Тише, детка, их рядом нет

Макс прижимает Кими к стене в укромном коридоре за автодомами. — Макс, — задыхается итальянец. — Мне так жаль, это был несчастный случай! Я не специально! Макс ничего не отвечает, просто вставляет бедро между ног Кими. Кими охватывает паника, когда он чувствует, как кровь приливает вниз. Ему не должно нравиться происходящее. Уверен, Макс ничего такого не имел в виду, и это просто совпадение, что мускулистое бедро голландца давит прямиком на его член. — Пожалуйста, Макс! Ты должен верить мне! Клянусь, я... Ему требуется несколько секунд, чтобы осознать: Макс целует его. Медленно и осторожно, словно боится, что одно неверное движение - и юноша сбежит. Кими слегка отстраняет Макса, заставляя блондина прервать поцелуй. — Разве ты не должен злиться на меня? — тихо спрашивает он. Не то чтобы ему не нравилось целоваться с Максом Ферстаппеном. Вообще-то, ему очень нравилось ощущать губы Макса не только на своих губах, но и по всему телу. Но сейчас он чертовски сбит с толку. Макс должен был кричать на него, называть его долбаным идиотом и злиться. В конце концов, это Кими угробил его гонку на третьем повороте. Но вместо этого Макс выглядит так, будто беспокоится о нём. И Кими ничего не понимает. — Может, если бы это был не ты, я бы взбесился, - пожимает плечами Макс, затем поднимает руку, чтобы провести пальцами по линии челюсти Кими. — Но это был ты. А ты - новичок. Исключительный, но всё же новичок. И тебе позволено ошибаться. Его глаза ищут взгляд Кими, который пытается отвести глаза. - Слушай, — вздыхает он. — Я не зол, я не разочарован и не буду таить обиду. Я уверен, ты сделаешь выводы и тебе очень жаль. Так что не будь так строг к себе и отпусти это. Голландец снова целует его, запуская пальцы в тёмно-каштановые пряди. Кими позволяет себе немного растаять в этом поцелуе. Его руки находят путь к бицепсам Макса, сжимая твёрдые мышцы. Кими теперь болезненно возбуждён. Он опускает руку с руки блондина вниз, к его боку, затем к животу, останавливаясь, не дойдя до самого интересного. Но Макс не из робких, когда дело доходит до такого — до секса — и он хватает руку на своём животе и уверенным движением направляет её ниже, на свой член. Макс стонет от прикосновения, а у Кими от одной только мысли о том, чтобы принять Макса внутрь себя, наполняется рот слюной. Он бы не сказал, что член Макса Ферстаппена - его самая большая слабость, но только потому, что произносить такое вслух унизительно. Макс сильнее прижимает Кими к стене, надавливая на его плечи. Кими постанывает, чувствуя, как другая рука Макса крепко хватает его за бёдра. — Макс, пожалуйста! — взмоливается он, уже отчаянно жаждая его члена. Он всегда такой. Пытается изобразить недоступность, но оба знают, что в итоге он будет плакать и умолять, чтобы его заполнили до отказа.Не волнуйся, малыш, — шепчет Макс. — Ждать осталось недолго. — Голландец приставляет головку своего члена к тугому мышечному колечку отверстия Кими. Итальянец стонет его имя, пожалуй, слишком громко для места, где они устроили эту сходку. Макс не тратит время на медленные ласки, он знает, что сейчас на это нет времени. Вместо этого он начинает яростно вгонять себя в задницу Кими. Каждый толчок вырывает у младшего высокий, сдавленный стон, и это сводит Макса с ума. Может, стоило подготовиться получше, но Кими был слишком уж воодушевлён перспективой быть трахнутым голландцем как можно скорее. Макс с силой впивается зубами в плечо пилота «Мерседеса», до крови протыкая кожу. Всё это грязно и определённо безрассудно, но, чёрт возьми, - разве мужчине нельзя насладиться своей трапезой? Он обхватывает рукой отчаянно сочащийся член Кими, доводя парня до оргазма. Сам Макс тоже близок, настигая свой пик, и меняет положение. Его толчки становятся неровными, несогласованными, но он попадает по простате Кими в последний раз, и брюнет кончает ему на руку брызгами. Кими приходится кусать собственную ладонь, чтобы заглушить стоны. Макс кончает вскоре после него, заполняя презерватив. Он наклоняется вперёд, чтобы положить подбородок на плечо Кими. Итальянец вздрагивает и тихо вскрикивает. — Чёрт, прости! — Макс резко отстраняется, его член выскальзывает из использованного отверстия итальянца. Он видит размазанную по шее и плечу младшего кровь от укуса.  — Не нужно, ерунда, — Кими прижимает к ранке салфетку. Это всего лишь поверхностная царапина, но эти штуки кровоточат до смешного сильно. Макс тоже берёт несколько салфеток и начинает вытирать уставший член Кими, липкий от спермы. Затем заправляет его обратно в огнеупорные штаны. Итальянец отмахивается от рук Макса, когда тот тянется, чтобы вытереть свой собственный, уже мягкий член. Прикосновение младшего пробегает дрожью по его позвоночнику, даже несмотря на то, что пик страсти уже позади. Не успевают они до конца застегнуть комбинезон Макса, как пилот «Мерседеса» просовывает руку под ткань, обхватывает талию блондина и притягивает его ближе. Макс застигнут врасплох этим внезапным движением парня. Он привык всегда быть главным, но если Кими хочет повести, он, очевидно, не будет против. Он позволяет младшему пилоту притянуть себя к поцелую - возможно, более горячему, чем следовало бы посреди паддока. Но кого волнуют какие-то поцелуи, когда вы только что закончили трахаться и прямо здесь? Оказалось, что волноваться всё же стоило. — Эм-м, ребята! — в их сторону доносится шёпот-оклик. Они замирают на середине поцелуя.Чёрт, — бормочет Макс, отрываясь от Кими. Он знает, кому принадлежит голос, но, обернувшись, видит не только Алекса, стоящего в неловкой позе, но и рядом с ним Карлоса с его обычным сбитым с толку выражением лица. — И... как много вы видели? — спрашивает он, надеясь, что им удастся отделаться лишь застатым поцелуем. Но день явно проклят, и его надежда тщетна.К счастью, ничего, кроме вот этого, — Карлос указывает на них указательным пальцем. — Но... О, и как же Макс надеялся, что не будет никаких «но». Но сегодня явно не его день. Мы, возможно, слышали чуточку больше, чем нужно, - за спиной Кими громко ахает. — О боже, нет... — Он выглядит испуганным, руки прикрывают рот, лицо красное, как помидор, а глаза стеклянные. Алекс первым приходит на помощь, пытаясь успокоить Кими, пока тот не расплакался. — Эй, нет, не волнуйся, - он подходит ближе, хватая Кими за руки. — Мы никому не расскажем, обещаем. И не осуждаем.Но ты должен признать, странно видеть их вместе, - вступает Карлос, за что получает не впечатлённый взгляд от Алекса. — Как я и сказал, — продолжает более высокий пилот «Уильямса», по-прежнему ободряюще сжимая руки итальянца. — Мы не расскажем и не осудим, но в следующий раз вам, может, стоит сделать это в гостиничном номере, потому что отгонять людей отсюда явно было работой для двоих. — Спасибо, — щёки Макса розовеют от того, что их поймали. — Мы просто... увлеклись.Да, — соглашается Кими. — Может, даже слишком. — Алекс в последний раз взъерошивает волосы пилоту «Мерседеса», затем разворачивается, чтобы уйти. —О, и, Кими! — он внезапно оборачивается. — Авария. Такое случается со всеми. Для того ты и новичок, чтобы совершать ошибки и учиться на них. Так что продолжай в том же духе, как делал в этом сезоне! Когда пилоты «Уильямса» исчезают за углом, Кими с драматическим стоном прислоняется грудью к Максу. — Моя жизнь кончена! — ноет итальянец в шею блондина, что вызывает у того усмешку. — Не будь глупым, она не кончена. — Он целует макушку Кими, ощущая под губами мягкие завитки волос.