«Питер Пен и Пленница Нетландии»

Когда её рука коснулась его ладони, Мия ожидала чего угодно — боли, холода, удара током, странного видения. Но не этого. Ничего не произошло. Ничего — и в то же время слишком многое. Питер держал её руку ровно столько, сколько считал нужным. Не сжимал, не тянул, не отпускал. Просто держал, будто фиксируя факт её существования здесь, в этом месте, на этом острове. Мия чувствовала, как его кожа тёплая — неестественно тёплая для ночного воздуха. И это почему-то сбивало с толку. Он первым разомкнул пальцы. — Отведите её, — сказал он, не повышая голоса. Это было не приказом, а чем-то хуже — законом. Несколько мальчишек тут же зашевелились, словно только этого и ждали. Один — рыжий, с поцарапанным лицом — подошёл ближе, смерил её взглядом. — Пошли, — бросил он. — Только не вздумай убегать. Это хреновая идея. Мия хотела сказать, что она и не собиралась, но слова застряли. Она ещё раз оглянулась на Питера. Он уже отвернулся, разговаривая с кем-то из старших мальчишек, будто она была делом решённым. Закрытым вопросом. Это почему-то задело сильнее всего. Её отвели вглубь лагеря, туда, где костры горели тише, где не было смеха и беготни. Здесь лагерь выглядел иначе — менее хаотичным, более… обжитым. Укрытия из дерева и ткани, натянутые между деревьями, низкие настилы, на которых спали. Запах дыма, земли и чего-то сладковато-гнилого, что Мия не могла опознать. — Здесь переночуешь, — сказал рыжий, указывая на небольшое укрытие. — Не лучшее место, но и не худшее. — Спасибо, — автоматически сказала она. Он хмыкнул. — Не благодари. Ты тут… — он замялся, — странная. Все это чувствуют. И ушёл. Мия осталась одна. Она медленно опустилась на настил, подтянула колени к груди. Тело наконец начало осознавать усталость. Мышцы ныли, голова гудела, внутри было пусто и шумно одновременно. Дар не отпускал — эмоции лагеря висели в воздухе плотным туманом. Восторг мальчишек. Их дикое, болезненное счастье. Под ним — страх. Глубокий, спрятанный. И над всем этим — присутствие Питера. Как гравитация. Мия закрыла глаза, но почти сразу снова открыла. Темнота здесь была другой. Она не успокаивала. Она наблюдала. Кто-то прошёл мимо. Потом ещё кто-то. Вдалеке вспыхнул смех, оборвался резко, как будто его оборвали рукой. Мия поймала себя на том, что считает шаги, шорохи, дыхание леса. Она никогда раньше так не боялась сна. Потому что здесь сон не был убежищем. Через какое-то время — она не знала, сколько прошло минут или часов — рядом с укрытием мелькнул свет. Маленький, резкий, зелёный. Он завис в воздухе, как насекомое, а потом приблизился. Фея. Она была меньше, чем Мия ожидала. Тонкая, светящаяся, с крыльями, похожими на осколки стекла. Красота у неё была неправильная — слишком острая. — Ты ему не нужна, — сказала фея резко, без приветствия. Мия вздрогнула. — Что? — Ты ему не нужна, — повторила она, голос был звонкий, почти злой. — Он просто играет. Ты — игрушка. Временная. Мия медленно выдохнула. — Спасибо за информацию, — сказала она тихо. — Я обязательно учту. Фея прищурилась, будто ожидала другой реакции. — Я слежу за ним дольше, чем ты живёшь, — продолжила она. — И за островом тоже. Ты нарушаешь баланс. — Я вообще не хотела сюда попадать, — честно ответила Мия. — Если уж на то пошло. Фея усмехнулась. — Никто не хочет. А потом остаются. Она развернулась и исчезла, оставив после себя едкий привкус ревности, который Мия почувствовала почти физически. — Отлично, — пробормотала Мия. — Даже фея меня ненавидит. Отличный старт. Ночь тянулась. Мия лежала, глядя в темноту, слушая лагерь. Постепенно шум стихал. Костры гасли. Мальчишки засыпали — кто где. Но остров не спал. Он дышал. Шевелился. Жил своей жизнью. И где-то в этой жизни был Питер. Она почувствовала его ещё до того, как он появился. Воздух стал плотнее. Дар среагировал сразу — как если бы кто-то включил свет в тёмной комнате. Он остановился у её укрытия, не заходя внутрь. — Не спишь, — сказал он. Не вопрос. — А ты думал, что я смогу? — ответила она, не поднимая головы. Он усмехнулся. — Сможешь. Со временем. Она повернула голову и посмотрела на него. Он стоял в полутени, руки в карманах, расслабленный, будто ночь была его стихией. — Здесь всегда так? — спросила она. — Или это только для новичков? — Первая ночь всегда самая честная, — ответил он. — Она показывает, кто ты на самом деле. — И кем я оказалась? — спросила Мия. Он сделал шаг ближе. — Тем, кто не сломался сразу. Она не знала, комплимент это или предупреждение. — Ты боишься, — добавил он. — Но не убегаешь. Это редкость. — Мне некуда, — сказала она просто. Он наклонил голову, изучая её. — Уже есть. Он развернулся, собираясь уйти. — Питер, — окликнула она, сама не зная зачем. Он остановился, но не обернулся. — Я не знаю, зачем я тебе, — сказала Мия. — Но я не вещь. Он медленно повернулся. В его глазах мелькнуло что-то тёмное, опасное. — Здесь, Миа, — сказал он спокойно, — всё является чьей-то вещью. Вопрос только в том, чьей именно. И ушёл. Мия осталась лежать, глядя в темноту. Сердце билось неровно. Она понимала: эта ночь — лишь начало. Здесь не будет привычных утр, спокойных разговоров, простых решений. Нетландия приняла её. Но ещё не решила, что с ней делать. И где-то глубоко внутри, сквозь страх и усталость, в ней зарождалось опасное чувство — не надежда, нет. Ожидание. ———————————————————————— Огромное спасибо за внимание к работе! Пожалуйста, ставьте "жду продолжения" и делитесь впечатлениями в комментариях. Так я буду знать, что пишу не "в стол" и история находит отклик. Ваша активность — моё вдохновение! P. S. «Автор питается вашими отзывами, не дайте мне умереть с голоду!»