Emergency

So go ahead and wrap your arms around me

Arms around me, arms around me, yeah

Go ahead and wrap your arms around me

Arms around me, arms around me, yeah

Sleep token — Emergency

На протяжении всей своей жизни Ли До оценивал свою связь с огнестрельным оружием как нечто сродни жестокой иронии, от которой как бы он не старался, а сбежать так и не удалось, вопреки всем предпринятым попыткам. Связь, тянущаяся красной нитью, была чётко прочерчена и никоим образом не старалась скрыться, а даже наоборот — вовсю процветала, не привнося за собой ничего кроме страданий и списка целей, чья кровь и безвозвратно потерянные жизни навсегда отпечатались на его руках. Прочная как канат, она паразитировала на его чувствах и моральных убеждениях, из раза в раз внося в жизнь одни сплошные проблемы, решение которых падало на его плечи тяжёлым, местами неподъёмным грузом. Каждый раз, когда приходит время отойти ко сну, он из раза в раз видит перед собой далеко не сказочные поля или красочные картины благоприятных событий, произошедших накануне, а опостылевший прицел винтовки с бескрайними просторами пустынь и мелькающими целями, чьё устранение является вопросом лишь нескольких моментов. Однако реальная продолжительность сего действия из-за неповоротливо растянутых рамок ночных кошмаров выглядит намного более неутешительной, вследствие чего Ли До приходится видеть однообразные по наполнению картины из раза в раз на протяжении всего того времени, пока подсознание милостиво не отступит в сторону, позволяя очнуться, или же покуда не раздаться звонок будильника, знаменующий начало нового, не менее однообразного по своему наполнению дня. Такова его жизнь, однако, как бы он не старался, а сбежать от неутешительного прошлого у него никогда не получалось. *** Ещё до того, как начался основной замес со смертями из-за появления у простых граждан неконтролируемого оборота незаконного огнестрельного оружия, Ли До начал получать определённого рода знаки. Просто он сам, вопреки его выдающимся способностям, не смог понять очевидного. В какой-то момент при закрытии глаз его больше не ждали привычные пейзажи пустыни, нет — на их место пришли образы. Сначала они были нечёткие и максимально разрозненные, чаще всего основываясь на одной конкретной, но в тоже время абстрактной детали. То офицер полиции видел полумрак просторной спальни, не являющейся его собственной, то ощущал мужские руки, настойчиво обнимающие его со спины, чья хватка, несмотря на видимую хрупкость, таковой совсем не являлась. После несколько таких сновидений «коллекция» образов начала по-тихоньку пополняться. Вначале он в комплект к примерным пропорциям человека получил ощущение мягкости чужих волос, чья длина была нестандартной для привычного ему окружения, а после этого пришло время для ассоциаций, завязанных на запахах. И вот здесь и наступил тот самый момент, на который ему бы — по-хорошему — стоило бы заострить внимание, но он этого не сделал. Аромат, преследовавший его как в ночное, а в последствии и в дневное время являлся ещё той смесью. От чужого тела исходила сложная композиция, имеющая в основе многослойный шлейф, который при каждом новом вдохе раскрывался чуть-чуть, но по-другому. И Ли До, будучи человеком далёким от близких отношений с противоположным полом, но отчётливо опирающимся исключительно на свой многолетний опыт, мог с уверенностью сказать, что ни одна парфюмерная вода не смогла бы в полной мере повторить данную смесь запахов. Во всём многообразии офицер До чётко слышал тяжесть табака, смеси чёрного и острого перцев, тепла, привезённого из далёкой и солнечной страны, алкоголя, чья цена за бутылку была явно выше среднего за одну условную единицу и пресловутого пороха с оружейной смазкой, от которых он даже в такие минуты никак не мог избавиться. Однако, даже опираясь на своё обоняние, Ли До помимо благостных и привычных ему вещей также мог уловить ноты, невольно отторгающие при первом контакте с ними. Так помимо всего прочего офицер полиции чётко смог распознать запах чернил и тяжёлых лекарственных препаратов, въевшихся настолько сильно в кожу рук незнакомца, что от такого специфического клейма не так-то просто избавиться. И это не могло не смущать, ведь мир, по-прежнему живущий в вере в концепцию сказочной и — по меркам части современного поколения — уже довольно устаревшей модели «поиска родственных душ», требует обращать на такого рода детали особое внимание. Такие знаки красноречивей всего указывают на ментальное и физическое состояние партнёра, который по идеи должен стать верным спутником до самого последнего вздоха. И хотя офицер До, будучи человеком, познавшим в полной мере горе от безжалостной потери близких отношений с родными людьми из-за их безвременной кончины и закалки, полученной за счёт военного прошлого, предпочитая держаться от поиска «идеального» партнёра как можно дальше, даже так не может отрицать, что приятно во время отдыха вместо опостылевших событий минувших дней ощутить чужую, но столь родственную связь с тем, кто по задумке никогда не сможет от него отвернуться. *** Появление в его жизни Мун Бэка вместе с делом о незаконных поставках огнестрельного оружия принесло в размеренный, некогда привычный уклад ценностей ураган событий и этот водорот было невозможно остановить, как бы мужчина не старался. Оглядываясь назад, Ли До не может не корить себя за беспечность, проявленную в отношении данного человека, и безграничную слепоту. Будь неладны все те ассоциации, проводимые между личностью молодого мужчины и его покойным младшим братом, а также связи, сформированные за счёт сновидений. Ведь тревожные звоночки, дающие знать о себе ранее, стали ещё заметнее, стоило ему вступить в непосредственный контакт с нарушителем спокойствия. Тот, кто на первый взгляд казался лёгким на подъём человеком, не до конца осознающим важность соблюдения личных границ из-за ограниченности отведённого ему самому времени, ворвался в его жизнь резко, перевернув всё с ног на голову, напрочь поломав всё то, что он с таким трудом строил на протяжении долгих лет, при всём этом руководствуясь собственными, совсем не безоблачными мотивами. Уже при первой встрече с Мун Бэком офицер До успел отметить и хорошо знакомые ему по смутным образам, нетипично длинные волосы молодого мужчины, и специфический шлейф лекарственных препаратов, а также абсолютно противоположный его собственному характер, однако, в тот момент у него не было времени сконцентрироваться на подобного рода деталях. Тогда намного важнее было поймать и обезвредить преступника, угрожавшего жизням других, ни в чëм неповинных людей. Уже намного позже, при личном, более тесном и откровенном контакте с Мун Бэком Ли До смог его лучше понять, а также уловить новые, но в тоже время уже хорошо знакомые по многочасовым сновидениям подсказки, предсказывая дальнейшие действия нового знакомого наперёд. И невольно, с каждым контактом его отталкивающая других броня постепенно рушилась, а взамен приходило столь хрупкое, но драгоценное для него доверие. И сейчас, уже бывший офицер полиции не может не корить себя за столь откровенное пренебрежение элементарной логикой и игнорирование очевидных деталей. И винить никого кроме себя самого мужчина не может. Ведь даже беря в оборот пресловутую связь родственных душ, Ли До и только он сам виноват, что подался её магнетическому влиянию, позабыв о том, что так долго и трепетно охранял. От вида одной только насмешливой, но казавшейся такой искренней улыбки молодого мужчины, офицер До сам невольно начинал улыбаться в ответ, ещё не зная, что во сне перед ним в полной мере предстанет картина жарких ласк, в которых ему отведена роль принимающего. И теперь, пожиная плоды своей легкомысленности, находясь на руинах разрушенных жизней, его неотъемлемые принципы и пресловутая гордость разрушены и отрицать это бесполезно. Ведь попав в умело расставленную ловушку зверя, он добровольно в неё вступил и теперь ничего нельзя изменить. *** Открыв глаза, Ли До в очередной раз убеждается в насмешке судьбы: та спальня, что когда-то ему привиделась в качестве одного из первых знаков их будущей связи с Мун Бэком, в конечном итоге стала местом его конечного пункта назначения: золотой клеткой, в которой всё для него и закончится. При виде современного и довольно дорогого интерьера, бывший офицер полиции вспоминает и самого владельца апартаментов. В памяти вновь и вновь возникают детали, которые в нынешней реальности уже не получается игнорировать. Такой, к примеру, частью стал гардероб, способный помимо разнообразия похвастаться также и богатым ценником на выходе. В редкие моменты трезвости разума Ли До ощущает особенную иронию от своего нынешнего положения: вроде умирающим здесь является его вторая половина, а не хилую долю наркотиков получает именно он сам. Ведь вопреки собственным потерям и горестным переживаниям, мужчина всё ещё способен сражаться — был бы, если не делать поправку на препараты, чей состав из раза ломает его волю, играя с ним в жестокие игры, по сравнению с которыми даже его прошлое кажется чем-то незначительным и недостойным упоминания. Будучи в прошлом снайпером, побывавшим в разных концах планеты, Ли До не понаслышке знаком с подобного рода веществами. Ему прекрасно известно о том, как именно их производят, о быстро приобретаемой зависимости от них и о побочных эффектах, в частности. И самое противное, что Мун Бэк не хуже его разбирается в данном вопросе. Ведь недаром он является тем, за кем когда-то Ли До и сам гонялся в годы расцвета своей военной карьеры. Поэтому ощущая на теле уже хорошо знакомые ему объятия крепких рук с привычными нотами в запахе, Ли До чувствует себя хуже некуда. Как бы ему плохо не было, а связь между ними уже успела сформироваться, оплетя их тела и души толстенными лианами подобно прочному канату. — Подожди ещё немного: уже совсем скором мы сможем в полной мере вкусить хаос окружающего мира. Позволь мне провести тебя по этой кровавой дороге и тогда ты уже не сможешь отвернуться от того, кем ты являешься на самом деле, дорогой, — произнёс сладким шёпотом Мун Бэк прямо в ухо своему партнёру. И Ли До знает, что как бы он не старался, а остановить уже запущенный автоматизм ему не суждено. В конце концов, помимо захвата нового, неискушённого ранее рынка Мун Бэк также преследовал цель найти и поймать своего соулмейта в ловушку полного обладания. И теперь, когда мужчина смог достичь обеих целей, никто не вправе мешать ему довести начатое до победного конца. Ведь теперь, когда его руки настойчиво обнимают столь ценное сокровище, а губы прикусывают мочку правого уха, у него появился дополнительный стимул жить дальше, так как если верить последним исследованиям, особенно крепкая связь с родственной душой способна совершить настоящее чудо, вроде исцеления от даже самого безнадёжно-запущенного заболевания. И Мун Бэк планирует ухватиться за этот шанс всеми возможными способами. В конце концов, он так долго и упорно искал свою вторую половину не для того, чтобы так быстро с ней расстаться.