Глава 60.
13 декабря 2025 г., 13:10
Каменный жернов был огромным, и прежде чем его привезти, нужно было решить, где его разместить.
Шестой дядюшка (старейшина) всегда заботился о младших в семье, поэтому нельзя было приходить к нему с пустыми руками. Чжун Мин наполнил банку соусом из креветок и банку рыбного соуса — соусами, которые они с фуланом считали своими фирменными, и отправился к нему.
Шестой дядюшка имел высокий статус и его слово было весомым. Хоть он и не был самым старым в роду, все считали его главой. Если он брался за дело, никто не смел перечить.
Чжун Мин оставил подарки. Поскольку они не были дорогими, шестой дядюшка не стал отказываться, принял их и спросил, по какому делу пришёл Чжун Мин.
Узнав, что тот хочет купить каменный жернов для приготовления соусов и поставить его в родовом каменном доме, шестой дядюшка задумался: «Ты женился, взял фулана. Почему бы тебе не построить собственный каменный дом и не поставить жернов там?»
Чжун Мин опешил. Он понял, что никогда об этом не думал. С тех пор, как он себя помнил, он всегда прятался в горах от тайфуна вместе с семьями третьего и четвёртого дядьёв. А те, в свою очередь, после женитьбы брали с собой свои семьи, и он не видел в этом ничего странного.
Теперь, когда шестой дядюшка напомнил ему, он осознал, что принадлежит к младшему поколению, и после женитьбы должен построить собственный дом. Иначе старый дом семьи Чжун рано или поздно не сможет вместить всех.
Шестой дядюшка выбил золу из чаши своей курительной трубки: «Я не говорю, что нельзя ставить его в родовом доме. То, что ты хочешь одолжить жернов роду — это хорошо. Но в нашем роду Чжун столько людей, а душа человека — потёмки. Каменный жернов — вещь не дешёвая. Если он будет стоять на горе, без присмотра, и любой сможет им пользоваться, а потом он сломается, ты даже не будешь знать, с кого спрашивать».
Он затянулся водяным кальяном: «Эта вещь не то же самое, что железный котёл. Когда род покупал котёл, каждая семья скидывалась, поэтому все знают, что им нужно пользоваться осторожно. Каменный жернов — это твоя личная вещь, так что лучше отнестись к этому внимательнее».
Струйка белого дыма медленно вырвалась изо рта шестого дядюшки, и он пристально посмотрел на Чжун Мина.
«Твоя жизнь только налаживается. Почему бы не воспользоваться этим, чтобы отделиться и жить своей семьёй?»
Чжун Мин не сомневался, что шестой дядюшка слышал о его разладе с четвёртым дядей. В Байшуйао, таком маленьком месте, если на востоке поссорятся две семьи, то, пока дует морской ветер, об этом уже знают на западе.
Но шестой дядюшка не стал давить на него, требуя примирения с четвёртым дядей, что означало, что он тоже не хотел вмешиваться. Всем было известно, что Го Ши любит сплетничать, и все страдали от этого, понимая, какой у неё неуравновешенный характер.
Теперь, когда она вернулась к родителям, разводы среди морских людей были частым явлением, и многие после развода продолжали вместе воспитывать детей. Поэтому, видя, что дело приняло серьёзный оборот, мало кто пытался их помирить. Говорят, что даже честный чиновник не может разобраться в семейных делах.
Отделиться — тоже хорошо. В Байшуйао тайфуны могут случиться в любое время года, и им приходится укрываться в каменном доме несколько раз в год. Каждый раз находиться в одной комнате с семьёй четвёртого дяди, при мысли об этом, ему становилось не по себе.
Чжун Мин задумался о строительстве каменного дома и понял, что, возможно, не сможет найти на это время. Для каменного дома нужно много камня, а самое сложное в строительстве — найти камни в горах и принести их.
Другие семьи готовы тратить время на строительство, потому что крепкий дом прослужит десятилетия. Чжун Мин же чувствовал, что, вероятно, не останется в Байшуйао на всю жизнь, и даже половина жизни — слишком долгий срок. Когда у них с Су И родится первый ребёнок, он, ради будущего ребёнка, должен будет найти способ получить разрешение на проживание на берегу.
Главное, чтобы каменный дом был пригоден для жилья и крепкий, а новый он или нет — неважно.
«Шестой дядюшка, вы же знаете, что у меня мало денег. Я кручусь, как белка в колесе, чтобы прокормить семью, и у меня нет времени строить каменный дом. К тому же, жернов вот-вот привезут, а строить новый уже поздно».
Он вспомнил, что в деревне было много старых каменных домов, несколько из которых принадлежали роду Чжун. Некоторые были оставлены после того, как умерли старики, а их дочери и гээр вышли замуж и уехали, или же дома оставались пустыми, когда семья разрасталась, и люди строили более просторные жилища.
Чжун Мин поделился этой идеей с шестым дядюшкой: «Я готов заплатить немного денег, чтобы выкупить пустой дом у кого-нибудь из наших. Отремонтировать старый дом гораздо быстрее, чем строить новый».
У морских людей было мало способов заработать, и большинство из них крепко держались за свои деньги. Приносить камни с горы было бесплатно, так что никто не стал бы тратить лишние деньги на покупку готового дома.
Но раз Чжун Мин хочет купить, он не будет его отговаривать.
«Я помогу тебе разузнать, кто хочет продать, и постараюсь найти дом поновее, чтобы сэкономить силы на ремонте».
Шестой дядюшка был очень надёжен, и Чжун Мин почувствовал облегчение. Через несколько дней шестой дядюшка прислал своего внука, чтобы позвать его. У Су И не было дел, и он пошёл вместе с ним.
Человек, продававший каменный дом, тоже был их родственником, но они мало общались. Чжун Мин должен был называть его двоюродным дядей. Когда отец этого человека был жив, Чжун Мин называл его Третьим дядюшкой.
Каменный дом, который продавали, был небольшим, вдвое меньше старого дома семьи Чжун. Он был аккуратно построен, и, за исключением старой и повреждённой крыши, и мха, растущего в щелях между камнями, серьёзных проблем не было.
«Этот дом я построил, когда только женился. С тех пор прошло много лет. Когда детей стало больше, мы переехали. Пять или шесть лет назад тайфун сорвал крышу. Мне было жаль просто так его бросить, и я приложил силы, чтобы починить. Он до сих пор крепкий, но нам он уже не нужен».
Раз он стоит пустой, лучше продать и получить деньги. Раньше никто не мог и подумать, что кто-то захочет купить старый каменный дом. Если бы не люди из семьи шестого дядюшки пришли спросить, он бы подумал, что его разыгрывают.
Цена была оговорена заранее: два ляна серебра. Су И достал из принесённого свёртка две связки медных монет и передал ему. Тот пересчитал, убедился в правильности суммы, и сделка состоялась.
Поскольку шестой дядюшка выступал свидетелем, а дом был построен в деревне, не требовалось никаких письменных договоров.
После покупки дома, для ремонта пришли третий дядя с Ху, а также Чжун Шиту. Чжун Мин заметил, что Чжун Шиту всё ещё рад признавать его своим старшим братом, но ему, вероятно, тяжело из-за отношения родителей.
Чжун Мин не стал его смущать, не поднимал неприятных тем, и трое братьев вместе, как раньше, радовались.
Братья Лю Шуньфэн и Лю Шуньшуй тоже пришли помочь. После того случая они успешно арендовали последний магазин на Северной улице, и дела шли неплохо. Лю Шуньшуй всё ещё чувствовал себя виноватым перед Чжун Мином и, услышав, что тот строит дом, первым прибежал помочь.
Посторонние, глядя на них, не могли бы догадаться о внутренних разногласиях.
Крышу починили, со стен счистили бросающийся в глаза мох, щели между камнями замазали известковым раствором, заменили песок на полу и сгнившую деревянную дверь. Дом преобразился.
Додо зашёл посмотреть новый дом, занятый обнюхиванием углов и рытьём песка на полу. Чжун Мин попросил Чжун Ханя унести его, чтобы кот вскоре не принял песочный пол за лоток.
«Когда поставим жернов, он займёт много места, но мы всё равно не будем здесь постоянно жить».
Чжун Мин довольный похлопал по каменной стене: «Не будем откладывать, завтра же я поеду с Чжань Цзю в деревню».
В тот день, когда каменный жернов привезли в Байшуйао, много людей собралось посмотреть. Многие дети, родившиеся на лодках, как и Су И раньше, никогда не видели жернов и не знали, что это такое. Они видели, как большой камень лежит на телеге, и находили это очень интересным. Они бегали вокруг и кричали.
Чжун Хань явно стал самым осведомлённым ребёнком среди них, объясняя своим товарищам, что это каменный жернов, который может молоть бобы в соевое молоко.
«Насыпаешь бобы в центральное отверстие, крутишь, крутишь, и соевое молоко вытекает».
Он гордо сказал: «Старший брат показывал мне в посёлке».
Дорога в гору была крутой, а каменные плиты и желоба были тяжёлыми. Чтобы поднять их, использовали тот же метод, что и для вытягивания лодок на берег до тайфунов: два человека тянули верёвкой спереди, ещё два толкали сзади, и много мужчин шло рядом, давая советы.
Когда добрались до места, несколько человек сообща подняли жернов и собрали его, как сказал Чжун Мин.
Чжун Шиту, будучи ещё ребёнком, был полон игривости. Он первым попробовал толкнуть жернов и обнаружил, что он действительно двигается.
«Брат Ху, ты тоже попробуй!»
Когда присоединился Чжун Ху, несколько парней из рода втянулись в игру. Чжун Мин лишь качал головой. Ему очень хотелось оставить их всех и заставить по очереди молоть для его семьи, чтобы не тратить зря столько сил.
Посмотрев некоторое время, он не удержался и сказал: «Будьте осторожны, когда толкаете, чтобы не повредить спину».
Сказав это, он пригласил всех, кто помогал, отдохнуть снаружи. Су И и Чжун Чунься принесли чай в кувшинах и налили всем, чтобы утолить жажду.
Чжун Лаосань (Третий дядя) держал чашку, уперев руку в бок, и смотрел на каменный дом. Сначала, когда Чжун Мин сказал, что хочет построить отдельный каменный дом и жить отдельно, он был недоволен. Он чувствовал, что он, как третий дядя, не справился со своей ролью, видя, как отношения между четвёртым дядей и Чжун Мином испортились. Ему казалось, что семья разваливается.
Но Чжун Чунься убедила его не волноваться.
«Четвёртый брат — наш брат. Пока мы и пятый брат признаём его, семья не развалится. Разве странно, что А-Мин, как младшее поколение, не так близок с дядьями и тётками? У нас тоже есть свои дядья и тётки, и со сколькими из них мы постоянно общаемся? Тем более, жить вместе».
Теперь, глядя на приличный каменный дом и установленный жернов, Чжун Лаосань почувствовал, что так и должно быть. Младшее поколение выросло, нашло работу, создало семью и ведёт независимое хозяйство. Разве это плохо? Это явно хорошо.
Он допил воду из чашки и с облегчением улыбнулся.
С каменным жерновом готовить соусы стало намного проще. Даже небольшой жернов можно было толкать вручную. То, что получалось за несколько кругов, было равносильно половине дня ручного растирания.
Они попробовали несколько раз и обнаружили, что креветки и крабы передают запахи, и мыть жернов каждый раз очень хлопотно. Чжун Мин и Су И договорились, что в один или два дня будут готовить только один вид соуса, чтобы меньше мыть.
После нескольких дней напряжённой работы пора было передохнуть.
Приближался праздник Морской Богини. Это был большой праздник для морских людей, не уступающий Новому году. В этот день проводились церемонии жертвоприношения, и все должны были войти в храм, чтобы возжечь благовония и поклониться.
Ярмарка, проводившаяся одновременно, была очень оживлённой. Можно было увидеть парады божеств, послушать оперу, посмотреть акробатические представления. А торговцев едой и всякой мелочью было не счесть. В предвкушении такого события все ходили с улыбками на лицах и работали с удвоенной силой.
Ранним утром в первый день ярмарки Чжун Мин и Су И надели новую одежду, сшитую для их свадьбы. Чжун Хань тоже надел неношеные рубашку и штаны, сшитые на Новый год. Волосы были аккуратно причёсаны, рот и зубы чисты, иначе это считалось бы неуважением к Морской Богине.
Позавтракав, они подняли якорь. Несколько лодок из рода, согласно договорённости, вместе покинули Байшуйао и направились к Храму Морской Богини, который находился примерно в получасе плавания на острове Пиншань.
