Первое впечатление бывает обманчиво

Сердце настукивало бешеный ритм. И чего это он так испугался? Это просто его отец, ничего серьезного, всего лишь отец.. Бом Сок вдохнул, выдохнул и шагнул на кухню. За столом вальяжно сидел мужчина в идеально выглаженном костюме — огромный контраст между этим идеальным на первый взгляд человеком и его сыном, который стоит перед ним в мятой пижаме без носков, чувствуя под ногами холодный пол. Он еле собрал остатки мужества в кулак и уже открыл рот для первого предложения, как тут услышал строгий голос отца. — какого черта ты стоишь тут в пижаме? Тебе делать нечего? Нам выходить через пять минут! Не говори мне, что ты ещё рубашку не погладил. Рубашка в самом деле валялась мятая. Бом Сок вздрогнул, прекрасно зная, что если сейчас не спасти положение, он придет ко второму уроку, пытаясь замазать синяки консилером. И почему люди решили, что средствами макияжа мальчики не пользуются? Бом Сок точно получил бы звание главного урода в школе, если бы не замазывал синяки. Конечно, он пользуется только консилером, за остальное отец убьет. Да и как-то не хочется. — пап, я.. — начал он, заикнувшись. Затем собрался, сглотнул, — я.. я погладил.. скоро оденусь. Только.. я хотел поговорить.. Он ненавидел свою слабость. Мысли формулировать тяжело, перед глазами все плывет. Его не бьют, но очень хочется плакать. Ладно. Была не была. — пап.. можно перевестись в другую школу, пожалуйста? Здесь мне.. мне мешают учится.. Почему он не может взять себя в руки и перестать разговаривать как тряпка..? От ожидания ответа внутри все сжимается. Только бы не расплакаться перед ним. Он же не слабак, правильно? Отец будет недоволен. — можно. Сегодня переведу, завтра в другую поедем. А сейчас в свою иди. Даже не верится, что обошлось без криков и побоев. Бом Сок зашел обратно в комнату, молясь увидеть рубашку чистой и выглаженной, хотя внутренне понимал — чуда не будет. Про себя он выругался, когда увидел её. В голову так и лезло выражение «как из жопы» потому что именно так это белое нечто выглядело. Времени нет.. опаздывать не страшно, страшно, если папа начнет ругаться. Бом снова открыл шкаф, достал от туда кофту и принялся переодеваться. Пока переодевался, снова стало грустно. Тревога в груди мешала, давила, создавала ощущение беспомощности и истощения. А все потому что он взглянул на себя в зеркало. Все тело изранено, где-то синяки, а где-то красные ссадины и полосы. Он никогда бы не подумал, что этот богатый мужчина, который в первый день после детского дома казался ему раем, на самом деле будет жутким абьюзером и причиной его ночных слез и страданий. По щеке скатилась слеза, но он тут же её вытер. — черт, надо быстрее.. Сказал он сам себе и накинул сверху на рубашку кофту. Перед этим завязал галстук, застегнулся на чуть больше половины и посмотрел на себя. Нормально. Не видно, что мятая. Может прокатит. Бом Сок взял рюкзак, вышел из комнаты и они вместе с отцом пошли к машине. И снова противное чувство волнения. Сегодняшние издевки, а завтра неизвестность. Страх неизвестности, вероятно, самый сильный страх. Бом Сок не знает, ждет его завтра буллинг или поток новых друзей, но мысленно начал готовиться к худшему.