Идеальная формула Элираны

«Это было эффективно, но… одну аномалию Мира всё же пропустила. Это недостаток и уязвимость методики «запрос-ответ». Нужно… другое», — щёлкнуло в голове Элираны. Она провожала взглядом уходящую пару, пытаясь сконцентрироваться на задании и перебирая в голове свою формулу, тихо лежавшую в столе её комнаты. Тарнор продолжал заполнение бумаг. Гул от резонатора стихал, окончательно стирая последние иллюзорные формы Стеклянных Полей. «Их пропуск аномалии является отклонением от идеальной траектории. И это зависит от их… «шумов». Усталость? Невнимательность? Если это умножить на сложность события и на задержку во времени, то… Выходит… моя формула», — подумала она, украдкой глядя на Лориан. Тот стоял, слегка раскачиваясь на носках и глядел на резонатор. «Значит, наша эффективность должна определяться не только навыками, но и… качеством связи. Недостаточно просто делать своё, нужно… предугадывать. Отталкиваться от коэффициентов эмоциональности. Уменьшить «dt» до нуля. Свести отклонение «dD» к минимуму», — Элирана анализировала с холодным, восторженным ужасом. Лориан выглядел довольно спокойно, она видела это. И свела «k₂», его коэффициент тревоги, к низкому значению. Это успокаивала её, но оставался один вопрос — «Но как уменьшить нужные значения? Нужно усилить R, нашу общую цель. Или найти способ напрямую влиять на наши коэффициенты эмоций. И сделать это до того, как тревога перерастёт в ошибку». Тарнор нарушил ход её мыслей, отложив перо и шагнув вперёд. — Группа номер два, — он посмотрел в их сторону. — Задача сложнее. Полная симуляция вашего сектора в искусственных условиях невозможна. Он щёлкнул, указывая рукой в сторону центра Зала. Низкий гул резонатора начал нарастать, образовывая вокруг себя выцветшую, будто бесцветную гладь. Лориан глянул на запястье Элираны — его ремешка на нём не было. — Здесь уровень магического фона искусственно понижен до восьмидесяти шести процентов. Это не абсолютный ноль вашего сектора, но достаточное приближение в рамках практического упражнения. Ваша задача, как и задача Группы номер один, остаётся неизменной и полностью соответствует регламенту экзаменационной сессии — провести серию синхронизированных замеров, — отчеканил Тарнор машинально. — Элирана. Она выпрямилась, чувствуя как её мысли фокусируются, будто свет в линзе. Тем временем, резонатор излучал рассеянный желтоватый свет вокруг своей оси, который слегка преломлялся в образовавшейся и расширяющейся бесцветной глади, бесследно утопая в её глубинах. — Ты будешь создавать и поддерживать диагностический контур, — продолжил Тарнор, глядя на Элирану. В условиях энергетического голода обычные заклинания деградируют со скоростью, обратно пропорциональной квадрату их начальной сложности. Тебе придётся постоянно восстанавливать контур, используя минимум энергии. Элирана понимающе кивнула и глянула на утопающий вокруг резонатора свет. — Лориан. Твоя задача заключается в стабилизации точки замера и сбор соответствующих данных, — Тарнор бросил взгляд на сосредоточенного Лориана. — Однако, контур Элираны может быть подвержен дезинтеграции. Помни о принципе минимального вмешательства. Мастер вернулся к кафедре и указал в центр зала. Элирана и Лориан направились к берегам этого безликого моря. — Маршрут — прямая до стены и обратно. Остановки с полным замером каждые десять шагов. Начинайте. Переглянувшись, они шагнули в уже полностью сформированную и не растущую область пустоты. Звуки их шагов, которые только что отдавались лёгкими щелчками, здесь поглощались, будто они шагали по дну реки. Свет от магических светильников на стенах не мог пробить эту толщу, он растягивался, тускнел и тонул в ней, не достигая центра. Воздух, который здесь обычно пах озоном, здесь был стерильным, будто из него высосали всё, оставив одну формулу. Элирана чувствовала это всё прежде всего на магическом уровне. Обычно, она ощущала свою силу как тёплые, уверенные потоки под кожей, как второе, более чуткое дыхание. Здесь этот поток иссякал, превращался в тонкую, прерывистую нить. — Я начну, — уверенно сказала она Лориану, поднимая руку и выводя первую руну диагностического контура. Жест, обычно лёгкий и быстрый, сейчас требовал усилий, будто кончики её пальцев пытались пробить невидимую, но очень крепкую плёнку. Руна проявилась бледным, болезненным голубым свечением. Она повисла в воздухе, тусклая и хрупкая, будто умирающий светлячок в кромешной тьме. Элирана смотрела на дрожащий символ и попыталась заставить его замереть, обволакивая её сложным контуром. Это стоило ей неожиданно много усилий, но тем не менее, каждый знак контура возникал всё медленнее и светился всё слабее. Она пыталась сохранить форму в среде, которая старалась её поглотить и растворить в своём равнодушном поле. Лориан следил за её отчаянными действиями. «Попробуйте найти вокруг себя ещё одну пустоту. Это может быть предмет, тень, свет или звук. И попробуйте не заполнять эту пустоту, а ощутить её голод и свой голод. Почувствуйте расстояние между собой и этим предметом. Это и есть потенциальный резонанс», — Элирана вдруг вспомнила слова Илвериэль из лекции о пустотах и резонансах. Лекция того дня прочно структурировалась в её сознании. Она чувствовала, как нарастает её внутреннее сопротивление, вызывая физиологическое отторжение. Её разум отчаянно бунтовал против этого искусственного нуля, это был вызов самому её существу. Лориан видел это. Его рука попыталась нащупать каменный пол. Он создал тончайшую нить, похожую на корень молодого дерева, ищущий влагу. В обычных условиях он бы почувствовал структуру камня, его возраст и скрытые трещины, и даже возможные следы магии. Здесь же его магия не возвращала ему никаких данных, но и не встречала никакого сопротивления, будто камень её не замечал, был инертным. — Не плотность, — в конечном итоге выдал он Элиране, но это было похоже на мысли вслух. — Не холод. Нет эха. Это… глухота. Элирана удерживала матрицу контура и молча кивнула ему в ответ. — Ничего, — вскоре сказала она. Мои импульсы уходят и не возвращаются. Материя здесь не просто пуста, она… не резонирует. Они сделали первые десять шагов. Лориан шёл, не прекращая своего тихого сканирования. Элирана в это время чувствовала, как внутри неё начинает нарастать тревога. В её голове начала выстраиваться её собственная формула, которую она адаптировала под текущую ситуацию — «У нас есть событие — вход в зону подавления, и оно сильно. F. У нас есть общая цель — провести замеры, и его значение чрезвычайно высоко. R. Коэффициент моей тревоги ползёт вверх. Коэффициент его тревоги пока низок. Время нашего замера — dt.» — Ты слышишь меня вообще? — раздался голос Лориана. — Что? — растерянно спросила Элирана. — Говорю — держи контур, я сейчас помогу тебе. Лориан присел, его пальцы снова коснулись пола. Он собрался использовать диагностическую руну «Касание» — простую и энергоэффективную, предназначенную для быстрого считывания структуры и состава цели. «Это бесполезно. Руна деградирует мгновенно. Он получит те же нулевые данные, что и я. Придёт разочарование от бесполезной траты сил. И тогда коэффициент его тревоги начнёт расти, как и мой. Это ведёт к провалу задания», — Элирана продолжала мысленно оценивать ситуацию, закрыв глаза. И тут её осенило — она не может повлиять на среду, она статична. Она не может повысить общую цель — они и так делали всё, что могли. Она может лишь влиять на свою тревогу, которую она старалась подавлять, но это был путь, ведущий к истощению. Оставалась только последняя переменная — Переменная «Л». — Лориан, остановись! — резко сказала она, распахнув веки. — Да? — он вздрогнул, замедлил движение и внимательно посмотрел на Элирану. — Не «Касание». Используй «Точку отсчёта». На мне. Наступило абсолютное молчание. Лориан растеряно смотрел на неё. «Точка отсчёта» — это элементарная руна, которой учат в первый год. Она создаёт магическую метку на другом маге, чтобы синхронизировать простейшие заклинания. Она ничего не сканирует и не даёт никаких данных об окружающей среде, и её применение выглядело абсурдным. Это было нарушением самой сути задания и трата манаресурсов впустую. — Что, прости? — удивился Лориан. — Лориан, пожалуйста. Он не понял вообще ничего. Но помимо магии, он видел её саму, и он ей доверял. Лориан слышал тихую мольбу в её голосе, этот странный и хрупкий звук её просьбы, и это значило для него куда больше оценок Тарнора. Его пальцы так и не доделали «Касание». Вместо этого был короткий жест, после которого маленькая тепловая искорка сорвалась с кончиков его пальцев и описав дугу в тягучем воздухе, обогнула её запястье там, где обычно был его ремешок. Искра сделала несколько оборотов вокруг руки Элираны и потухла, оставляя лёгкое ощущение тепла. «Точка отсчёта» была установлена. Для Элираны это было как щелчок в тишине — «Его коэффициент изменил качество. Я заменила его будущую тревогу на… доверие. Его коэффициент теперь стабилен». Эффект для неё был практически мгновенным. Её собственная, ползучая тревога дрогнула и начала медленно отступать. У неё был союзник, который, не понимая цели, точно и быстро выполнял её алгоритм, не оставляя её в этой пустоте одну, со своими разваливающимися рунами. Спустя минуту она глянула на свою матрицу. Она всё ещё была бледной и хрупкой, но дрожь в ней ушла, она стала стабильной. — Спасибо, — тихо сказала она и стала считывать показатели, которые впитывала её матрица. — Фиксируй. Температура по всему диаметру вокруг точки замера стабильна. Структурные аномалии отсутствуют. Фоновые аномалии отсутствуют. Переходим к следующей точке. Лориан молча слушал, не понимая, что происходит. Пустота вокруг них начала отступать, образуя идеальный круг диаметром в пару метров. Они оба смотрели, как рябь рассеивается, оставляя привычный, всё тот же холодный каменный пол Зала Испытаний. Элирана чувствовала, как внутри неё начинает пылать ледяное пламя неизведанного и сокрытого. Она только что рассеяла пустоту, рассеяла ноль, создала область, которую резонатор не смог снова заполнить морем пустоты. И сделала она это, вплетая эмоциональный фон в магическую структуру заклинаний. Эксперимент, который не понял бы даже Тарнор, потому что его инструменты измеряли энергозатраты и эффективность чар, а не то, как тихая искорка доверия переписала внутреннее состояние пары, не позволив её совершить первую ошибку, попутно разрушив окружающую среду. Тарнор молча отложил перо, видя сбой в работе резонатора. Он глянул в сторону студентов и увидел, что созданная им учебная проекция вокруг Элираны была чиста, будто поглощена и вырезана из реальности. Его глаз немного дрогнул, но останавливать занятие он не стал, хоть и очень хотел. — Пойдём дальше? — спросила Элирана, глядя на следующую точку в пустоте. Лориан кивнул, глядя в её глаза. Её взгляд был прикован к следующей точке в безмолвном, пустотном мареве. С каждым новым шагом, значение dt в формуле Элираны сокращалось, стремясь к нулю, а круг реальности всё больше расширялся. Резонатор Тарнора наращивал мощность, пытаясь компенсировать убыль, но Элирана поглощала эту пустоту быстрее. Она перестала думать словами, заменив их переменными, потоками и балансами. Собрав данные со второй точки, её личная тревога практически отступила, тревога Лориана сменилась абсолютным доверием, а их общая цель обрела плоть и кровь. Лориан смотрел вокруг с немым изумлением. Он видел и чувствовал, как это происходило, но не понимал, что это. Тарнор стоял у кафедры, держа руки за спиной. Его каменное лицо было приковано к Элиране с силой, которой он редко удостаивал кого-либо. Он видел отклонение от протокола, он видел метод, который не описывался ни в одном учебнике, он видел, как его задача не решается, а меняется, подстраивается и схлопывается, выдавая результат, он видел феномен. «Это… работает. Но тревога, и моя, и его, никуда не делись… как коэффициенты в уравнении. Нужно… стереть их. Вычеркнуть из уравнения. Оставить чистый результат. Но… как заставить чувство исчезнуть?», — Элирана продолжала мысленно работать, закрывая глаза. Её не интересовало ничего из окружающей её реальности. Лориан застыл, наблюдая за ней. Ему казалось, что она находится в состоянии контролируемого транса. Его это очень сильно пугало и одновременно завораживало. Внешне это была всё та же Элирана, но его внутреннее чутьё определяло её саму как что-то, что выходит за рамки его устоявшегося мира. «Нельзя бороться с тревогой. Нужно сделать так, чтобы ей не на что было опереться. Убрать саму возможность ошибки. Для нас обоих», — заключила Элирана и открыла глаза. Она повернулась к Лориану. Её взгляд был зеркальным. Лориану казалось, что в её глазах он видит ту самую безликую и безмолвную гладь, которая пробирала его до мурашек. — Лориан. Забудь про цель, — её тон был совершенно плоским. — Что? — он моргнул, не понимая. — Забудь про то, что мы тут измеряем. Забудь про Мастера Тарнора. Про экзамен. Про Академию. — Эли, мы на задании… — начал Лориан. — Это не задание, — перебила Элирана. — Это процесс. Как дыхание или сердцебиение. Ты дышишь? Твоё сердце стучит? Лориан растеряно кивнул. — Вот и всё. Больше ничего нет. Только это. Никакого задания. Просто наше существование здесь. Вместе. Лориан в упор не видел логики. Её последнее слово, «Вместе», которое должно приносить приятное тёплое чувство, отозвалось в нём не теплотой, а пожаром. Пожаром, который он не понимал, но без сомнения пропускал в себя. Это всё выглядело для него как совершенная ересь, за которую наверняка похвалила бы Илвериэль, а Тарнор бы выгнал из Зала. Вместо привычной логики, он видел метод какого-то безумия — она снова что-то корректировала, снова что-то настраивала. Он закрыл глаза, пытаясь сделать невозможное — отбросить цель. Это как попытаться перестать думать. Он отчаянно пытался, но у него ничего не получалось. Элирана видела это и понимала. Она молча стала выстраивать канал около запястья, где ещё оставалось тепло той искорки, созданной Лорианом, который ретранслировал её собственное состояние обратно к нему — состояние отсутствия эмоций. Ту самую пустоту внутри себя, о которой говорила Илвериэль. Ту самую пустоту, которую она культивировала, сама того не подозревая. Для Лориана это было странно и жутко. Он чувствовал невыносимую лёгкость и опустошение, и это было очень непривычно. Воздух для него внезапно стал одновременно тяжёлым и острым как нож. Его собственная тревога и доверие, точнее, то, что от этого осталось, рассасывалось, как дым на ветру. Они стояли так несколько секунд — два силуэта во мгле, без цели и без лишних мыслей. В формуле Элираны на месте этих двух коэффициентов остались чистые нули. И в этот момент абсолютной, мёртвой безэмоциональности, когда они перестали быть учениками на практике и стали просто точками сознания посреди спокойного моря пустоты, диагностический контур, который Элирана создавала для сбора информации, засиял, слушая окружающую пустоту. И пустота заговорила. Там, где прямая, плоская линия тянулась по нулевой отметке, проступила сложная, фрактальная картина, словно пустота была слоистой как лук. Картина была безликой, сложной и постоянно разрастующейся. — Данные, — прошептала Элирана. Полный спектр. Здесь… фоновая топологическая аномалия. — И… что она значит? В пустоте скрывается магия? — Лориан, казалось, совсем перестал понимать происходящее. — Нет. Это не магия. Это её… отрицательный отпечаток. След того, что было вырвано. В этот самый момент, когда тайна пустоты начала раскрываться, вся оставшаяся учебная зона, созданная резонатором, дрогнула. Это было похоже на огромное зеркало, которое само по себе дало трещину в центре. Безликая гладь затрепетала, по ней побежали круги, будто кто-то кинул камень в воду, только круги не расходились, а наоборот, стягивались вокруг Элираны. Пустота коллапсировала. Стабильная, искусственно созданная Тарнором среда, оказалась совершенно беспомощной перед тем, чего ни Тарнор, ни Лориан, не понимали. Единственное, что понимал в этот момент Мастер — это то, что его ученица только что нашла частоту самоуничтожения пустоты. Лориан смотрел, как волны, ускоряясь, сужались вокруг Элираны и осыпались серой пылью, которая тут же исчезала. Он инстинктивно поднял руку для создания защитного барьера, но Элирана схватила его за запястье. — Нет! Не вноси диссонанс! — её голос был уверенным и довольно громким. Он замер, подавляя панику. Контур Элираны дрогнул, но через пару секунд снова был стабильным. Она продолжала держать руку Лориана, не сводя с него глаз. Они были похожи на две статуи в бушующем море распадающихся иллюзий. Вокруг них клубились и таяли клочья искажённого, сизого света, воздух звенел, как громко разбивающееся стекло, а резонатор Тарнора издал пронзительный высокий писк. Через 5 секунд всё закончилось. Зал Испытаний обрёл прежнюю форму — холодные стены, магические светильники, фокусирующие камни, кафедра Тарнора. Всё было на своих местах. «Труднее всего резонировать с тем, что кажется знакомым и понятным. С собственной пустотой, которая носит маску полноты», — слова Илвериэль с той же лекции, три дня назад, тихонько пронеслись по всему телу Элираны, возвращая её в реальность.