В ритме джаза

— Ты закончил свою браваду про девчонку? — Беллатрикс выдохнула и опустилась в свое кресло. — Не уверен. — Усмехнулся Рабастан. — Тема закрыта Рабас. Ради бога, верни свою голову к делам. Что нам делать с Долоховым? — Беллатрикс быстро переключилась, откидывая эмоции прочь. Сейчас лучше обсудить что-то более важное, чем дешевых девчонок, строящих из себя невесть кого. Рабастан взглянул на Беллатрикс: — Ничего мы с ним не сделаем. — Он задумчиво потерев щетину рукой и опустился в кресло напротив. — Факт того, что он согласен на сделку, на твоих условиях — ничего нам не оставляет. Зацепиться не за что. — Он мне не нравится. — Тебе никто не нравится, — он сделал паузу, — ну, кроме барменши. Беллатрикс стрельнула яростным взглядом, на что Рабас прочистил горло и снова заговорил. — Мне тоже не нравится Долохов. В его статистике, конечно, все идеально, но мы с тобой знаем, что так всегда, пока дело не касается крупных денег. — Вот именно. Завтра я поговорю с Такэо, передам Долохову процент на который он, якобы, согласен и товар. На этом все. — Отрезала Беллатрикс. — Нам нужен международный уровень Белла. Пока что Долохов единственный, кто сможет посодействовать в этом, не своди его со счетов. — Знаю. — Беллатрикс откинула темные кудри назад, а затем достала сигарету. — Но для начала, посмотрим как все пройдет. Пусть покажет себя, — сказала она и подожгла сигарету, зажимая между своих губ, не заботясь о мундштуке, а затем на выдохе произнесла, — после встречи с Ямаздаки, нужно будет избавиться от моей машины. — Я займусь. — Не забудь сначала сдать ее в химчистку. — Обязательно, — наступила пауза, и воспользовавшись молчанием, Рабастан вдруг произнес, — Беллатрикс, если серьезно, что ты хочешь от нее? — Что? От машины? — Я о девушке. Блэк затянулась еще раз и раздраженно выдохнула, закатывая глаза. — Рабас, последнее, о чем я хочу сейчас думать и тем более говорить, это моя личная жизнь. — Твоя личная жизнь в полной… — И меня все устраивает. — Перебила его женщина. — Как бы не так, — Рабастан уперся локтями о колени и продолжил, — после Марго, ты стала… — он осекся, — ты не можешь просто трахать первых попавшихся девушек и выкидывать их после этого. — Кто сказал? — Блэк вздернула бровь. Рабас только почесал подбородок. — Действительно, — он усмехнулся и откинулся на спинку кресла, глядя на Беллатрикс странным знающим взглядом, — но твоя погоня за мимолетными эмоциями до добра не доведет, Белла. Он действительно сказал то, что сказал. Намекая на тему, на которую было табу. Беллатрикс не подала виду, что эти слова кольнули ее в самое нутро, вытаскивая наружу из воспоминаний самые отвратительные годы ее жизни. — И говорит мне это идеальный семьянин, ну конечно. — Отшутилась она, но Рабастан прекрасно знал, что Белла его поняла. — Ты ведь прекрасно знаешь, о чем я. — Завязывай. — Рыкнула Беллатрикс. — Видишь, я не в духе? — Чтобы быть в духе, тебе нужно чуть больше, чем стакан виски, я в курсе. — Как минимум. А еще не лезть мне под кожу. Так что заканчивай мне читать морали о том, что я должна остепениться и проваливай, если у тебя нет предложений касательно Долохова. — Вообще-то есть. Небольшая слежка. — Если он что-то заподозрит, не видать нам самолетов, — Беллатрикс слегка прищурилась, — будьте осторожны. — Как и всегда. — Рабастан встал с кресла и направился к выходу. — Подожди, — окликнула его Беллатрикс, — ты еще не уходишь? — Я тут до утра. — Отправь ко мне Драко, как только он придет и… присмотри за Грейнджер. — Второе мне нравится. — Он нагло вскинул бровь. — Рабас… иди, — сквозь зубы проговорила Беллатрикс. Дверь за мужчиной закрылась. Беллатрикс расслабилась в своем кожаном кресле, глядя на тлеющую сигарету между своих пальцев. Пальцы другой руки начали машинально постукивать по деревянному подлокотнику. После случившегося, одна чертова мысль крутилась в ее голове, не давая покоя, вытесняя куда более важные. Несмотря на строгое обозначение правил, о котором они договаривались с Драко изначально — не приводить в бар своих знакомых, Беллатрикс была почти уверена, что ее племянник нагло и в открытую пренебрег этим и нарушил внутреннее правило. Одно указывало на то, что Грейнджер не просто девчонка с улицы — они себя так не ведут.

***

Спустя пару часов в кабинет Беллатрикс вошел Драко. Чуть помятый, как и всегда, и напряженный. Тоже как и всегда. — Рассказывай, Драко. — Сказала Беллатрикс тоном, который точно дал понять ее племяннику, что она уже все знает. — Рассказывать... что? — Малфой криво усмехнулся, пытаясь защититься единственным верным способом. Беллатрикс дала время для того, чтобы напряжение которое вспыхнуло в кабинете, устаканилось, а затем спросила: — Кто такая Грейнджер? Усмешка спала с лица Драко моментально. Он напрягся, помедлил, отвел взгляд и как-то ломано зашагал до кресла, упал в него и прошелся ладонью по лицу. — Черт. — Выдохнул он. Беллатрикс только склонила голову. Едва заметно покачивая ей, наблюдая за терзаниями племянника. Она просто ждала. Вопрос был уже задан. — Она моя… одногруппница. — Сказал Драко. — Одногруппница. — Стук пальца о стол, затем еще один и еще. Для Драко это выглядело как отсчет до бури, а для Беллатрикс же... Заземление и время на переваривание информации. — У нас был уговор. Ты нарушил внутреннее правило. — Холодно проговорила она, наконец, останавливая свой метроном. — Я знаю. — Драко сжал челюсть. Он не имел права говорить все, это была не его тайна, но он сам загнал себя в это положение, увы. По крайней мере часть он сказать может. — Мы лучшие друзья со школы. И у Гермионы было затруднительное положение. Очень затруднительное, — он повторил с нажимом, — ей нужна была работа, а тебе бармен. — И я по твоему похожа на благотворительный фонд? — Сухо усмехнулась Беллатрикс, а затем нагнулась ниже, и почти прошипела, — Драко, когда я говорю никаких знакомых, это значит никаких. Особенно друзей. Особенно лучших. — Знаешь, если бы я знал истинную причину твоих этих внутренних правил и понимал их значимость, я бы помог Гермионе иначе. Но сейчас это все для меня выглядит только как твоя вредность! — Драко значительно повысил голос. Дело уже выходило далеко за рамки их уговора. — Хороший способ приблизиться к внутренним делам Драко. — Парировала Беллатрикс. — Подорвать мое доверие. Браво. Ты стал на шаг ближе. — С издевкой проговорила Беллатрикс. — Ты и так держишь меня слишком далеко, а сейчас просто ищешь повод вообще не подпускать. Поздравляю, ты его нашла. — Злобно и обреченно проговорил он. — Знаешь, к черту. Только Грейнджер не увольняй. Уволишь ее тогда я тоже уйду. Беллатрикс низко рассмеялась. — Даже не знаю, как переживу эту великую потерю: племянник, слово которого ничего не стоит и его бесполезная подружка. Это задело Драко. И Беллатрикс прекрасно знала, что сделала это. Вспышка ярости промелькнула в глазах Драко, а затем он совладал с собой и эта ярость сменилась чем-то... Беллатрикс прищурилась, когда Драко вздохнул и подвинулся ближе. Этот взгляд она знает слишком хорошо. — Беллатрикс, она мой друг. Самый близкий человек, после семьи и ты прекрасно знаешь, что такое настоящая дружба. Дружба, благодаря которой десять лет назад ты... — он не закончил. Не стал договаривать. Напоминания хватило, что бы Беллатрикс застыла. Ни один мускул на лице не дрогнул. Гнев на племянника усилился во сто крат. Мало того, что он предал ее, так еще и смеет теперь косвенно упрекать в прошлом. Но единственная отрезвляющая мысль не давала этой буре выплеснуться наружу. Этот сукин сын был в чем-то прав. Он надавил в то самое место, которое заставит Беллатрикс его понять. Применил опасное оружие бьющее наповал. Это еще больше разрывало по частям в разные стороны. — Пошел вон. — Выдохнула она. Слишком тихо. — А... — Вон. Все было как в тумане. От ярости и отвращения. Дверь за Драко закрылась. Беллатрикс откинула голову на спинку стула и тяжело вздохнула, прикрывая глаза.

***

Гермиона тщательно натирала бокалы, с мыслями о том, что Драко снова опаздывает. Нет, после того, что произошло в кабинете, она совершенно точно могла себе позволить просто свалить отсюда, но банальная ответственность не позволяла ей этого сделать, несмотря на то, что людей в баре почти не было. Но это тоже было огромным минусом. Отсутствие работы позволяло мыслям и эмоциям ползать в ее голове и теле, считая каждую минуту до прихода ее сменщика. Кажется, она даже поймала себя на мысли, что хочет закурить. Или выпить. А может все вместе. Особенно, когда она ловила на себе один единственный взгляд мужчины, сидящего за столом рядом с бильярдом. Мужчины, что стал свидетелем ее минутной слабости, а затем выброса адреналина, который позволил ей ударить свою начальницу по лицу. Ей было плевать, какую репутацию она заслужила в его глазах. Какая разница, если с приходом Драко это все закончится и она никогда больше не увидит ни Беллатрикс ни ее друзей. Плевать, что возможно, ей нечем будет заплатить за аренду квартиры. С этим она разберется позже. Гермиона со стуком поставила очередной натертый до блеска Рокс, когда колокольчик на двери оповестил о чьем-то приходе. Это был Малфой. Наконец-то. Драко вошел в полумрак заведения, стряхивая с воротника своего пальто крупные капли дождя, Гермиона уже хотела сделать шаг, но Малфоя тут же окликнул Рабастан. Они пожали друг другу руки, обменялись парой слов и Малфой, наконец, взглянул на Гермиону. — Извини, нужно сначала зайти к Беллатрикс. — Так срочно? — Злобно рявкнула она, замечая усмешку Рабастана. Малфой чуть прищурился, и произнес снисходительно: — Можешь засчитать этот час с моей смены. Я быстро. Подожди пожалуйста. — Малфой, — прорычала Гермиона, когда тот уже скрылся в дверях. Отлично, просто замечательно! Гермиону потряхивает от того, что на ее глазах буквально плетутся какие-то интриги и переговоры, а в свете последних событий и вовсе казалось, что все это завязано на ней. Девушка поставила табличку «пересменка» вытащила ключ из кассы, в надежде оставить его в кабинете для персонала на видном месте, быстро одеться и уйти. Она уже направилась к концу бара и почти вышла, когда голос мужчины раздался где-то у нее за спиной. — Куда-то собралась? По спине прошелся холодок, она не оборачиваясь произнесла, держа голос под контролем. — Моя смена закончилась, мистер Лестрейндж. — Зайди за бар. Голос был ровным, но предупреждающим. Не смотря на предыдущую решимость просто уйти, сейчас ноги превратились в вату. Гермиона замерла. — Налей мне виски, Гермиона. — Снова голос за ее спиной, не терпящий возражений. Гермиона прикрыла глаза, собирая в кулаки все свое самообладание и обернулась. Девушка медленными шагами прошла обратно вдоль стойки, глядя на Рабастана, что стоял облокотившись на бар. — Табличка «пересменка» вам о чем-нибудь говорит? — Съязвила девушка. Рабастан вскинул бровь и нагло опустил ее надписью вниз со звонким щелчком дерева о дерево. Гермиона стиснула челюсти и решила все-таки сделать виски и дождаться Драко, предпочитая больше не грубить начальству. Она быстро сделала напиток уже отточенными движениями и поставила его прямо рядом с табличкой, а затем подняла ее легким движением руки, взглянув Рабастану прямо в глаза. Гермиона раньше не замечала, насколько они светлые. Как голубое стекло, острые и пронизывающие насквозь. — Если вы хотите о чем-то поговорить, то говорите. — Она демонстративно указала на табличку. — Так нам не помешают. Рабастан повернулся, оглядывая совершенно пустой зал. — Понятно теперь, почему ты понравилась Белле. — Усмехнулся он, но виски так и продолжил стоять на месте. — Что? — Послушай, — начал он, — если ты задумала сбежать отсюда, не советую. — О, после ваших слов я, конечно, останусь. — Останешься, но не после моих. В этот момент из кабинета вышел Драко, а Рабастан успешно ретировался, забирая пальто с вешалки у входа и небрежно накидывая его на плечи, он вышел из бара. — Гермиона, прости меня. Девушка непонимающе взглянула на друга. — Ты опаздываешь почти каждый день. Забудем. Я ухожу. Точнее, я хотела сказать, что тебе за выходные придется найти кого-то. Так что это мне нужно извиниться перед тобой. — Это из-за Беллатрикс, я знаю. В этот момент в Гермионе что-то рухнуло. Что она там ему наплела вообще? — Она тебе рассказала? Потрясающе. Тогда можешь передать ей, что спать с начальством не входит в мои трудовые обязанности. — Резко выдала Гермиона, не собираясь больше сдерживать гнев и нервозность. Пора расставить все точки. — Что? — Драко оторопел. — Подожди, она… — Боже… — Гермиона шумно выдохнула, — неважно. Я ухожу. Отлично, Грейнджер… — Гермиона! — Он схватил ее в тот момент, когда девушка резко шагнула мимо, и приятнул за локоть. — Что происходит? Она… приставала к тебе? — Я не буду обсуждать это с тобой, и черт Малфой, отпусти меня! — Прости. — Но он лишь ослабил хватку, не желая отпускать девушку. — Слишком много извинений. Да не от того, от кого нужно. — Прорычала Гермиона, одергивая руку. Малфой только растерянно потер лоб рукой, а затем все же выдал. — Мне жаль, что ты уходишь. — Поговорим позже. — Гермиона выдохнула и зашагала к двери персонала. Девушка открыла дверь и закрыла ее за собой. Просто уйти. Пусть сами разбираются, в своей семейной идиллии, и ценностях. Я нанималась сюда не для того, чтобы участвовать в этих драмах и терпеть от Блэк подобное. — Поговорим? — Раздался хриплый голос откуда-то из темноты помещения. Стук каблуков оповестил о том, что Беллатрикс настроена серьезно и находится… Близко. Гермиона подняла глаза вверх, в полумраке помещения встречаясь с глазами Беллатрикс. Все внутри девушки упало куда-то вниз, а слова застряли в горле. Взгляд прошелся по щеке Блэк, а в ладони что-то то кольнуло, напоминая о том, что девушка сделала и… за что. — Кажется, вы уже сказали достаточно. Беллатрикс скривила губы но ничего не сказала. И с места не сдвинулась. Гермиона перевела взгляд на шкаф, в котором висела ее одежда, а затем снова на Блэк. На свой страх и риск она шагнула в сторону шкафа, игнорируя молчаливую женщину, и тут же была перехвачена мягкой хваткой на своем предплечье. Да что же это такое… Но она не одернула руку, как это было с Драко. Теплая и мягкая рука Блэк послала по телу тягучее чувство, что ее контролируют. В перемешку со злостью, тело Гермионы отозвалось странным болезненным саморазрушающим удовольствием. Гермиона сжала кулак так, что Беллатрикс наверняка почувствовала, как заиграли мышцы на предплечье девушки. — Я не должна была. — Сказала Беллатрикс. Гермиона тут же обернулась. — Что? — Возможно, я перешла черту и сказала то, что не должна была говорить. Этого девушка точно не ожидала. Она шумно выдохнула, но руку так и не расслабила. — Но вы так подумали, этого достаточно. — Гермиона хотела сказать, чтобы Блэк ее отпустила. Но почему-то не говорила. — Как ты думаешь, Гермиона, — начала Беллатрикс практически шепотом, — что чувствует человек, рядом с девушкой, которая вот-вот готова его поцеловать? — она сделала шаг, который сократил расстояние до минимума, — садится на стол и выглядит вполне себе довольной, данными… обстоятельствами, — Беллатрикс подалась чуть вперед, и провела языком по своим губам, заставляя девушку приковать к ним свой взгляд и удержаться от того, чтобы не повторить эти соблазнительные действия, — а потом ему отказывают, — женщина отпустила ее руку и отошла назад. — Как, по твоему, я должна реагировать? Эмоции жжением разливались по телу, Гермиона чувствовала себя как на пороховой бочке. То, что Беллатрикс просто разозлилась на отказ и выдала отвратительную вещь — не оправдывает ее. С другой стороны, Гермиона понимала, что дала эту надежду сама. — Я… — Раздражало то, как Беллатрикс все вывернула и то, как предательски реагирует ее тело на эту манипуляцию. — Это было ошибкой. Просто момент слабости. — А сердце билось о грудную клетку, буквально крича в протест только что сказанным словам. — Ошибкой. — Спокойно согласилась Беллатрикс. — Как с твоей стороны, так и с моей. Предлагаю закончить на этом. — Значит, — Гермиона не могла подобрать слов, но все же выдала, — забудем о том, что было? И мне не придется каждый раз думать о том, что вы хотите меня трахнуть? — Как грубо, милая. Но поверь, я смогу держать себя в руках. Не ты первая, не ты последняя. … Вот кто для вас? В этот момент девушке захотелось еще больше мозолить Блэк глаза, пока она не сдастся вновь. И Гермиона словно доставая спасательный круг, проговорила слова Беллатрикс, которые, возможно, были очень завуалированным извинением «Я не должна была так говорить» Точнее сказать, «Я не должна была считать тебя дешевой одноразовой шлюхой». — Вы предлагаете мне остаться? — Настаиваю. Конечно. Иначе и быть не может. — Я надеюсь, подобных инцидентов больше не повторится. — Гермиона не собиралась давать точный ответ. Она сомневалась и довольно сильно. По слишком многим причинам... Беллатрикс проигнорировала слова Гермионы и стуча каблуками зашагала к двери своего кабинета: — Через два дня, после твоих выходных, я жду тебя за баром. — Дверь за Беллатрикс тихо защёлкнулась, ставя точку в их разговоре. Раздражение. Все, что почувствовала Гермиона в этот момент. Ни тебе «попробуем как нормальные люди, сходим на свидание» ни «я не считаю тебя шлюхой, лишь потому, что ты так просто не отдалась мне, но ты мне интересна». Блэк просто отрезала все, даже не давая этому начаться. Гермиона открыла дверцу шкафа и агрессивно натянула на себя пальто и шумно переобулась, пытаясь уверить себя в том, что Блэк не лучшая кандидатура для отношений, а уж тем более серьезных. Все изначально пошло по какой-то кривой дорожке. Теперь им останется просто игнорировать друг друга, и метать взгляды, полные искр. Вряд-ли все что сегодня произошло, остудило пыл Гермионы, но она не собиралась предавать свое достоинство ради парочки хороших ночей, даже с такой женщиной как Беллатрикс Блэк. О черт, Драко… Она не стала застегивать пальто, и вышла из кабинета для персонала, склонив голову на бок с видом, что готова сдаться и выслушивать его вопросы. Драко оглядел ее с ног до головы и кивнул: — Кофе? — Латте. Гермиона лениво стянула с себя пальто и бросила на табурет. Раннее утро не предвещало посетителей и они смогут спокойно поговорить наедине, не отвлекаясь на обслуживание. Драко молча поставил кружки в кофемашину и нажал кнопку. — За что ты извинялся? — Спросила Гермиона, глядя на профиль лучшего друга. Малфой все еще молчал, выжидающе смотря на льющийся кофе. Вероятно, наконец, подобрав слова, Драко повернулся и заговорил. — У нас с Беллой был договор о том, чтобы я не брал на работу знакомых. — А… — Я должен был сказать тебе, знаю, но ты бы тогда не согласилась. Гермиона стиснула зубы. Иногда Драко был таким… идиотом! Пусть даже и действовал он из лучших побуждений. Гермиона шумно и медленно выдохнула, пытаясь совладать с собой, и не раздувать тираду и том, как сильно глупо поступил Драко ставя и ее и Беллатрикс в это положение. — И теперь ты понимаешь, во что это вылилось? — Произнесла она, давя на чувство вины друга, что бы тот сам понял, к чему привели его действия. — Да. Мне жаль Гермиона. Я хотел как лучше. А в итоге она… не зная, что ты моя подруга, ну… эм. Приставала к тебе? — Драко тут же осекся, — она мне не говорила об этом, это ты сказала. Но этого не должно было произойти и мне глубоко стыдно за Беллатрикс и всю эту ситуацию. Гермиона выдохнула через нос, а затем молча взяла кружку кофе и отпила из нее довольно большой глоток. Драко немного заблуждается. И Гермиона собралась развеять его мысли о том, что это было односторонне. — Возможно, проясни ты ей эти важные детали, подобного бы не произошло, да. Но дело не в этом, Драко. Возможно я… дала некоторую ответную реакцию… о боже, — Гермиона закрыла лицо рукой, дабы не лицезреть глубоко удивленную физиономию своего друга. — О я… не знал. — Драко шумно отпил кофе, вероятнее пытаясь проглотить эту информацию и переварить ее как можно спокойнее. — То есть ты... — Нет, то есть да, в общем... Мы это решили. Прямо сейчас, за той дверью. Больше этого не повторится. Малфой еще добрых пару минут отходил от шока, периодически моргая и переваривая мысль, которая никак не могла уложится в его голове. — То есть… Ты и моя тетя, вы… — Драко, ничего не было. И быть не может. Малфой скептически глядел на Гермиону, теперь его удивление сменилось на выражение лица, будто Гермиона сказала очевидную глупость. — Что? — Не понимающе спросила Гермиона. — Это она тебе такое сказала? — Он вздернул бровь, странно глядя на Гермиону. — Вообще-то да. Мы обе это решили. Все в прошлом. Ошибка. — Гермиона вскинула руки, дабы придать своим словам больше уверенности, которой у нее, увы, не было. — Белла не тот человек, который сдается так просто. Она обычно добивается своего, и чем сложнее, тем ей интереснее. — О, брось, тебе то откуда знать. — Гермиона не могла отрицать, что слова Драко подстегнули ее еще больше. — Это личное. — Я знаю ее всю свою жизнь. — Драко сказал это как само собой разумеющуюся вещь, — ладно, возможно с тобой будет по-другому, но ты еще вспомнишь мои слова. — Никаких «со мной» Не забывай, что обычно в этом участвуют две стороны. — Слушай, она… Не так плоха, точнее, я имею ввиду, не так несерьезна, как ты могла бы о ней подумать… — Только не говори, что пытаешься нас свести. — Нет. — Усмехнулся Драко, — я пытаюсь сказать, что тебе не стоит думать о ней так плохо, а исходя из того, что между вами было, это все вылилось в конфликт. Гермиона сидела молча, постукивая пальцами по столешнице. — Я не думаю о ней плохо, — наконец сказала она, — я вообще хочу о ней не думать, если честно. — Она не всегда была такой… — Малфой, когда я сказала, что хочу о ней не думать, я намекала на то, чтобы мы закончили этот разговор… — У нее были отношения со Скиттер, — проигнорировал ее Драко, — и все закончилось не очень хорошо, со стороны Марго. — Он вскинул бровь, а взгляд стал заговорщическим. — С певицей? — выдала Гермиона, поддаваясь настроению Драко, и тут же отругав себя за столь прозрачный интерес. — Да. Марго изменила ей спустя почти 5 лет отношений, и ну… дальше все было отвратительно. Беллатрикс пустилась во все тяжкие, а Марго, осознав свою ошибку, всячески пытается теперь вернуть ее. — Теперь понятно, почему Беллатрикс пыталась продать ее Долохову… — Пробубнила Гермиона себе под нос. А еще было понятно, почему Скитер сверлила Гермиону взглядом в момент, когда Беллатрикс попросила обнять ее за баром. И Гермиона задумалась о том, что на самом деле Блэк воспользовалась ситуацией и плюсом ко всему, решила позлить бывшую прямо во время ее выступления. — Коварно. — Усмехнулся Малфой. — И не говори… — задумчиво проговорила Гермиона. — Ладно. — Она мотнула головой, отбрасывая мысли о том, что бы было, если бы Беллатрикс, назло своей бывшей проиграла Антонину и продала ее. — И я больше не хочу обсуждать личную жизнь твоей тети, это странно, не находишь? — Есть немного. Но я не рассказал тебе ничего, чего бы не знали тут все. — До сих пор не понимаю, зачем мне эта информация. — Для общей картины. Теперь работать будет интереснее, — он подмигнул девушке. Гермиона закатила глаза. Мужчины — те еще сплетники. — Ты ведь остаешься? Я правильно понял? — Спросил Драко с надеждой в глазах. — Да. Пока что... — Гермиона знала, что уйдет отсюда, но не так быстро и резко, — и я все еще немного злюсь на тебя за то, что ты скрыл от меня и Беллатрикс, кем мы друг другу приходимся. Впредь попрошу больше не водить никого из нас за нос, Драко, пожалуйста. Мы работаем не в том месте, чтобы здесь происходили такие недомолвки. Это делает все очень неудобным. — Хорошо, обещаю, — серьезно произнес он, а затем лукаво улыбнулся, — но в итоге ведь ты здесь. И с хорошей зарплатой. Где ты еще такую в Лондоне найдешь? Ночные смены идеально сочетаются с учебой, еще с таким отличным коллегой… И все благодаря мне, — он улыбнулся. — Ой, не начинай! — Я уже закончил. Отдохни пару дней. А дальше — ты помнишь, на твои смены выпадают ночи кабаре. — Сказал он и начал пританцовывать. Гермиона, от вида танцующего Драко усмехнулась в кружку, допила свой кофе, мысленно отмечая, что кофеин пагубно повлияет на ее способность уснуть... — И, Драко, — Гермиона поставила кружку на стол, со звуком, который заставил обратить взор все еще танцующего Малфоя на себя, — не советуй никому расстегивать рубашку в первый рабочий день. Панси Паркинсон получает такие чаевые только потому, что этот жест означает, что она шлюха. Драко перестал двигаться и раскрыл рот, в шоке глядя на Гермиону. Гермиона развернулась и подхватывая свое пальто, зашагала к выходу. — Подожди, что? — Он попытался сказать что-то еще, но Гермиона перебила. — Хорошей смены, Малфой! Захочешь побольше чаевых, ты знаешь что делать, — хихикнула Гермиона. — Грейнджер!

***

Вернувшись домой, Гермиона, полностью игнорируя медитирующую на полу Луну, повесила пальто и прошла в комнату. Кажется, ее подруга была глубоко в трансе, а в гостиной отчетливо чувствовался запах сладких благовоний. Кажется сандал. Табак в том чертовом баре пахнет приятнее. Девушка закрыла дверь в спальню. Немного времени спустя она взяла пижаму, полотенца и направилась в ванную, снова проходя через гостиную. — Я чую твою ауру, — мелодичным голосом сказала Полумна, уже лежа на коврике для йоги, глядя в потолок. Гермиона только фыркнула, проходя мимо подруги. — Ты какая-то... взъерошена, я уже давно предлагала тебе заняться практиками, кажется самое время, не находишь? — Ох, Луна, лучшей практикой для меня сейчас является горячий душ и крепкий сон, перед второй сменой в университете. Отстань пожалуйста. — Хорошо. Я приготовлю завтрак. — Спасибо. Гермиона вздохнула и зашла в ванную. Душ был быстрый и действительно горячий, времени на сон осталось мало. Уже лежа в постели после легкого вегетарианского завтрака от Луны, она думала, что крепким ее сон точно не будет… Мысли о том, что сегодня произошло гуляли в голове. Ее раздражало то, что Беллатрикс просто... отстала, не добившись мимолетного перепихона, которого бы ей было достаточно. Еще больше Гермиону угнетали свои собственные мысли и чувства: факт того, что Беллатрикс обрубила на корню все попытки взаимодействия, одновременно успокаивал ее и... очень злил. Значит, Беллатрикс действительно не нужно было ничего большего. А мне то, собственно, что от нее нужно? К черту! Гермиона обречено вздыхая, повернулась на бок с мыслями о том, что ей, еще немного стоит поработать в баре, а потом, все же для собственного спокойствия, найти другую работу. Мысли постепенно перекатились в другое русло, и она подумала о том, как было бы просто просить финансовую помощь у родителей, как это делает Луна или Драко, но увы. Жизнь была сложнее, чем ей хотелось бы. Гермиона уже было подумала, что если ей в какой-то момент станет совсем невыносимо, она может внезапно уйти и вернуться в общежитие. Но это была слишком ужасная перспектива, чтобы воплотить ее в жизнь. Картинки из прошлого, когда она жила в там начали мелькать перед глазами, а отвратительное чувство осело внутри. Нет, ни за что. Только не туда. Она, все же, пообещала себе завтра поискать вакансии, на всякий случай, как запасной вариант, а затем закрыла глаза и попыталась уснуть.