивнул парень. — Самое странное, что я не чувствовала себя как во сне. Это все словно действительно было реально. Все чувства, боль, а ты… Господи, я как вспомню, как ты сидел возле меня и так беспомощно плакал… — на глаза резко навернулись слезы, Джейн принялась вытирать все рукавами кофты. — Ну чего ты расстроилась так, — запереживал Кирштейн, поднимаясь со стула. — Иди ко мне, — он нежно обнял девушку, поглаживая ее по голове. — Все нормально, все хорошо, просто я еще не отошла до конца… Такое странно чувство… И я даже помню свои последние слова, — сквозь слезы улыбнулась девушка, нежно поднимая глаза на юношу. Тот в ответ улыбнулся на ее взгляд. — Я попросила тебя пообещать, что в следующей жизни ты найдешь меня, и мы будем вместе, — поделилась Джейн, чувствуя, как где-то в животе снова кольнуло. — Получается, я сдержал обещание, — Кирштейн слегка нагнулся к девушке, очерчивая пальцем линию ее подбородка. — Получается, сдержал, — тихо ответила она и подалась вперед, нежно целуя такие теплые и родные губы. И черт возьми, даже поцелуй казался абсолютно таким же, как тогда…