Семнадцать мгновений до взрыва

29 апреля 1945 года Столица Третьего Рейха Штаб-квартира Службы имперской безопасности СД В последние дни апреля в Берлине было неспокойно. Весенний воздух был пропитан горьким духом фиаско. С востока на город наступали Советы, с запада — американцы. Всё летело в известное место и им же обещало вскоре накрыться. По улицам с грохотом проносились грязные побитые пулями грузовики, сновали мальчики из «Гитлерюгенд» в обнимку с фаустпатронами, а авиация союзников с завидной регулярностью рвала город в клочья фугасными бомбами. Несмотря на это, воспитанный прусской муштрой и тевтонской педантичностью государственный аппарат рейха продолжал исправно работать. В глубинах бункеров всё так же царила деловая атмосфера — по крайней мере, то странное оживление, которое бывает у людей, уверенных, что если громко крикнуть «Wunderwaffe!»— может случиться чудо, которое всё изменит. Однако, времени на создание чудо-оружия не оставалось. Вернер фон Браун уже выдавил из ракетного проекта все, что только мог. Разработка атомной бомбы заглохла после того, как гестапо арестовало ведущих ядерщиков за рассказанный ими некстати анекдот про фюрера. Последней надеждой рейха оставались разработки AHNANERBE— секретного подразделения разведки, разыскивающего магические артефакты и каналы связи с иными миром. Когда корабль идёт ко дну — не все ищут попутную субмарину до Аргентины. Некоторые предпочитают, чтобы их благословила Богиня или спасли инопланетяне. Поздним весенним вечером директор AHNANERBE оберфюрер Ганс Зиверс стоял навытяжку перед своим шефом Генрихом Гиммлером и едва заметно дрожал — то ли от возбуждения, то ли от холодного воздуха бункера, продуваемого сквозняками истории. — Рейхсфюрер, — обратился он к боссу. — Мы выполнили ваш приказ. Контакт установлен. Гиммлер не повел бровью, но от внимательного взгляда Зиверса не ускользнуло, как расширились его зрачки. Глава СС медленно повернулся и вопросительно посмотрел на собеседника сквозь толстые линзы очков. — Жажду подробностей. Контакт… с кем? Атлантами? Лемурийцами? Духом Фридриха Барбароссы? НЛОнавтами? —Я понимаю, это звучит как фантастика, но… с параллельным миром, рейхсфюрер. Благодаря виртуозной работе нашим людям удалось завербовать там боевую группу со взрывотехником высочайшего класса. В подтверждение сказанного, он выложил на стол перед Гиммлером четыре чёрно-белых фотографии: лохматый парнишка, девушка-рыцарь в латах, подозрительно жизнерадостная лоли в широкополой шляпе и явно мучимая похмельем девица с таким выражением лица, будто спиртное ей выдают только по субботам с одиннадцати. Глава СС кивнул. — Судя по фото, они точно не от мира сего. Но…что они могут такого, чего не можем мы? Каковы доказательства их перспективности? Зиверс довольно ухмыльнулся. — Рейхсфюрер, мои люди сняли забавный киноролик. Всего двадцать пять секунд. Прошу ознакомиться. Свет потух. Киномеханик развернул на стене белое полотно и включил проектор. Сперва на экране замелькали пасторальные пейзажи — покрытая лугом равнина перед маячившим вдали древним замком. Знакомая по фото девушка в ведьмовском прикиде стояла спиной к камере, высоко занеся посох и вытянув вперёд правую руку. Её подельники залегли у неё за спиной и явно были слегка на взводе. «Имя мне Мегумин, сильнейший архимаг из клана Алых Демонов, — вещала лоли в шляпе. — О могучие силы, порождения света и мрака, о богиня тьмы Вольбах, переименованная мною в Читоске…» — Оберфюрер, — недовольно перебил пафосную речь с экрана Гиммлер. — Что за бред она несёт? — Наши эксперты уверены: подобное заклинание свидетельствует о её исключительном могуществе. Рейхсфюрер, вдумайтесь — она переименовывает богов! Значит, может и судьбу переписать. «Собрав ману в единую точку, я отрекаюсь от завтрашнего дня! Услышь моё имя, мир, и запомни его в огне!» Гиммлер уважительно хмыкнул. Тем временем, на экране Мегумин выкрикнула финальное: — Да будет ВЗРЫВ!!!!!! Из динамиков громыхнуло так, что оба ССовца непроизвольно вздрогнули. Замок на экране исчез, как бюджет министерства пропаганды накануне партийного съезда. Гигантский гриб взметнулся в небо вместе с градом камней и пыли. Лоли в кадре рухнула, как подкошенная, лицом в землю. Спустя мгновение подельники погрузили её на спину парня и потащили прочь. Фильм закончился, помещение снова залил электрический свет. Тишина стала настолько красноречивой, что казалось — ещё миг и проскочит искра. — Вы уверены, что это был ядерный взрыв? — нарушил молчание Гиммлер. — Абсолютно, рейхсфюрер. Наши физики подтверждают: все признаки налицо. — И, вы, херр Зиверс, утверждаете, что эта девочка способна уничтожить армию Жукова? — И американцев в придачу, рейхсфюрер. Мы произвели необходимые расчёты. Большевикам капут. — Почему, в таком случае, она упала? — Работа мага подобного уровня требует огромных затрат энергии… произошла банальная перегрузка. Шеф СС долго смотрел мимо собеседника отсутствующим взглядом, и Зиверс понял: внутри его сознания сейчас бьются две мысли — «мы спасены» и «мы сошли с ума». Наконец он повернулся к оберфюреру и протянул ему навстречу руку. — Личные дела агентов, битте. — Яволь! — Зиверс незамедлительно протянул папку с документами. Гиммлер раскрыл её и начал читать. «Четвертый отдел РСХА. Совершенно секретно. Напечатано в единственном экземпляре. Личное дело агента АНNANERBE Казумы Сато. Характер — нордический, выдержанный. Не ариец, но из союзников (японец). Холост. Сожительствует с тремя фройляйн, однако в связях, порочивших его, замечен не был». — Он японец? Как он туда попал? — Очевидно, эмигрант. Подозреваю — нелегальный. — Не гей? Не представляю, как можно сожительствовать с тремя фройляйн и не… — Рейхсфюрер, этот агент в высшей степени идейно-устремлённый. Поставил за цель уничтожить князя тьмы и движется к ней, словно танк. Женщины для него скорее валькирии, чем гейши. — Хм… Похвально, — согласился Гиммлер. — А нелегалов действительно легче вербовать. Кстати… скажите, что мы смогли предложить такого, чтобы он клюнул? Оберфюрер улыбнулся. — Деньги, рейхсфюрер, много денег. Общество трёх прекрасных дам потребляет их в немереном количестве. Особенно эта богиня с пропитым лицом. Гиммлер молча кивнул и, перевернув страницу, углубился в чтение следующего документа. Пробежав глазами по тексту он поднял на шефа AHNANERBE полный непонимания взгляд. — Рыцарь-мазохистка? Вы это серьёзно? — В хорошем смысле, рейхсфюрер. В порочащих связях девушка не замечена. Гиммлер улыбнулся одними уголками губ, а его ледяные глаза на секунду подёрнулись мечтательной поволокой. — То есть… если одеть её в кожаный комбинезон и взять плётку… — Это исключено. Она аристократка до мозга костей. К тому же из семьи, близкой к местному престолу. Гиммлер кивнул, слегка разочарованный. — Вот как…жаль. — он перевернул страницу. — А эта богиня… она ведь сильно пьющая, верно? — Рейхсфюрер, давайте посмотрим правде в глаза: у нас самих пол-ведомства не просыхает. Обстановка располагает. — Резидент пишет — она блюёт радугой? — Абсолютная правда. Из Акселя через портал поступили подтверждающие чёрно-белые фото. — И как вы умудрились разобрать на них радугу? — Технический отдел произвёл спектральный анализ. Сомнений быть не может: «каждый охотник желает знать где…» Гиммлер пронзил подчиненного взглядом, от которого тот вздрогнул. — Объявляю вам выговор за не целевое использование финансов рейха. Делать подобное исследование в нынешних условиях было абсолютным расточительством. Зиверс вытянулся в струнку и на всякий случай зиганул. Гиммлер поправил очки и перевернул последнюю страницу. С чёрно-белой фотографии на него смотрела та самая лоли в шляпе, которая должна была стать спасительницей рейха и изменить ход мировой истории. Он дочитал личное дело до конца и на секунду задумался. — Эта тёмноволосая колдунья… У меня возникли смутные сомненья в её расовой чистоте. Она случайно не… — Что вы, рейхсфюрер! — Зиверс так заневничал, что замахал руками. — Она из рода алых демонов и у неё красные глаза. КРАСНЫЕ, рейхсфюрер! Вы когда-нибудь видели красноглазого иудея? Происхождение всех агентов проверено людьми Риббентропа до пятого колена. В родословных кристально чисто. Гимммлер захлопнул папку. — Что они хотят за работу? Оберфюрер поёжился, словно от холода. — Колдунья просила сделать её местной владычицей. Но мы… не смогли ей в этом помочь. Фюрер в сорок втором году издал тайную директиву, запрещающую обещать агентам любого ранга должности, превышающих наши собственные. Поэтому мы просто дадим им денег. — Сколько? — Сошлись на одном триллионе рейхсмарок. Золотом. Рейхсфюрер побледнел. — Вы в своём уме? Это же половина всего золота партии! И если что-то пойдёт не так… — Мы всё тщательно продумали. Портал откроют местные боги — родственники этой…алкоголички. Золото отправится к ним только если взрыв произойдёт. Так что они заинтересованы в результате не меньше нашего. Гиммлер снова уставился на Зиверса ледяным взглядом и…неожиданно улыбнулся. Одобрительно. Сфинктер оберста впервые смог расслабиться. — Вы проделали колоссальную работу, партайгеноссе. — Служу фюреру! — зиганул Зиверс, одновременно подумывая, с какой стороны груди Железный крест с дубовыми листьями будет смотреться выгоднее. — Если всё пройдёт как надо, представлю к награде вас обоих, — пообещал глава СС. — Кого обоих? — не понял Зиверс. — Вас и резидента в потустороннем мире. Кстати, кто это герой? Зиверс замялся. — Рейсхсфюрер, он не из моего подразделения. Кандидатуру утвердил Шелленберг. Гимлер слегка помрачнел. — Уж не тот ли это клоун, которого гестапо до сих пор считает русским шпионом? Зиверс развёл руками. — Уже не считает. По слухам, шеф гестапо Мюллер лично допрашивал его в пыточной. С пристрастием. И ничего не добился. Гиммлер молча кивнул. — Мои источники сообщали, что после этого допроса в мусорнике возле здания гестапо они обнаружили пять пустых бутылок из-под водки, ухо от будённовки и кусок парашютной ткани с серпом и молотом. Что-то нет у меня доверия к этому агенту. — Рейхсфюрер, дело в том, что иных желающих нырнуть в параллельный мир через телепорт не нашлось. Личность агента предполагала его полную отмороженность и этот штандартенфюрер полностью подходил под типаж. Гиммлер глубоко вздохнул. — Что ж… Я даю добро. Взрыв — так взрыв, пусть ваши агенты поработают. Других вариантов все равно нет. Кстати, а как мы назовём операцию возмездия? — Предлагаю кодовое имя «Прекрасный мир», рейхсфюрер. В целях конспирации мы перевели это на японский и оно звучит как «Konosuba». — Отлично. Подготовьте запрос в рейхсказначейство на выдачу драгметаллов. Проследите, чтоб их надёжно упаковали в ящики, иначе застрянут при телепортации. И учтите — за ходом операции будет следить сам фюрер. Германия надеется на вас! Да помогут нам Пресвятые Нибелунги! — Хайль Гитлер!

***

30 апреля 1945 года Параллельный мир Столица авантюристов город Аксель Таверна «У Дьявольского Гриба» Четвёрка авантюристов сидела за столом и привычно «расслаблялась» после тяжёлого дня. Казума хлебал из кружки пиво, одновременно вытирая слёзы от смеха. — И я такой: «Триллион эрис!» И кулаком по столу — херась! А они такие: «Надо подумать!» АХАХАХА! Изрядно тёплая Аква, прижимая к груди пустую бутыль из-под шипучки, робко возразила: — А может, лучше Великая Я покажет им пару фокусов с водой? Или… с радугой? Мегумин презрительно фыркнула: — Они тебя только чёрно-белой видят — не поймут в чём прикол. И вообще, зарабатывать взрывами как-то надежнее. Даркнесс вмешалась в разговор, возразив: —А вам не кажется, что вмешиваться в историю чужого мира… не слишком правильно? Мегумин прищурилась: — Одна богиня как-то вмешалась в историю НАШЕГО мира. И что? Казума картинно развёл руки: — Ужас, ужас! Какая глупая богиня! — Я вообще-то ВЕЛИКАЯ… — исправила заплетающимся языком Аква, справедливо приняв замечание на свой счёт. Даркнесс кивнула, соглашаясь непонятно с кем. — Не время спорить, о боевые братья и сёстры. Послушав вас, я поняла, что поступая так мы воплощаем вселенское равновесие. Ибо сколько глупости пришло к нам в мир, столько же должно уйти обратно. Все посмотрели на Акву и Казуму, но тактично промолчали. Мегумин вздохнула: — Но есть проблема. Я никогда ничего не взрывала через телепорт. Могу промазать. Казума хохотнул. — Да ты и в нашем мире не всегда попадала! Замок барона, городской склад, башня клириков… — Хорошо хоть прокурорша теперь на нашей стороне, — вставила Аква, — после той вечеринки… А то плати неустойки миллионами после каждого взрыва. Мегумин заговорщически наклонилась к ней. — Заказчик прислал карту цели. Цель широченная! Жахну по ней кое-как, а остальное — его заботы. Триллион золотом на дороге не валяется. — Куплю пиджак с перламутровыми пуговицами — и на горячие источники! — мечтательно закатил глаза Казума, погладив рукав видавшего виды спортивного костюма и посмотрел на Мегумин. — Да будет взрыв! Все присутствующие верно поняли намёк и воздух наполнился звоном бокалов. Сидевший за соседним столиком с чашкой кофе демон Ванир поправил чёрно-белую маску и что-то быстро записал на салфетке. То ли координаты, то ли планируемую на следующий квартал прибыль. А может четверостишие, написанием которых иногда грешил.

***

Информация к размышлению. Я многое повидал на службе. Заговоры, двойных агентов, хитроумные шифры. Засады, перевороты, жестокие убийства. Видел, как падали государства и рушились надежды. Но чтобы высшие чины рейха всерьёз обсуждали подозрительную лоли из другого мира, как последнюю надежду на спасение — такого не ожидал даже я. Эта четверка весёлых разгильдяев были практически идеальной группой для использования вслепую. И полным абсурдом как стратегический проект. Но в магии, как и в шпионаже, главное — умело использовать то, что есть под рукой. Дело было за малым — внести кое-какие правки в… (закрытая информация). Для демона(зачеркнуто) разведчика моего класса да в магическом мире — это сущие пустяки».

***

1 мая 1945 года г.Берлин Бункер Рейхсканцелярии Адольф Алоизович Шикельгрубер по прозвищу «Гитлер» окинул тесное помещение пристальным взглядом. Весь цвет командования Вермахта, СС, Крингсмарине и Люфтваффе сидел с ним за одним столом и ждал веского слова вождя. По центру комнаты стоял на вытяжку в чёрной парадной форме директор AHNANERBE оберфюрер Зиверс, сияющий подобно новой рейхсмарке. Гитлер посмотрел на докладчика и молча махнул рукой. — Мой фюрер! Господа генералы и адмиралы! — бравурно начал свою речь Зиверс. — Благую весть принёс я вам. Наши агенты из параллельного мира… — на висящем на стене экране замелькали в ускоренном темпе портреты четвёрки авантюристов, а затем — кинохроника пробного взрыва, — сейчас нанесут атомный удар по наступающим войскам противника. Гитлер поднял руку: — У меня вопрос, херр Зиверс. А не двойные ли они агенты? — Что вы, мой фюрер! Это исключено. Все четверо — истинные арийцы! Три года беспрерывно уничтожают монстров, улучшая расу белых людей их мира! Сам рейхсфюрер Гиммлер санкционировал их кандидатуры. Гитлер удовлетворённо кивнул. — Благодаря новейшей разработке немецких учёных, — продолжил Зиверс, — сейчас мы увидим крушение врагов Рейха в прямой трансляции. Битте! Два офицера внесли и поставили на стол телевизор, похожий на здоровенный дубовый ящик с маленьким окошком-экраном. Зиверс перебросил рубильник и прибор призывно замигал лампами. По экрану прошла рябь и…. появилась картинка. Чёрно-белая Мегумин в неизменной шляпе стояла перед сияющим порталом с посохом наперевес. Все замерли боясь пошевелиться. В бункере стояла мёртвая тишина. Колдунья подняла руку и начала читать заклинание. «О силы алого неба и чёрных глубин! Имя мне Мегумин, последняя из рода Архимагов, приказываю вам явить величие разрушения…» Нацистские бонзы пожирали глазами крохотный экран, а могущественная лоли тем временем всё ближе подбиралась к развязке. «Когда тишина обретает форму, а страх становится плотью, я поднимаю свой посох и отсекаю будущее врага!» Над порталом возникли и начали множиться концентрические круги, наполненные языками пламени. Число их увеличивалось с каждой секундой, пока вокруг девочки не стало светло, словно днём. «Пусть земля содрогнётся, пусть небеса ослепнут — ДА БУДЕТ ВЗРЫВ!!!» …и в тот же миг бункер ощутимо вздрогнул. Будто сама смерть постучала в дверь — и не дожидаясь ответа, вошла. Никто не успел ничего понять — огненный шар возник прямо в центре помещения и в мгновение ока поглотил всё, что находилось в нём. Ещё через миг то, что секунду назад было рейхсканцелярией, взлетело высоко в воздух и превратилось в облако раскалённого газа.

***

…К вечеру следующего дня, когда котлован на месте взрыва остыл, солдаты зондеркоманды нашли и сложили в маленькую коробочку всё, что осталось от фюрера и его подельников. В Берлине уже вовсю шли уличные бои. История этого мира сделала глубокий вдох перед неизбежной развязкой.

***

2 мая 1945 года Параллельный мир Столица авантюристов город Аксель Таверна «У Дьявольского Гриба» Даркнесс, как всегда, выглядела так, словно ей не терпится, чтобы на неё наорали. Или побили. Или сделали это одновременно. Словно провоцируя подельников на грубость, рыцарь-мазохистка с грохотом ударила по столу оловянной кружкой, залив пивом всё вокруг. Похожий на гопника в зелёном «Адидасе» юноша, лоли в шляпе и вечно бухая богиня посмотрели на неё вопросительно. — А я считаю, — с нажимом изрекла Лалатина, — раз Мегумин промахнулась — деньги заказчику надо вернуть! ВЕРНУТЬ!!! И точка! Казума хихикнул: — Кому вернуть? Мег не промазала — просто заказчик дал не те координаты. — ДА НЕ ПРОМАХНУЛАСЬ Я! — взорвалась Мегумин. — По карте ударила идеально! Ошибки быть не может!!! — Ай-я-яй…— запричитала Аква. — Божечки, как же оно так вышло… — и немедленно отхлебнула шипучки из полупустого бутыля. — Заказчик, видать, вместо координат цели написал свои собственные. И кто ж ему доктор? — Мегумин картинно развела руками. — Уже никто. Демон сделал своё дело — демон может уходить. — Ну раз возвращать триллион золотом некому… — Казума подмигнул. — Может, просто закажем ещё выпивки? Глаза Аквы блеснули ярче звёзд. — Поддерживаю! А потом я покажу вам радугу…. — Нашла чем удивить, — махнул рукой Казума. —Эй любезный!!! Тащи-ка сюда бочонок пива для нас и три бутылки шипучки для богини. Сегодня мы гуляем! Вечерок обещал быть долгим.

***

Сидящий в противоположном конце бара демон Ванир допил кофе, посмотрел на сидящую напротив Виз сквозь прорезь чёрно-белой маски и прошептал одними губами: «Кэт, иди домой. На сегодня всё». Радистка Кэтин Кинн (урождённая Катенька Козлова), она же лич по имени Виз, молча кивнула своему резиденту и, колыхнув необъятной грудью неспешно направилась к выходу, собирая по дороге плотоядные взгляды авантюристов. Виз была основным передаточным звеном между резидентом и центром. Она слыла хорошей радисткой, но имела два существенных недостатка: огромный бюст, который выдавал нездешнее происхождение и нереальную, фантастическую тупость. Во времена берлинской резидентуры Кэт умудрилась залететь от какого-то левого чела из местной компартии и под токсикозом забыть в коридоре гестапо чемодан с рацией, залапанный отпечатками пальцев шефа со всех сторон, что чуть не привело к провалу. После этого случая Ванир сходил на допрос к Мюллеру, в процессе которого выпил с ним пять бутылок столичной водки и, пока тот лежал в отрубях, сжёг будённовку, парашют и портрет Дзержинского, которые всегда носил с собой. А выйдя из застенков, незамедлительно выбросил остатки реликвий в ближайшую урну и подарил радистке ящик контрацептивов и направление к гинекологу. Глядя вслед раскачивающимся бёдрам Кэт, Ванир с ностальгией вспомнил берлинский бар «Грубый Готлиб», где в свою ССовскую бытность любил проводить встречи с агентами. Кофе там был на порядок дешевле, а коньяк отменного качества, а не как в этой средневековой жопе. Хорошие были времена… Но Родина отправила его в Аксель, и он, скрепя сердце, смирился. Родину, как и радистку — не выбирают. Демон достал из кармана подписанную Юстасом шифровку о присвоении ему звания Героя Советского Союза, поджёг её и некоторое время наблюдал, как бумага превращается в пепел. Затем взял салфетку и написал: «А моей судьбе захотелось на покой. Я обещал ей не участвовать в военной игре. Но на фуражке на моей серп и молот и звезда. Как это трогательно — серп и молот и звезда ! Лихой фонарь ожидания болтается И всё идёт по плану». Как всегда, выброса поэтической желчи оказалось достаточно, чтобы снять напряжение и взять себя в руки. Ванир поправил маску, поднёс салфетку к пламени и отправил её вслед за шифрограммой. «Доживу до дембеля, вернусь на родину…соберу группу с каким-нибудь полувоенным названием и буду петь антисоветские песни… — подумал он мечтательно. — Если переживу телепортацию». Ванир, он же полковник НКВД Исаев, он же резидент третьго рейха Отто фон Штирлиц, закрыл глаза и неподвижно застыл. Через двадцать минут он проснётся и снова станет весёлым демоном под чёрно-белой маской.