Инструкция к альфе: розовые страницы в помощь
5 января 2026 г., 03:37
Чонгук, двадцатиоднолетний омега с копной каштановых волос, которые, кажется, прошли курсы самостийного непослушания и вечно норовили залезть ему в глаза. С трудом запихнул последний пакет с гречкой (да-да, мама настаивала на «полезном», а не на «вкусном» круассане) в шкаф стараясь не рассыпать случайно купленный запас кошачьего корма (ведь без кота и жизнь не та, а вот альфы как-то пока не наблюдалось). Новая квартира, купленная родителями на его день рождения, была просторной, светлой и пахла так, будто строители недавно умылись. Родители постарались на славу: район, где даже голуби, наверное, ходят строем, инфраструктура, куда ни глянь — аптека, супермаркет, и целых две кофейни, где пахло не только кофе, но и инстаграмными фотосессиями. И, разумеется, новенькая машина, припаркованная так, будто она была лично ему подарена нерадивым олигархом.
Он был всем доволен. Почти. Ему отчаянно не хватало… ну, знаете. Серьезного, надежного Альфы, который будет держать его за руку не только когда нужно переходить дорогу, но и просто так, по настроению. Чонгук, несмотря на свою внешнюю склонность к замиранию от смущения, внутри бурлил, как омега-кастрюля, мечтая о той самой, легендарной связи, о которой писали в каждом номере «Омега-Гармонии» — журнале, который он читал, пока его кофе стынет.
Сегодня, в очередной день (утро, разумеется, началось не с пения птиц, а с мучительного выбора между «проспать и быть гением» и «встать и нести свой крест»), он утренним чаем запивал очередную порцию «светской жизни» омежьего мира. «Секреты идеальных отношений», «Как не упустить своего Альфу (даже если он косой)», «Магия совпадений» — всё это проносилось мимо его глаза, как однообразные облака.
Но вдруг, на странице, где обещали раскрыть «тайные знаки судьбы», его взгляд зацепился за нечто, от чего даже круассан, если бы он там был, подпрыгнул бы от восторга. «Четвергское совпадение: когда боксеры говорят «да».
Там, на ярко-розовой странице, с фотографией парочки, обнимающейся так, будто они только что выиграли лотерею мирового масштаба, красовалась надпись: «Если в четверг, ровно в семь утра, цвет боксеров альфы и омеги совпадают, это верный знак судьбы. Их души предназначены друг другу, и их ждет долгая и счастливая жизнь вместе! Плюс, бонус — вы сэкономите на стирке, ведь можно носить одну пару два дня.»
Чонгук, разумеется, понимал, что это, скорее всего, проделки уставшего редактора, решившего проверить, сколько омег готовы поверить в розовые облака или перепечатка статьи из раздела «Альтернативная астрология для взрослых». Но внутри него омега, которая уже давно носила футболку с изображением Тэхёна (мысленно, конечно), отчаянно скулила: «Вот он, шанс! Сделай хоть что-нибудь, кроме вздохов!» Флирт с Тэхёном был прекрасен, но больше напоминал попытку пробраться на закрытую вечеринку — красиво, заманчиво, но двери так и оставались закрытыми. И Чонгук, чья решительность могла сравниться только с утренним туманом, боялся постучать.
Поэтому, когда он прочитал эту статью, его мозг, обычно занятый подсчетом съеденных конфет, выдал гениальную (или не очень) идею. Это был знак! Инструкция от самой судьбы, чтобы проверить, есть ли у них будущее, без риска получить прямой отказ, который он бы переваривал до конца следующей эпохи. Если цвета совпадут — прекрасно! Если нет… ну, он хотя бы будет знать, что пора переключаться на другие виды магии (например, заклинание «Как заставить Тэхёна заметить меня»).
Вечером Чонгук превратился в настоящего секретного агента. Он устроил грандиозную ревизию своих нижних запасов, выбирая тот самый «универсальный» цвет. После долгих раздумий, примерок (не смейтесь, это важно!) и даже небольшой внутренней драмы с участием пары слишком ярких красных боксеров, которые, честно говоря, кричали «Смотри на меня!», он остановился на светло-серых. Они были удобными, не слишком яркими и, что самое главное, не вызывали подозрений — идеальный камуфляж для операции «Четверг».
Чонгук даже поставил будильник на 6:50 утра, чтобы успеть подготовиться и добраться до квартиры Тэхёна ровно к семи. Потому что, как гласит священный закон романтики и журналов для омег: «Точное время — залог успеха». Он уже представлял, как встанет на пороге, улыбнётся и скажет: «Ну что, совпали? Судьба нас свела!» — и, возможно, даже не упадёт в обморок от собственного смелого шага.
Ночь прошла в мучительных мыслях: а что если Тэхён вообще не носит боксеры? Или носит, но только чёрные? Или, не дай бог, вообще предпочитает трусы с героями мультфильмов? Чонгук пытался представить все варианты развития событий, от «романтического совпадения» до «неловкого молчания и бегства в соседний город».
Утро наступило слишком быстро. Будильник прозвенел, и Чонгук, с сердцем, бьющимся как барабан на рок-концерте, надел свои светло-серые боксеры, аккуратно спрятал их под джинсы и отправился в путь. По дороге он повторял про себя мантру: «Если совпадём — это судьба. Если нет — это просто повод купить новые боксеры». Поднявшись на этаж Тэхёна, он глубоко вдохнул, нажал на звонок и приготовился к самому важному моменту своей жизни.
Дверь открылась, и перед ним стоял Тэхён — в пижаме с принтом космических котиков и с таким выражением лица, будто только что проснулся после трёхдневного марафона сериалов. Чонгук попытался не выдать своего волнения, но, честно говоря, выглядел он примерно так же, как будто собирался на экзамен по квантовой физике без подготовки.
— Чонгук? — сонно спросил Тэхён, моргая от яркого утреннего света, который, казалось, решил провести ему персональную инспекцию. Он явно не ожидал увидеть своего друга, или, возможно, потенциального любовника, у своей двери в столь ранний час.
Чонгук почувствовал, как его щеки заливает краска, достойная любого флагмана «Омега-Гармонии». Он знал, что выглядит глупо, как ребенок, который пытается спрятаться за шторой, но отступать было поздно. Он собрал всю свою смелость в кулак, почесал затылок, как будто пытаясь вспомнить, зачем он здесь, и, стараясь говорить как можно более непринужденно, выпалил:
— Тэхён, привет. Извини, что так рано. Я… я хотел спросить кое-что… очень важное. Жизненно важное, можно сказать.
Тэхён слегка наклонил голову, его взгляд стал более внимательным, как у человека, которому сообщили, что его кот научился говорить.
— Спросить? Что случилось? Что-то с учебой?
Чонгук нервно сглотнул. — Нет, нет, ничего такого. Это… это про… — он запнулся, вспомнив, как нелепо все это звучит. — Про одежду. Нижнюю.
Тэхён моргнул. Потом еще раз. Его сонное выражение сменилось полнейшим недоумением. — Одежду? Ты про… про какую одежду?
Чонгук чувствовал, как ему хочется провалиться в канализацию. Он уже жалел, что не остался дома, зарывшись под одеяло с журналом, где бы ему не пришлось столкнуться с этой неловкостью. Но путь назад был отрезан, и он решил довести дело до конца.
— Твою. Твою одежду. Нижнюю, — уточнил он, чувствуя, как его голос звучит еще более неубедительно. — Я… я хотел спросить, какого цвета у тебя сейчас боксеры?
В глазах Тэхёна мелькнуло удивление, которое быстро сменилось полным неверием. Он моргнул, словно пытаясь понять, правильно ли он расслышал. Потом на его лице появилась легкая улыбка, но в ней не было той игривости, к которой Чонгук привык. Это была улыбка человека, который пытается понять, не сошел ли собеседник с ума, или, может быть, у него просто очень, очень специфический фетиш.
— Прости, что? — переспросил Тэхён, его голос звучал теперь гораздо более трезво и немного настороженно. — Ты шутишь, да?
Чонгук почувствовал, как его сердце ушло в пятки, и начало отбивать грустный ритм одиночества. Он знал, что это глупо. Он знал, что это странно. Но он не мог остановиться. Статья в журнале «Омега-Гармония» запечатлелась в его мозгу так прочно, как стикер с комплиментом от любимого.
— Цвет боксеров. Какого они цвета? — повторил он, его голос стал почти шепотом. Он чувствовал, что вот-вот расплачется от неловкости.
Тэхён отступил на шаг, его брови взлетели вверх, будто он пытался обнаружить спрятанный под потолком дрон со скрытой камерой. Он огляделся, как будто ища кого-то, кто мог бы объяснить этот странный вопрос, может быть, его кота, если бы тот вдруг решил поговорить. Затем он посмотрел на Чонгука, и в его глазах отчетливо виднелся шок, смешанный с чем-то вроде… опасения.
— Я… я извиняюсь, конечно… но ты серьезно? — наконец выдавил из себя Тэхён, его обычно спокойный голос звучал напряженно, как струна. Он покраснел, но это было покраснение от недоумения и легкого возмущения, а не от смущения, как у Чонгука, который теперь чувствовал себя абсолютно голым, хотя и не совсем в прямом смысле. — Ты пришел ко мне в семь утра, чтобы спросить про мои… боксеры? Ты издеваешься?
Чонгук почувствовал, как его щеки горят еще сильнее, достигая температуры, способной растопить айсберг. Он хотел провалиться сквозь землю, а еще лучше — стать невидимым или хотя бы превратиться в плюшевого медведя. Он знал, что это было ужасной идеей. Он предчувствовал это, но его романтическая душа, подстрекаемая журнальными заголовками, не могла остановиться.
— Это очень… очень важно, — замямлил Чонгук, его взгляд метался между ширинкой Тэхёна и его растрепанной макушкой. — Это… ну, это судьба.
Тэхён посмотрел на него, как на пациента с особо тяжелой формой… чего-то.
— Судьба? — переспросил он. — Чонгук, ты опять читал какую-нибудь странную статью в своем дебильном журнале?
Омега кивнул, чувствуя, как надежда вместо розовых снов становится невыносимо бледной.
— Если цвета совпадут, значит, мы должны быть вместе… А… а что, если не совпадут? — выдавил он, уже практически проиграв битву с собственным здравым смыслом. — Что тогда?
Тэхён посмотрел на него, и его губы тронула усмешка. На этот раз в ней было что-то знакомое — та самая искорка, которая обычно предшествовала флирту.
— Ну, — протянул Тэхён, медленно шагая ближе, — если не совпадут, то, — он замер прямо напротив Чонгука, слегка наклонив голову, — мы просто можем перейти к следующему пункту из этой твоей статьи. Или, что еще лучше, я могу показать тебе, какие боксеры я люблю носить, без всяких там «совпадений». — С рычанием он резко схватил Чонгука за ворот рубашки, притягивая его к себе с такой силой, что тот едва не потерял равновесие. Их тела столкнулись, и Тэхён накрыл губы Чонгука своими в грубом, требовательном поцелуе.
Тэхён поднял его на руки и отнес в гостиную, не забывая попутно закрыть дверь. Прижал его к стене, одной рукой впиваясь в волосы Чонгука, запрокидывая его голову, чтобы получить лучший доступ. Другой рукой он скользнул под рубашку Чонгука, его пальцы сжимали кожу, словно пытаясь выжечь в ней свой след.
Поцелуй становился все более яростным. Тэхён не просто целовал, он пожирал, его зубы царапали нежную кожу губ Чонгука, оставляя легкие, но ощутимые следы. Он рычал в ответ на стоны Чонгука, его тело напряглось, словно хищник, готовый к броску. Каждый вдох был тяжелым, прерывистым, наполненным запахом омеги, который сводил Тэхёна с ума.
Он отстранился лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание, его глаза, темные и горящие, впились в лицо Чонгука. На его губах виднелись следы крови, а дыхание Чонгука было сбивчивым. Тэхён провел большим пальцем по нижней губе омеги.
— Ты мой, — прохрипел альфа, его голос был низким и хриплым от страсти. Он снова набросился на Чонгука, его руки теперь исследовали тело с еще большим напором. Член Тэхёна болезненно упирался в штаны прося освобождения, но на данный момент единственное, что волновало это удовольствие его омеги.
Тэхён не давал Чонгуку ни секунды передышки — его руки сжимали, хватали, словно пытаясь сломать все преграды между ними. Он рвал рубашку, пальцы скользили по коже, оставляя огненные дорожки. Чонгук застонал от жгучего желания, которое разгоралось с каждой секундой.
Тэхён впился зубами в шею, не щадя нежной кожи, оставляя болезненные, но желанные метки. Его дыхание было тяжелым, прерывистым, смешиваясь с тихими стонами Чонгука. Он не давал возможности отдышаться, не позволял отвести взгляд — его глаза горели безумной страстью, жаждой полного контроля. Чонгук и не думал, что он может быть таким. Его руки скользнули ниже, обхватив талию, прижимая к себе так, что казалось, что они слились в одно целое. Он снова впился губами в кожу, на этот раз ниже ключицы, оставляя следы, которые будут напоминать о нем долгое время. Чонгук дрожал, его тело отвечало на каждое прикосновение, на каждое движение с наслаждением.
Его пальцы, словно когти, впились в ткань брюк, срывая их с такой силой, что пуговица отлетела в сторону. Его губы, теперь уже не кусающие, а жадно впивающиеся, скользили по обнаженной коже живота, оставляя за собой горячий след. Он смотрел на него с восхищением, когда медленно стягивал с него светло-серые боксеры, которые порядком уже обоим надоели. Он делает несколько движение рукой, и берет возбужденный Чонгуков член в горячий рот, заставляя того стонать. Уверенные, быстрые движение головой заставляют омегу зарыться рукой в волосы Тэхёна, насаживая его рот на свой член.
— Блять, Тэхён-и. — он закатывает глаза от удовольствия, закидывая голову назад. Чонгуку кажется, что он прямо сейчас отправится на тот свет, потому что такого чувства он еще никогда не испытывал.
Тэхён слегка давится, когда Чонгук толкается в его горло особенно глубоко, к уголкам глаз подступают слезы, но он не отстраняется доведя своего омегу до предела.
— Сейчас кончу. О, Боги. сейчас. — Чонгук вскрикивает от наступившего оргазма и обильно кончает в рот Тэхёну, который в принципе оказался не против (хотя, кто его спрашивал?).
— Такой хороший мальчик. Весь мой. — Он нежно целует его, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь. — Ты мне нравишься, Чонгука. Так сильно, как никто и никогда.
Альфа подхватывает его на руки и относит в ванную, где они вместе принимают душ.
***
Теплый пар еще витал в воздухе, смешиваясь с ароматом геля для душа с нотками сандала и бергамота. Тэхён и Чонгук, расслабленные и немного сонные после совместного, неспешного душа, устроились на большом, мягком диване в гостиной. Их тела были еще влажными, но уютные домашние футболки и шорты быстро впитывали остатки влаги, даря ощущение комфорта. Тэхён прислонившись спиной к подушкам, обнял Чонгука, который устроился между его ног, положив голову ему на грудь. Сердцебиение Тэхёна было ровным и успокаивающим, а его рука нежно поглаживала спину Чонгука. — Что будем смотреть? — прошептал Тэхён. Чонгук, который держал в руках пульт, задумчиво посмотрел на экран телевизора. Он только что включил его, и на экране мелькали различные меню и превью. — Даже не знаю… Что-нибудь легкое, чтобы просто расслабиться, — ответил он, его пальцы скользили по кнопкам. Он включает рандомный фильм, после чего они удобнее устраиваются на диване. Чонгук, конечно, до сих пор не верил в эти «четвергские совпадения», но вот тот факт, что его дурацкая идея привела его сюда, к Тэхёну, да еще и с таким приятным результатом, заставлял его думать, что, может быть, в этих журналах есть доля правды. Или, по крайней мере, они могут быть отличным поводом, чтобы в семь утра постучать в дверь к понравившемуся альфе.
