Микро схема

— Тебе повезло, — восхищённо вздохнул Намджун. Он пришёл навестить Хосока по форме, прямо во время обеденного перерыва. Полицейский стянул с ног ботинки и осмотрелся. В квартире Чон Хосока он был впервые. — При таком падении никто бы не выжил, даже киборг. Хосока в домашнем Намджуну раньше не доводилось видеть: растрёпанные тёмные волосы, широкая футболка и мягкие пижамные штаны в клеточку, вечно суровый офицер выглядел слишком комфортным сейчас, лишь загипсованное предплечье и ссадины на раненной руке выдавали его. И всё же, для такого падения повреждений действительно было крайне мало. — Мне повезло, — усмехнулся Хосок. — Я упал на того робота. А когда очнулся, он уже сбежал… — Отделался лёгким испугом… Хорошо, что так вышло. И не вини себя за то, что упустил его, — Намджун замялся и смущённо потёр затылок ладонью, опустив взгляд. — Ты важнее. Мы бы очень горько переживали твою смерть, поверь. Хосок улыбался. Намджун душка, он всегда был достаточно милым при всей своей внешней суровости. Что-что, а поддерживать он умел. Жаль только Хосок теперь почти месяц не сможет вернуться к патрулированию с ним, пока не восстановит руку. Что там? Мин Юнги хотел отправить его в отпуск? Вот ему и отпуск. Больничный на неделю и дальнейшая частичная занятость, пока не снимут гипс. — Вот, это ребята с работы передали, — Намджун поставил пол-литровую банку с маленькими чёрными грибочками на стол в гостиной. Хосок нервно сглотнул и устремил взгляд сквозь стекло. — Говорят, этот вид полезен при заживлении переломов. О цене не думай. Мы всем отделом скинулись. Так что ешь! Хосок растянул губы в неловкой улыбке. Не скажет же он Намджуну, что не ест грибы с тех пор, как в детстве узнал, что у них есть интеллект. — И всё-таки, как ты это сделал? Сгруппировался так, чтобы упасть на этого робота? Даже при таком падении шанс выжить крайне мал… — Намджун смотрел пристально, словно бы пытался в Хосоке просверлить дыру. И в тот самый миг из комнаты донёсся грохот. Что-то вдруг упало и разбилось. Оба мужчины вздрогнули и повернули головы в сторону звука. — Что это? — тихо шепнул Намджун. — Кошка? — неуверенным дрожащим голосом соврал Хосок. — Кошка? У тебя кошка, Хосок? — Намджун словно чувствовал эту ложь в чужом голосе, однако Хосок намерен был стоять на своём. За стенкой послышался явный человеческий топот. — Надеюсь, эта кошка красивая, — растянул губы в ухмылке мужчина. Вероятно, он пришёл в неудобный момент и слегка помешал Хосоку и его «кошке». — У меня полно работы, поэтому я пойду, пожалуй. Этот робот наделал много шума. Будь осторожен. Мы имеем дело с чем-то очень опасным, судя по тому, как переполошился весь отдел. Хосок сглотнул. — Передавай привет кошке, — ухмыльнулся Намджун.

✘ ✘ ✘

Пальцы медленно надавили на ручку двери. Хосок открыл дверь в комнату. На его белоснежной кровати скромно сидел и делал вид, будто ничего не случилось, робот. Растрёпанные чёрные волосы, крупные сияющие глаза и усыпанная мелкими родинками кожа. Кому вообще пришло в голову делать робота настолько похожим на человека? Зачем было добавлять ресницы? Родинки? Тот, кто сотворил такое, должен был гореть в аду за эту дотошность и внимание к мелочам, которые сейчас заставляли Хосока сомневаться. Его работой было поймать этого парня, обезвредить и передать полиции, но он смотрит сверху вниз в механические глаза, беспорядочно мигающие зелёным после падения, и понимает, что после того, как робот всем своим телом спас его жизнь, просто не может поступить с ним так. Хосок хочет свои ответы до того, как эти ответы получит полиция. Вот только, кажется, при падении чип, отвечающий за память, был повреждён. — Я Чонгук, — тихим нежным голосом представился робот. — Знаю, — кивнул Хосок. — Мы уже знакомились. Робот слишком естественно имитировал улыбку и был не отличим от человека. Чонгука после этой ночи искал весь город, а он сидел здесь, в квартире Чон Хосока, ещё недавно так сильно ненавидящего любой искусственный интеллект. — Откуда ты такой взялся? — Хосок сглотнул и сел на корточки, чтобы глянуть в глаза роботу с близкого расстояния. Радужки искусственных глаз перестали мигать и загорелись зелёным. — Я Чонгук, — улыбнулся парень. Хосок вздохнул и осмотрелся по сторонам, обнаружив разбитыми на полу настенные часы. Ну хотя бы не чайный гриб. Он бы этого не пережил. Бессмысленно ругать робота, особенно пока он в таком состоянии. Ему срочно нужна помощь специалиста…

✘ ✘ ✘

Нарваться в городе на патруль проверяющих было той ещё задачей, учитывая, что таких патрулей в принципе не так уж и много, и они проходят в отведённое время, а уж о расписании Хосок был осведомлён хорошо. Тем не менее, никто из гуляющих по улицам людей не знал о том, что хвалёная защита, о которой их город кричит с каждого рекламного баннера, не такая уж эффективная. Их безопасный город куда опаснее, чем им кажется. — Эй, красавчик, — Хосок поднял взгляд вверх. — Развлечёмся? Из тёмного переулка на него смотрел неизвестный ему парень, из темноты горели фиолетовым глаза, а на освещённую часть улицы показались две механические руки. Из тени вышел крупный мышечный мужчина почти модельной внешности, в расстёгнутой рубашке. Обе его руки были искусственными, а меж пальцев проходили разряды тока. Вряд ли модификации этого человека были зарегистрированы, они сейчас в нижнем квартале, а здесь нарушителей закона пруд пруди. Вот только, пока Хосок был одет по форме, ни одна живая душа не смела к нему подойти, но сейчас, когда он одет по гражданке, можно ощутить вкус их высокотехнологичного города целиком. Чонгук смотрел на странного полураздетого человека пристально, его голова поворачивалась и не сводила с него любопытного взгляда так долго, пока Хосок строго не сказал: — Не смотри туда, а то пристанет к нам, — бормотал Хосок. — На этой улице полным полно ночных бабочек. Чонгук глянул на молнии между пальцами протезов странного человека, а затем, на свои ладони. Он так не может… Но зачем ему эти молнии? — Я Чонгук, — бормотал робот. — Пока мы в городе, пожалуйста, ни слова, — шикнул Хосок. Улица пестрила яркими вывесками, завлекающими в бары, ночные клубы, мотели, Хосок жил не в самом благополучном районе, более того, некоторых нарушителей закона он знал в лицо. Вон тот парень встроил себе в колени фонарь, чтобы передвигаться по светлому. Нарушение. А вот та женщина недавно вкрутила себе под съёмные пальцы лезвия ножей, чтобы защищаться от незнакомцев в тёмном переулке. Нарушение. Мужчина, который в данный момент чинит вывеску одного из магазинов, встроил себе в правую руку аппарат для сварки, и теперь может не носить инструмент с собой, ведь он — часть его самого. Нарушение. Этот город сплошь и рядом кишит нарушителями, но это не дело Хосока, пока он не на патруле. И пока модификации этих людей никому не вредят. Чонгук вдруг резко отшатнулся в сторону Хосока, услышав еле различимый свист откуда-то сверху. В следующую секунду огромная парящая вывеска обрушилась на землю и проломила собой асфальт. Неоновое свечение замигало, а вскоре, совсем погасло. Робот смотрел на огромную вывеску словно в испуге, впрочем, с чего бы роботу испытывать какие-либо чувства? Скорее, из-за повреждений его программа начала подтормаживать. Однако, его слух и реакция на опасность была феноменально быстрой. — Третья вывеска за неделю, Хонджун, не дела, — послышался хриплый женский голос позади. — Так смотрите на меня, как будто это я все вывески в городе обслуживаю, тётушка, — ворчал мужчина. Хосок вздохнул и взял Чонгука под локоть, поспешив увести с места происшествия. Если сейчас сюда нагрянет отдел полиции, их точно захотят допросить. — Почему твоя кожа такая горячая? — цокнул языком Хосок, вжавшись пальцами в Чонгука чуть выше локтя. Подушечки продавили нежный материал. Хосок сглотнул. Он сходит с ума. Этот парень даже на ощупь как настоящий. Это сбивает с толку. Юнги должен его видеть.

✘ ✘ ✘

Юнги смотрел на робота огромными глазами. Хосок вообще, если честно, таких больших глаз у него никогда не видел. Мужчина тянул робота за искусственную щёку, чтобы проверить её прочность, и сжимал так сильно, что молчаливый, не издающий ни звука робот, вдруг ахнул и схватился за оттянутое место ладонью. — Он чувствует прикосновения, — заключил Юнги, принявшись осматривать робота со всех сторон: он крутил его голову, шею, прощупывал плечи, особенно сильно оттягивал кожу, чтобы проследить за реакцией. — Реакция слабая, но он чувствует. Я могу предположить, что сигнал поступает через родинки, расположенные по всей коже. Их довольно много, а если я возьму иголку и проткну какую-нибудь из них… Хосок округлил глаза, желая остановить приятеля, но тот уже вводил острие иглы, погружая то глубже под кожу. Чонгук же, в ответ на касание, морщился совсем как живой и дёргал плечом. Юнги поглядывал то на робота, то на экран, где в данный момент один из распознанных системой чипов светился красным. — Чип, отвечающий за ощущение боли, находится в шее с правой стороны. — Это конечно не сравнимо с человеческой болью, хотя наверняка очень на неё похоже. Такой чип своевременно может предупредить его «мозг» об опасности. Перед лицом Хосока отпечатался момент их падения с невероятной высоты, и то, как Чонгук недвижимо лежал в углублении разбитого асфальта и просто смотрел вверх. Его глаза в тот момент беспорядочно мигали зелёным. Ему было больно при падении? Разве так бывает, чтобы роботу было больно? — Это невозможно, — мотнул головой Хосок. — Это запрещено законом, но не невозможно, — вздохнул Юнги, с восхищением глянув на лицо робота. — Ты посмотри какой красивый… Я таких детализированных лиц не видел… Как настоящий, — Юнги сжал обеими ладонями щёки, глянув в мигающие зелёным глаза. — Сканер показывает, что он цел. Чипы исправны. — Не может быть, он и двух слов связать не может, — мотнул головой Хосок. — Правда? — усмехнулся Юнги. — Я Чонгук, — представился робот. Юнги сжал в пальцах иголку и принялся беспорядочно тыкать ею в искусственную кожу. Робот внезапно закрылся от агрессора руками. — Мне неприятно, — тихо бормотал он, прикрываясь от ударов. — Речевой модуль в порядке, центр памяти не повреждён, а не распознанный системой чип над левой ягодицей отвечает за враньё, — заключил Юнги, ткнув пальцем в горящую красным точку на экране. Хосок непонимающе глянул на Чонгука, глаза робота вдруг замигали зелёным. — Ты умеешь врать? — брови Хосока выгнулись, образовав складки на его гладкой коже. Он ещё никогда не видел, чтобы искусственный интеллект мог себе позволить что-то настолько человеческое, как ложь. — Простите, я боялся, что иначе Вы отдадите меня полиции, — бормотал Чонгук. Речевой центр действительно был в порядке. — Боялся? — почти в истерике усмехнулся Хосок. — Ты ещё и боишься? — Умная кожа, — задумчиво хмыкнул Юнги, подставив увеличительную линзу к недавно исколотым участкам. — Волокна в местах проколов стягиваются. Понятно, почему после падения на нём ни царапинки. Кто тебя сделал, солнышко? — Юнги сощурил свои маленькие чёрные глазки и заглянул в глаза Чонгука. Те из чёрного приобрели зелёный оттенок и замигали. Робот не спешил отвечать. Молчун следил зрачками за реакцией на лице человека, а чип, отвечающий за враньё продолжал на сканере светиться красным. — Хорошо, просто изучим его. Возможно Чонгук очень опасный. Неужели кому-то пришло в голову создать такого высокотехнологичного робота в мирных целях? Он точно… Юнги краем глаза глянул на сканер, чип вранья на его словах про злой умысел создателя на экране вспыхнул ярче, активировав все соседние микросхемы. Мужчина на секунду потерял дар речи и полностью обратился к экрану. Изначально обнаруженное количество чипов в количестве семи штук вдруг превратилось в несколько десятков красных точек по всему телу робота. Чонгук весь был напичкан микросхемами неизвестного действия, и они все разом начали работу. Кожа робота вдруг задымилась, а Хосок в испуге отпрянул дальше, мысленно проложив путь до висящего на поясе Юнги шокера. — Я совсем-совсем не опасный, — натянуто улыбнулся робот, стиснув пальцы обеих рук в кулак. Футболка на его дымящейся спине вдруг вспыхнула алым пламенем, а Юнги вскрикнул, достав из-под соседнего стола порошковый огнетушитель. Древняя технология в руках учёного в одну секунду осталась без пломбы. Белый порошок тугим залпом обрушился на голову робота. Чонгук потух. Однако футболка теперь дырявыми лохмотьями облипала его подплавившуюся кожу. На экране один за другим погасли все чипы. — Какой горячий парень, — довольно улыбнулся Юнги, ткнув локтем в бок застывшего растерянным столбом Хосока. Обугленная кожа медленно принимала форму, образовывая красивое накачанное тело. Объёмные кубики, очерченную крепкую грудь и сеть родинок на её поверхности. — Это было… Неприятно, — шепнул Чонгук, растянув губы в натянутой улыбке.

✘ ✘ ✘

Чонгук переодевал футболку неспешно, он любопытно следил за тем, как кружатся вокруг него элипсообразные роботы с длинными руками, как очищают его штаны от остатков порошка. — Выглядит безопасно, — одобрительно кивнул Юнги. — Издеваешься? — брови Хосока поползли наверх. — Если бы нет, ты бы не скрыл его и не забрал бы домой, — усмехнулся Юнги. — Он бы тебя убил сразу же, если бы хотел. Знаешь, из чего его тело? Я сделал анализ скелета. Джинерий. Стопроцентный, без примесей. Он чёртова машина для убийств, Хосок, — радостно объявил мужчина, похлопав друга по плечу. — И поэтому он точно-точно безопасный? — язвительно подметил Хосок. — Ты хоть понимаешь, как тяжело добыть Джинерий? Он лёгкий, он прочный, и он восстанавливается при нагревании. — Предлагаешь разобрать этого парня на запчасти? — цокнул языком Хосок. — Ой, Хосок, давно ли тебе есть дело до роботов? Ты же их терпеть не можешь, — хрюкнул со смеху Юнги. Хосок мельком глянул в сторону Чонгука, тот, кажется, мило приподнимал одного из роботов Юнги, рассматривая малыша поближе. На самом деле, парень действительно выглядел безопасно. — Я выйду на след того, кто его создал, и добуду тебе Джинерий, — ткнул механическим пальцем в грудь Юнги Хосок. — И больше не заводим этот разговор. Юнги проводил приятеля довольной улыбкой. Хосок глянул в глаза Чонгука и кивнул тому в сторону выхода. Парень послушно последовал за ним.

✘ ✘ ✘

Город в любое время суток выглядел одинаково: будь то утро, день, вечер или ночь, пластины, закрывающие небо, всегда были чёрными. Чонгук брёл вверх по переулку, задирая голову, и пытался как следует рассмотреть «звёзды», которые видел в ночь, когда оказался ближе всего к вершине купола. Сейчас они так далеко, но всё равно выглядят безумно притягательными. Роботу были интересны подобные вещи, однако Хосок вряд ли понимал его, ведь в человеческой голове сейчас совершенно другие мысли. — Слушай, Чонгук, — Хосок остановился прямо посреди тёмного переулка, и развернулся к парню лицом. Оба глаза робота загорелись зелёным. — Что ты делал в центре города в ночь, когда убегал от полиции? — Хосок выставил обе руки вперёд и поморщился. — Умоляю, если хочешь это скрыть, просто скажи, не надо воспламеняться. Это хлопотно. Не ври мне, понял? Ненавижу враньё. Хосок выглядел серьёзно, Чонгук бесконечно сканировал его лицо взглядом, он запоминал каждую его эмоцию, каждый залом бровей, форму глаз, лёгкое искривление губ. Это злость. Хосок злился. — Я не доверяю Вам, — бормотал Чонгук. — Вы похожи на плохого человека. — На плохого? — губы Хосока искривились в усмешке. Это он плохой? Чем же он плохой? Как вообще робот определяет хорошие и плохие поступки? Хосок спрятал его, он до сих пор его не выдал. Так с каких таких он злой?! — Вы не любите роботов… — Чонгук смотрел уверенно, оба его глаза светились. — Я не люблю роботов, — подтвердил Хосок. — Но ведь я тоже робот, так как я могу Вам доверять? Вы предадите меня, как только узнаете всё. Отдадите меня в руки Мин Юнги, он разберёт меня на запчасти. Чонгук, кажется, слышал их разговор. И, естественно, выцепил из него всё самое плохое. — А я и не обязан, — Хосок приблизился к парню и заглянул тому в глаза, — тебя любить. — А я и не обязан рассказывать Вам о себе, — парировал робот. — Я могу уйти? — Можешь идти на все четыре стороны, — шикнул Хосок. Чонгук покривил губой, совсем как Хосок недавно, а затем, его глаза потухли. Тело трупиком рухнуло на землю. Он отключил себя? Прямо здесь, в переулке? Что за детский сад? Хосок в первый раз сталкивался с подобной вредностью, и не понимал, как ему поступать. — Чёрт, — мужчина опустился на корточки и слегка встряхнул Чонгука. — Включись. Иначе я оставлю тебя здесь, и тогда тебя точно растащат на запчасти. Эй, поднимайся. Хосок ворочал чужое тело и не понимал, как его можно включить. У Чонгука вообще есть кнопка? Если есть, то где? Он не может оставить этого парня, Чонгук нужен ему, но из-за того, что они оба упрямые бараны, теперь придётся тащить робота на себе. С одной рукой это будет не просто, металл Чонгука пусть и легче его собственного, но всё же, задачка эта не для спины Хосока… — Твою мать… — мужчина кряхтел и напряжённо делал шаг за шагом. В голове роились мысли: он просто может оставить парня здесь. Будь что будет. Он бросал Чонгука на землю, и просто уходил. А затем, возвращался, и продолжал тащить. Всё бы ничего, если бы его дом не находился где-то сверху, и, чтобы до него добраться, нужно было ползти в горку. Хосок рычал и сцеплял зубы. Он садился на бордюр и окунал лицо в ладони, чтобы отдышаться. Он зачёсывал назад тёмные волосы, и шумно набирал в грудь воздуха. — Хватит заниматься ерундой. Мне тяжело. Включись, и нормально пойдём домой, — бормотал Хосок. — Зачем мне идти домой с человеком? — отозвался Чонгук. — Ты ведь не любишь меня. — Не используй эту фразу так, — усмехнулся Хосок. — Люди применяют такие слова в других ситуациях… — В каких же? — Ты не поймёшь. Ты всего лишь робот. Глаза Чонгука снова потухли, а тело недвижимо развалилось на асфальте. Он делал это показательно. Из вредности. И так, чтобы Хосок видел. Маленький манипулятор. — Любить могут только люди, и только людей, — усмехнулся Хосок. — Тебе не понять, ты ведь робот. — А как люди любят людей? — отозвался Чонгук, глаза беспорядочно замигали зелёным. Хосок не спешил отвечать. Впрочем, что бы он ни сказал, железяка его не поймёт. Механическая ладонь Хосока коснулась собственного плеча и невесомо провела по тому вниз. Мужчина смотрел в темноту переулка, его губы растягивались в еле заметный улыбке. — Они прикасаются друг к другу так, как ни к кому другому, — шепнул Хосок. — Они целуются, потому что им хочется целоваться. — Целуются? — любопытно уточнил Чонгук. Он не знал этого слова. — Касаются губами, — ответил Хосок. — Это значит «любовь»? — шепнул Чонгук. — Люди делают так, чтобы показать, что доверяют друг другу? — Да, — усмехнулся Хосок. — Можно и так сказать. Не просто доверяют. Они чувствуют что-то большее, но часто не могут это объяснить. Это называется «любовь». Чонгук поднял ладонь к лицу и еле заметно коснулся собственных губ пальцами. Затем, ещё раз. И ещё. Люди считают это чем-то приятным? Люди странные. — Хорошо, я пойду с тобой, — Чонгук поднялся на ноги, его глаза продолжали мигать зелёным. — Расскажи мне про людей. И тогда, возможно, я расскажу о себе. Робот просто очаровательно ставил человеку условия. Впрочем, им в любом случае придётся налаживать отношения, если Хосок планирует хоть к чему-то придти. Без показаний Чонгука ему не выяснить, кто стоит за его созданием, и чего он хочет. Нельзя доверять это дело полиции, ведь Чонгук, кажется, особенный, к нему нужен особенный подход. Они завернули за угол, ступив на освещённую улицу. Теперь до дома Хосока только вверх, не сворачивая, ещё не меньше десяти минут пешком. На часах уже дело к ночи, а это значит, что город открывает скрытые свои стороны. И первой из них был тот самый странный человек с механическими руками, которого они видели ещё днём. Только в этот раз человек этот зажимал у затенённой бетонной стены неизвестного мужчину. По чужим оголённым бёдрам расходились маленькие искры от электрических разрядов механических рук. Чонгук не мог оторвать взгляда. Люди трогали друг друга, а один из них довольно громко стонал. — Они любят друг друга? — тихо шепнул Чонгук. — Или ему нужна помощь? Кажется, тот человек делает ему больно? Хосок мельком бросил взгляд на недвусмысленные движения чужих бёдер, и взял Чонгука под локоть, чтобы поскорее увести. Не слишком хотелось быть свидетелями чьих-то любовных утех. Стоны становились громче, а глаза Чонгука не мигали, они зелёным светом прожигали двоих насквозь. — Хочешь помочь ему? — усмехнулся красивый человек, его глаза сверкнули фиолетовым, а всё тело затряслось сильнее. Мужчина в его руках гортанно застонал. Хосок почувствовал, как кожа робота нагревается, а пальцы сжимаются в кулак. Если Чонгук сейчас пойдёт этих двоих разнимать, им несдобровать. — Пойдём, они сами разберутся, — умолял Хосок. — Мы не можем так. Тому мужчине нужна помощь, — Чонгук упирался, а Хосок всё тянул его вверх по улице. — Они и без нас справятся, пойдём… — Мне кажется, ты плохой человек. — Я потом тебе попытаюсь объяснить, — настаивал Хосок. Чонгук, однако, не слышал его. Он уже летел на помощь, чтобы разнять мужчин. Хосок шумно выдохнул. Что ж, раз эту машину уже не остановить, пусть разнимает.

✘ ✘ ✘

— Уён, скажи им, — жалобно стонал избитый красавчик. — Офицер Чон, что за дела?! — сердито рычал Уён, вытирая платочком кровь с красивых губ любовника, которому Чонгук разбил губу и оставил синяк под глазом. — Сан торгует своим лицом! Если оно будет испорчено, его спрос резко снизится! Уён дул на ранку бедолаги, промакивая ту заживляющим раствором. Чонгук стоял за спиной Хосока и виновато опускал голову. Ему хотелось помочь, но этим двоим, кажется, помощь, как и предупреждал Хосок, действительно была не нужна. Но почему? Чонгук не понимает людей. — Заниматься непотребствами на улице меньше будете, — вздохнул Хосок. — Я понимаю, что на дворе ночь, но будьте добры, в следующий раз спрячьтесь в здании, иначе я за него не ручаюсь. — Вы кричали, — встрял в разговор Чонгук. — Я решил, что Вам нужна помощь. — Идиот! Мне было приятно! — прикрикнул Уён. — Вы кричали, потому что приятно? — Чонгук округлил глаза и вопросительно уставился на Хосока. Хосок плотно сомкнул губы и сглотнул. Он ведь может ничего не объяснять? Пусть Чонгук даже не смотрит на него.