Реминисценция

— Этика же заключается не только в том, чтобы не читать чужие сообщения? Например, если говорить о личных границах, значит, нельзя и просто наблюдать за другими, верно? Девушка, сидевшая рядом, казалось, была немного удивлена. Даже несмотря на свои же слова о том, что он быстро растёт, с каждым их новым разговором Ло мог поразить её ещё больше. — Да, верно. Есть ещё множество таких примеров. Всё это, конечно, об отношении к другим существам. Допустим, перебивать других, когда они говорят с тобой, или прерывать чей-то разговор – невежливо, — Иветт перевела взгляд с открывающегося ей пейзажа на собеседника. — Ты спрашиваешь из-за того, что тебе снова кто-то сказал об этом? — Должно быть, она была обеспокоена и у неё уже появились мысли о том, что Лололошка смог успеть что-то натворить за время, которое они не виделись, а это всего несколько дней. Этот вопрос заставил Лололошку задуматься. Голос говорил ему о том, что этику придумали сами существа этой Вселенной, и соблюдать такие правила или нет – уже решение самого существа. Но он задумался о том, что таких правил может быть больше, сразу после ухода новой подруги. Казалось, ему уже говорили подобное. Только вот что именно? Ничего в воспоминаниях Ло не давало ответ на этот вопрос. Существовали и вопросы к самой конструкции этики: была ли она просто набором правил, поступками, которые ты совершаешь по совести, или чем-то большим? Чем-то, что формировало восприятие реальности? — Нет, — его ответ был неуверенным, но даже это дало Иветт возможность немного успокоиться, даже если только до последующих слов Ло. — Значит, Голос нарушает личные границы. — Раньше бы Ло задал это как вопрос, но сейчас это было произнесено как очередной факт, который он узнал. Только без удивления. Девушка ничего не произнесла. Для неё это тоже было лишь фактом, но тем, о котором она узнала уже давно. И всё же ей пришлось потерять доверие к Голосу не настолько быстро, как её другу. — Иветт, у тебя никогда не было чувства, что ты что-то забыла, но не можешь вспомнить? — Вопрос был странным, наверное, для любого существа, и прежде, чем на него нашёлся ответ, Ло продолжил говорить. — В плане, когда кажется, что в какой-то ситуации или разговоре с тобой уже происходило что-то подобное, уже доводилось говорить о таком, но ты не можешь понять когда, что именно, а главное – с кем можно было оказаться в такой ситуации или говорить о таком? — Это уточнение лишь ввело девушку в ступор. Сам его вопрос был неожиданным после того, о чём они говорили до этого. Что касается Иветт, он этого не знал. А вот сам жил с этим чувством практически всё время. Иногда даже в голове проносились мысли о том, что, возможно, сам он ничего не забывал, а ему просто не дали запомнить. Но то, что он забыл, было определённо важным. Это влияет на восприятие всего, даже не будучи известным. — Не было... Я даже не знаю, чем такое чувство, как ты его назвал, может быть вызвано у тебя, ведь если я правильно поняла, то это происходило с тобой. Иначе у меня нет ни малейшего представления о причине, по которой ты задаёшь мне такой вопрос. Взгляд сидящего рядом скользнул по горизонту, и он снова о чём-то задумался. В голубом небе с розовыми облаками всё ещё находился закрытый глаз. Здесь достаточно светло даже ночью. Сейчас за ними никто не наблюдает, никто их не подслушивает. По крайней мере, все в это верят. Сегодня вопросы Лололошки были довольно необычными. Даже Иветт в какие-то моменты не могла найти ответа. Его вопросы до этого были не тем, о чём обычно думают на его уровне, но теперь это стало заметнее. — Твоя идея о создании ночной коалиции. Иветт тоже посмотрела на глаз. — Ты хочешь так же найти ответы на свои вопросы, реализовав это? — Девушка вздохнула. — Пойти против Голоса и, возможно, законов этой Вселенной... Смело. Думаю, говорить тебе об опасности этой затеи и отговаривать будет бесполезно. Так что просто обещай не жертвовать собой ради достижения цели. Самопожертвование. Это слово было знакомо, но почему? Очередной поток вопросов, который так ни к чему и не приведёт. Замкнутый круг. Нужно что-то с этим делать, поэтому отступать от своих целей Лололошка не собирался. В конце концов, всё это было не просто дежавю, а чем-то более глубоким. — Обещаю. — Этого единственного слова было достаточно. Даже если он не сдержит обещание. Даже если это изначально была лишь ложь. Что-то изменилось. Само знание этого слова – «самопожертвование» – меняло всё. Будто что-то, связанное с его личностью, историей, было связано с этим понятием. И забыто. — Это странно. Ты замечала? Иветт посмотрела на него в недоумении. Для неё странными здесь были только его вопросы. — Я имею в виду, всё странно. Вселенная странная. Вся эта недосказанность. — После недолгой паузы Лололошка продолжил. — Все существа появляются в своём мире, представляя из себя только голову... а для получения остальных частей тела нужно переходить на новый уровень раз за разом! Как ты и говорила, вся наша жизнь заключается в сборе эйдосов для перехода на следующий уровень. — Ло выглядел грустным. Всё же мысли о таком никому не приносят радость. Иветт сама думала о подобном, но чтобы называть странной Вселенную... Такой ход мыслей был непонятен девушке. Ни одно существо не могло появиться в своём мире сразу полноценным. Такова, наверное, их Вселенная? Так или иначе, это было самым простым объяснением. — У меня всё время ощущение, что я что-то забыл. Ты это уже поняла, но то, что я забыл, – что-то очень важное. Никакого объяснения этому никогда не находилось, как бы Лололошка ни старался найти его. Были только уже ставшие обычными для него признаки дежавю и привычки. — Как думаешь, было ли что-то до нашего появления здесь? — Я... Ты имеешь в виду, жили ли мы до этого? Нет... Думаю, нет. Об этом ей думать и не хотелось. Иногда лучше быть в неведении. — Но как тогда всё объяснить? Где мы вообще находимся? Действительно. Ни одно существо не задаётся этим вопросом, ведь они просто появились в своих мирах, и перед ними поставили задачу. Как и почему они находятся здесь, тоже не имело для всех значения. Большинство даже о пространстве между мирами не знают. Хоть ночи и не были тёмными, начало светлеть. Скоро наступит утро. Лололошке следует уйти в свой мир, всё же они с Иветт видятся только по ночам. Не желают лишних ушей. И глаз, конечно, тоже. — Мне следует всё обдумать. С этими словами взгляд Иветт снова устремился на пейзаж перед ней. Её смятение можно было понять. Она выглядела умиротворённо в такие моменты, хотя неизвестно, о чём она думала, к каким выводам приходила. Её собеседник исчез в каких-то частицах. Телепортировался в свой мир, так же без предупреждения, как и пришёл. Хотя, если писать сообщение о своём скором визите, то оно может попасть не на ту вышку, следовательно, так и останешься без предупреждения. Через некоторое время они снова окажутся здесь, с новыми вопросами, очередными сомнениями и своими идеями. А сейчас просто не нужно вызывать у него подозрений.