Снова кошмар, Линч?

Глубокая ночь стелилась синим одеялом, ложась на крыши домов, асфальт, машины. Кого-то этот поздний час успокаивает своей тишиной, даёт передышку после тяжёлого дня, расслабляет тишиной, а кого-то сводит с ума...

***

Линч подрывается на кровати, резко садится. Он пытается отдышаться, движения дёрганные, зрачки бегают по комнате. Снова кошмар. Его приступ паники длился бы гораздо дольше, если бы рядом не лежал Джон, который, кстати, проснулся и недоумевающе смотрел на Егора. - Линч, – тихо позвал его друг, – Что случилось? Риторический вопрос. Он знает, что случилось. Не первый раз ему приходится насильно укладывать спать Егора. Он настолько зациклен на грядущем апокалипсисе и смерти Джона, что каждый его сон был новой интерпретацией Фиолетовой Земли. Ещё, сны, связанные с кончиной друга, в последнее время стали посещать гораздо чаще, оттуда и пошла мания контроля. - Я...я в порядке, – голос Линча дрожал, руки совершали абсолютно нецелесообразные движения. - Вижу я твой порядок, – без упрёка, по-доброму говорил Джон, поднимаясь, чтобы сесть поближе к Егору, – дрожишь вон, как осиновый листик. Он сел совсем рядом с Линчем, не оставляя места для тревожных мыслей, смотрит в глаза, это так успокаивает... Через несколько секунд зрительного контакта, Джон аккуратно гладит _друга_ по голове, спускается ниже, оглаживает плечи, заставляя напряжённые мышцы расслабиться, нежно ведёт по рукам, прямо к ледяным ладоням, берёт их в свои горячие, слегка сжимая. - Всё хорошо, приятель, – шепчет он. Линч в последний раз с нежностью смотрит в глаза Джона прежде чем притянуть его к себе и крепко обнять. И вот тогда его голос переходит в бесконечный поток, – Джон...Джон...Не бросай меня, пожалуйста, – он почти кричит, умоляя, – прошу, только живи! Джон...– крик становится рыданием, Линч больше не сдерживает слёзы, которые катятся по лицу впитываясь в ткань толстовки приятеля. Джон лишь повторяет, – я рядом, я рядом, я рядом...– в какой-то момент Егор особенно сильно прижимает его к себе, что писателю остаётся лишь сделать то же самое, замолкая. Через время, когда плач превратился в редкие всхлипы, а Джон поглаживал его спину в успокаивающем жесте, Линч обессиленно прошептал, – я люблю тебя Ответ не заставил себя долго ждать. - И я тебя.