Сарказм на двоих

День встретил Аки с запахом тостов и слишком хорошего настроения мамы, что уже само по себе было подозрительно. Брюнетка вышла из комнаты в свитере и с собранными наспех волосами, ещё не до конца проснувшись. Она шла на автопилоте — пока не услышала: — Доброе утро, — слишком бодро сказала мама. — Ты сегодня рано. Аки остановилась. — Я всегда так выхожу, — пробормотала она. — Не всегда с таким лицом, — добавил отец из-за газеты. — Обычно ты утром выглядишь так, будто ненавидишь весь мир. — Спасибо, — сухо отозвалась Аки и села за стол. Мама поставила перед ней кружку чая. — С сахаром. Ты вчера пила с сахаром. Аки подняла на неё взгляд. — Ты за мной следишь? — Я наблюдаю, — спокойно ответила мама. — Это моя работа. Отец хмыкнул: — Итак, насыщенный день перетекает в спокойное утро. Интересная динамика. Аки закатила глаза: — Вы оба слишком много думаете. Это плохо для моей психики — Мы просто видим, — мягко сказала мама. — Ты вчера пришла домой другой. — Я просто… гуляла, — повторила Аки, уже менее уверенно. — Мм, — протянул отец. — «Просто гуляла» — это новый термин? Аки встала, взяла рюкзак. — Я опаздываю. — Передавай привет однокласснику, — как бы между прочим сказала мама ей вслед. Дверь закрылась чуть громче, чем нужно. Коридоры, шум, знакомые голоса. Мию появилась рядом почти сразу. — Ты выглядишь так, будто тебя всю ночь допрашивали, — сказала она, внимательно осматривая Аки. — Дай угадаю. Родители? — Они что-то чувствуют, — вздохнула Аки. — И мне это не нравится. — Поздно, — усмехнулась Мию. — Если даже мои родители начали что-то подозревать насчёт моего, значит, всё серьёзно. — Подожди, — Аки резко остановилась. — Насчёт Кэнтаро? Я что-то пропустила? Мию прикусила губу, потом улыбнулась: — Ну… он написал мне вчера. Просто. Ничего такого. Но всё равно. Аки посмотрела на неё и впервые за утро искренне улыбнулась: — Я рада за тебя. — А я за тебя, — сразу ответила Мию. — Даже если ты пока этого не понимаешь. — Я понимаю, — тихо сказала Аки. — Просто… всё слишком странно. И как по заказу, странность материализовалась в конце коридора. Он шёл рядом с ребятами из команды, что-то лениво комментируя, но взгляд — Аки уловила это сразу — скользнул к ней и задержался. Не надолго. Но достаточно. — О-о, — протянула Мию. — Ты видела? — Нет, — слишком быстро сказала Аки. — Конечно. Когда они проходили мимо, Кей чуть кивнул. Никакой улыбки. Ничего. Просто знак: я тебя вижу. — Он что, всегда так смотрел? — шепнула Мию. — Нет, — призналась Аки. — Не понимаю почему. Шум в коридорах после последнего урока стоял привычный — смех, хлопки шкафчиков, чьи-то громкие планы на вечер. Волейболист спускался по лестнице, рассеянно прокручивая в голове день, когда заметил знакомую фигуру впереди. Мию. Он узнал её по походке и по тому, как она что-то печатала в телефоне, спускаясь почти вслепую. — Эй, — окликнул он, ускоряя шаг. — Мию. Она обернулась, явно удивлённая. — О, — протянула она, прищурившись. — Это что, сам Цукишима Кей? Меня сейчас отчитывать будут или допрашивать? — Расслабься, — сказал он сухо, поравнявшись с ней. — Мне нужно кое-что спросить. — Ммм, — она хитро улыбнулась. — Это звучит подозрительно. — Где Аки? — спросил он прямо, без вступлений. Мию замерла на секунду, потом медленно убрала телефон в карман. — Так вот оно что, — сказала она. — А я думала, ты меня догнал, чтобы обсудить погоду. — Очень смешно, — буркнул он. — Так? — В классе была. Сейчас, скорее всего, переобувается или треплется с кем-то. — Она посмотрела на него внимательнее. — А что? Ты переживаешь? — Нет, — ответил он слишком быстро. — Ага, — кивнула Мию. — Классическое «нет». Он бросил на неё предупреждающий взгляд. — Не начинай. — Я и не начинала, — пожала плечами она. — Просто интересно. После субботы ты выглядишь… менее занудным. — Ты сейчас нарвёшься, — спокойно сказал он. — Кей, — она усмехнулась, — вы целовались. Уже поздно делать вид, что ты выше всего этого. Он отвёл взгляд, щёлкнув языком. — Мы ничего не объявляли. — И не надо, — легко сказала Мию. — Это и так видно.  — Что именно видно? — нахмурился он. — Что ты ей нравишься, — ответила она без колебаний. — И что ты сам ещё не понял, насколько. Он остановился на площадке между этажами. — Ты слишком много себе позволяешь. — Я её подруга, — спокойно сказала Мию. — Мне положено. Повисла пауза. Потом он выдохнул. — Я не собираюсь её обижать. — Тогда не исчезай и не делай вид, что ничего не было, — мягче добавила она. — Её это задевает сильнее, чем она показывает. Он кивнул. — Я знаю. И в этот момент с верхнего пролёта раздался знакомый голос: — Мию? Аки спускалась вниз, поправляя ремешок сумки. Увидев их вдвоём, она замедлила шаг. — О, — сказала она. — Я вам не мешаю? — Уже нет, — быстро сказала Мию, улыбнувшись. — Я пошла. Не подеритесь тут. — Иди уже, — бросил Цукишима. Мию подмигнула Аки и исчезла за дверью. Они остались вдвоём. Неловкость не навалилась сразу — она появилась постепенно, тонкой паузой между словами. — Ты как? — спросил он. — Нормально, — ответила Аки. — А ты? — Тоже, — кивнул он. — Я… хотел тебя догнать. — Зачем? — спросила она прямо, но без колкости. Он помолчал пару секунд. — Потому что не хотел, чтобы сегодня мы разошлись вот так. Без разговора. Она внимательно посмотрела на него. — И что ты хотел сказать? Он чуть склонил голову, привычный жест, когда он подбирал слова. — Что суббота для меня была важной, — сказал он спокойно. — И я не собираюсь делать вид, что этого не было. Аки медленно выдохнула. — Спасибо, — сказала она. — Мне это важно слышать. Они пошли вместе к выходу. Не торопясь. Не касаясь, но слишком близко, чтобы это было случайно. Если ты не против… я бы хотел продолжить… — добавил он уже у двери Она улыбнулась — мягко, без победы. — Я не против. Он посмотрел на неё чуть дольше обычного. — Тогда… пойдём? — Пойдём, — ответила она. И на этот раз это звучало не как вопрос и не как обещание. Середина декабря чувствовалась во всём. Воздух был острым, щёки щипало морозом, а небо уже к четырём начинало темнеть. Аки плотнее запахнула куртку и спрятала подбородок в шарф. Цукишима заметил это боковым зрением и, не говоря ни слова, сбавил шаг, подстраиваясь под неё. — Зима в этом году пришла без предупреждения, — сказала Аки, больше для того, чтобы нарушить тишину. — Она каждый год так делает, — ответил он. — Просто мы каждый раз удивляемся. Она тихо усмехнулась. Они шли рядом, и между ними сохранялась та самая дистанция — не формальная, но и не слишком смелая. После субботы это ощущалось почти нарочно: как будто оба проверяли, что будет, если не спешить. — Спасибо, что проводишь, — сказала она чуть позже. — Не обязательно было. — Я знаю, — ответил он просто. — Но я хотел. Она посмотрела на него внимательнее, но не стала комментировать. Вместо этого замедлила шаг, когда они свернули во двор её дома. Окна уже светились, снег у подъезда был утоптан, где-то наверху хлопнула дверь. — Странно, — тихо сказала Аки. — После выходных снова идти в школу, будто ничего не изменилось. — А что, по-твоему, должно было измениться? — спросил он, не глядя на неё. — Не знаю, — честно ответила она. — Но ощущение такое, будто мы что-то не договорили. Он остановился. Не резко — просто больше не сделал следующего шага. Аки тоже остановилась, развернулась к нему. — Я не очень хорош в этом, — сказал он после паузы. — В разговорах, где нужно сразу всё разложить по полкам. — Я заметила, — спокойно сказала она. — Но ты хотя бы пытаешься. Это уже много. Он посмотрел на неё дольше обычного. В холодном свете фонаря его лицо казалось строже, чем днём, но взгляд был другим — сосредоточенным, честным. — Мне с тобой… — он запнулся, будто хотел привычно съязвить, но передумал. — Мне важно не сделать глупость. — А если глупость — это повод ничего не делать? — спросила она тихо. Он усмехнулся, почти незаметно. — Тогда мы оба в этом хороши. Между ними повисла пауза. Не тяжёлая — скорее тёплая, несмотря на холод. Аки сделала шаг ближе, не вторгаясь, просто сокращая расстояние. Он не отстранился. — Мы можем не торопиться, — сказала она. — Мне не нужен идеальный план. — И мне, — ответил он. — Просто… давай честно. Она кивнула. — Давай. Он наклонился чуть ближе — не резко, будто спрашивая без слов. Аки ответила тем же. Их губы встретились мягко и ненадолго, осторожно, как проверка границы. Это был не жест, а обещание. Когда они отстранились, Аки улыбнулась первой. — Увидимся завтра? — спросила она. — Если ты не передумаешь, — ответил он. — Не передумаю. Он кивнул, развернулся и пошёл обратно по двору, а она ещё несколько секунд стояла на месте, чувствуя, как холодный воздух смешивается с теплом внутри. И этот декабрь вдруг стал чуть менее холодным.