***
12 декабря 2025 г., 15:42
Синхронная игра двух виолончелей гармонично раздавалась по всему помещению консерватории. Двое Чижовых сидели рядышком друг с другом и играли симфонию, которая казалось бы вот-вот усыпит слушателей в зале. Когда концерт окончился, спокойная тишина сменилась громкими хлопками и возгласами людей.
Гримерка. Мирное место, где двое музыкантов могли отдохнуть и насладиться тишиной. Их тишиной.
— Ну что, Вова, устал? — Слегка дерзко, но понимающе спросил один из них. У него был небольшой хвостик и седоватые волосы. Второй же был более молодым, но более крепким на вид.
— Да не то что бы. — Спокойно сказал второй Вова. Рассудительный взгляд осмотрел Чижова осмотрел собеседника. — Меня до сих пор поражает то, что у нас одинаковые имя и фамилия. Разве что внешность и отчество разные. Я Николаевич, а Вы Александрович.
— Ой, ну Вовк, что же ты так зациклился на этом? — Раздался хриплый голос в ответ. — Ты же знаешь, что мы — это одно целое. Или ты не догадался?
— Что? — Непонимающе переспросил виолончелист. Он замер, держа в руках дорогой себе инструмент.
— Тебя, мой дорогой Владимир, не смутило мое неожиданное появление в твоих кругах? Ты всегда был один на сцене и внезапно появился я, второй Чижов! — Мужчина развалился на диване. — И отчество у меня, кстати, тоже Николаевич, Вовочка.
Уже дома Владимир почти не мог ни есть, ни пить. Его поражала эта дерзость и отсутствие субординации у своей копии. Ну как копии. Другой версии. Казалось бы , старший, значит мудрый и более спокойный, но это….полностью противоречило убеждениям Николаевича.
Сидя в кресле и держа томик Достоевского в руках, Вова не мог выкинуть образ своего партнера по игре. Седые волосы, дерзкие глаза и гордая улыбка заставляли щеки наливаться легкой краской, а сердце биться быстрее. Мужчина отложил книгу и набрав воздуха, медленно выдохнул его, успокаивая себя.
— Не может такого быть. Может он сумасшедший. — Про себя сказал Владимир, как тут же зазвенел звонок в дверь.
Виолончелист слегка насторожился. Он никого не звал. Толик уехал к своим родным в Нижние Ямки, так что точно этого гостя никто не ждал. Но Чижов не остался сидеть в кресле. Подойдя к двери, он посмотрел в глазок. Зрачок уменьшился, а сердце за колотилось. Это был его напарник — другой Владимир. Николаевич открыл дверь и оглядел гостя.
— Вы зачем здесь? Что-то случилось? — Вова выглядел взволнованным перед вторым Чижовым. Руки, заложенные за спину, нервно чесались друг об друга.
— Да вот, скучно одному. Подумал, почему бы не навестить своего скромного напарника. Толик здесь? — Мужчина заглянул за спину в сторону гостевой комнаты.
— Нет, он у родителей. — Голос музыканта дрогнул, а сердце ускорило темп.
— Все ясно. Тогда это отличный шанс с тобой поговорить об этом. — Второй виолончелист зашел за порог чужой квартиры. — А у тебя тут не плохо, слушай. Для известного виолончелиста скромненько живешь.
— Да ну. — Николаевич провел гостя на кухню и поставил чайник.
Пока чай заваривался, мужчины сидели друг напротив друга. Глаза Вовы все время пытались смотреть в другую сторону, но не на него. На этот дерзкий взгляд, прическу, густые брови. Как же он хорош.
— Ты думал я не заметил? — Внезапно спросил второй Чижов.
— Что? Чего заметил? — Мужчина прикинулся дурачком, но он догадывался о чем говорит собеседник.
— Я о том, как ты смотришь на меня. Не прикидывайся. — Почти интимным тоном сказал музыкант. — Постоянная скромность, красные щеки, отвод глаз.
Только что Владимира раскрыли, как спрятанную книгу на старой полке.
— Ну, я..
— Молчи. Дай мне все сделать. — Владимир встал со стула и приблизился к сидящему и слегка ошеломленному Вове. Его шершавые руки легли на щёки и начали гладить их. — Просто успокойся. Я знаю, что ты этого хотел.
Ох, какие же приятные прикосновения у этого хитреца. Лис всё-таки унюхал свою добычу прямо в кроличьей норе.
— Расслабься и дай своим желаниям выйти из тебя наружу.
Нет, это невозможно. Виолончелиста будто вгоняли в этот принудительный транс. Но этот транс на удивление приятный и такой умиротворяющий. Румянец сошел с щек, а сердце забилось в прежнем ритме.
— А теперь встань. — Мягко приказал второй Чижов.
Он встал. Руки автоматически легли на чужую грудь, снимая фрак со своего хозяина.
— А сейчас мы идем в твою кровать. — Мягкий голос просто сопровождал Владимира до кровати, где эти оба начали свои животные похождения. Руки, стоны, прикосновения. Всё это наполняло комнату, пока за окном горели звезды, освещая дом этой странной парочки.
