Мы друзья,Майк!

В жизни Уилла наконец-то всё стало налаживаться. Встретить Робин было самой настоящей удачей — наконец-то он мог быть собой. Бакли понимала его лучше всех остальных, давала ценные советы, которые и правда помогали. Байерс стал чаще улыбаться, смеяться и весело проводить время — наконец-то он был услышанным, а не проигнорированным. Последние годы Уилла часто сопровождала тревога: всё как будто было против него. В один обычный вечер он попал в абсолютно незнакомое место. Да, оно выглядело как Хоукинс, но отличалось страшными монстрами и тяжёлым, удушающим воздухом. Кругом не было ни еды, ни воды. Неделя казалась пыткой. Приходилось есть эту чёртову слизь, лишь бы остаться в живых. И он думал, что наконец-то всё закончилось, что больше его это не коснётся. Но воспоминания и видения преследовали его. Преследовали мысли и боль истязателя. Уилла и без того тревожили мысли, что он ничтожество. Отец вбил ему в голову, что любить парней нельзя. Уилл был влюблён не просто в парня — он был влюблён в своего лучшего друга. Байерс винил себя за это, ненавидел своё отражение. Каждый раз ему было стыдно, когда он засматривался на Уиллера. Всё должно было кончиться в Калифорнии, куда они переехали всей семьёй вместе с Джейн. Но любовь к Майку никуда не делась — появилась ревность. Майк постоянно писал письма Оди, а Уиллу писал крайне редко. Да и сам Уилл не хотел навязываться. Конечно, и в Хоукинсе Майк не так тянулся к Уиллу, как к Одиннадцать, но они всё равно всегда были рядом. С самого детства они были неразлучны, и такая отстранённость со стороны Майка очень ударила по Уиллу. Жизнь Уилла была больше похожа на кошмар, но теперь, когда он получил поддержку со стороны роковой Робин, она уже не казалась такой ужасной. *** Суббота. Ребята собрались всей компанией в доме Уиллеров для просмотра фильма «Чужие». Он вышел недавно, и они долго пытались договориться с Тэдом, чтобы тот освободил телевизор. Когда телевизор всё-таки вызволили, они разместились кто где: кто-то на диване, кто-то на полу. Уилл сидел рядом с Робин на диване, у его ног сидел Майк. Хоть фильм и был страшным, Уилл и Робин не могли сдерживать смех в каких-то моментах и шептать друг другу шутки. Майк не мог этого не замечать. Его давно настораживало поведение этих двоих. Уилл же всегда говорил, что никогда не собирается влюбляться, не собирался заводить отношения — тем более с девушкой. Уиллер никогда не видел, чтобы Уилл так быстро с кем-то сближался и вообще общался с кем-то вне их компании. Байерс всегда был замкнутым, расцветал только, когда они играли в ДнД всей четвёркой. Сейчас всё так быстро изменилось. Теперь ревность охватила Майка. Чувства, которые он так долго подавлял, стали выходить наружу. Он часто ловил себя на мыслях об Уилле, на взглядах в его сторону. Уиллер смотрел на его губы, смотрел ему в глаза. Внутренняя гомофобия съедала его полностью. Почему он не может быть как другие парни? Почему не смотрит на Оди так же, как на Уилла? Почему он вообще так смотрит на Уилла? Так нельзя. Этот парень такой невинный, такой нежный… Майку было стыдно даже думать о нём в таком ключе. Он часто сбегал от Уилла, лишь бы никто ничего не понял. Тем более сам Уильям. Ему было стыдно за себя, когда он сказал ему: «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». Лицо Байерса в тот момент было таким грустным и разочарованным. Майк тут же пожалел о сказанном. Хотел обнять его, поцеловать, объясниться — но не смог. Эти слова, сказанные Уиллу, предназначались самому Майку. Но сказал он их Парень надеялся, что проводя больше времени с Оди, сможет полюбить её. Но как бы он ни старался — не получалось. Поцелуи вызывали отвращение. К её письмам относился равнодушно. Когда она бросила его, он ничего не почувствовал. Конечно, Джейн была хорошей, стала ему родной. Но Майк просто не мог любить её. Не мог воспринимать её как свою девушку. Поначалу он мог так думать, но с годами всё навязанное растворилось. Он понял, что любви не было никогда — было лишь восхищение суперспособностями маленькой девочки, сбежавшей из лаборатории. Чувство безопасности рядом с ней притягивало. Майк просто спутал восхищение с любовью. Но теперь, когда он всё понял, стало только хуже. Лучше бы он продолжал считать, что влюблён в Джейн, чем сидеть сейчас в кругу друзей, переполненный ревностью и гневом. Фильм и так был тревожным, а Майк собрал у себя фулл-хаус негативных эмоций. Если он ещё раз услышит смех этих голубков, его уже не удержать. Радовало только одно — фильм почти закончился. *** Конец был напряжённым, и все сидели молча. Майка утешало хотя бы это — финал «Чужих» вырвал его из реальности, и он хотя бы ненадолго забыл о своих переживаниях. Но какой же просмотр фильма без обсуждения? Это подняло новую волну эмоций. Как же ему хотелось уйти. Уилл и Робин бурно обсуждали кино, их мнения сходились, и они смеялись ещё больше. Майк пытался отвлечься разговором с Лукасом и Дастином, но каждый раз его взгляд возвращался к объекту обожания и к девушке, которую он неожиданно возненавидел. Может, это со мной что-то не так? Только я это замечаю? Почему так тяжело дышать, и к горлу подкатывает ком? Почему звенит в ушах..? Чувствуя накатывающие слёзы, Уиллер незаметно ушёл. Хорошо, что компания большая — никто не заметил. Или всё-таки кто-то заметил? Майк закрылся в своей комнате. Он больше не мог сдерживать чувства. Слёзы хлынули, дыхание сбилось, а мозг, будто издеваясь, прокручивал сцены с Уиллом и Робин. Парень не плакал давно, и казалось, что эти слёзы уже никогда не остановятся. Почему Уилл так поступает? Он же обещал сойти с ума вместе... Хотя чего я ожидал? Что у него никогда не появится девушка? Что мы всегда будем сидеть в подвале и играть в ДнД? Мы уже не дети. Ему не интересно со мной. Уилл даже не посмотрел бы на такого парня, как я.. Его выдернул из мыслей стук в дверь. *** Байерс хоть и разговаривал с Робин, хоть и смеялся, всё равно поглядывал на Майка. Он почти сразу увидел, как тот, тяжело дыша, идёт к своей комнате. Уилл не мог об этом не думать. Он дождался, пока все отвлекутся, и пошёл за Майком. Он не хотел, чтобы его кто-то беспокоил — Уиллер и так выглядел плохо. Уилл постучал. — Майк, это я. *** Блять, Уилл, почему именно сейчас? Парень был весь красный от слёз, всем видом показывая, что только что ревел. Байерс не должен этого видеть. Майк быстро вытер лицо салфетками, открыл окно — свежий воздух обдал его прохладой. Он выровнял дыхание, взглянул в зеркало: следов от слёз почти не осталось. — Да, Уилл,сейчас открою. *** Наконец парень открыл. — Майк, с тобой всё хорошо? Что случилось? Ты так резко ушёл, даже не предупредив. И был таким молчаливым весь вечер— Уилл заваливал его вопросами. Брюнету было приятно, что шатен заметил его пропажу, но негативные чувства никуда не исчезли. Хотелось просто молчать. — Почему ты пришёл сюда? Иди и дальше смейся со своей Робин, проводи время вместе, — слишком язвительно бросил Майк. — Майк, я не понимаю… причём тут Робин вообще? Я пришёл, потому что переживаю за тебя, — Уилл смотрел с непониманием. — Почему ты стал так много времени с ней проводить? Вы встречаетесь? — Тебе есть дело, Майк? Даже если она была бы моей девушкой — сам ведь говорил: «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». Типа девушка появилась, а тебе всё равно не нравится? Я тебя не понимаю Эти слова больно ударили по Майку. — Да, я говорил, но… но что насчёт нас?! — дрожащим голосом спросил Майк. — Мы друзья, Майк. Мы друзья, Понимаешь? — знакомые, болезненные фразы сорвались с губ Уилла. —Лучшие друзья!!!— Майку стало стыдно, ведь он вспомнил, как сам говорил это Уиллу.Уиллу, и уже ничего не исправить. — Это не меняет ситуацию. Чего ты взъелся? Ты хочешь узнать, встречаюсь ли я с Робин? Нет, не встречаюсь. Нравится ли она мне? Как друг — да. Но не больше, — настроение Байерса упало, его охватили тревога, страх, гнев и ревность. — Но почему ты тогда с ней так мил? Почему смеёшься, шутишь? Почему вы так сблизились? — Майк никак не мог поверить словам Уилла. Что-то ведь между ними есть. Они стали слишком близки. — Мне теперь даже смеяться нельзя? Майк, я не обязан общаться только нашей четвёркой. Я тоже человек. Я хочу знакомиться с новыми людьми, хочу общаться с теми, с кем хочу. Я не должен оправдывать твоих ожиданий. Ты думаешь, мне было приятно, когда ты всё время проводил с Оди? Когда ты избегал меня? Каждый день видеть вас вместе, слушать рассказы о ваших поцелуях..думаешь, мне это нравилось? Когда я хотел отвлечься, поиграть в ДнД, но вы отвечали «не сейчас, Уилл», уходили, даже не посмотрев, иду ли я с вами И теперь, когда я наконец нашёл человека, похожего на меня, с кем мне хорошо… ты предлагаешь перестать с ней общаться? Лишь бы тебе было комфортно? Извини, но нет. Я устал жертвовать собой, — Уилл выговаривал всё, что копил годами. — Но чем эта Робин лучше меня?! Чем она может понять тебя лучше, чем я?! — Майку было стыдно за себя. Он знал, что много ошибался. И даже при ссоре он не мог оторвать взгляд от губ Уилла. — Я не говорил, что она лучше тебя. Просто она научила меня быть сильнее и увереннее. Да и мы с ней похожи. — Похожи? В чём? — Она, как и я, любит свой пол. И я очень рад, что встретил её. Рад, что она поделилась своим опытом. Ты не представляешь, как было прекрасно увидеть её с девушкой и понять, что я не один. В мире, где меня называют педиком, голубым, зомбибоем… найти своего человека — это как луч света. Я впервые чувствую себя хорошо. Я не один. Майк был ошарашен. — Почему ты не делился этим со мной? Ты ведь знаешь, что я поддержу тебя. — Какой в этом толк? Ты ведь меня даже не слушаешь. Да и странно было бы рассказывать это тебе. Я влюблён не в какого-то парня. Я влюблён в тебя, Майк. В тебя. Я бы даже не посмел признаться, потому что ты был счастлив с Одиннадцать. Я боялся стать для тебя разочарованием. Прости. Ты слишком мне дорог. Майк замер. Признание, о котором он не подозревал, ударило в голову. В памяти вспыхнули их детские моменты, взгляды, знаки. — Я всегда тебя слушал. Прости, что не писал, когда ты был в Калифорнии. Ты писал в письмах, что тяжело так общаться. Я звонил тебе каждый день, по нескольку раз, но телефон был отключён. Я хотел услышать твой голос. Хотел быть рядом. Мне было очень тяжело без тебя в Хоукинсе. И мне стыдно, что я избегал тебя. Но я не мог иначе — каждый раз, как видел тебя, мне становилось тяжело дышать. Я не мог себя контролировать. Мне было страшно осознавать, что я смотрю на твои губы, руки, ноги… да даже на твой зад, Уилл. Но когда ты уехал, стало только хуже. Я как наркоман, честно. Мне тебя так не хватало. Я ревновал. Очень ревновал. Оди говорила, что ты рисуешь картину для своей девушки. Теперь ясно, почему ты тогда наврал про историю её создания. Я не знаю, чувствуешь ли ты что-то ко мне сейчас,но у меня к тебе чувства есть. И давно. Таких я к Оди не испытывал никогда. Уверен, что вообще её не любил. Я никогда не смотрел на неё так, как на тебя. Никогда не хотел поцеловать её так сильно. И встречаться с ней я не хотел — я ничего не понимал в 11–12 лет. Мне навязывали с детства, что геи — ненормально, что таких нужно лечить или убивать. Я видел, как тебя травили. Я не хотел оказаться на твоём месте. И Оди была идеальным выходом В комнате повисла тишина. По щекам парней текли слёзы. Майк не мог больше отводить взгляд от дрожащих губ Уилла. — Уилл,прости. Я больше не могу… Брюнет подошёл к шатену, чуть наклонился и аккуратно коснулся губами чужие губы. Лёгкое прикосновение — и всё вокруг исчезло. Они больше не слышали звуков снизу. Чувствовали только друг друга — биение сердца, обрывистое дыхание.