— Значит, ты счастлива с Максимом?

*** — Значит, ты счастлива с Максимом? — Очень. Я жить без него не могу, Марьян. Он всё время здесь, — я тянусь рукой к виску, показывая пальцем, где прочно засел Левин. — И здесь. Везде он. Голова. Сердце. Кожа.  — Ты настолько сильно влюбилась в него, Ангелина? — Влюбилась! Даже, если весь мир будет против Максима, я буду стоять за его спиной и подавать ему патроны. — Девушка глотает ком в горле, тупо уставившись на меня. Ты сейчас пошутила? Да? — Нет. Я сказала тебе то, что думаю. *** Я выхожу из парадной и ищу глазами гелик Максима. Чёрный бумер синхронно моргает фарами, привлекая внимание. Мой взгляд падает на государственный номер «х777ум.799» Московские номера, ну, конечно же. — Подвезти, красотка? — Макс выходит из бумера и, опираясь локтем на крышу машины, обращается ко мне. Бумер? — Я ровняюсь с Максимом, а затем заглядываю в салон авто, любопытно осматривая. — Махнулся на гелик, не глядя? Максим негромко смеётся, обнимая меня одной рукой: — Типа того. Что? Не нравится чёрный бумер? — Чёрный бумер, чёрный бумер. Стоп-сигнальные огни, — я тяну нараспев знаменитый хит Серёги, ловя боковым зрением улыбку Максима. *** Максим нависает надо мной своей мощной фигурой, крепко прижимая к гладкой поверхности стола. Я смотрю на него снизу-вверх, кусая губы. Его широкая грудь и рельефный живот здорово возбуждают. Я устремляю взгляд на темную дорожку волос, спускающуюся к паху и задерживаю дыхание. Сердце бешено стучит, а в горле становится слишком сухо. Мне жарко, душно и я, кажется, теряюсь в пространстве. Макс помогает мне подняться, а затем толкает вперёд, заставляя лечь плашмя и уткнуться лицом в стол. Я тихо вскрикиваю, когда мужчина закидывает мою правую ногу на столешницу. — Ты была плохой девочкой, Изосимова, и мне придется тебя проучить, — Максим издает странный рык и входит в меня двумя пальцами. Он вдалбливает в мою дырочку удар за ударом, сжимая грудь одной рукой. — Не кончай. — Максим останавливается на короткий миг, позволяя мне отдышаться, а затем снова врывается в тугое лоно, теперь уже тремя пальцами. Я ощущаю, как меня распирает изнутри. — Слишком много, быстро, больно, но приятно? Тебе нравится? — Да, — выдыхаю я, ощущая липкую влагу между ног. Когда Максим достает из моей дырочки пальцы, мне становится невыносимо. Я хочу его. Хочу его сладкие пытки и жесткие губы. — Макс, не останавливайся, пожалуйста. — Мужчина усмехается за моей спиной, не торопясь выполнять просьбу. Он намерено медлит, заставляя меня сгорать от возбуждения. Я чувствую, как к моей голой заднице прижимается его горячий член. Он водит им по распаленной плоти, дразня меня еще больше. Я сжимаю до беления пальцев кромку стола и едва стою на одной ноге. Я кусаю губы до болезненных откликов и почти хнычу, когда головка члена касается моих складок. Максим хватает меня за бедра и насаживает на свой член, врываясь мощным толчком. Он пронзает меня резкими движениями, упираясь руками в мои плечи. Я на грани. Это безумие. Наше безумие. — Чья ты девочка? — Он опускается на мою спину, вдавливая в стол тяжестью своего веса. Я скольжу лицом по гладкой деревянной поверхности, ощущая на лбу мелкие капли пота.  — Твоя.  — Я не услышал. Громче, Ангел, — Макс останавливается, а потом выходит из меня.  — Твоя. Я — твоя, Макс. — Я странно хриплю на его имени, не узнавая собственного голоса.  — Запомни это, потому что у тебя нет обратной дороги, ангел. Ты не уйдешь от меня до тех пор, пока я этого не захочу. Одевайся. Максим бросает на стол мои трусики, а затем я слышу его шаги. Я пытаюсь восстановить дыхание и прийти в себя. Злость накрывает мощной волной, когда я осознаю, что все было игрой. Его игрой над моим телом. Он хотел показать мне, что я полностью в его плену, под его абсолютным контролем и властью. — Не смотри на меня так, ангел, — Максим ухмыляется, окидывая взглядом мою фигуру. Я натягиваю трусики, а затем пытаюсь застегнуть крючки на лифчике. Мужчина подходит ко мне и, не спрашивая разрешения, хватает за затылок, больно вонзая в кожу свои пальцы. — Напугал? — Разозлил.  — Очень? — Его игривый тон распаляет меня еще больше. Я пытаюсь оттолкнуть его мощную грудь от своего тела, но получается, что только упираюсь руками. Скала, мне не сдвинуть его и на сантиметр.  — Не трогай меня.  — Где тебя не трогать, ангел? Здесь? — Мужчина ныряет ладонью в чашечку моего лифчика и прокручивает между пальцев сосок. Или здесь? — Крепкая рука насильно раздвигает мои ноги, а затем погружается в трусики. Макс сжимает мои складки, и я тихо вскрикиваю.  — Ты не можешь так просто издеваться над моим телом, — я пытаюсь никак не реагировать на прикосновения, но это безрезультатно. Я подсела на него. Подсела на его жесткие губы и грубые руки.  — Ну, ты же играешь на моих чувствах. Кто тебе разрешал, а? — Потому что это все неправильно, Максим. Так не должно быть. У наших отношений нет будущего. Так почему не прекратить все сейчас, пока я не влюбилась в тебя? — А, если я уже влюбился? Если я уже не представляю без тебя жизни. Что тогда делать?  — Но это невозможно.  — Сомневаешься в моих словах?  — Не знаю, — я пожимаю плечами, не веря признанию Максима. Он не может влюбиться в меня. Он же такой сильный, взрослый и весь неправильный. А еще он опасный. Слишком опасный для меня и моего сердца. Максим поддается вперед и врывается в мой рот горячим языком. Делает мощные выпады, напрочь лишая кислорода. Я поддаюсь порыву и обнимаю широкие плечи. Его грубая щетина царапает кожу и обжигает щеки. Я льну к мужской груди, прижимаясь трепещущим телом к Максиму. Жар окутывает моё лоно, и я несмело опускаю руку на ширинку его джинсов. Провожу пальчиком извилистую дорожку, а затем накрываю ладонью, ощущая мужскую эрекцию. Максим выдыхает в мои губы рык, а затем прекращает поцелуи. — Твоя любовь нас погубит, Максим. — Черт с ним. Я готов к любому дерьму, только никогда не бросай меня, ангел. *** Утро. Я просыпаюсь от палящего солнца, пробивающегося сквозь занавес на окнах. Щурю глаза, прикрываясь рукой, а затем опускаю взгляд на мирно спящего Максима. Он такой красивый, даже, когда спит. Во сне его черты лица кажутся миловидными. Идеально ровный нос, правильные скулы, и мои любимые губы. В нём все идеально, даже слишком. Я перекатываюсь на живот и опираюсь на локоть. Касаюсь пальцем мужской груди, очерчивая контур соска. Максим хмурится во сне, а потом открывает глаза и резко одергивает мою руку. Подносит её ко рту, целуя и облизывая каждый палец. — Доброе утро, ангел, — с утра его голос заметно хрипит. Я поддаюсь вперед, наваливаясь всем весом на Максима. — Доброе утро, Левин, — мужчина криво ухмыляется, опуская руку на мою ягодицу. Я смотрю на его голое тело, глотая слюни. Невозможно оторвать взгляд от мощной подкаченной фигуры и широкой спины, на которой красуется черный сокол, расправив крылья. Я встаю с кровати и подхожу к Максиму. Обхватываю его руками, насколько хватает сил. Льну к его спине, упираясь щекой ниже лопаток. — Ангел, ты умеешь управляться с кофе машиной? — Голос Максима выводит меня из сладких грез. — Умею. — Тогда дуй на первый этаж. В кухне есть кофе машина. Я буду двойной эспрессо с одним сахаром. — А волшебное слово? — Дуй бегом, а иначе я пройдусь по твоей заднице, и поверь, тебе это точно понравится, — я глотаю ком в горле, понимая, что Максим имел в виду не шлепок по заднице. — Вообще-то я хотела услышать «Пожалуйста»! — Я тебя услышал, ангел. Виноват. Исправлюсь. Сделай мне кофе. Пожалуйста, — добавляю я.  Пожалуйста, — выдыхает в мои губы Максим, награждая ласковым поцелуем без языка. Я тону в его объятиях. Позволяю себе довериться этому мужчине. Я не представляю жизни без Левина. Да я лучше сдохну, но больше никогда не откажусь от него. Наверное, я окончательно съехала с катушек. *** Я откидываюсь назад, растворяясь в спазмах экстаза. Голову туманит мощные толчки внутри моего лона. Раз за разом выпады Максима становятся всё глубже, напористей. Он вдалбливается в меня, давая чётко понять, чья я девочка. Максим оставляет на мне своё клеймо, когда обильно изливается спермой на мой гладкий живот. Я смотрю на белую тягучую жидкость и ощущаю его запах. Запах моего мужчины. Максим доводит меня до оргазма своим умелым языком и ловкими пальцами. Я цепляюсь за его плечи, рассекая кожу длинными ногтями. Ухмыляюсь про себя. Теперь на нем тоже моё клеймо. Душ принимаем вместе. Я не могу надышаться рядом с этим мужчиной, ощущая, как в груди становится слишком тесно для быстро бьющегося сердца. Мои глаза всё время устремлены на Максима. Его мужественный стан путает все мысли. Я плавлюсь под натиском одного только взгляда. Вжимаюсь в холодную стенку, чувствуя его руки, омывающие моё тело гелем для душа. Мы прижимаемся друг к другу и шумно дышим под горячим паром. Я несу на руках свою девочку, когда мы заканчиваем принимать душ. Ангелина льнёт к моей груди, зарываясь лицом в поросли волос. Я вдыхаю её аромат и просто схожу с ума, осознавая, что конкретно вляпался. Мне сносит башку от одного только взгляда её красивых глаз. Ангел смотрит на меня восхищённо, боготворя, и это не может не заводить. — Гель, я всё ещё хочу кофе. Пожалуйста. — Опускаю Ангелину на пол, а сам подхожу к шкафу-купе. Роюсь на полках, пытаясь найти подходящую одежду для Ангелины. Вчера мы испортили её платье, точнее, его испортил я, когда не смог удержаться и обильно кончил. Эти мысли снова заводят меня с полуоборота. Моя нимфоманка. Такая соблазнительная. Ангелина даже не представляет, какую власть приобрела над моим телом. Мне достаточно только посмотреть на её припухшие, от моих поцелуев, губы, как у меня появляется стояк. — Ангел, надень лучше это. — Ангелина удивлённо смотрит на меня. — Твою рубашку? Серьезно? — Я киваю головой, а ангел начинает громко хохотать.  — Ну, что ж, Максим Николаевич, раз ВЫ так настаиваете, то, конечно же, так и быть. Я надену ВАШЕ Армани, а потом нечаянно его испорчу, как это сделали вчера ВЫ с моим любимым платьем.  — Да, пожалуйста, Изосимова. Испорть. Для меня, — я подхожу к ангелу и натягиваю на её изящные плечи свою рубашку. Ухмыляюсь себе под нос, окидывая взглядом комичный образ. Я тянусь руками к пуговицам. Не торопясь застегиваю каждую, а затем закатываю рукава. Покончив с одеванием, обнимаю ангела, прижимая к своей груди. Глажу ладонью тёмные волосы, вдыхая аромат. Она пахнет мной, моя Геля, моя сердцеедка. — Я пойду, Максим. Возможно, в твоём холодильнике найдутся продукты, и тогда я приготовлю завтрак. — Ангелинакусает губы, хитро сощурив глаза.  — Найдутся, не сомневайся. ангел, — я окликаю девушку, когда она подходит к двери. — Я люблю тебя! — И я тебя!