Проводник

НЕДАЛЕКИЙ Запах сырости наполнял узкий переулок, где тусклый свет одинокой лампы бросал слабое сияние на стены, покрытые трещинами и порванными плакатами. Мужчина низкого роста, с неприметной внешностью, смуглой кожей и изрядно густыми бровями, стоял, опершись на холодную кирпичную стену. В его руке дымилась тлеющая сигарета, пепел которой медленно осыпался на землю. Рядом с ним, на крышке переполненной мусорки, лежало ещё несколько окурков, оставленных явно в спешке. Сам переулок выглядел заброшенным: валялись разорванные коробки, пустые бутылки и старые газеты, шуршащие на ветру. Где-то вдали слышались приглушённые звуки городской жизни, но здесь царила тишина, нарушаемая лишь редкими каплями воды, падающими с навеса. Завидев сотрудника ИКЗ, мужчина кинул сигарету, не докурив, в мусорный бак и посмотрел на него с уверенностью, засунув руки в карманы. Сам сотрудник ИКЗ был не один — за ним виднелась машина. Несмотря на полностью тонированные стёкла, было ясно, что внутри сидел ещё один человек, готовый выйти и поддержать напарника в случае необходимости. Сотрудник ИКЗ первым нарушил тишину: "Проводник," — его голос был ровным, и столь же холодным. Мужчина у стены усмехнулся и покачал головой: — О, конечно, проводник. Какое милое слово. Подходит для этих мест, не так ли? Всё так же конспиративно. Даже тонировку на передние стёкла поставили, хвалю. Обычно же ваш брат за такое спрашивают. Сотрудник никак не отреагировал на сарказм, его взгляд оставался холодным и бесстрастным. "Поехали." Мужчина, явно наслаждаясь своей ролью, оттолкнулся от стены и лениво направился к машине, не спеша, с нарочитой небрежностью. Когда он подошёл к дверям, то с вызывающей улыбкой произнёс: "Я поеду на первом. Не стало бы мне, почтенному гостю, ехать сзади." Молодой сотрудник ИКЗ лишь слегка кивнул, одет он был в форму, которая так же как и у оперативником была в основном черная, с синими короткими линиями, сделав шаг в сторону, чтобы пропустить его к переднему сиденью. Переулок остался всё таким же — мрачным и безмолвным. Казалось, неважно, было ли это место началом чего-то нового или просто очередным забытым закоулком в череде похожих. ДАО Дверь распахнулась, и мы, уставшие — то ли от оскорблений, то ли от мыслей, которые преследовали нас весь путь, — вошли внутрь. Людвиг, неожиданно для меня, пнул мусорный пакет, спокойно лежавший на полу, явно не ожидавший столь предательского удара от хозяина квартиры. Я удивленно смотрел на него — не столько из-за разбросанного мусора, сколько из-за самого выплеска эмоций в таком ключе. Всё же решив выяснить, в чём дело, я спросил: — Чего ты психуешь? Вроде бы неплохо посидели, ну, хотя и не без проблем. — Походу закипел наш пацанчик, за время пока мы шли домой. — Да надоел мне он! Платит мало, ставит меня в пару с тобой, ещё и жалуется на мой отдых. Козёл старый, — процедил он сквозь зубы, потер лицо рукой. Затем разулся и начал пинать мусор обратно в сторону двери. К счастью, весь хлам был сухим: пустые пачки из-под чипсов и столь же полые бутылки послушно летели туда, куда он их направлял. Я молча стоял позади и наблюдал за его действиями. Когда он закончил, всё же решил уточнить: — А чего тогда не скажешь ему всё это? Ну, про условия труда, вся херня... Хотя... — Я хотел добавить что-то ещё, но Людвиг перебил меня: — Ага, сейчас! Ты думаешь, я раньше об этом не думал? Я психую от бессилия, потому что, по идеи, он-то прав, с точки зрения морали. Опустив голову и опершись о дверной проём своей комнаты, он произнёс эти слова, будто обращаясь сам к себе. — Это как? Ты типа должен ему или как? — Чуть наклонив голову, я действительно заинтересовался. Не укладывалось в голове, что может сдерживать такого, как он, который зубами мог бы урвать своё место под солнцем, а всё равно остаётся в одной и той же группировке после всех проблем. — Старик... он мне, как бы, всё дал: дом, работу, деньги... Не хочу предавать человека, который обеспечил меня этим, — сказал Людвиг, сложив руки на груди. Он смотрел в пол, явно погружённый в свои мысли. — Да даже если так, тебя один хер кто угодно обеспечил бы за те услуги, которые ты ему оказываешь. Для профилактики пошли его к нахер. Ну или предъяви ему, — выпалил я спокойно, глядя на него. Я и вправду не понимал, почему он так загоняется. Всё же в его руках. — Тяжело... — вздохнул он. — Ладно, давай не будем перегружать этот вечер. Я просто пойду расслаблюсь, а ты там тоже не перенапрягайся... Или что... Короче, всё, давай, удачи. С этими словами он закрыл дверь, посмотрев на меня напоследок и тут же отведя взгляд. Странный он... Обычно весь такой заряженный, а сейчас... Ну да, я и сам хотел бы сейчас отдохнуть. Все проблемы оставлю завтрашнему себе. Лучи солнца из окна, которые пробивались даже сквозь шторы, разбудили меня. Я, недолго думая, встал и пошёл умыться. День обещал быть трудным: наверняка этот Монах, по наводке деда, будет гонять меня по всему этому бич-комплексу. Лучше привести себя в порядок, хотя бы ментально. Телефон, который всегда был со мной, а если точнее — в кармане, молчал. Никаких сообщений, никаких входящих звонков. Хотя гонять нас с самого утра тоже было бы ошибкой с его стороны. Мы и так были недовольны... ну, как минимум я, с вечера. А может, он вообще пошёл пить после новостей, что мы с Питякорном. В комнате Людвига было тихо, на удивление. Может, уснул невероятно, а может, просто видео смотрит, а не играет. Впрочем, тревожить его я не стал: вчера было видно, что настроение ему изрядно подпортили. — Ну, бля, — протянул Людвиг, открыв дверь. В одной руке он держал телефон, другой прикрывал лицо. Был он в майке и трусах, когда его голубые глаза увидели меня, я смотрел на него с немым вопросом. — О, ты уже готов? Тебе тоже Монах написал, что ли? — Он, немного удивлённый, держал ручку двери и смотрел на меня, ожидая ответа. — Нет, я только проснулся. А чего, зовёт? Или что там? — Понимая, что сейчас придётся куда-то идти, я потер лоб. Ну нет, почему так рано? Со стороны не было видно, что внутри я уже негодовал. — Да, зовёт. Но в тату-салон. Типа мы там немного посидим, поговорим и поедем. Ну, ты тогда подготовься, там воду возьми или типа того, — сказал он, не закрывая дверь, но глубже зашёл в свою комнату. Видимо, одеваться. Я решил промолчать — отвечать было нечего. Воду я брать не собирался, а сумка пусть так и остаётся наполнена деньгами, а не снаряжением. Перебьюсь. Хотя раздражение от того, что снова нужно куда-то тащиться, никуда не делось. Даже пожрать не дали, мудаки. Хотя, может, он и зовёт на базу — там и поедим, и поедем. Не спеша мы шли под палящим солнцем по шумным улицам Бангкока. На лицах были медицинские маски, но не то чтобы это было редкостью. Я, как обычно, был в худи. Людвиг же был в своей кожанке, и брюках, короче та же самая одежда что, и в первый раз. Между нами во время пути так, и не состоялся диалог. Да и о чём нам говорить? По крайней мере, мне нечего было сказать. Что у него там в голове — без понятия. Но идти туда было тяжело как никогда. Чувство скорых криков или недовольства всё ещё не покидало меня. Скорее наоборот — чем ближе мы подходили, тем сильнее оно становилось. Вот мы уже у двери в том самом переулке, вообще очень странно пока мы шли, и чем ближе к зданию приближались, то меньше людей встречали. Сам переулок что сейчас, что в ту ночь — он вообще не изменился, разве что щиток починили. Всё так же. Не суть важно. Пройдя внутрь толпы, мы обнаружили там не слабо наполненный зал со всей этой шайкой. Хотя какая к чёрту шайка? Синдикат, не меньше. Ведь стоило пройти дальше, как людей становилось всё больше. Я даже смог зацепить взглядом Монаха среди всех. Но он уже заметил и нас. Монах встал и направился в нашу сторону. Людвиг вздохнул и пошёл к барной стойке. Я последовал за ним. Мы уже стояли у стойки, и Людвиг активно начал что-то заказывать, не теряя времени. Я же просто смотрел, как Монах всё ближе подходил к нам. — Доброе утро, молодёжь. Сегодня у нас будет что-то новое. Надеюсь, вы будете готовы, — сказал Монах, подходя к нам, к тому же почему-то осматривая помещение. Я посмотрел на Людвига, который всё так же активно говорил с барменшей, не обращая внимания на Монаха. — Что-то новое? — задал я вопрос, смотря озадаченно на него. И вправду, чем же ещё мы могли заняться, кроме тренировок? Вроде Чао говорил о том, что ничего такого не будет в ближайшее время. Или же сейчас будет что-то среднее между наказанием и тренировкой... Хотя лучше отбросить эти мысли. — Ну ты с этим бесом провинился, если ты не забыл. Хотя мы тут не по этому. Говорят, сейчас будет большое дело, всех подтянули. А чего вам прохлаждаться? Видимо, шеф считает, что и нам пора проявить себя, — сказал он. Я не совсем понимал, о чём он, но, смотря на всех в зале, которые активно разговаривали о чём-то, решился спросить: — А где тогда сам мистер Чао? — опершись об барную стойку, я смотрел на Монаха. — Да кто его знает, может, с Мингом обсуждает детали или ещё чего. Он же обычно по телефону ничего такого не пишет, — ответил Монах. — Ну да, старик, видимо, вообще технологиям не доверяет. Его дело. Видимо, остаётся только ждать, — пробормотал я, залипая в телефоне. Некоторое время спустя, сотрудник ИКЗ Звук рации раздался в салоне машины ИКЗ — Действуем точно так, как на брифинге. Группа Альфа, докладывайте обстановку, — раздался хриплый голос из рации, заполняя тишину салона. — Здание окружено, заграждения расставлены, эвакуация граждан завершена. Подозреваемые пока не активны, — прозвучал ровный ответ. — Принято. Машины выдвигаются на позиции. Время до штурма — две минуты, — продолжил голос, сквозь шум моторов звучавший, будто издалека. Элиза Крофт — командирша операции, Зенетир, сама хладнокровность. Она держала планшет, отслеживая передвижения групп, но казалась полностью расслабленной. — Всем внимание! Подтвердите готовность, — сказала она громко, не отрывая взгляда от экрана. Из планшета послышались ответы всех групп. — Группа Браво готова. У заднего выхода ждём сигнала, — прозвучало из динамика. — Чарли на позиции, не двигаемся без команды, — добавил второй голос. — Альфа подтверждает. Периметр под контролем, — спокойно отчитался третий. Элиза сохраняла свое хладнокровие и произнесла.— Я поведу штурм лично, — сказала она, как будто это была самая обыденная вещь в мире. — Госпожа Крофт, это же риск... Мы можем зачистить здание без вашей помощи, — выдавил один из бойцов рядом. Она метнула на него взгляд, холодный и тяжёлый.— Когда Зенетир идёт первым, это не риск, постарайся уже запомнить. — Это гарантия успеха. Тот самый оперативник, которому прилетела в голову крышка от мусорки, произнес стоящему рядом сослуживцу фразу. — Опять эта дура только мешаться будет, в прошлый раз я мог столько раз застрелить тех личинок, но нет, ей же надо в ближнем бою подраться. — Оперативнику на плечо упала рука Элизы. — Сун, я не глухая, да и наша цель, это захват зенетиров. Вот поэтому я туда и полезу, ведь если мы просто ликвидируем всех там, то этим могли заняться правоохранительные органы, а не мы, — оперативник сразу же извинился, а Элиза просто похлопала его по плечу и отошла. Рация ожила снова — БТР занял позицию у главного входа. Браво и Чарли готовы. Ждём приказа. Элиза отложила планшет, и нажала на гарнитуру в ухе. — Начинаем через тридцать секунд. Действуем без отклонений от плана. Сегодня мы их возьмём, — произнесла она уверенно и кивнула остальным. Шум моторов снаружи стал ближе. Бойцы в салоне выпрямились, готовясь к выходу.— Всё начнётся с моего сигнала. ДАО На улице слышалась какая-то суета: машины гудели, и сигналка полицейских машин становилась всё громче и громче. Я не уделял этому особого внимания, как и остальные — обычное дело. Напряжение начало нарастать, когда возле входа в наш зал возникла какая-то возня: раздавались крики и ругань, а шёпот по залу резко стих. Все были напряжены, это прямо ощущалось. Лицо Монаха сразу изменилось — со спокойного на то, которое я видел ранее на той встрече. Людвиг внимательно смотрел на дверь, из которой мы вышли. С таким выражением лица я его раньше не видел. Я подошёл к нему и спросил: — Слушай, а что происходит? — произнёс я неуверенно и максимально тихо. Я и вправду не понимал, а мандраж по телу всё усиливался. — Смотри, если услышишь хоть один выстрел — вырывай все провода, которые найдёшь в этом здании. Забудь о ценности вещей, — холодно и медленно сказал он. Чёртовы руки дрожали, и тут раздался выстрел. Я стоял в ступоре: дверь, на которую так пялился Людвиг, выбили, а внутрь прилетела граната с невероятным грохотом и вспышкой. Меня моментально выбило из колеи. Я ничего не видел, шум стоял адский, и, кажется, я упал? Почти сразу послышались крики и ругань. Пришел в себя я, сидя у барной стойки. Моим глазам предстал обмен ударами в центре зала между Людвигом и той самой блондинкой, что гналась за нами ранее. Повернув голову направо, я увидел человека с щитом и пистолетом, дуло которого смотрело прямо на меня. И тут — выстрел, сверху? Сотрудник ИКЗ с щитом упал замертво. И меня уже кто то тащил, и я заметил, как из двери кабинета вышел Чао с крупным пистолетом, из которого валил дым. Он спас меня? — КАКОГО ХЕРА ВЫ ЗДЕСЬ ЗАБЫЛИ? — Крикнул Чао с балкона. Не успел я додумать, как возле уха раздался крик: — Вставай, пацан, иди и победи! Будешь дальше так тупить — окажешься на месте того щитовика! — кричал Монах, рывком поднимая меня на ноги. Увидев, что никто не стреляет в сторону схватки Элизы и Людвига, я решил поддержать Людвига. Не отходя от Монаха, я выпустил свой провод и помчался к нему. Схватка была на равных — два мастера рукопашного боя в прямом противостоянии. У меня нет шансов, но я могу сделать так, чтобы у Людвига они были. Я уже подбежал и кинул свой провод в сторону схватки. Элиза, заметив это краем глаза, сбила мой снаряд небольшим шаром из верёвки. В то же время Людвиг, пытавшийся подобраться ближе, получил удар ногой в лицо и отлетел назад. Тут же она рванула ко мне. Я немного попятился и вытянул ладонь, чтобы обхватить её проводами. Они устремились к ней, но она раскрыла ладонь, выпустив собственные верёвки, и те обвили мои провода. Я не успел отсоединиться от своих проводов, и меня резко дёрнуло к ней. Нога Элизы уже стремилась прямо в моё лицо, но вдруг с искрами в неё влетел Людвиг: он бросился в подкат, сбив ей опорную ногу. Её удар ушёл выше, а сам Людвиг, опершись руками о пол, с двух ног подкинул её в воздух. В тот же момент, сгруппировавшись, он отодвинул меня спиной и сказал: — Не подставляйся так сильно, а лучше иди и помоги другим. Блондинка успела приземлиться и встала в стойку, ожидая продолжения боя. Мне же ничего не оставалось, кроме как помочь остальным. Я побежал к барной стойке, залез на неё и заметил, что из двери ведётся огонь ИКЗ. Нужно попробовать выскочить туда и прорвать проход для наших. У неё получилось, может, и у меня выйдет. Иначе я уже ничего не смогу сделать. Но меня окликнул Чао, который увидел, куда я смотрю: — Не вздумай! Сразу подохнешь. Они там каждый на чеку, только и ждут, чтобы кто-то вышел. Сразу стреляют на подавление. Я посмотрел на него. Он был раздражён, но всё равно сохранял хладнокровие. — А что мне делать? Я не смогу помочь Людвигу, тогда помогу нашим! — я смотрел на старика и ждал ответа, может, он знает, что мне стоит делать в такой ситуации. — Забудь про нас. Твоя цель — помочь Людвигу. Хуже не сделаешь. Помогай любым способом, а наши будут держать их, как могут. Вам двоим лучше поспешить, патроны не бесконечные, — спокойно ответил старик. Я обратил внимание на схватку: искры Людвига тускнели. Ладно, поверю старику. Провод, который был подключён лампочкам, всё ещё висел без дела. Я схватил его и порвал, создал ещё несколько из его конца и побежал, с ним в руках продолжая его, подбежав ближе к схватке. Кинул провода вверх — пусть даже если она их собьёт, Людвиг сможет за что-то ухватиться. Снаряд полетел, Людвиг ухватился за край, немного подзарядился, и его натиск стал сильнее. Не бой, а целый танец. Я решил отступить подальше. Там заметил труп одного из бандитов и пистолет. Подобрал его и попробовал прицелиться в Элизу, но она отошла, а за ней оказался Людвиг. Стрелять — слишком рискованно. Понял, почему все опасаются стрелять, боятся задеть своих. К черту, я побежал к ним. Удачно подкрался к Элизе со спины и решил сбить её с ног проводами. Людвиг уловил это и усилил натиск, зажимая её, чтобы она не ушла, и она изредка поглядывала на меня. От проводов она увернулась прыжком, тут я понял что надо в ближний бой. Пнув ее по ногам когда она приземлилась, она потеряв равновесие, оттолкнулась от Людвига, и полетела спиной в мою сторону. Меня повалило вместе с ней, и я уже был под, и она, находясь на четвереньках над мной, ударила коленом по скуле. Вот казалось — такая короткая амплитуда, но этого хватило, чтобы я почувствовал боль. Второй удар она нанести не успела, так как ей пришлось уворачиваться от пинка Людвига. Встав, я решил попробовать снова подобраться к её спине. Подходя к ней сзади, на этот раз один из солдат истошно заорал о том, что я сзади, и женщина, схватив Людвига верёвкой за запястье, перевела его в сторону, добавив удар локтем, который он заблокировал, а меня ожидал пинок в лицо, который она нанесла сразу же после того, как повернулась ко мне боком. Я машинально зажмурился и почувствовал, как лечу назад, врезаясь спиной в стол. Нос саднило — будь здоров, опять разбила, мразь. Открыв глаза, заметил, что она мчится на меня, у меня всё залито кровью, я на полу. Подогнув ногу, я разогнул её и выпустил провод, обвивший её голень, и резко дёрнул в сторону, чтобы выбить ей опору. Одновременно, уперевшись рукой в пол, решил повторить её поступок. — Получай, тварь! — крикнул я нанося пинок. Но она успела обхватить меня своими веревками и потянула к себе. Я грохнулся на спину. — Какая жалость, — услышал я, и её кулак уже летел мне в лицо. Однако Людвиг с локтя врезал ей сбоку, и она кубарем отлетела в сторону бандитов, которые держали дверь к кассе. Те навели на неё стволы, но она прикрылась одним из бандитов, и его снесли выстрелами. Людвиг скрипел зубами. Я попробовал утереть кровь с носа — она больше не шла но не успела свернуться, так что лицо было залито. Терпимо, хоть и мерзко. Я вскочил, готовый продолжать: — Людвиг, иди зарядись немного, я прикрою! — крикнул я, наблюдая, как она сражается против наших. Сразу после убийства одного она подхватила другого, подтянула к себе. Я вернулся за пистолетом, пока она там возилась. Схватив оружие, увидел, что она прикрывается одним из бандитов. Другой, с пистолет-пулемётом, уже целился в неё. Я решил зайти сбоку, но она швырнула своего пленника, сбивая того бойца, и рванула ко мне. Тупица у меня всё ещё пистолет, но она кинула шар из верёвок: один помешал прицелиться в голову, второй я попробовал прострелить в ногу — блок шаром. Читает меня на раз-два. Пришлось выкинуть пистолет: её удар уже шёл. Я подался назад и правой рукой выпустил провода, обхватив её запястье. Потянул её руку, которая шла мне в лицо, к корпусу, а сам левой уже готовился врезать ей в челюсть. Но она увела захваченную руку от моего туловища, нырнула под мой удар и спиной прижала меня к стене. Я попытался её ударить, но она резко отпрыгнула, потянула связующую нас руку, и я чуть не растянулся на полу. Она толкнула меня, и я оказался лицом к стене, а рука осталась у неё в заложниках. Наверняка хотела сломать мне руку, так что я мгновенно выпустил из ноги провод и связал наши ноги. Одновременно упёрся левой рукой в стену, оттолкнулся, а свободной ногой сделал подсечку. Оба рухнули. Я лежал на ней спинной, но перевернув нас, она начала заламывать мне плечо, и я истошно закричал от боли, но подоспел Людвиг, искрившийся так ярко, что её внимание переключилось на него. Но на последок она ударила меня лицом в пол. Встав я понял что плечо, не полностью вывихнуто, но теперь рука очень ослаблена, вытерев кровь которая снова пошла, я оценивающий смотрел на их дальнейшую битву, медленно приближаясь, но тут мне прострелили колено со стороны входа. Я упал прямо перед ними, ведь за то короткое время, они успели подскочить ко мне, и я попытался выпустить провода, но все — закончились. Сука! В это же время огонь по дверям наши, усилили. Людвиг отвлёкся на меня, и она хотела этим воспользоваться. Ну бля, опять я его подставил... Но не тут-то было: он парировал её атаку в голову, сам атаковал правым локтем, затем выпрямил руку, оттолкнув её чуть назад, и сразу влепил левый кросс по челюсти, потом лоу-кик по ноге. Она упала на колено, прикрыла голову, ожидая удара сверху, но Людвиг сделал шаг, подпрыгнул и коленом пробил её блок. Я смотрел с восхищением, как быстро он её разложил. Женщина рухнула на спину, сознание не потеряла, но явно была оглушена. Вместо добивания он подтащил меня к Монаху, который отстреливался в другой стороне. В тот же миг туда, где я лежал, прилетела граната, видимо, тот кто подстрелил меня, решил добить. Я пытался дотянуться до нее ногой, что бы оттолкнуть, но Людвиг просто отфутболил ее назад в дверь где она и взорвалась. Ахуеть. — Прикрой его и найди ему провода, он ещё может сражаться! — рявкнул Людвиг Монаху и сорвался с места, видя, что Элиза оживает. Ей, повезло что в нее никто не стрелял, из бандитов, ведь она их потрепала у дверей, из за чего им пришлось сконцентрироваться на удержании двери еще сильней. — Монах, бляха-муха, почему ты по ней не стрелял?! — возмутился я, прислонившись к стойке. Он ответил спокойно: — Если мы ее убьем зайдёт вся толпа, так что нам на руку, что эта дура толком ничего не может, противопоставит Людвигу. А в заложники ее взять способен только Людвиг, но он решил что ты важнее. Говорил он это ровно, не отрывая взгляда от прохода. — Слушай, сам сможешь провода найти? Видишь, я занят, — сказал Монах, всё так же не оборачиваясь ко мне. — Без проблем, — отозвался я, не спрашивая, почему он не возьмёт оружие покрупнее. Его дело, да и видно, что он справляется. Я пополз к розетке — точно найдутся провода. Пока полз, раздалась куча взрывов. Подкрепление ИКЗ приволокло целый арсенал гранат: осколочные, газовые, светошумовые — на любой вкус. Бандиты гибли как мухи у дверей. Людвиг явно доминировал в схватке с блондинкой, гоняя её по залу, но она отчаянно отбивалась. Поняв, что ситуация безнадёжна, Людвиг выпнул блондинку в двери, ведущие на кассу. Оттуда её подхватили бойцы ИКЗ — невероятное везение. Гранаты посыпались с новой силой. Людвиг подскочил к Монаху, они быстро перекинулись словами. Видимо, Людвиг пошел искать ещё электричество, но я уже выдергивал всё, что мог. — Монах, о чём вы... — начал я, но он не дал договорить: схватил меня за руку и закинул на плечо. — Эй! Я ещё не всё забрал! Куда мы?! — возмутился я. — Всё, бежать. Без шансов уже, — ответил он, одной рукой держа пистолет, чтобы прикрывать нас, и шагая к лестнице. Мощный мужик, не поспоришь. — Шеф, открывайте! Надо вытаскивать этих двоих! — крикнул он. Дверь открыл Краб с дробовиком. Пропустив нас, я увидел Чао и троих бандитов, которых мы встречали ранее на той самой встрече. Они отстреливались от штурмующих второй этаж ИКЗ и параллельно сдерживали огонь в переулке. — Кидай его в окно, быстрее! — выкрикнул Чао. Я хотел что-то возразить, но не успел: меня уже выбросили в заранее разбитое окно.