Мы тебя всему научим.

– Дава-а-ай, Вододрыщь, не бойся. Такого предложения больше не будет, – издевательски протянул Фламбе и плечом подтолкнул дрожащего Германа к кровати. На простыни лежал Роберт, неловко раздвигающий ноги. В квартире Фламбе было просторно и светло из-за высоких потолков. Белые оттенки мебели отлично дополняли пестрые детали: персидский ковер посередине спальни, гобелен над кроватью, множество ваз и фигурок, стоящих на полках шкафов. Это не было жильём холостяка, нет, у Чеда был вкус, и он гордился им. Именно эту квартиру они с Робертом договорились использовать, когда приглашали Водобоя присоединиться. Потому что оба решили своего мальчика баловать, да и вариантов было не так-то много. В квартире Роба пусто и серо, от вида одинокого унылого матраса на полу любой нормальный человек хочет удавиться. Самому Фламбе в состоянии возбуждения было плевать, где и как: в машине на парковке или на столе в офисе, глотая собачью шерсть с пола или вдыхая запах туалета в баре. Нет, конечно, он выговаривал Роберту за всё это, регулярно подшучивал, но готов был с этим всем мириться. С Германом совсем другая история. От безобидного флирта на работе парень задыхался и терялся, а после осторожного поцелуя Робертом Водобой чуть не устроил потоп на этаже. – Гребаная сучка, – Фламбе в тот вечер ругался, не сдерживаясь. Их с Робом заставили после рабочего дня вытирать весь пол в офисе, в назидание. Блонди сразу раскусила, кто на самом деле виноват в произошедшем. Поэтому Водобой был отправлен домой пораньше, а оставшиеся двое занимались уборкой. – У тебя голова не болит от собственного ора? Вот у меня после смены с тобой она, блять, болит. Так что просто давай с этим покончим, – тихо ответил Мехамен, смотря в ведро с водой. Если бы не крики, он бы, может, так и заснул. Недосып позволял ему делать это в любых позах и в любых ситуациях. – Я, блять, стоял в пяти метрах и просто смотрел, какого вообще хуя... – Чед продолжал возмущаться и гремел своим ведром в пустом помещении, но с того момента урок усвоил. Герман всё ещё плохо знал свои силы, и любая эмоциональная встряска могла привести к катастрофе. Роберт, вымотанный после рабочего дня, возмущался меньше, но урок усвоил тоже. Сегодняшний секс был важным хотя бы потому, что для Германа это был первый раз в роли верхнего. Фламбе и Роберт наедине долго мусолили эту тему, рассуждая и обсуждая все детали. Они в отношениях сразу взяли на себя роли учителей-опекунов, демонстрируя Водобою все оттенки разнообразной интимной жизни. Для большинства супергероев, как и суперзлодеев, это был отличный способ унять стресс, так что интерес к этому вопросу у многих в их кругах был высоким. – Что мы говорили о твоей уверенности? Давай, Герман, – Робертсон поддерживающе улыбнулся и обнял своими бёдрами талию Водобоя сразу, как только тот подошёл ближе. Между ягодиц теперь можно было хорошо увидеть покрытый лубрикантом вход. Мягкий и слегка подергивающийся после длительной подготовки - последний час Роб провёл с пробкой в заднице, ожидая запланированного секса. Не дожидаясь действий Германа, Фламбе встал за его спину и снова подтолкнул, на этот раз сильнее. Водобой от неожиданности застонал. Кончик его члена приятно уткнулся во впадину между ягодицами Роба. – Давай уже, блять. Думаешь ему в кайф ждать, пока ты тут кота за яйца тянешь? Сожми этому сученышу зад своими трясущимися ручонками и выеби уже как следует, – и даже не слушая ответ Водобоя, Фламбе крепко смял его бедра, направляя вперёд. Горячие мускулы прижалась к мокрой плоти, между ними двумя сразу образовался пар. Всё, что успел сделать Герман, это опереться на простынь по бокам от Роберта, после чего почувствовал, как чувствительная головка коснулась ануса, и Мехамен двинулся ему навстречу. Возможно, в этот момент Герман впервые побывал в раю. Узкие стенки кишечника крепко сжали его кончик, обхватывая и не желая больше отпускать. Парень много раз представлял себе этот момент, фантазировал и не верил в его реальность. И тем не менее, он здесь, зажат между двумя мужчинами, погружаясь в одного из них. – Я не... с-сейчас... – Водобой потерял смысл своих слов сразу, как только Роб поддался ему на встречу. Медленно головка проникла внутрь, заставляя Мехамена выгнуть спину. – Дальше, чёрт, просто... просто двигайся дальше, не бойся, – задыхаясь от стимуляции, Роберт всё равно старался говорить поддерживающе. Фламбе прикусил шею Германа сзади, слегка оттягивая кожу. Водобой испуганно дернулся, вынужденный уйти от болезненного прикосновения и двигаться вперёд. Одним плавным движением член полностью погрузился в тугую плоть, и Мехамен издал гортанный стон. – Ме-еня... меня на д-д-долго не... не хват-тит... – Водобой хныкал, ноги парня уже тряслись. Роберт тем временем хватал воздух ртом, когда ощутил заполненность. Это не было сравнимо с игрушкой ни по длине, ни по ширине. К тому же член внутри выделял гораздо больше жидкости, чем обычный, охлаждая и наполняя ещё больше. – Да, мы уже догадались, девственник, – Фламбе засмеялся и прижался губами к месту укуса. Его тёплые ладони гладили и слегка щипали рёбра Германа. Вокруг кровати уже образовалось облако тумана. – Это н-не прав... это не п-правда! – отвечал на это Водобой более резко и повернул голову, оглядываясь на Чеда хмурым взглядом. Эта тема почему-то задевала его больше, чем другие варианты подколок. Роберту на формулирование мысли вслух требовалось слишком много сил, поэтому он просто двинул своей ногой, распрямляя её и лягая Фламбе наугад. Господи, когда он научится затыкаться вовремя. Попал пяткой в мускулистое бедро и не встретил возмущения, только смех. Небольшой "мести" хватило, чтобы Водобой перестал хмуриться и снова повернулся к Робу. Худые бедра парня начали двигаться назад и вперёд. Ракурс позволял проходиться как раз по пучку нервов внутри Мехамена. – А-ага... – пробормотал Роберт одними губами. Он ощущал, как растянулось кольцо входа, как расправились складки и морщинки, как они бились в такт сердца, и в ушах стоял белый шум. – Кончишь ему поглубже в зад, девственник? – издевательски прошептал Чед на ухо Водобою. К спине Германа прижимался тяжёлый стояк, Фламбе слегка потерся об парня перед собой но дальше не заходил. Знал, что на данный момент это будет перегибом даже для него. Может, втроём они попробуют полноценный сэндвич, но как нибудь потом. – П-придурок, – прошептал Водобой, закрывая глаза. Почти беззлобно, просто пытаясь напомнить, что он иногда может отстоять себя. Но это уже было не важно. Внизу живота Герман почувствовал, как горят его внутренности, как прижимаются его яйца к телу. – Люблю, когда ты говоришь обо мне во время оргазма, – поддразнил Чед, идеально угадав время. А может не угадав, а просто заметив, как Герман дёргается, пытаясь то согнуть, то выгнуть спину. Кончая, он грубо сжал бедра Роберта, вынуждая того принять большую порцию жидкости и кончить в ответ. Мехамену хватило пару раз погладить головку своего забытого члена, и из неё брызнули белые капли. Герман спустя несколько секунд опустился и полностью лёг на Мехамена, пачкая свой живот спермой и не замечая этого. Покидать тёплое влажное место он не хотел, а вставать уже не было сил. – Врать не буду, со стороны это выглядело секси, – Чед остался стоять рядом с кроватью, сверху наблюдая за парочкой задыхающихся. – Тебя на следующую вечеринку не пригласят, – устало прошептал Роберт, приобняв Германа и удерживая его в одном положении, чтобы он не шевелился внутри Мехамена. Каждый крошечный сдвиг был неприятным, чувствительные внутренности ещё не пришли в себя после оргазменных судорог. – Это моя квартира, не забыл? – Фламбе рукой неопределённо показал на всё вокруг, но никто особо не смотрел. – Я лучше буду трахаться прямо на улице, чем слушать всю ту хуйню, которая из твоего рта вылетает, – выдохнул тихо Роберт, пялясь в потолок и пытаясь отдышаться. Водобой кивнул и промычал что-то отдалённо похожее на согласие. У него не осталось сил, парень ощущал, будто на него упал кусок свинца и придавил, заставляя лежать, не шевелясь. Но минусов в этом никто из троицы не видел. – Кстати про рот, по моему твой чё-то слишком свободен. Много пиздишь, Роб-Роб, и мало работаешь, – Чед обошёл кровать сбоку и весело смотрел на Роберта. Тот закатил глаза, но на всякий случай облизнул губы.