Глубина Айсберга

Глава 16 Слово от автора: простите, что между 15 и 16 главой был такой долгий промежуток времени. Из-за учёбы главы будут выходить реже. После этого он приступил к осуществлению основного плана. «Первое дело сделано, пора начать мстить, —размышлял он. —Берегись, Сумрак!» Но он знал, что без помощи Магов Когтей он не мог отомстить Сумраку. На примете у него был Фенго, но этого простака не попросишь пойти на убийство. Тем более, Айсберг хотел убить Сумрака своими лапами. Ему придётся хитрить. Итак, он потихоньку приблизился к говорящим котам. Насколько он понял по голосам, это были Тцай, Фенго и Нирок. Надо же, они успели подружиться...Айсберг даже не замечал, что Фенго дружит с Тцай. Он просто помнил, как они познакомились, но дальше за ними не следил. В конце концов, он пусть и был самовлюблённым эгоистом, но был относительно вежливым к тем, на кому ему было не наплевать. А таких было мало. Он либо не обращал внимания до последнего, как на Тцай или Фенго, либо стремился задеть и обидеть, как Нирока, либо же просто смеялся и так и норовил поиздеваться, как над Пятнышком. Но был и четвёртый тип. Те, кого он ненавидел. К нему относился Сумрак и его мерзкие детишки. А пятый — те, кого он любил? Таких не было. Айсберг никого не любил. Ему все были противны. Как он может любить хоть кого-то из этих идиотов? Он лучше всех, он красивее всех, лучше него нет никого и никто никогда не сравнится с ним! Никто его не достоин — вот как думал о себе Айсберг. Вернёмся к нему. Айсберг даже не стал слушать то, о чём говорили котята, поскольку итак догадывался. Накануне этого вечера Пятнышко и Фенго подрались прямо на приёме директора. Сам директор академии соизволил прийти и посмотреть на ряды учеников своей славной школы, и Пятнышко с Фенго устроили ему неприятный сюрприз. Стоит отдать им должное, они не стали оправдываться. Просто Пятнышко задел Фенго за самое уязвимое место, из-за чего этот кроткий котик вышел из себя и дал волю гневу. Удивительно, что им так трудно сдержать свои эмоции! Айсберг ни дёргал ни усиком, даже если сильно злился. Он давно перерос того вспыльчивого ученика, каким был раньше. Итак, Айсберг подошёл к говорящим приятелям тихо, почти подкравшись со спины, и когда в разговоре прозвучал его холодный резкий голос, те аж подпрыгнули, не то что вздрогнули. —Привет, Нирок, —проговорил Айсберг с подчёркнутой небрежностью. На остальных он даже не посмотрел — они были ему не нужны. — Айсберг? Привет.—буркнул Нирок. —Я всюду искал тебя. Зачем ты проводишь время с ними, когда у тебя есть я?—требовательно спросил Айсберг. Его вопрос застал Нирока врасплох, но тут котёнок с вызовом посмотрел ему в глаза: —Я сам решаю, с кем мне проводить время. —Глупенький Нирок, —по-змеиному зашипел Айсберг ему прямо на ухо, обдав холодным дыханием. —Однако мне нравится твой характер. Но я не об этом. Я хочу кое что предложить, —с этими словами он развернулся и побрёл по длинному коридору, и чуть не задрожал от мрачной радости, услышав за спиной торопливые шаги котёнка. Пошёл всё-таки! Хорошо, что не стал препираться, ибо у Айсберга на это не было сил. Итак, они шли по длинному тёмному коридору. Казалось, что темнота впереди никогда не рассеется и не впустит в себя частичку света. Но им и не нужен был свет — кошки итак хорошо видят в темноте, а сейчас темнота была главным преимуществом Айсберга — она давала какую - то интригу и загадочность его шагающему образу. Белая шерсть чётко вырисовывалась в полумраке, так что его было видно ещё издалека. Нирок в это время старательно обсматривал коридор, по которому они шли. Наверняка хотел запомнить дорогу. —Куда мы идём?—спрашивал Нирок в предвкушении. —Сейчас узнаешь. —Скажи, куда мы идём, —нетерпеливо повторил тот. —В заброшенную часть академии. Тут они подошли к цели. Издалека показалась тёмная полуразрушенная комната, которая когда-то была полноценным кабинетом. Но уроки в этой части не проводились так долго, что она полностью стала заброшенной. Айсберг не пытался показать Нироку что-то особенное, (хотя тот с явным интересом уставился на комнату, в которую они вошли) он лишь хотел поговорить. —Ну, и какая была цель вести меня сюда?—Нирок первый нарушил молчание. —Знаешь, я не люблю котят,—негромко начал Айсберг.—Но ты так похож на меня в детстве. —Так о чём ты хотел поговорить? —буркнул котёнок. —Я знаю! —вдруг выпалил Айсберг, отчего Нирок удивлённо округлил глаза. —Знаю! Что ты не такой, как все. Тебя видят необыкновенным, с мощной энергией, и... Расскажи мне свой секрет! — униженно взмолился он. Нирок промолчал. —Я конечно не могу быть таким же могущественным, как ты, —бархатным голоском пропел Айсберг, —Думаю ты меня понимаешь... Я бы хотел использовать свои способности в своих интересах. Многим нужно отомстить. «Так используй,» —пронеслось в голове Нирока. Вслух котёнок сказал: —У меня нет никаких секретов. Я родился таким, понимаешь? —Но ты же хочешь отомстить Пятнышку? —Айсберг "вцепился в уязвимое место" , как он любил делать. —Какое тебе дело? —фыркнул Нирок. —Я хочу тебе помочь, —моргнул Айсберг. —Чем?—без интереса проговорил собеседник. —Да, хочу, он не имел право оскорблять Фенго. Он жалок. Я не ожидал от него такой наглости, —Айсберг понял, что он говорил о Пятнышко. —А ты не так прост, как я думал! —восхвалил он Нирока. Он знал, что Нирок любил, когда его считают загадочным. Однако тот посчитал это насмешкой или ухмылкой. —Ненавижу пренебрежение и ухмылки, —рыкнул Нирок. —Ухмыляются только глупцы с низкой самооценкой. «Ты сам всеми пренебрегаешь, дурень!» —разозлившись, подумал Айсберг. Но он сумел справиться с гневом. —Плевать мне, —нагло ухмыльнулся Айсберг, желая выбесить котёнка. —Я ухожу! —судя по всему, Нирок уже не мог вынести этого. Он и впрямь ушёл, громко хлопнув дверью. Неужели его так задели насмешки Айсберга? Он не сумел скрыть их за маской мольбы? Нирок понял, что он пытается им воспользоваться? Значит, Айсберг оплошал. Было унизительно просить Нирока о чём-либо. Ему пришлось хвалить его, хотя на самом деле он думал совершенно обратное. Пожалуй, стоит забыть об этом случае. Навряд- ли это было частью плана. Он скорее хотел просто посмеяться над Нироком. «Ну ладно, следует признать, что он довольно долго держался, —уважение к Нироку далось ему с трудом, —И ушёл, поставив точку ровно на том моменте, когда я предложил ему помощь. Но ещё не всё конечно. Скоро я попробую снова.»