В ритме джаза

Беллатрикс вскинула руку, звон браслета на ее часах кольнул тревогой куда-то в грудь Гермионы. — Пора. — Коротко сказала Блэк. Гермиона окинула ее быстрым взглядом и невольно задалась вопросом, сколько ей самой потребуется времени, чтобы чувствовать себя так же спокойно и невозмутимо, как Беллатрикс. Или по крайней мере, если она тоже нервничает, то научиться соответствующей подаче. С этим у Беллатрикс тоже все было превосходно. — Что я должна делать? — Просто соглашайся с ним, — натянуто сказала Беллатрикс, — выходи. Она заглушила мотор и первая вышла из машины. Гермиона вышла следом, чувствуя себя, как натянутая пружина. Каждый шаг был слишком твердым и двигалась она будто по инерции. Мозг отдал приказ о задаче, которую нужно выполнить и она с готовностью вошла в бар. В Old Chets каждый столик был отдельным полузакрытым пространством в виде кабин. Освящение тусклое, даже мрачное. Бар обустроен в стиле лофт, но с излишним нагромождением деталей. Странное архитектурное решение. Когда они подошли к столику, Гермиона поняла, в чем весь смысл этого странного светового решения. Она бы в жизни не узнала человека, лицо которого терялось среди прочего антуража и игры теней. Даже несмотря на то, что оно было довольно запоминающимся. Освещение падало так, что для того, чтобы разглядеть мимику, нужно приблизиться к человеку почти вплотную. Гермиона почувствовала легкий и небрежный толчок в локоть, и тут же поняла, куда ей следует сесть. У противоположной стены, прямо напротив мужчины. Беллатрикс села рядом с Гермионой. — Я и не сомневался в тебе, Беллатрикс. — Раздался голос мужчины. В его руках была обычная вода. — Начинай, — коротко отрезала Блэк. — Рад наконец познакомиться в более… подобающей обстановке. — Произнес он довольно нейтрально, глядя на Гермиону. — Взаимно. — Легко ответила Гермиона, на удивление себе самой. Странно, но факт того, что она знала этого человека и даже в каком-то смысле помогла ему, составил некий фундамент уверенности в себе. Он сам выглядел довольно… внушительно и опасно, но добрая улыбка подкрашивала все эти качества в теплый, хотя и опасный, оттенок. — Ваше имя? — Гермиона Грейнджер. А ваше, сэр? Мужчина прокашлялся. Беллатрикс заерзала на сидении и, кажется, даже устроилась поудобнее. О, неужели она… Гермиона перевела взгляд на Блэк. Лицо было совершенно ровным, но было стойкое ощущение, что она… сдерживает какую-то эмоцию. — Беллатрикс, вероятно, уже ввела вас в курс дела, — сказал он, игнорируя вопрос Гермионы. — Отдаленно и частично, но да. У нас было не так много времени. — Намекнула Грейнджер с легким сарказмом на то, что ее буквально выдернули с учебы. — Неужели? — он усмехнулся, без тени веселья в глазах, а затем скрестил руки в замок перед собой. Типичный жест копа. — Что ж, Беллатрикс скажет вам то, что нужно знать. Где вы учитесь? — Химический факультет. Он тут же перевел взгляд на Беллатрикс, но та только повела бровью. — Я начинаю думать, что это твой хороший расчет, Белла. — Даже в этой темноте она видела его проницательный взгляд. — Совпадение. Она учится с моим племянником. — Совершенно спокойно сказала Блэк. — Принято. — Он снова перевел взгляд на девушку. — Итак, Мисс Грейнджер, у меня к вам есть вопрос и важная просьба. Я должен вам доверять и только ваши действия, относительно моих интересов, не дадут мне усомниться в вас. Это понятно? — Совершенно точно. Гермиона испытала широкий спектр чувств. Перед ней сидел влиятельный человек, с двойным дном, который может сильно повлиять на ее жизнь. Как в плохую так и в… приемлемую сторону. Он уже повлиял. Страх от незнания того, что творится у него в голове, смешивался с уважением, от того, что этот человек имел слишком много рычагов и сделает все, что ему вздумается, для своей собственной шкуры. — И так, вопрос. Вы знаете почему здесь? — Я знаю то, что мое присутствие было вашим условием. — Ровно ответила Гермиона, посчитав эти слова достаточными. — Тогда я вам разъясню. Мы работали с Беллатрикс раньше, но по некоторым весомым причинам, — он бросил взгляд на Беллатрикс, та лишь ухмыльнулась, — мы приостановили наше сотрудничество. — Его голос был низким и тихим, почти смешивался с легкой фоновой музыкой. Гермиона кивнула. — В момент, когда мы возобновляем работу, вдруг… появляетесь вы. Она, конечно, не подтверждает вашей связи, но я не идиот. И я учитываю этот фактор риска прежде всего. И если вы вместе, я должен быть уверен, что вы не сделаете ничего, что могло бы быть неприемлемым для меня, в случае вполне ожидаемых обстоятельств, которые вас непременно настигнут. Моногамия это не про Беллу. — Переходи к сути. — Холодный тон Беллатрикс заставил Гермиону встрепенуться. — И раз вы в деле, — продолжил он, — предлагаю это закрепить. А доказательством вашей причастности будет совместная работа. Всего одна сделка, на которой вы просто должны… поприсутствовать. Тут и вступает в силу моя просьба. Вы согласны, мисс Грейнджер? Прозвучало это действительно так, как сказала Беллатрикс. Гермиона должна замарать руки. И, скорее всего, он позаботится о том, чтобы против нее были улики. Но и у Гермионы на руках была информация. Выглядит почти честно. Почти. — Это не вопрос выбора, верно, сэр? — Она слегка прищурила глаза, уверенная в том, что этого он не заметил. — Верно. — Пристальный взгляд был направлен на Гермиону. — Простая формальность. Выбор вы сделали тогда, когда вошли в двери бара в свой первый день. — Он сверкнул улыбкой, которая будто ознаменовала, что печать на деле Гермионы Грейнджер уже поставлена. — Я согласна. — Без промедления ответила она. — Надеюсь, вы не разочаруете меня, мисс Грейнджер. — Он перевел взгляд на Блэк, достал из кармана сложенный лист бумаги и одной рукой подвинул его вперед, — ты знаешь что делать. — Ты тоже. — Без тени эмоций ответила она, и плавным и медленным движением руки забрала лист бумаги. — Полагаю, на этом все. Прекрасная беседа, дамы. Не смею вас задерживать. Он встал, прошелся руками по пиджаку, а затем, не оглядываясь, покинул место встречи. Гермиона проводила его взглядом, а затем прочистив горло, тихо произнесла: — Он такой… — Типичный коп с замашками недополитика и параноидальным расстройством? — Саркастически проговорила Блэк. — Вроде того. — Сухо усмехнулась Гермиона. — Так и что мы… Беллатрикс, коротко качнула головой сопровождая этот звук убийственным взглядом, давая понять что подобные разговоры не ведутся в общественных местах. — В машину. Они быстро вышли из бара, оставляя этот разговор, растворившимся в воздухе одинокой пустой кабинки. Никакого счета, никакого следа и банковских карт на его оплату. Сухо и по делу. И так коротко, что Гермиона даже не успела начать нервничать. Беллатрикс разблокировала автомобиль и после приветственного мигания фар, села в машину. Как только дверь машины закрылась, Гермиона почувствовала себя в относительной безопасности. Без сомнительных влиятельных лиц и странных встреч. Все было почти нормальным. Тихий и отрезанный от внешнего мира черный салон действовал как успокаивающий вакуум. Стоп. Черный? Салон был светлый. Как и руль. Гермиона отчетливо помнила эти руки на нем… Глаза пробежались по салону, тело напряглось, и теперь она сомневалась в собственной адекватности и реальности происходящего. — Я схожу с ума? — Не доверяя самой себе, спросила Гермиона. — Расслабься. Это часть процесса. — Беллатрикс нажала кнопку зажигания, сняла с головы очки и бросила их на приборную панель. — Машина была заменена. — О. — Она осторожно огляделась вокруг, облегчённо выдыхая. Вместе с тем отмечая, что в черном салоне Беллатрикс выглядит более… гармонично. — Значит, ее кто-то подогнал. — Руди. Предыдущая, к сожалению, отправилась на металлолом. — Правда? — С недоверием спросила Гермиона, задумываясь о том, сколько денег тратит Беллатрикс на обеспечение безопасности, просто выкидывая машины. — Нет конечно. Она вернется в автопрокат. — Сухо усмехнулась Блэк. — Предусмотрительно и логично. «И снова никаких следов. По сути… кто угодно мог ездить на ней до Беллатрикс», — подумала она, цепляясь за каждую мысль, которая помогла бы ей ощутить почву под ногами и хоть какую-то защиту и безопасность в той ситуации, в которой она оказалась. — Эта система родилась еще до твоего рождения, — безэмоционально добавила Беллатрикс, вытаскивая лист бумаги из кармана брюк. — Потом рухнула, но я сумела ее восстановить десять лет назад. — И за десять лет вы еще ни разу не сели в тюрьму. — Констатировала Гермиона, скорее для своего успокоения. — Как видишь. — Беллатрикс пробежалась взглядом по написанному на листке, девушке показалось, что ее лицо обрело тень недовольства или даже отвращения. — Он не назвал свое имя. — Заметила Гермиона, и в попытке хоть как-то обратить на себя внимание Блэк, просто выжидающе на нее уставилась. Беллатрикс провела по бумаге большим пальцем, свернула и обернулась к Гермионе, из-за ее движений совершенно новая кожа сидения скрипнула. — Не в общественном месте. Даже для молекул в воздухе — его там не было. Что уж говорить об имени. — Она усмехнулась. — И? Я даже не узнаю имя человека, который… обставил все так, что я теперь замешана в… этом? — Она обвела все вокруг руками. — Его имя Том Реддл. — Спасибо. — Это имя ей не говорило ни о чем, но это знание автоматически легло в копилку фактов в голове. — И… Что теперь? Беллатрикс откинулась на сидение. Рука лежала внизу на руле, а палец едва заметно постукивал по темной коже. Расчетливый взгляд конечно не укрылся от Гермионы. Беллатрикс и не пыталась его скрыть. — Ты хорошо держалась. — Добавила она без тени эмоций, не отвечая на вопрос Гермионы. — Это, наверное, просто шок. Или… Способность действовать не поддаваясь эмоциям, еще со времен моего обучения в медицинском. Привычка. — Химический факультет, говоришь… — Задумчиво проговорила Беллатрикс. — Криминалистика? — Было. — Определение чистоты веществ? — Да… — По цвету, структуре и запаху? — Что… Гермиона не успела договорить. — Открой бардачок. Гермиона замерла. Долгие секунды она смотрела на совершенно непроницаемое лицо Беллатрикс. Этот обмен взглядами совершенно точно дал ей понять, что Беллатрикс хочет от нее. Гермиона потянулась рукой вперед, замок бардачка щелкнул, крышка опустилась вниз. Гермиона перевела взгляд на открытый бардачок. — Скажи мне, насколько эта дрянь чистая. Гермиона молча уставилась на прозрачный маленький пакет. Научный интерес, скорее даже любопытство, вступили в борьбу с законами и нравственностью. — Ну? Гермиона раздраженно вздохнула и повернулась к Беллатрикс. — Дайте мне… пару минут времени. Для осознания того факта, что я просто пришла работать в обычный бар. А спустя какое-то время это привело меня сюда и я сижу в машине с вами и… наркотой. Такое не каждый день происходит. — Огрызнулась она. — Жизнь иногда подкидывает сюрпризы. — Невозмутимо ответила Беллатрикс. — И конечно же вам со мной тоже повезло. — Ну, смотря насколько ты окажешься полезной. Гермиона закусила губу и снова взглянула на пакетик, заставляя себя воспринимать вещество как набор химических свойств и характеристик. Безличное и обладающее структурой. Она включила профессиональный режим. — Органика? — Спросила Гермиона. — Так заявляют. — Судя по цвету — это кокаин. — Верно. — протянула Беллатрикс. — Я смогу визуально определить примесь в веществе с погрешностью в десять-пятнадцать процентов. Но это не гарантированная цифра, из-за разной степени очистки, вида и происхождения примеси и самого вещества. Для точного анализа мне нужны реактивы, хроматография и… — она прищурилась глядя на Беллатрикс, — только не говорите, что мне нужно открыть подпольную лабораторию. — Нет. — Уголок ее губ едва заметно дрогнул. — Просто подтверди то, что я и так знаю. — Так это проверка. — Констатировала Гермиона. — Возможно. Гермиона перевела взгляд на пакет, и потерла свои пальцы. — Я так понимаю, перчаток нет. — И это снова был не вопрос. — Даже если бы и были. Без перчаток. — Утвердительно ответила Беллатрикс. Гермиона вздохнула. Прекрасно понимая, что этот пакетик, скорее всего, окажется у Реддла, как та самая улика против нее. Тонко. — Это то, о чем я думаю, да? — Это его подстраховка. Ты должна понимать. Информация, которой ты владеешь, куда весомее, чем парочка твоих отпечатков на одном грамме. — Ирония в том, что он сам же мне ее и открыл. И вынудил вас. — Это уже не так важно. Для него ты уже все знала. Или узнала бы, докопалась. — Знаете, боюсь он прав. — Усмехнулась Гермиона. Гермиона не стала размышлять о том, сколько лет ей дали бы за этот самый грамм, она просто взяла пакет в руки и провела пальцами, растирая порошок между целлофаном. — Неравномерная фракция, — заговорила она, направляя всю свое внимание на образец, — основная часть как мука, мелкие кристаллы присутствуют, но в меньшем количестве. Аккуратно раскрыв мешочек, она провела им около носа, достаточно далеко. — И судя по запаху… фармакологическая примесь, скорее всего левамизол. Учитывая интенсивность запаха и количество матовой пыли, которая не свойственна кристаллам кокаина, смею предположить, что чистого вещества здесь не более тридцати процентов. — Молодец. — Беллатрикс ухмыльнулась. Нет. Кажется это было ближе к улыбке… — Его привезли из лаборатории. После проверки Родольфус передал мне цифру «тридцать шесть». Твоя погрешность куда меньше пятнадцати процентов. — Прекрасно. Всю жизнь мечтала именно об этом. — Иронично выдала Гермиона. — Это призвание. Гермиона только фыркнула, наблюдая за тем, как Беллатрикс берет в руки телефон. Не свой. — Что ж. Антонин обрадуется. Гермиона услышала гудки, едва различимые, а затем шорох на том конце и слова, которые она не могла разобрать. — Тридцать шесть. — Холодно произнесла Беллатрикс. — Тридцать шесть, мать его, процентов. Не очень хорошее начало, не находишь? После паузы Беллатрикс заговорила снова. Спокойно, предупреждающе и странно ласково. — Ты подсунул мне это дерьмо в первый и последний раз. У тебя два варианта. Или забираешь обратно или сумма урезается. Так же до тридцати процентов. Беллатрикс долго слушала мужской голос, а потом усмехнулась и произнесла: — Они только обрадуются масштабам. Остальное не моя забота. Клади трубку. Она подождала пару секунд, а потом убрала телефон от уха, затем сделала совокупность каких то нажатий, смахнула экран и чуть склонив голову перевела на Гермиону многообещающий взгляд. — Поздравляю. Ты едешь на свою первую сделку. Пристегнись.

***

На удивление, Беллатрикс вела осторожно. Соблюдая все правила движения, вплоть до включения поворотников при каждом перестроении. — Я могу задать вопрос? — Гермиона нарушила тишину первой. — Попробуй. — Вы ведь не… — Нет. — Резко ответила Беллатрикс. — Запомни одно важное правило: дилер не употребляет. Тем более стимуляторы. Они в конечном итоге делают из человека параноика. — Хорошо. Я рада… Повисло напряженное молчание. Снова. Беллатрикс была отстраненной, одновременно собранной и сосредоточенной. — Хочу задать еще один вопрос. — Многовато на сегодня. — И все же, — Гермиона обернулась через плече, а затем снова посмотрела на Беллатрикс, очерчивая взглядом профиль. — Судя по изменению стиля вождения, я почти уверена, что это не единственный пакетик, который есть в машине. — Верно, — она вздернула бровь, но в целом осталась совершенно невозмутимой. — Сколько? — Ты не захочешь знать. Гермиона напряглась — Говорите. — Тридцать килограммов в багажнике. Грудь стиснуло спазмом. — Тридцать. — Хрипло выдавила она. — Тридцать килограммов. У меня на руках следы вещества. И мои отпечатки на пакетике. — Вдох, выдох, Грейнджер. Открой окно, если тебе стало плохо. — Безразлично бросила Беллатрикс. — Это все, что я могу тебе предложить. — Я в порядке. — Огрызнулась Гермиона. — Просто… — она откинула голову на сидение и выдохнула, — о, черт.

***

Картина элегантности, дорогой одежды, алкоголя и темного дымного бара Беллатрикс рухнула, когда они заехали в какую-то промышленную зону. Звуки железа доносились даже через звукоизоляцию солона, как и запахи. Дорогой салон теперь пах не кожей, а маслом, и ржавчиной. Беллатрикс плавно завернула и остановилась у ангара под небольшим навесом. Посмотрела куда-то вверх, затем сдала немного назад, и, наконец, остановилась. Она бросила взгляд на часы, пока рука еще лежала на руле. Совершенно спокойная. Никаких подергиваний пальцев. Ничего. — Сиди тихо и не отсвечивай. — Ровно сказала Блэк. — Поняла. Гермиона и не собиралась. Сейчас ей хотелось только вжаться в кресло и раствориться в нем. Закрыть глаза, а потом открыть их и увидеть, как они уже едут обратно, без какого либо чувства уязвимости. Беллатрикс вышла из машины, не заботясь об оставленных очках. Хлопок двери оставил Гермиону одну. Она сидела ровно, даже не поворачивала головы. Глаза проследили за тем, как Блэк обошла машину, спереди, остановилась со стороны Гермионы, бросив на нее взгляд, а затем подошла к багажнику. Замок щелкнул. Гермиона медленно и осторожно обернулась. Еще одна машина припарковалась рядом, сзади. И после того, как Беллатрикс открыла багажник, обзор на все, что там происходит, отрезало блестящее черное покрытие, отражающее тусклые лучи закатного солнца. Гермиона повернулась обратно и снова села с идеально ровной спиной, гуляя глазами по месту, где они находились. Средь белого дня, сейчас из машины Беллатрикс выгружается ее путевка в тюрьму, если бы их поймали прямо на дороге. С каждой минутой, когда Гермиона представляла, что машина становится легче, это нервировало и успокаивало одновременно. Дверь задней двери открылась, на пассажирское сиденье было что-то брошено. Тяжелое. Гермиона в этот раз не стала оборачиваться. Она просто ждала. Стук в окно заставил ее повернуть голову. Вероятно, слишком резко. В окне было лицо мужчины, он склонился, нависая, и судя по звуку на крыше, его рука лежала именно там. Резкий и быстрый взгляд был брошен на фигуру Беллатрикс, она стояла чуть позади. Одним легким движением пальца она показала Гермионе жест, который означал, что нужно открыть окно. Гермиона нажала кнопку, и темное стекло опустилось. Локоть мужчины лег на дверь. Теперь его напор ощущался еще сильнее, а машина показалась слишком маленькой и тесной. — Свидетели, Беллатрикс? — Произнес он, глядя на Гермиону. Прошелся по лицу, а затем ниже. — Она с Реддлом. — Твердо ответила Блэк. — И? — И со мной. — Рявкнула она. — Отошел. Мужчина усмехнулся, показывая белоснежные зубы, в нижнем ряду которого блестел золотой. Он оттолкнулся с такой силой, что машина покачнулась. Гермиона тут же нажала на кнопку, чтобы закрыть окно. Выдох, который она сделала, когда стекло задвинулось обратно, напомнил ей о том, что она не дышала все это время. Адреналин гудел в крови, а сердце разогналось не на шутку. Когда Беллатрикс, наконец, села в машину молча вывернула руль и тронулась с места, у Гермионы было ощущение, что с ее плеч спал груз. — Вы не нервничаете. — Нет. — Ровно ответила Блэк, а затем неожиданно спросила. — У тебя есть свободное время? — О, вы решили задать этот вопрос только сейчас? — Почему нет, — Беллатрикс пожала плечами, — так и? — Есть. — Коротко ответила Гермиона. — Но смотря для чего. — Значит, мы едем в бар. — Не вдаваясь в подробности констатировала Блэк. Ехали молча. Говорить было лишним. Сейчас да. Но Гермиона знала, что поток вопросов рано или поздно обрушится на нее, когда пройдет момент переваривания всего, что сегодня произошло. Когда они остановились на уже знакомой улице, Гермиона незамедлительно вышла из машины, будто оставляя позади последние несколько часов, желая стряхнуть с себя происходящее. В баре под вечер уже собрались люди. Знакомый теперь уже до боли запах табака и виски, имел совершенно иную окраску. Ноты приобрели горьковатый вкус, а все лица, которые она мельком обвела взглядом, стали выглядеть совершенно по другому. Было ощущение, что каждый человек, который сливался здесь в толпе раньше, был ей знаком. Это заставило ее поежиться. — Закажи мне двойной эспрессо. Жду в кабинете. Гермиона бросила резкий взгляд на Беллатрикс, задетая этой простой просьбой, которая прозвучала как приказ. — Я вам не официантка. — Язвительно ответила она. — Так скажи, чтобы его принесли. И немедленно. — Стуча каблуками о деревянный пол, Беллатрикс скрылась за дверью, оставляя Гермиону одну. Гермиона дернула головой не пытаясь разобраться, что именно ее возмущает и подошла к бару. Ей пришлось отстоять в очереди из трех человек, пока Панси обслуживала посетителей слишком долго, хлопая ресницами и задавая самые тупые вопросы. А мужчины с тем же удовольствием отвечали ей, растягивая процесс еще больше. — У меня заказ для мисс Блэк, — не выдержала Гермиона, когда Панси уже навалилась на стойку, оскверняя ее своим декольте. Взгляд Паркинсон, очевидно оскорблённый тем, что ее дешевый флирт перебили, стрельнула глазами на Гермиону и оттолкнулась от стойки. Лицо из игривого превратилось во враждебное за считанные секунды. — Чего тебе? — Пренебрежительно спросила Панси. — Двойной эспрессо, — сказала Гермиона, легко выдерживая озлобленный взгляд Паркинсон, — и… капучино. Принеси в кабинет сразу, как будет готово. Панси потребовались секунды, чтобы сложить два плюс два. — Так это по твоей милости меня лишили зарплаты? И все потому, что ты трахаешься с начальницей. — Темные глаза девушки сверкнули злорадством, она выглядела так, будто ее слова произвели впечатление, но правды в этом было мало. Не для Гермионы, которой Паркинсон казалась просто надоедливой мухой. — Завидуешь? Тебе что, мало? — Гермиона обвела взглядом весь бар, с усмешкой на глазах. Паркинсон закипела от гнева. — Оплачивай. Кофе бесплатное только для Блэк. — Запиши мой заказ на счет руководства. — Самодовольно ответила Гермиона, развернулась и зашагала к кабинету. Кофе из рук Панси она пить точно не будет, но пусть она его сделает. Гермиона зашла в кабинет для персонала и тупо уставилась на следующую дверь, за которой был кабинет Беллатрикс. Раньше их встречи имели совершенно другую… окраску. А теперь? Гермиона даже не могла понять, что чувствует. Но она определенно знала, что со своими словами о чем-то большем она была бы осторожна, если бы знала, к чему причастна Блэк. А точнее сказать, чем она управляла. Мысли о том, что она хочет видеть Беллатрикс рядом с собой, рассыпались в прах, и преобразились в новые обстоятельства, которые явно требовали осмысления. Все перевернулось с ног на голову слишком быстро, а приоритеты поменялись. Только понять бы еще, в какую из сторон. Гермиона вошла внутрь. Беллатрикс сидела за своим столом, перекатывая между пальцев мундштук с зажжённой сигаретой. Запах вишневого табака  С черной ванилью проник в нос, и все сузилось до одной точки, бордовые губы отхватывающие мундштук в полумраке кабинета. Прежняя картина мира будто собралась по частям, но приобрела уже другие краски и заостренные углы. — Почему так долго? — Приоритеты… — сказала Гермиона, озвучивая слово из своих мыслей, а потом добавила, — я не вы и мне пришлось стоять в очереди за заказом. Надеюсь вы не против, я заказала себе капучино, за ваш счет. — Она прошла и села в кресло напротив Беллатрикс. В дверь постучали. Беллатрикс бросила короткое «Войдите» Панси, виляя бедрами, подошла к столу, полностью игнорируя Гермиону и поставила поднос. — Ваш кофе, мисс Блэк. Беллатрикс только кивнула, затягиваясь сигаретой. — Вам нужно что-нибудь еще? — Сладким голосом спросила она. — Иди, Панси. — Взгляд Беллатрикс был прикован к Гермионе. Паркинсон поставила чашки на стол и забирая поднос развернулась, снова не глядя на Гермиону, словно ее тут вообще нет и вышла. Беллатрикс стряхнула пепел и потянулась к кружке. — После того, что я сказала Панси, она вполне могла туда плюнуть. — Пробормотала Гермиона, когда чашка с кофе была уже почти у губ Беллатрикс. Блэк вздернула бровь. — Она думает, что мы спим. — Добавила Гермиона. Беллатрикс моргнула, опустила взгляд на кофе, затем подняла на Гермиону и отставила чашку. Одним ловким движением мышки, она открыла блоки с камер наблюдения, и увеличила тот, который следил за баром. Несколько секунд ее глаза смотрели на происходящем на экране, а затем Беллатрикс взяла свой кофе, и с усмешкой сказала: — Пей. И перейдем к делу. Беллатрикс сделала глоток и затушив сигарету, откинулась на спинку своего кресла, закидывая ногу на ногу. Гермиона взяла кружку, сделала глоток кофе, вспоминая, что она сегодня ничего не ела с самого обеда, и затем еще один. Вкус прокатился по языку. — Такоэ Ямадзаки, — начала Беллатрикс, — ты видела его в свой первый рабочий день. И я уверена, что запомнила. Гермиона кивнула, слегка морщась. Она помнит как Беллатрикс пришлось лично заваривать ему чай. — Японец от рождения, — продолжила Блэк, — потом иммигрировал в Мексику, а затем в Колумбию. Такэо работает со мной давно и не доверяет больше никому. Он крупный поставщик чистейшего колумбийского кокаина, — она сделала паузу, — и ценитель… хорошего сервиса. — Беллатрикс сдержала ухмылку, но она явно забавлялась. Гермиона уловила намек. — Боже… — Она нервно усмехнулась. — Он поставляет качественный продукт. Это обеспечивает мне высокую репутацию на черном рынке. То, что ты видела сегодня, это недоразумение, которое Долохов называет качеством. — Презрительно проговорила она. — Антонин Долохов, — Продолжила Блэк, меняя позу в кресле, — скользкий тип, но я не могу этого доказать. Владеет огромной базой клиентов, которые привыкли к его дряни. Хочет выйти на новый уровень по качеству, а взамен предлагает мне свои связи, которые обеспечат международные поставки. — Беллатрикс повертела пустой мундштук между пальцами. — Сможешь сложить два плюс два? — Такэо в нем заинтересован. Или… Наоборот. — Оба заинтересованы друг в друге, но я не даю прямых контактов. Все проходит через меня. Я — связующее звено. — Вроде, посредника? — Ц-ц. — Цокнула она языком, покачав головой, будто это слово было слишком мелочно для нее. Но Беллатрикс никак это не прокомментировала. — Долохова я тоже видела. — Гермиона закусила губу. — Бильярд. — Вспомнила она. — Это было… Впечатляюще. Беллатрикс одарила Гермиону той самой ухмылкой, которая украсила ее лицо после победного дуплета. — Я тогда честно выиграла свои условия. — Она самодовольно улыбнулась. Беллатрикс так легко об этом говорила, будто обсуждает погоду. Но Гермионе открылся мир с другой стороны, будто его вывернули наизнанку, перевернули на сто восемьдесят градусов. И она осталась все в том же баре, Беллатрикс все еще была ее начальницей, но по факту все теперь было совершенно иначе. — Зачем вы все это рассказываете мне? — Вот тут мы и переходим к главному. Том Реддл, основное прикрытие. Я не буду тебе разжевывать все до деталей, но суть ты явно улавливаешь. Я не доверяю Долохову ни на йоту. Считай это приобретенной интуицией. Реддл его проверяет. — Хорошо… — Гермиона все еще держала кружку кофе в руках, но пить уже не хотелось. — Я не до конца понимаю свою роль. Или… — Ее нет. — Что? — Пока что. Но если ты понадобишься, я дам тебе знать. — Тогда я еще больше ничего не понимаю. — Резко сказала Гермиона. Ощущение, что ее обвели вокруг пальца вгрызлось в грудь. С другой стороны, она должна бы радоваться, что от нее ничего не требуется. — Как говорит Том, незнание — это опасность. Если ты, не зная всей сути, ляпнешь что-нибудь неосторожное, из тебя по ниточке вытянут все остальное. И люди, которых ты поставишь под удар, превратят твою жизнь в настоящий ад. Если не они, то их приспешники. Если ты знаешь достаточно много, ты будешь молчать и следить за каждым своим словом, прекрасно зная цену. Так понятно? — Вполне. — Том человек чести, считай, он защитил тебя тем, что позволил узнать. Ты останешься работать в баре, на двойной ставке и станешь моими глазами. Гермиона отставила чашку с кофе и уставилась на Блэк, не мигая. А затем откинулась на спинку кресла и провела рукой по лицу. Беллатрикс встала, звук молнии заставил ее обратить внимания на действия Блэк. Она открыла ту самую сумку, которая была брошена на заднее сидение автомобиля. Через несколько секунд, с характерным звуком, на стол упали две пачки с долларами крупного номинала. — Это за риски. — Блэк сверкнула глазами. — И за то, что не была паникующей идиоткой. Гермиона посмотрела на деньги. Потом на Беллатрикс и снова вниз. Она прикинула, что этого хватит оплатить аренду квартиры месяца на четыре вперед, а двойная ставка явно повысит качество ее жизни. Времени на сон останется так же мало, и теперь он еще и вряд ли будет спокойным.