Пастушка и Чужак

      С той встречи на поле уже несколько раз поднимался большой слепящий шар, из-за которого было светло. Я всё также наблюдала за облачками, но при этом часто смотрела и в темноту леса. Наверное, я надеялась ещё раз увидеть того Чужака. Он был странным, непохожим на меня или тётушку, и на родителей уж тем более.       Может, он приходил снова и выглядывал из-за кустов, когда я не смотрела. Я в каком-то роде надеялась на это, хоть и знала, что если он придёт, то снова попытается забрать одно из облаков. Я хотела разузнать у него — что он за существо такое и почему живёт в лесу, а не у своих родителей, как я. У него же они есть? У каждой собаки, которую я встречала, были родители, что заботились о ней и кормили. Но Чужак был таким голодным... Его родители его не кормят?       Я очень много думала над этим вопросом, не понимая, может, я что-то упускала? Тот Чужак был огромным, он мог оттолкнуть меня с его пути и, думаю, моих сил бы не хватило, чтобы толкнуть уже его. Но он пытался каждый раз избегать меня и постоянно так странно на меня смотрел...       Через какое-то время до меня начало доходить, чего именно он от меня ожидал — злобного лая и готовности бросаться в атаку — совсем как это сделала тётушка как только его увидела в поле. Наверняка, потому он и был столь удивлён, когда я сама начала говорить о каких-то играх и прыгать у него на пути. Мне даже стало немного стыдно, но почему, я так и не поняла.       И всё равно, зная, что он хочет принести вред белым облачкам родителей, мне было жалко Чужака. За ним никто не ухаживал, его никто не кормил — потому ему и приходилось воровать с нашего поля. И даже с этим у него не получилось из-за меня и тётушки.       Нет, я ни в коем случае не позволю ему забрать облака! Но... Я много думала над тем, могу ли сделать что-то для него, чтобы он не чувствовал себя таким несчастным. На ум не приходило ничего, кроме еды.       Один раз я даже осторожно поинтересовалась у тётушки — почему у нас есть родители, а у чужаков их нет. Мне показалось, что она вспомнила что-то неприятное и грустное, но всё же ответила.       «К сожелению, не все бесшёрстные собаки бывают хорошими, как наша семья», — тогда она глубоко вздохнула и опустила свои чёрные уши. — «Есть такие, что ненанивят нас, кричат и даже нападают на нас».       Услышав о такой неслыханной новости, я была просто в ужасе. Как так? То есть... Бесшёрстные собаки... не всегда друзья?       «Ты не была ещё в каменном лесу, в который папа иногда нас отвозит с мамой и щенком», — она вновь привлекла моё внимание махом хвоста. — «Там порой встречаются собаки, у которых нет ни конуры, ни родителей. К сожелению, мы ничем не можем им помочь, и они пытаются выживать в камнях сами. Это... очень грустно, дорогая».       Может, Чужак тоже один из таких собак — подумала я тогда. От него не пахло ни бесшёрстными собаками, ни чем-то вкусным и уютным. От него пахло множеством различных вещей, но ни от одной из них не было чувства безопасности. Что, если у Чужака нет возможности найти себе что-то съедобное даже в этом лесу? Я сама никогда там не была, даже не знаю, что вообще находится в этом странном месте.       Пока никто не видел — тётушка пошла в конуру, чтобы проверить щенка — я немного приблизилась к забору и заглянула через него в лес. Ближе всего было несколько кустов и деревьев, но спустя пару шагов уже становилось достаточно темно, чтобы не увидеть кого-нибудь очень близко к себе. Я прижала ушки от неприятного чувства. Было некомфортно просто смотреть туда. А какого там и вовсе жить? Затаив дыхание, я всё же проползла под перекладинами забора. Я никогда не была на это стороне ограды. Я почувствовала, будто делаю нечто очень глупое и опасное. Но вместе с этим мой хвост немного завилял. Почему-то мне было даже весело.       Я пробралась осторожно к первым кустам и принюхалась. Листья шуршали наверху. Я почувствовала, что впереди есть что-то сладкое в объятиях зелени, что-то дурнопахнущее под кустом вдали, и после эти запахи смёл лёгкий ветерок, что заиграл в вышине. И, когда мне ничего не помешало, я почуяла тот самый запах!       Запах Чужака!       Я навострила уши, будто думала, что прямо сейчас он тоже здесь. Чужак ходил тут, выглядывал из-за кустов и прятался за деревьями. Совсем недавно, этим днём, когда светящийся шар появлялся низко на небе. Но почему он не пошёл дальше? Почему не перепрыгнул через забор и не пробрался в конуру к облакам?       Тётушка говорила, что тоже встречала чужаков. Они очень злые и опасные. Крадут облака и делают им больно. Для них это — главная цель. Но почему тогда этот незнакомец не сделал того же, когда мы с тётушкой и семьёй спокойно спали? Он же точно мог это сделать!       Или... у него не хватало сил на то, чтобы поймать облачко? Может, он настолько голоден, что лапы его уже не держат? Поэтому он не стал тогда меня трогать? Потому что думал, что, даже если я — такая маленькая и лёгкая — буду защищать стадо, то он не справится? Мне стало только грустнее. Да, Чужак незванный незнакомец, что хочет причинить боль моему стаду, но и его мне было жалко.       Он жил в лесу, что сам по себе мог быть опасен. Он сам искал себе еду и выживал тут. У него не было добрых родителей, что гладили бы его и играли с ним. Что могли бы покормить его вкусной едой. У него не было тёплой и светлой конуры, куда не проходил сильный ветер.       Я сама не заметила, как заскулила от своих мыслей. Я хочу хоть как-то ему помочь. У меня появилась одна идея, но, думаю, моей семье это не понравится...       Придя домой, я много просила у родителей разрешения поделиться с Чужаком своей едой — я была готова даже поголодать немного, если будет нужно. Но они не отвечали мне. Да даже если бы ответили, наверное, я бы не поняла их слов.       «Не глупи, дорогая», — тётушка помахала головой, заметив мои попытки. — «Я догадываюсь о том, что ты задумываешь. Чужаки опасны, мы не должны им помогать. Ты не можешь быть уверена, что даже, если поделишься с ними, они не вгрызутся тебе в шею в следующий момент».       «Но...» — я не знала, что ей ответить и опустила уши.       Тётушка долго смотрела на меня. Она была очень умна и многое замечала. И также уже знала о том, что на самом деле происходило в тот день на поле, когда я впервые встретила серого Чужака. Не знаю, осуждала ли она меня за моё поведение — ту тему она не поднимала.       «Не делай глупостей», — только сказала она мне и ушла, вильнув хвостом.       Позже я подолгу смотрела на свою миску, на вкусные съедобные камешки в ней. Я думала о том, чтобы попробовать отнести их, но быстро понимала, что это почти невозможно — они слишком маленькие. И в миске не унести — это будет слишком трудно и я просто всё оброню по дороге.       Пока я рассуждала, я учуяла что-то рядом. В месте, где мы всегда ели, мама что-то делала на высокой коробке. Пахло... как мясо! Я сразу навострила уши и подняла нос. Мама время от времени приносила домой мясо и готовила его для папы и щенка — не знаю, почему нам с тётушкой его не давали, ведь оно пахло так приятно! Я видела, что это большой кусок и слюнки потекли сами собой, но я махнула головой, сбивая их. Что, если я смогу принести Чужаку мясо? Он же точно его ест, как и мы. Но... Вряд ли мама разрешит делиться тем, что даже нам не дают.       Что-то добавив в мясо, мама ушла, оставив его на высоте коробки в глубокой миске. Мне показалось, что она даже не заметила меня — настолько я тихо раздумывала у своей миски. И тогда мне в голову пришла... довольно рисковая идея. Что, если взять мясо сейчас и принести его Чужаку?       Только когда я легко запрыгнула на высокую коробку, и стояла рядом с миской я задумалась — но, взять мясо — значит оставить всю семью без него. Родители будут очень расстроены... И щенок тоже. И тётушка. Это заставило меня помедлить и даже повернуться обратно, чтобы спрыгнуть на пол.       Но потом что-то во мне заговорило — может, рискнуть? Что, если, хорошо поев, Чужаку больше не понадобятся наши облачка? Что, если он больше не захочет причинить им боль? Внутри я металась сама с собой, не зная, как поступить.       Понимая, что нужно действовать быстро, ведь меня в любом случае могут наказать, увидев на высокой коробке, я всё же заставила себя схватить мясо зубами и спрыгнуть на пол. В ту же секунду я побежала к нашему с тётушкой персональной дыре в стенке, через которую мы выходим наружу. Но, прежде чем я успела скрыться, за поворотом меня увидела мама. Она очень удивилась тому, что я держала её мясо в зубах и крикнула на меня.       Ох, как она была зла... Но я всё равно уже метнулась в дыру и скрылась на улице, понимая, что уже нужно идти до конца, раз всё равно накажут.       Прости, мамочка, но я правда хотела как лучше!       Я быстро бежала в сторону леса, где видела и чуяла Чужака в последний раз, боясь, что в любой момент меня нагонит тётушка и от всей души отругает. И будет права, если честно. Я протиснулась через забор и юркнула в кусты.       Ох, я никогда ещё не была в лесу, даже рядом не гуляла. Он внутри был довольно пугающим.       Чем дальше я уходила от поля в поисках Чужака, тем темнее становилось. Большие листья деревьев скрывали за собой небо и от них падали тени на траву. А трава тут была не такая, как у нас в поле. Будто дикая и немного колючая — не приятная и мягкая, какую едят облачка. Отовсюду пахло незнакомо и это заставляло меня нервничать. Я всё ещё крепко держала мясо в зубах, словно боясь, что из одной из теней появится кто-то и отберёт его у меня.       В стороне хрустнула ветка и я вся подскочила, повернувшись туда. Лапы я раскинула в стороны, сразу готовая бежать, и шерсть на загривке сама по себе поднялась. В тени я видела яркую пару глаз, смотрящих на меня. И запах у этой фигуры был... знакомый.       Внутри поднялась нервная дрожь, но я всё равно осторожно опустила мясо на землю, на пару диких цветочков.       «Х-хей! Привет, это же ты?» — только оставшись с ним наедине в этом месте, меня почему-то начало это пугать.       Он не ответил, а только смотрел на меня в тени дерева. Это выглядело... неприятно. Он бросил короткий взгляд на кусок мяса, что я принесла, вдохнул пару раз большим носом воздух, и снова посмотрел на меня. Сделал пару шагов вперёд, показавшись на свету. А у меня от этого сильнее забилось что-то внутри.       «Ты... что тут делаешь?»       Это всё, что он мне сказал. Не знаю, что было в его голове и о чём он думал, но от меня он не сводил взгляда, словно не обращал внимания на мясо, хотя я знала, что он всё ещё голоден.       «Я...» — я почувствовала, как уши мои прижались к голове. Не могу позволить показать ему, что он меня напугал! Я ему тут вообще помочь решила! Хоть и себе в убыток... — «Ты хотел есть! Помнишь, я же обещала что-то тебе принести!» — я постаралась выглядеть как можно увереннее и слегка подпрыгнула. — «Так что не смей отказываться, я всё же тоже чем-то пожертвовала...»       Воспоминания о том, как была рассержена мама, невольно вернулись в голову. И тётушка. Эх, она же сама сказала мне не делать глупостей, будто предполагала такое развитие событий.       Чужак остановился и долго смотрел на меня.       «Ты... Серьёзно...?» — мне казалось, что он не может поверить в то, что я сдержала обещание. Или в то, что я, собака, что сторожит облачка, поделилась едой с ним — Чужаком, что пытается их забрать.       «Э... д-да», — почему-то неловко стало. Я отошла от принесённого подарка, словно от доказательства моего преступления перед семьёй. Ох, они наверняка расстроены.       Я почувствовала, как меня накрыла темнота. Подняв голову, я увидела, что Чужак подошёл совсем близко. Ох... Он действительно очень большой. Почему я не замечала такой разницы между нами раньше? Свет сквозь деревья был направлен в его спину, из-за чего тень накрывала его морду. Его глаза угрожающе сверкали в темноте. Это выглядело... очень пугающе.       «Ты не можешь быть уверена, что даже, если поделишься с ними, они не вгрызутся тебе в шею в следующий момент». Слова тётушки, словно совиная песнь в ночи, раздалась в тишине моих мыслей. Здесь, так далеко от дома и так глубоко в кустах, мне не поможет никто из моей семьи, если Чужак захочет навредить мне.       Тётушка... прости, кажется, я правда сглупила.       Словно молния, Чужак с рычанием сделал выпад вперёд. Я подскочила от страха и прыгнула назад, готовясь бежать в следующий миг. Но он не стал нападать. Словно боясь, что я могу передумать, он схватил мясо на земле и сразу же скрылся в чаще, даже не бросив на меня взгляда.       Проходил миг, следующий. А у меня в ушах что-то пульсировало. Я не могла отвести взгляда с того места, где исчез Чужак, будто я ждала, что он вот-вот вернётся и действительно разорвёт меня. Мне казалось, что всё это время я даже не дышала. Понемногу я нашла в себе силы найти дорогу обратно у забору, к полю, озарённому солнцем, туда, где светло и безопасно. И пока я шла домой ко мне в голову начали приходить... довольно дельные мысли.       А я... не сделала ошибку, сотворив такое? Лишив родителей и щенка мяса, принеся его одному из чужаков — тех, кто хочет забрать наши облачка? Правильно ли я поступила?       И когда я увидела фигуру тётушки у конуры, что недовольно ждала меня, я поняла, что у меня большие проблемы.       Родители были очень расстроены и рассержены моей выходкой. Сегодня я ночевала на улице, на цепи, прибитой к конуре облачков. Тётушка недовольно качала головой. Эх... сама виновата.       «Родители думают, что ты сама съела мясо», — пояснила мне она, сидя рядом. — «Потому не обессудь, но до следующего дня тебя вряд-ли покормят. Я могла бы принести тебе чего-нибудь, ведь знаю, что это не так», — она строго посмотрела на меня. — «Но не стану. Ты уже взрослая и должна принимать последствия своих решений».       Я не отвечала ей. Я просто смотрела в землю с опущенными ушами. Думаю, я правда совершила ошибку.       «... Я рада, что ты вернулась целой и невредимой», — тихо сказала тётушка, поднимаясь на лапы и уходя домой. — «Надеюсь, это хотя бы чего-то стоило».       Только когда она скрылась в конуре родителей, я выдавила из себя слабый скулёж и короткое «простите меня».       Я иногда уже ночевала вне дома. Но я делала это сама по себе, чтобы никто не увидел. Тогда это было весело и интересно. Я представляла это как приключение до утра. Но почему-то сегодня мне было некомфортно и неспокойно. Возможно, потому что я знала, что так близко к нам живёт Чужак, что больше меня в несколько раз, с тёмной шерстью и острыми зубами. И боялась, что он придёт и, может, заберёт меня в лес также, как одно из облаков или то мясо, которое я ему подарила.       Я вздрогнула, когда услышала шум. Но это был чёрный кот, что иногда гостил у нас и ловил маленьких зверей. Он, наверное, только что прыгнул на бочку неподалёку и теперь смотрел на меня с насмешкой. Я нахмурилась и подняла гордо голову. Не люблю я его — всегда ведёт себя так, словно все вокруг ему должны и он здесь самый важный. Если бы я тоже могла ловить мелких зверёнышей, уверена, я была бы не хуже его! Я могла бы залаять на него или зарычать, чтобы он ушёл, но не хотела будить родителей и ещё больше их сердить.       Но чёрный кот, сверкнув глазами, внезапно посмотрел в сторону и угрожающе зашипел, подняв шерсть. Я вздрогнула и посмотрела в ту сторону. И тут же испуганно прижалась к стене конуры.       Недалеко от нас появился в ночной темноте он — Чужак, которого я видела совсем недавно. Зачем он сюда пришёл? За облаками? Или правда хочет сделать то, о чём меня тётушка предупреждала? Я же не смогу ему дать отпор — я совсем маленькая в сравнении с ним! Но это не значит, что я так легко сдамся!       «Ты так странно вела себя в нашу первую встречу», — он немного опустил голову, смотря на меня. — «Я так и думал, что ты ничего о нас не знала. И всё же ты всё равно поделилась едой со мной, хоть и не должна была».       Я позволила себе поднять уши, что уже успели прижаться к голове. Он стоял достаточно далеко от меня и не делал попыток приблизиться. Словно знал, что теперь я его боюсь.       «Ты... Зачем сюда пришёл? Ты знаешь, что тётушка и папа будут сердиты, если узнают, что ты здесь?» — я пыталась говорить от их лица, пытаясь скрыть то, что мне страшно, хоть Чужак всё равно это видел. — «Ты за облачками пришёл? Как я говорила — я тебе в любом случае не позволю их забрать!»       Я старалась не лаять и не рычать. Я очень не хотела, чтобы кто-то из семьи сюда пришёл и увидел его. Чёрный кот под шумок спрыгнул с бочки и скрылся где-то между конурами, оставив меня одну на цепи в ночи. Даже если бы я бросила всё, я бы даже не смогла убежать.       Чужак молчал долго и не двигался со своего места. Я не видела его обычно ярких глаз и не могла предположить, о чём он думает.       «... Мы уходим отсюда».       «Ч-что?»       «Теперь мы можем уйти, для нас это безопасно», — ответил он, немного развернувшись к лесу. — «Знаю, что ты боишься меня и знаю, почему. И всё же на какой-то миг мне было приятно, что в нашу первую встречу ты не стала видеть во мне врага. Я не хотел причинять боли больше, чем нужно... И всё же мы уходим из этой местности. Просто хотел, чтобы ты не боялась ходить по своему полю, выглядывая нас в тени, Пастушка».       «Н-нас?»       «Я и моя семья», — мне показалось, что он загрустил на мгновение. — «Пришла пора нам искать себе новое, безопасное место для охоты. Твой старший бесшёрстный зверь уже убил одного из нас. Теперь нам здесь незачем быть, мы не готовы так рисковать из-за парочки облаков», — он полностью развернулся к полю, ведущему в лес и сделал несколько шагов туда. — «Удачи тебе, Пастушка. И спасибо за всё».       Сказав это, он исчез в ночи, вновь оставив меня одну, как это было сегодня в лесу. Я ещё долго смотрела ему вслед и пару раз тяжело вздыхала, не успев расстаться со своей паникой. И только потом я заметила, что Чужак выглядел точно так же, как и в прошлую встречу — он не ел мяса, что я ему принесла.