Я так нуждаюсь в тебе

Толпа у входа шевелилась, как море перед штормом: плакаты, свистки, голосистыe выкрики. Ветер таскал листовки, в воздухе пахло кофе и садовыми розами из тех букетов, что покупают в последний момент. Камеры мигали, фанаты щёлкали фотоаппаратами — всё готово к финалу, где решится судьба шоу. Первым пришёл Влад Череватый. Он зашёл в зал ожидания уверенной походкой, сел на пустой стул для финалистов и, расправив плащ, принялся осматривать пространство: привычный скепс и лёгкая насмешка в уголке губ. Через пару минут подъехал Максим — улыбнулся, пожал руку Владу, обменялись парой слов, и оба устроились ждать. В их движениях было что‑то успокаивающее: знакомая поддержка, маленький ритуал перед боем. Марьяна появилась чуть позже — в лёгком, элегатном, черном платье , без лишней суеты. Она приветливо кивнула, прошла и заняла место рядом с Владом. В глазах у неё был тот самый собранный блеск, который появляется перед стартом: нерв, сосредоточенность, тихая надежда. В конце вошёл Александр — сдержанный, холодно‑учтивый. Он поздоровался с остальными, но в его улыбке не угадывалось тепла. Скоро в зал начали приходить и остальные экстрасенсы, те, кто не прошёл в финал. Они поздравляли финалистов, обнимались. Создавалась какая‑то странная смесь конкуренции и товарищества — все знали, что борьба была нелёгкой, но никто не хотел терять человеческую тёплую ноту. И тут в дверях появилась Виктория. Большая связка роз в одной руке, в другой — аккуратный конверт. Её лицо было по‑особенному светло‑серьёзное. Она остановилась, словно ощутив нужный момент, и произнесла так, чтобы её услышали все, но чтобы слова были именно для Марьяны: — К сожалению, финал жесток к женщинам, и я это знаю. Но, как говорится, не место красит человека, а человек красит это место. Хочу подарить тебе что‑то личное. Поэтому это тебе. Она вручила Марьяне букет и конверт. В воздухе разнесся тонкий аромат роз — сильный и немного терпкий, он как будто пробуждал память о чём‑то тёплом и давним. Марьяна опустила взгляд на руку Виктории, почувствовала твёрдость и уверенность в том, как та держала цветы, и без лишних слов подошла. Обняла Викторию, прижалась к уху и шёпотом сказала: — Спасибо, что не бросила. Виктория ответила слабой улыбкой, кивнула, затем , поздравляла других финалистов тёплыми словами. Когда очередь дошла до Александра, она посмотрела мимо него — короткий холодный взгляд, и этого было достаточно, чтобы стать заметным. Александр даже не стал пытаться скрыть лёгкое раздражение; он остался в стороне, будто его игнорирование взяло верх над желанием быть в центре внимания. Выйдя, Виктория прошла мимо камер красиво и спокойно, словно сцена и холл были лишь частью большого спектакля, а её жест — ответственного человека, который выбрал проявить человечность. Марьяна аккуратно развернула конверт. Внутри лежало их общее фото — момент из репетиции, где они смеялись вместе, волосы растрёпаны, глаза сияют, и в кадре нет ни претензий, ни конкуренции — только чистая радость. Фотография была чуть тёплая от рук Виктории, будто через бумагу проходило тепло. Марьяна прижала её к груди; в груди разлилось что‑то мягкое и светлое, похожее на дом. Вокруг шумело, но Марьяна сидела спокойная. Конверт с фото стал её маленьким убежищем — напоминанием, что в этом жестоком финале есть место человеческой близости, что есть кто‑то, кто видит и ценит не только победу. Она взглянула на остальных: Влад шутил, Максим рассеянно постукивал пальцами, Александр сидел в своей ледяной оболочке. А в памяти у Марьяны снова возникла улыбка Виктории и запах роз. Она аккуратно положила фото обратно в конверт, положила его в карман и встала, готовая выходить в гот зал . Вдох — выдох.