Великий Мудрец, Равный Небу и превосходящий Броктон

Все поиски Царя обезьян оказались тщетны – он так и не нашел бессмертных. Незаметно прошло лет девять. Продолжая свои поиски, он странствовал из города в город, от селения к селению, пока вдруг не очутился у Западного океана. Тут он решил, что за этим океаном непременно должны жить бессмертные. Тогда он соорудил себе такой же плот, какой у него был когда-то, и отправился в путь через Западный океан. Он плыл до тех пор, пока не достиг Западных земель. Выйдя на берег и внимательно оглядевшись вокруг, он увидел красивую высокую гору, покрытую густым зеленым лесом. А так как Царь обезьян не боялся ни волков, ни тигров, ни барсов, то он смело стал взбираться на вершину горы, чтобы узнать, что там есть. Гора поистине была прекрасна… И вот, когда Царь обезьян стал осматриваться кругом, до него из глубины леса донеслась вдруг человеческая речь. Он поспешил на голос, вошел в самую чащу и, внимательно прислушавшись, понял, что кто-то пел песню… Услышав это, Прекрасный царь обезьян несказанно обрадовался и подумал: «Здесь, конечно, обитает бессмертный!» «Путешествие на Запад», Глава 1 На дисплее визора вспыхнуло уведомление, и он, не теряя времени, ответил. — Оружейник на связи. — Оружейник, это капитан СКП Данлоу, поступило донесение. — Что такое? — ответил он, продолжая возиться со своей алебардой. — Возможное происшествие с парачеловеком. Нам позвонили из полиции Броктона и сообщили о нескольких головорезах Империи, валявшихся на улице. Они были сильно избиты и сейчас находятся в Броктон Дженерал. — Вы уверены? Несмотря на наступившую тишину, он практически слышал, как капитан хмурится. — Если то состояние, в котором они остались, о чём-то говорит? Да. Если бы он был хоть немного менее сосредоточен, Оружейник сделал бы паузу. — Продолжайте. — У всех пятерых были переломы, и когда я говорю «переломы», я имею в виду, что кости были почти раздроблены. По словам врача, у двоих были почти сломаны рёбра. Один был найден на другой стороне улицы с сотрясением мозга, возможно, с переломом черепа. У нас нет свидетельств о том, что вмешалась другая банда, и хотя пара ребят считает, что это были внутренние разборки, мы оба понимаем, что здесь, скорее всего, происходит. Герой в доспехах опустил алебарду и подошёл к перчатке слева от себя. Он достал из ближайшего ящика крошечные кусачки и сунул их в открытый элемент доспеха. Его тон изменился с резкого на расчётливый. — Никаких сообщений? Мы не слышали ни о каких действиях со стороны Барыг или Они Ли. Где это случилось? — Центр города, юго-восток. Мы спросили их, как их могли избить до полусмерти, и единственный, кто был в сознании и мог ответить, сказал, и я цитирую: — Из рации донёсся глубокий вдох. — Какой-то узкоглазый ублюдок вытащил из неоткуда палку и надрал нам задницы. Оружейник поджал губы, и из его горла вырвался низкий звук, похожий на рычание. Это описание было ему хорошо знакомо. — Плащ с обезьяньей мордой? — Именно это он и сказал. Когда мы спросили, откуда он знает, что он азиат, бандит ответил, и я снова цитирую: "На нем было платье, которое я видел у китайцев в тех старых мультфильмах". Впервые за несколько часов Оружейник прервал свою работу. Потирая бородатый подбородок, он обдумывал всё, что рассказал ему офицер. — Они сказали что-нибудь ещё? Куда делся плащ или откуда он взялся? — Нет. Они были слишком заняты, корчась от боли или вырублены после сотрясения мозга, чтобы что-то заметить. Они не особо распространялись о том, что вообще там делали, но это точно была не простая прогулка. Мы нашли на месте несколько ножей, пистолет и самодельное оружие, так что я готов поспорить на свою зарплату, что ничего хорошего там не происходило. Он глубоко вдохнул. Прекрасно. — Я понял... следите за появлением этого Плаща и отправляйте все отчёты в СКП. Если это действительно новый Плащ, нам нужно пресечь его самодеятельность на корню или, в худшем случае, понять, с кем мы имеем дело. — Он сделал паузу, затем откашлялся. — И... спасибо за информацию. Держите меня в курсе любых новых событий. — Да, сэр. — После этого агент отключился, и дисплей погас. — Так скоро, не прошло и дня. Хотя это менее драматично, чем большинство дебютов, которые мы видели. Оружейник кивнул в ответ на замечание женщины, пожевав воздух. — Может, этот парень и ценит конфиденциальность, но это не имеет значения. Сейчас важно выяснить всё, что мы можем, об этом новом Плаще и о том, с кем он связан. — Он вывел на экран карту Броктона. — Сначала магазин в Доках, теперь в центре города, против двух разных банд. Быстро расправляется с противниками и исчезает с места преступления. — Если верить отчётам головорезов из Империи и АПП, то он мужчина, и, судя по его одежде, возможно, азиат. На втором экране замелькали описания и изображения из отчётов. — Два дня назад произошёл инцидент с участием Луна в одном из борделей. Мисс Ополчение прибыла на место вместе с Штурмом. Эгида и Сталкер обеспечивали поддержку при эвакуации и сдерживании гангстеров. Всё здание сгорело, и хотя распространение огня удалось остановить, были пострадавшие среди гражданского населения. Однако сообщений о какой-либо неопознанной парачеловеческой активности не поступало. Оружейник нахмурился. Бог знает, почему Лун решил уничтожить один из своих борделей. Может, из-за подозрений в предательстве? Или из-за оскорбления? Он никогда не относился к таким вещам легкомысленно. Как бы печально это ни звучало, подобные инциденты вполне могли стать причиной триггерного события. Он кликнул на один из отчётов и увеличил его. — Есть одна вещь, которая почти подтверждает, что этот новый Плащ - тот же самый, что был в продуктовом магазине. — Женский голос заставил его покачать головой и переориентироваться. — Описания этого Парачеловека, сделанные гангстерами. — Да… обезьяномордый. — Одно дело, когда так называют кого-то гангстеры-расисты. А когда так его называют гангстеры-расисты с двух противоположных сторон? — «Дело № 53»? — спросил он. — Вероятно. По сравнению с некоторыми кейпами из базы данных, превращение в обезьяну не такая уж невероятная трансформация. На экране появилось ещё несколько отчётов. — Ходили слухи, что Лун хочет пополнить свои ряды паралюдьми. По тем немногим данным, которые у нас есть, в Бостоне, в районе Чайнатауна, видели нескольких членов АПП. Он сел и забарабанил пальцами по столу, напряжённо размышляя.  — И ты абсолютно уверен, что он не из этих новобранцев? Их… посвящения… — Ее отвращение было очевидным даже через звонок. Не то чтобы он винил её: он видел много последствий этих «посвящений». — Учиненная в магазине драка могла быть случаем дедовщины. — Это не было бы так открыто, и они бы не стали вызывать полицию — или позволять кому-то другому пытаться это сделать. Он кивнул и ввёл команду. — Я открываю дело на этого нового парачеловека. Всё, о чём мы только что говорили, и все подобные отчёты будут храниться там. Имени пока нет, но я присвою ему рейтинги Брут и Мувер три. Он будет считаться независимым, пока мы не выясним его принадлежность или не завербуем его в Протекторат. Какое-нибудь снаряжение, Дракон? В отчёте говорится, что у него был посох. — Там также говорится, что он вытащил его из уха, — заявил Дракон. — Принято к сведению. Добавлю потенциальный рейтинг Страйкера и Стренджера. — Не Тинкера? — спросила она. — У Тинкеров обычно нет дополнительных способностей. И у нас нет никаких упоминаний о дополнительном снаряжении или технологиях. Это было бы бессмысленно, особенно если он новое Дело 53. Тинкерам нужно время, чтобы создать свои технологии, и, судя по отчётам, я бы сказал, что он в городе максимум два-три дня. — Ты собираешься сообщить об этом директору Пиггот? Оружейник пристально вгляделся в экран, его лицо было скрыто за забралом шлема. — Только самое необходимое. Мы столкнулись с неизвестным Плащем. Экран мигнул, и на нём появилось изображение женщины в зелёных доспехах с длинными каштановыми волосами и обеспокоенным выражением лица. — Колин, если на сцене появился новый Парачеловек, то последнее, что тебе следует делать, — это скрывать это от директора. Я знаю, что были проблемы... — Дело не в этом, — перебил он слегка настойчиво. — Это профессиональный вопрос. У нас недостаточно данных по этому Плащу, нет даже фотографии. Сбор данных и определение его модус операнди является для нас приоритетом. Последнее, что нам нужно, — это предоставлять расплывчатую или ложную информацию. Дракон нахмурилась, затем медленно вздохнула. — Если это то, что ты считаешь правильным, — сказала она. — Как ты собираешься выследить его? Оружейник нахмурился, но всё же кивнул. — Я проверю все уличные камеры от центра города до доков и просмотрю записи за последние 24 часа. Я перешлю информацию группам реагирования и Протекторату и попрошу их быть особенно внимательными во время патрулирования, а также предупрежу Стражей на всякий случай. — Правила ведения боевых действий? — Сейчас никаких провокаций. Что касается Стражей, то в случае встречи с ним они должны немедленно сообщить об этом Консоли и дождаться прибытия Героя Протектората и отряда СКП. Если они думают, что смогут задержать его без применения силы до тех пор, пока мы не начнём вербовку, они могут вступить в контакт. — Он подошёл к своей алебарде и ещё немного повозился с ней. — Если встреча перерастёт в насилие, они должны попытаться задержать его, не вступая в бой до прибытия группы захвата или Героя. Если с ним столкнётся герой Протектората, он должен поступить так же, но у него есть полное право вступить в бой, если противник настроен враждебно. Во всех случаях необходимо уведомить группы сдерживания. Когда у нас будет больше информации, я обновлю данные. С этими словами Оружейник отвернулся от экрана, отложил инструменты и посмотрел на своё оружие. — Все улучшения работают? — спросила Дракон. — Кажется, всё в порядке, диагностическое сканирование ничего не выявило. — Он положил алебарду на место и вернулся к компьютеру. — Может быть, он приехал из-за границы... но с его внешностью ему было бы нелегко остаться неузнанным. — Если исключить любые объяснения, связанные с силой, то контрабанда или безбилетный пассажир? — Именно так. — На экране появилась карта Атлантического и Тихого океанов, покрытая пунктирными и сплошными линиями, каждая из которых была подписана. Вопреки распространённому мнению, упадок международного судоходства был вызван не угрозой нападения Левиафана на корабли. Напротив, Губителю до них дела не было. Нет, больше всего пострадали портовые города, через которые велась торговля, а также их население и паралюди. Из-за возросшего риска международных перевозок выросли страховые тарифы, что в сочетании с предыдущими проблемами нанесло сокрушительный удар по отрасли. Но она была далека от гибели, особенно с учётом новых протоколов на случай катастрофы «Губителей». Просто в Броктон-Бей дела обстояли хуже, чем где-либо ещё. Как всегда. Недостаточное финансирование, высокий уровень преступности, ветхость, повышенное количество Плащей и город всего в шаге от полной анархии и хаоса. Когда эти мрачные мысли начали роиться у него в голове, Оружейник глубоко вздохнул.  По одной проблеме за раз. Так или иначе, он наведёт порядок в этом городе, разберётся с бандами и покажет всему миру, что такие герои, как он, всегда будут останавливать этих монстров в людском обличье, называемых злодеями. Он будет совершенствовать оружие до тех пор, пока не обзаведётся лучшими инструментами для этой работы; а пока он будет довольствоваться исследованием этого нового Плаща. Может быть, это хоть немного снимет стресс по сравнению с той ерундой, которую этот город ему преподносит.

***

Сунь Укун был необычным существом. Друзья называли его разными словами: импульсивным, безрассудным, озорным, умным и невероятно красивым, и это лишь некоторые из его качеств. Среди них любопытство было одним из последних, что ему обычно приписывали. Но разве он не отправился в неизведанное на девять лет в поисках бессмертия? Разве он не совершил первый прыжок в Пещеру Водяного Занавеса, где его короновали как Царя Обезьян? На самом деле многие из его ранних поступков были продиктованы лишь любопытством. В данном случае он сидел на навершии своего посоха на крыше высокого каменного здания и осматривал странный город Бу ло кэ дунь вань — Броктон-Бей. Со стороны он был похож на моряка, сидящего в «вороньем гнезде» на корабле и вглядывающегося в горизонт. Солнце перевалило за зенит и начало быстро опускаться за линию горизонта. Он молча любовался шпилями из стекла и металла, а также затонувшими кораблями у дальних причалов. Он чувствовал, как ветер ласкает его лицо, а зимний холод сменяет осенний бриз. Совсем скоро дожди и снег украсят небо и расцелуют землю. Слабое пение птиц щекотало ему слух, их чужеродное для этого места щебетание создавало бодрые мелодии. Рёв металлических повозок, праздные разговоры местных жителей, жужжание молний, исходившее от каждой лампы и дома, — всё это так... отличалось от городов Чжунго. Даже Чанъань, столица Тан с миллионом жителей, которую он посетил со своим Мастером в конце своего путешествия, была совсем не такой. Здесь, конечно, было меньше людей, но в этом городе чувствовалась энергия, которой он не встречал больше нигде. Как странно, как экзотично, как... чуждо. — И разве это так уж плохо? — подумал Царь Обезьян, подпрыгнув, крутанув посох, сделав сальто и приземлившись на другое его навершие. — Некоторые из этих старых дураков дома рассердились бы на любые иностранные сказки. Ха! Они так увлеклись стремлением к небесам, что не смогли увидеть необъятность земли вокруг себя! А стоило бы! Однако самодовольная ухмылка на его лице медленно сменилась озабоченным выражением. — И всё же… различия здесь огромны, как в хорошем, так и в плохом. В воздухе сильно пахнет грязью и кровью, а страх, который я ощутил ранее, кажется, окутывает весь город. — Он глубоко вдохнул и поморщился. — Не просто страх… негатив во всех его проявлениях. Эти головорезы в разных одеждах — симптом или причина? Укун схватил свой посох и перепрыгнул на более высокое здание. Достигнув края крыши, он ухватился за него когтями и повис на нём, крепко держа посох в свободной руке. Он мог видеть леса, растянувшиеся вдоль западных холмов, скрытые рядами зданий поменьше. В отличие от шпиля, на котором он находился, они были приземистыми, уродливыми и изношенными. — Не только это... На мгновение мир утонул в золоте. — Ци здесь... искажена. Даже осквернена. — Вездесущая жизненная сила Вселенной в изобилии присутствовала на Горе Цветов и Плодов и в пещере мастера Сюйпути. Это были благоприятные места, благословлённые небесами, и он в значительной степени развил там свой талант и мастерство. На долгом пути в западные земли таких мест было немного, но он всегда чувствовал успокаивающее течение ци. — Но здесь оно как будто смешалось с грязью в воздухе! Только демонические твердыни или врата в подземный мир отвратительны настолько, что могут так сильно загрязнять ци. Правда, для меня это не проблема, но с момента пробуждения я не видел ни единого волоска с тела какого-либо яогуая или духа. Он ловко вскарабкался на крышу и присел на корточки, глядя на поток людей внизу. — Этот Броктон-Бей что-то скрывает за этими шпилями и башнями. Конечно, здесь процветают преступность и человеческая деградация, но эта тайна гораздо глубже. — Он почесал подбородок и хрипло выдохнул. — Мне нужно спросить об этом Пэйчжи-сяньшэна. Как уроженец этого города, он наверняка сможет пролить свет на ситуацию. Может быть, я снова смогу попробовать это восхитительное блюдо из говядины. — Он кивнул. — Да, хороший план. Хотя мне следует осмотреть здесь каждый район, прежде чем... — Эй! Укун очнулся от своих мыслей, услышав голос слева от себя. Повернув голову, он моргнул, увидев говорящего: девушку в белом платье, доходившем ей до колен, с волосами цвета золота, украшенными маленькой золотой короной. У неё было типичное для местных жителей лицо с круглыми голубыми глазами и мягкими щеками. По человеческим меркам она была настоящей красавицей. Девушка лениво подплыла к нему, скрестив руки на груди и с любопытством глядя на него. Она, казалось, наклонилась вперёд, но тут её глаза расширились, и она отпрянула. — Ого, вот это маска так маска. Укун указал на своё лицо. — Маска? Я не ношу масок. Её глаза расширились ещё больше, и она отпрянула. — Чёрт, серьёзно? Прости. — Она снова посмотрела на него с любопытством, а затем облетела вокруг. — Должна сказать, я впервые слышу о том, что Плащ превратился в обезьяну, а в интернете полно историй о странных пятьдесят третьих. У тебя даже хвост есть! Хотя Укун не понимал, что означает предпоследняя фраза, он обратил внимание на то, что она сказала. — Девочка, я — Прекрасный Царь Обезьян! Конечно, я обезьяна! Она приподняла бровь. — Прекрасный Царь Обезьян? Не слишком ли ты претенциозен? — Она покачнулась в воздухе, продолжая говорить. Для Укуна способность летать не была чем-то необычным — было бы проще перечислить тех, кого он знал и кто летать не умел. — Но я не чувствую, как ци собирается у её ног, не чувствую, как она окутывает её или наделяет крыльями. Все способы полёта у смертных используют те или иные вариации этого. Может Cянь? Нет, здесь не та ци. Любой бессмертный скорее умрёт, чем добровольно согласится жить в таком отравленном воздухе. — Я тебя раньше здесь не видела. Ты недавно в городе? Укун лениво крутил в руках свой посох, не сводя с неё глаз. — Действительно, я прибыл недавно. Я проснулся до рассвета, хорошо поел и насладился видом. Если бы компания моя была чуть вежливее, всё было бы идеально. — Да, здесь, наверху, красивые закаты — погоди-ка, — она замерла и сердито посмотрела на него. — Что должны значить твои слова? — Именно то, что я сказал. У неё дёрнулся глаз, но она продолжила движение. — Если ты хочешь произвести хорошее первое впечатление, то не стоит умничать. — Она сделала паузу, прежде чем пожать плечами. — Но если тебе это поможет, то давай. Не мне об этом говорить. Укун усмехнулся в ответ. — Я оскорбил всех богов на Небесах, и мне это сошло с рук, сяо гуньян. Смертному меня не напугать. — Где ты проснулся? Полагаю, это было неожиданно? Он медленно кивнул. — Да. Это было довольно странно, я почти ничего не узнавал, но мне посчастливилось встретить доброго земляка, который предложил мне еду. — И эту одежду? — спросила она, указывая на его халат. — Должна сказать, она довольно старомодная. Укун фыркнул. — Это отличные одежды! И не зачем мне просить одежду, коль она у меня уже есть. Девушка моргнула. — Она уже была на тебе? — Затем она потёрла подбородок и прищурилась. — Ты сказал, что ты встретил соотечественника. Значит… ты азиат? Китаец? Японец? — Я из... — он на мгновение задумался, чтобы перевести эти слова в уме, и вспомнил карту, которую показал ему Пэйчжи. — Из Китая, да. Если предыдущий её допрос был вызван праздным интересом, то теперь девушка, казалось, напряглась. Странно. Что же он такого сказал? Царь Обезьян ещё раз окинул её взглядом с головы до ног. Несмотря на довольно… вызывающий наряд и бледность, её обнажённые руки демонстрировали скрытую под кожей мускулатуру. Была ли она знатной особой? Это было бы логично, особенно учитывая корону. Большинство крестьян не могли позволить себе такие наряды. С другой стороны, он почти не видел здесь людей в лохмотьях. Как бы то ни было, эта девушка была воином, в этом не было никаких сомнений. Она была готова нанести удар, если бы нашла для этого достаточную причину. — Итак, ты решил действовать в одиночку или тебя уже кто-то завербовал? Чтож, возможно... ему стоит привести для того вескую причину. — Хм ... Мастеру Тану бы это не понравилось ... Но может она меня развлечет. Те головорезы были не такой уж сложной задачей. Он перекинул посох через плечо и, держа его как карамысло, медленно зашагал по кругу. — И с какой стати я должен рассказывать тебе о своих делах, девочка? Я тебя не знаю. Она ухмыльнулась и положила руку на бедро. — Что ж, раз ты здесь новенький, позволь мне вкратце представиться. Меня зовут Слава, и я думаю, что тому, кто прыгает с одного здания на другое, не помешала бы помощь в ориентировании в городе. Как мило. — Слава? — Он хрипло рассмеялся: — И кто тут претенциозный? Какой славой ты заслужила такое прозвище? Слава прищурилась. — Я же говорила тебе, чтобы ты не умничал. Тебе повезло, что я не такая психопатка, как Крюковолк или Лун. Они бы не стали церемониться и разорвали тебя пополам. — Странные имена, но в них есть что-то весомое. Известные личности в этих краях? — подумал Укун. Затем он усмехнулся и перестал расхаживать взад-вперёд. — Я слышу высокомерие в твоем голосе? — он ухмыльнулся, и его хвост зашевелился. — Осторожно, ты можешь укусить не тот персик. Летающая девушка приподняла бровь. — Ты имеешь в виду яблоко? — Почему яблоко? — ...потому что, ну, знаешь, кребы. Ну, знаешь, мелкие, красные, невкусные. Серьёзно, ты не знаешь, что такое кребы? — она изобразила руками круглую форму, оправившись от шока. — Хм, — он почесал подбородок, а затем покачал головой. — Никогда о таком не слышал! Обязательно попробую как-нибудь. — От её растерянного взгляда он чуть не расхохотался. Укун подбросил свой посох и стал вертеть его золотой наконечник, лениво проводя пальцем по замысловатому рисунку дракона, вырезанному на нём. — Хоть я и ценю твоё предложение о помощи, думаю, я справлюсь сам. Но ты ведёшь себя как воин, и, должен признать, я заинтригован. — Он направил посох на неё. — Так почему бы нам не устроить небольшой поединок? Проверить силу кулаков и оружия? — Кулаков и оружия? Ты хочешь сразиться со мной? — спросила Слава, уперев руки в бока. — Ух ты, умник и любитель подраться. Почему? — спросила она. — Чтобы посмотреть, соответствует ли ты своему прозвищу. Ты так уверена в себе, и я хочу знать, честная ли это уверенность или просто маска высокомерия. — Она снова прищурилась. — Хотя, судя по качеству местных головорезов, я понимаю, откуда у тебя такая уверенность. — Ты уже сражался с гангстерами? Да, рядовые члены банд не более чем жалкие подобия людей. — А, так они всего лишь пушечное мясо, — на лице Укуна появилась озорная улыбка. Она оказалась более осторожной воительницей, чем он думал. Но если он и умел что-то делать лучше всех, так это раздражать других. — Должен сказать, что ты называешь себя героем, но твой наряд говорит об обратном. Ты уверена, что ты не шлюха, которая с дуру решила вытворять всякие странные трюки? На этот раз он добился своей цели. Глаза девушки расширились от оскорбления, а затем сузились, как у ястреба. Она хрустнула костяшками пальцев и согнула ноги в коленях. — Значит, предупреждения не доходят до твоей мохнатой головы. Приятно знать. Ладно, обезьяна, я готова. Кто останется стоять, тот и выиграет. Если захочешь отступить, я не буду тебя винить. В отличие от жалких головорезов, я не слабачка. — Ха! Это лучшая шутка, которую я слышал с тех пор, как проснулся! — Царь Обезьян крутанул своим посохом, прежде чем направить его на неё. — Тогда, во имя славы, девочка, покажи, что за сталь стоит за твоими словами!