The last lesson

Очередной из вечеров Феликс проводит за чертовыми уроками, которые не дают ему спокойной жизни. Ладно, если бы нужно было только все выучить, но проблема в том, что один из учителей всегда как-то пытается его завалить, тем самым испортив оценку парня. Ему иногда казалось, что он его просто ненавидит. Другой причины такого отношения к нему он не видел. Разве что из-за того, что раньше, пока он не знал, что тот парень будет его учителем, он находился с ним в романтических отношениях. После того, когда его представили как нового учителя математики, Феликс сразу же оборвал с ним все связи. Сделал он это только чтобы позже по этому поводу не возникло проблем, ведь отношения между учителями и учениками были строго-настрого запрещены. Но, несмотря на это, Феликс хотел вновь вернуться в это отношения. Он до сих пор любит своего уже, к сожалению, бывшего молодого человека. В один из дней математика стояла последним уроком. Это значило, что настроения парня будет испорчено практически под конец дня. Наверное, это было плюсом. На удивления учитель ничего не говорил Феликсу и вовсе не обращал на него внимание. Только под конец урока он сказал.  —Ли Феликс, задержитесь. После урока – парень встал в ступор. Что учителю от него надо? Было довольно страшно, но деваться некуда. Подождав, пока с класса выйдут все посторонние,  —И зачем же вы решили задержать меня? Хван Хёнджин –Парень впервые после их разлуки назвал его по имени. В основном он называл его Учитель и ничего большего. — Зачем же эта формальность? Где же твое «Учитель»? Если уж перешел на имя, то можно было более ласково — напримeр, Джинни. Раньше ты сильно любил такую форму моего имени. Что же произошло, что ты теперь обходишься лишь формальностью? — немного с насмешкой говорил парень, наблюдая за реакцией младшего на это. — Отношения между учеником и учителем строго-настрого запрещены. У нас могли быть большие проблемы по твоей вине, можно сказать. — Так вот почему ты так быстро прекратил наши отношения. Я думал, что сделал что-то непростительное, — слегка задумавшись, выдал парень. И правда, он думал, что как-то обидел его. — Если для тебя это простительно, то для меня — нет. Середина выпускного класса, менять школу было бы ебать как проблематично. Плюсом к этому, в случае сохранности отношений нас бы быстро рассекретили, ведь довольно странно, что ученик уж больно часто и надолго заходит в кабинет своего учителя, а после еще и выходит растрепанный, в неком трансе. И не нужно этого отрицать, Хван, я тебя знаю лучше, чем ты сам. Ты бы не оставил меня в покое. — Получается, ты все еще любишь меня, малышка Ликси? — вставая со своего места и подходя сзади к опершемуся о парту Феликсу, говорил Хван. Его руки легли на талию парня, а сам он носом зарылся в макушку белых волос. — Позволь спросить, с чего такие выводы? Думаешь, я так быстро все забуду? Ты ведь знал, что я серьезно отношусь к учебе. А когда учитель математики вечерами меня поебывает, на уроках отнюдь не математика на уме, — без сарказма сказал он. На глазах парня появлялись небольшие слезы от обиды. Но руки он убирать не стал и даже не думал оттолкнуть Хвана, хоть, возможно, потом об этом пожалеет. — Неужели причиной стала твоя озабоченность и каменный член из-за меня? Может, все-таки есть какой-то шанс на наше воссоединение? — с надеждой в голосе спросил парень. Он, как и Феликс, хотел возобновить отношения. Им обоим не хватало друг друга. Феликс не хотел ничего говорить, поэтому просто кивнул. —Возможно, это не лучшее время, но почему бы нам не начать все с начала Я приму любой ответ – на это Феликс тоже решил не отвечать, а лишь повернулся к Хвану лицом, после чего втянул его в долгий поцелуй. Сначала ничего не понявший Хван просто стоял как вкопанный. Только после пинка в ногу он пришел в себя и стал отвечать на поцелуй, углубляя его, руки ходили по миниатюрному телу. Одна рука так и осталась на талии, а другая опустилась на одну из ягодиц парня, немного сжимая ее, от чего Феликс иногда сладко стонал ему в губы. Рука Хвана, которая находилась на его талии, стала расстёгивать пуговицы рубашки парня, проводя рукой по оголенной груди парня, задевая соски, которые постепенно начали затвердевать. вторая рука уже пробралась в белье парня. Проходя меж двух половинок, его рука нащупала кое-что интересное, вставленное в парня. Это была пробка на конце с черным бриллиантом. Надавив на нее, Феликс достаточно громко застонал. Со рта Хвана послышалось.  —Тише, малыш, В школе может, еще кто-то находится. Нельзя, чтобы нас услышали –  с явной самодовольной ухмылкой сказал Хван, опаляя ушную раковину парня, который, кажется, плавился в его руках. Достав пробку, Феликс простонал от чувства пустоты внутри, но вскоре почувствовал фаланги пальцев на пульсирующей дырочке. В следующее мгновение Феликс лежал на столе Хвана, а тот снимал с него одежду вместе с нижним бельем. Проведя по оголенной половинки ягодицы, он посчитал незаконным не оставить там шлепок, после чего послышался стон со стороны Феликса. Стоило Феликсу спокойно выдохнуть, как на на его ягодицах оказалась руки Хвана, разводящие их в разные стороны, а после влажный язык на дырочке, кружась вокруг неё. Язык уже находился внутри Ли, проходясь по стенкам обильно смазывать их слюной. К языку подключился один палец, растягивая нижнего. Отстранившись, Хван просунул руку в один из шкафчиков в столе. Он достал оттуда клубничную смазку и презервативы. Выдавив нужное количество лубриканта на пальцы клубничный запах которого сразу ударил в нос, он поочерёдно стал входить ими в парня, начиная с одного пальца, а заканчивая тремя. Найдя комочек нервов, Хван не задумываясь, надавил на него, выбивая стоны младшего. Стоило Хвану найти этот комочек, как он от него не отлипал. Феликс уже устал ждать. Он вновь, спустя долгое время, хотел почувствовать в себе большой член Хвана, которого ему долгое время не хватало.  Ли уже сам стал насаживаться на пальцы Хвана. Но все такие не выдержал  —Джинни, я готов, прошу… я хочу твой член, — чуть ли не скуля, произнес младший, надеясь поскорее получить желанное. Перед его глазами появился сияющий квадратик. Выхватив его, Ли зубами открыл презерватив, принимаясь надевать его на внушающий размеров член. Черт, как же давно он его не видел и как же давно желал! Стоило прикоснуться к нему, как Хван громко выдохнул. Хван приставил хорошо смазанный член к пульсирующей дырочке, в которую так и хотелось войти. Только он не стал этого делать. Он хотел помучить парня под собой, поэтому водил головкой вокруг, но не входил. — Вставь свой блядский член в меня, я хочу чувствовать тебя!.. — последний слог был сказан с довольно громким стоном, разносившимся по кабинету, ведь в нем сразу оказался весь член Хвана. И единственное, что могло сорваться с его губ, — громкий гортанный стон вперемешку с ругательством. Парень не стал двигаться сразу, давая младшему привыкнуть к размеру. Когда тот там начал насаживаться на член, Хван только тогда начал двигаться, начиная с медленного темпа, дабы не принести младшему сильной боли, постепенно увеличивая скорость.Пошлые лепки двух тел разлетались по всему кабинету, выходя за его пределы. Практически каждый раз член проходился по простате парня, выбивая с него громкие стоны. Ему стало плевать на слова Хвана, чтобы он был тише. В очередной раз член проходиться по простате, после чего младший кончает, пачкая себя и стол, к которому он был прижат. Хван делает последние три толчка и тоже изливается, но уже в презерватив. Плевать, что будет после этого. Плевать, выгонят его из школы или нет. Сейчас в его заднице находится член его бывшего, который доводит его до дрожи в ногах.