Пиратские страсти

Хорошо оснащённый корабль «Кэналлоа» подошёл к своей жертве в предрассветном тумане, беззвучно, как призрак. Торговый бриг «Морская звезда» не имел ни малейшего шанса. Абордажные крючья впились в его борт с металлическим скрежетом, и на палубу хлынула волна криков, стали и порохового дыма. Ричард Окделл, шестнадцатилетний юнга, сжимал в дрожащих руках зазубренный нож. Всё его недолгое плавание было чередой лишений и унижений, но смерть в пекле абордажа не входила в его планы. Он отбивался с отчаянием загнанного зверя, и его светло-русые волосы, выбившиеся из под косынки, мелькали в клубах дыма как сигнальный флаг. Именно это мелькание и привлекло внимание капитана. Рокэ Алва, прозванный «Морским Вороном», руководил захватом, стоя на релингах своего судна. Его чёрный плащ развевался на ветру, а глаза, холодные и пронзительные, выхватывали детали в хаосе битвы. И он увидел его. Юнгу, почти мальчика, но сжимающего нож с такой яростью, будто это был кортик адмирала. Лицо, испачканное сажей и кровью, но невероятно прекрасное в своей дикой отчаянности. Синие, как южные моря, глаза, полные не страха, а яростного неповиновения. Что-то внутри Рокэ, давно забывшее простое человеческое любопытство, дрогнуло и ожило. Интересно. Он сошёл с релингов и направился через палубу, его люди расступались перед ним. Он шёл прямо к светловолосому юнге, отмахиваясь от попыток напасть ударами шпаги, будто от назойливых мух. Ричард, заметив приближение грозной фигуры в чёрном, инстинктивно отступил, наткнувшись на борт. Пути к отступлению не было. Перед ним стоял сам дьявол этих вод, капитан Алва. Легенды о его жестокости и ненасытной жадности ходили по всем портам. Ричард замер, подняв нож, готовый к последнему, отчаянному рывку. Но капитан не выхватил оружие. Он остановился в шаге и пристально, изучающе оглядел его с головы до ног. Взгляд был тяжёлым, обжигающим, как прикосновение раскалённого металла. — Ну, ну, — голос Рокэ был низким, с лёгкой хрипотцой, и звучал почти ласково на фоне окружающего ада. — Какая неожиданная находка среди этого ржавого железа и солёной требухи. Ричард не ответил, только сильнее сжал рукоять ножа. Рокэ усмехнулся. Медленно, давая юнге время среагировать, он протянул руку в кожаной перчатке и… легко, почти небрежно, выбил нож из его ослабевших пальцев. Оружие со звоном упало на палубу. — Не годится такой красоте мараться в этой бойне, — произнёс капитан, и его пальцы схватили Ричарда за подбородок, грубо приподняв его лицо. — Как тебя зовут, мальчик? — Ричард, — выдохнул тот, ненавидя себя за мгновенную покорность. — Ричард, — повторил Рокэ, как будто пробуя имя на вкус. — Подходящее имя для такого сокровища. За его спиной бой стихал. Команда «Морской звезды» была либо перебита, либо пленена. Пираты уже тащили на свой корабль сундуки и бочки. — Капитан! — окликнул его боцман. — Груз учтён. Пленников в трюм? Рокэ не отводил взгляда от Ричарда. — Этого — нет. Он со мной. Остальных — как обычно. Кто выживет — продадим в ближайшем порту. Кто нет — корм для акул. Он всё ещё держал Ричарда за подбородок, и его большой палец провёл по его испачканной щеке, стирая полосу сажи. — Ты теперь мой, юный Ричард. Моя добыча. И я беру только самое ценное. С этими словами он легко, почти без усилий, подхватил сопротивляющегося юнгу на руки, перекинул через плечо, как мешок с мукой, и направился к «Кэналлоа». Ричард бился, кричал, но его крики терялись в общем гуле. Его мир, и без того жестокий, сузился до твёрдого плеча пирата, до запаха кожи, пороха и моря, исходящего от него, и до осознания одного простого факта: он больше не принадлежал себе. Каюта капитана на «Кэналлоа» была просторной и мрачной, как и её хозяин. Рокэ бросил Ричарда на ковёр у большого дубового стола и запер дверь на тяжёлый засов. — Успокойся, — сказал он, скидывая плащ и шляпу. — Крики тут никто не услышит. Или услышат, но ничем не помогут. Ричард поднялся на ноги, отступая к стене, его глаза метались в поисках выхода. Выхода не было. Только книги в резных шкафах, странные карты на стенах и огромная кровать под балдахином. — Что… что Вы собираетесь со мной делать? — его голос дрожал, но он старался держать его твёрдо. Рокэ налил два бокала тёмного рома, один протянул Ричарду. Тот не взял. — Для начала — выпьешь со мной. А потом… — капитан отхлебнул из своего бокала, его взгляд скользнул по фигуре юнги, задержавшись на слишком тонкой рубашке, прилипшей к телу от пота и морской воды. — Потом посмотрим. Ты мне понравился. Такая… яркая искра в сером море дерьма. Я редко что-то хочу просто так, для себя. Но тебя я хочу. — Я не вещь! — выкрикнул Ричард. — На моём корабле всё относится к вещам, — спокойно возразил Рокэ. — Люди, груз, даже сам корабль. А ты теперь — моя вещь. Самая красивая из всех, что у меня есть. И я научу тебя этому. Ты будешь одет в бархат и шелка, а не в эти лохмотья. Ты будешь есть с серебра, а не глодать солонину. И ты будешь спать здесь, — он кивнул на кровать, — а не в трюме с крысами. Он сделал шаг вперёд. Ричард прижался к стене сильнее. — А если я откажусь? — Тогда ты будешь спать в трюме. И есть с крысами. И носить лохмотья. Но ты всё равно будешь моим. Просто… менее удобным вариантом. — Рокэ стоял теперь прямо перед ним, блокируя собой весь свет от единственного иллюминатора. — Я предлагаю тебе выбор, мальчик. Роскошь и защиту под моим крылом. Или ту же участь, но с лишениями. Умный бы выбрал первое. Он снова поднял руку, но на этот раз не для того, чтобы ударить. Он провёл пальцами по светлым волосам Ричарда, выбившимся из косынки. — Такие волосы… они как солнечный свет. На моём корабле всегда не хватает солнца. Ричард стоял, не в силах пошевелиться. Страх боролся в нём с чем-то другим… с облегчением? С тем, что кто-то наконец увидел в нём не просто груз, не просто пайщик, а что-то… ценное? — Я… я не буду Вам подчиняться, — прошептал он, но в его голосе уже не было прежней силы. Рокэ улыбнулся. Это была не добрая улыбка. Это была улыбка хищника, который знает, что добыча уже в ловушке. — О, ты будешь. Со временем. Я научу тебя. А пока… — он отступил, давая тому пространство. — Сними эту грязную тряпку. Я велю принести тебе воду и новую одежду. Мою одежду. Ричард смотрел на него, его разум отчаянно пытался найти лазейку, выход. Но выхода не было. Только этот тёмный, опасный человек и бескрайнее море за бортом. И он, медленно, с ненавистью к своей слабости, начал расстёгивать пуговицы своей заношенной рубахи. Рокэ наблюдал, не скрывая своего интереса, и в его глазах горел огонь нового, самого увлекательного за долгое время завоевания. «Кэналлоа» развернулась и взяла курс на открытое море, оставляя за собой догорающие обломки «Морской звезды». На её борту, в каюте капитана, начиналась новая история. История о том, как морской ворон нашёл своё самое редкое и прекрасное сокровище. И как он намерен был никогда, никогда его не отпускать.