young and sweet, only nithteen

- ну и зачем ты сюда мене позвал? - не смотря на возмущение в фразе, голос готье звучал даже радостно. - ну, сегодня же последнее утро твоей юности. Коронация. Вечером Готье официально станет правителем Октавии. Королём страны на Бискайском заливе. Королем страны окруженой морем, океаном и горами. Страны которою юному правителю придётся поднимать с колен. Но это всё будет вечером, а пока что они ‐ обычные беззаботные юноши. - всего-то навсего? Я уже думал что ты позвал меня сюда в такую рань труп прятать. - Готье не мог удержаться от того чтобы пошутить и разрядить обстановку, - но что мы будем в целом тут делать? - Ну если ваше высочество не против тогда мы можем станцевать, - от такого официального обращения Готье закатил глаза. От всех остальных такое обращение было максимально обычным, но когда так обращался к нему Оливер на душе у Готье появлялась смесь злости и смущения, и именно такой реакции Оливер и добивался. - Ну хорошо, милый,- тут уже пришла очередь Готье смущать своего парня. По какой-то неведомой причине обращение " Милый" вызывало у Оливера бурю эмоций, и Готье иногда пользовался этим. - Ну если ты согласен то я включаю музыку. Немножко покопавшесь у себя в телефоне Оливер включил какую-то песню. Зарубежная песня восмидесятых, моментально понял Готье. Эта песня навеела Готье кое какие воспоминания, и от них по щеке готье пробежала одинокая слеза. - Ты что так погруснел? - с заботой спросил Оливер. - Эта песня навеяла мне воспоминания, - Готье сделал небольшую паузу, продолжил, - я вспомнил Грейс. Когда-то, когда я был маленьким она любила включать эту песню. Тогда я ещё не ценил все те моменты. Каким же я тогда был глупцом! Под конец небольшого розказа по щеке Готье начала скатыватся ещё одна слеза. Оливер нежно взял лицо готье в свои ладони, и нежно, большым пальцем смёл слезу з щеки Готье и произнёс, - Я много слышал о том какая была Грейс, и я уверен что буть она жива она бы гордилась всем что ты сейчас делаешь. Готье немного улыбнулся, а Оливер взял его за руку и немного отсупил. Готье моментально понял что хочет сделать Оливер, и уже через секунду они кружились в танце. Парни не знали движений и двигались просто под такт музыки подстраивась под друг друга. Подстраиваться у них выходило очень хорошо, потому что они понимали друг друга лучше чем самих себя. Готье посмотрел на Оливера. Не смотря на прохладу оба парня были одеты очень легко, и сильный ветер развивал незеправленую рубашку Оливера. Из-за холода лицо Оливера немного покраснело, и по этому Оливер выглядил ёще милее чем обычно. На рассветом сонце серо-зеленые глаза Оливера имели какой-то неземной цвет, а волосы Оливера выглядели рыже-золотыми. Готье очень любил розсматривать Оливера. Готье не верилось даже то что этот парень который выглядит как ожившая древнегрецкая статуя в целом существует, а то что Готье в отношениях с ним уже несколько лет ёще больше взрывало мозги самому Готье. Парни вились в танце и в какой-то момент Готье притянул к себе Оливера и нежно поцеловал его. Песня продолжала играть, и в какой то момент Готье заметил фразу в песне. " Dancing Queen. Young and sweet, only seventeen". Готье подумал что Оливер наверно не случайно выбрал эту песню. - как же хорошо сейчас, - произнёс Оливер, - как же хорошо сейчас,- повторил фразу Оливера Готье. Как же было хорошо. Как же было хорошо тогда. ТОГДА. И как же плохо сейчас. Сейчас. Когда Готье нет в живых уже пять лет. Как же Оливер ненавидит то что та гребаная песня оказалась пророческой, а Готье теперь навсегда 19. Оливер ненавидит все. Он ненавидит себя. За то что не смог защитить Готье когда на коронации ворвались какие-то люди и застрелили Готье на виду у половины Ромуса. Оливер ненавидит то какой он жалкий сейчас. Иногда его посещают мысли что бы подумал о нём Готье если бы увидел каким он стал сейчас, но Оливер прогоняет эти мысли тем что если бы Готье был сейчас жив то и Оливер не был бы таким жалким. Каким же Оливер был тогда. Тогда он был беззаботным юношей которому посчастливилось иметь отношения с самим Королём. А сейчас. Сейчас он алкаш збежавший из тюрьмы который живёт на еде сворованой из магазинов, и от которого отрёклась собственная сестра. Оливер сейчас ненавидит Гедеона Хитклифа. Этот мудак говорил ему что хочет втерётся в доверие новой партии. А по итогу он за пять лет ничего не сделал, потакая самым худшим законам партии, и первым предложил посадить Оливера в тюрьму. Оливер ненавидит и завидует Леону Кагеру. Леон быстро все отпустил, сьебался в Францию, и сейчас живёт свою беззаботную жизнь. Оливер не ненавидит только одного человека. И этот человек сейчас уже мёртв. Этого человека уже не вернуть, и он его причина умереть и жить.