Audi Vide Sile (Слушай Смотри Молчи)

6 марта 1990 год Дом Гринов 3:00 утра Держа и убаюкивая на руках малютку Алекс, я смотрела сквозь засаленное приоткрытое окно на ночное звездное небо. Там сверкала полная луна. Я заметила созвездие Охотницы и прикрыв глаза, вдохнув свежий ночной воздух представила себя на месте этой бессмертной девы. Как я бегу по лесу среди раскатистых дубов, недвижимых ясеней, с луком в руках, преследуя добычу. Вокруг меня множество мифических зверей, вот я почти догнала и пустила серебряную стрелу в глотку бешеному волку, вот я ... Кто-то опустил мозолистую руку на мое плечо и шепотом произнес: «Моя очередь дежурить Харп, не загоняй себя до такой степени.» — Кали, не подкрадывайся так ко мне — воскликнула от испуга я — Как всегда думаешь Харпер — назидательно произнесла сестра и рассмеялась, но сразу собралась и стала серьезнее Ты хоть посмотри на себя, под глазами залегли тени, некогда блестящие черные глаза потускнели, черные пряди выбиваются из хвоста. Ты вообще думаешь о своем здоровье, или хочешь помереть, знаешь что на лекарства денег нет, не то что на поход к врачу — последнее, старшая из детей Грин практически кричала — Май дарлинг, ты знаешь я не могу позволить себе бездельничать, ты, я - единственные чуточку взрослые в этом гребаном доме. — сквозь зубы прошипела я. На родителей надежды нет если отец не пропадает на работе, то пьет, как и мать. Только та подрабатывает в Баре стриптизёршей, и каждую пятницу после «Женского дня» мне приходиться на утро приводить их в чувство после попойки. Наших денег еле хватает, чтобы сводить концы с концами, ты практически все время пропадаешь на работе в книжном, я играю роль «Подай и принеси» на вокзале среди этих важных ублюдков мнящих, что распечатка билетов супер важная миссия. Даже, еп твою мать, Дилан высокомерная задница, подрабатывает грузчиком в магазине. Каждый из нас делает все, чтобы выбраться из нищеты и этих трущоб Тоттенхема. Я физически не могу позволить себе отдыхать если хочу поступить в престижный колледж после школы, а делегировать обязанности, то есть нянчиться с Оуэном, Итаном, Рейчел и Алекс я попросту не УМЕЮ, так что прости меня, но обстоятельства вынуждают меня быть полу трупом — шепотом высказалась я, чтобы не разбудить остальных. — Успокойся, и ты меня прости, но я просто пытаюсь вдолбить в твой мозг, что 10 летнему ребенку нельзя истощать свой организм. Я очень тебя понимаю все таки мы все в этой жопе находимся — горько усмехнулась она Я знаю ты хочешь помочь родителям, мне, Дилану, но сейчас иди отдохни, поспи если сможешь. Я уже убаюкала Рейчел и Итана, с Алекс я сама управлюсь. С этими словами Кали взяла малютку Ал из моих рук, положила ее в скрипучую, старую кровать на пружинках и обняла меня. Только сейчас я ощутила всю усталость, всю тяжесть груза на моих плечах и вцепилась в Кали, как утопающий цепляется за соломинку. Смотря в потолок на привычные узоры трещин, я пыталась прогнать влагу из глаз. Это от облегчения, не так-ли. Моя сестра лишь ободряюще посмотрела на меня, без слов все понимая и кивком указала на дверь моей комнаты. Я поплелась в свою комнату, и села на кровать, хотя назвать ЭТО комнатой может только тупой. Подсобка 5 кв м, кровать в углу. Стол сооруженный из остатков деревянных ящиков отцом, и тумба из пластика заменяющая и шкаф, и полки. Расписанный трещинами потолок, ковролин неопределяемого цвета расстеленный на полу, маленькое потрескавшееся окно напротив, открытое нараспашку в этот летний душный день, да покошенная входная дверца. В левом углу противоположно кровати на полу лежала стопка книг вперемешку с учебниками. Их было около двух десятков. Многие книги были попросту сворованы из книжного на Сейнт-Лойс-Роуд у старьевщика, где работает сестра. Спросите меня испытываю ли я угрызения совести, абсолютно нет. В условиях тотальной бедности у любого из вас, эта эмоция сдохнет в страшных муках. А иначе помрешь либо с голоду, либо от инфекции без лекарств. Тем более когда вы купили только первый этаж двухэтажного дома. Конечно на еду в основном хватает, но бывают голодные месяцы. Тьфу ты куда мысли поскакали. Так и в вечную жалость к себе недолго скатиться, а такие мысли отец из нас можно сказать выбивал. Я поежилась от воспоминаний, у меня до сих пор пара незаживших полос от ремня на спине. Я как можно удобнее улеглась на продавленной кровати и решила подремать хотя бы пару часов. 30 минут спустя: Нет, не могу заснуть. Да чтоб тебя. Такими темпами до утра провожусь, лучше прогуляюсь. И с этим твердым намерением быстренько оделась. Потертые джоггеры, футболка с выцветшим принтом НИРВАНА и кепка. Проскользнув тихой сапой к выходу, взяла одну пару ключей висящих на гвозде, в стене, закрыла за собой дверь и вдохнула свежий воздух полной грудью. Знаете такой бывает только ночью, чистейший ещё не загрязнённый выхлопами машин воздух был моей слабостью. Пройдя вдоль Грейхаунд-роуд я свернула в какую-то подворотню. Ох, сколько я буду ненавидеть мысль из-за которой я вообще вышла на улицу в чертово полнолуние. НО, к сожалению, сделанного не воротишь. Краем глаза заметив лезвие ножа мелькнувшее возле лица, я с хрипом отшатнулась упав на асфальт. Резкая боль в ладонях, видимо стерла их, с каким-то спокойствием смертника подумала я. Разворачивающаяся картина, становилась все более ужасающей. Три пацана, одним из них был тот с ножом, другой с кастетом, теснили воинственную девушку в угол, а четвертый приближался ко мне. Поняв это я начала быстро ползти в противоположную сторону. Не успела, он подбежал ко мне и с каким-то болезненным возбуждением начал срывать с меня одежду, а когда я начал сопротивляться, то послышался хруст кости. Боль затопила мой разум, с гневом, я поняла - это была моя правая рука. Ненависть поглотила меня и я начала драться. Хук слева, удар в челюсть, гримаса боли на лице противника. Рука с шипованным кастетом больно врезается в мое солнечное сплетение, разрывая, итак старую футболку. Моя кровь брызнула на асфальт, дыхание сперло и я завалилась на бок. Пацан воспользовавшись этим толкнул на пол и начал методично избивать. Я почувствовала хруст ребер, как кулак врезался и разбил висок, как кровь начала застилать глаза. С чувством обреченности я поняла, умру. Ему уже стало все равно на мое тело, выродок получал удовольствие от моей боли. С трудом повернув голову, я посмотрела на девушку, с обезображенным гневом лицом. Видимо этот хмырь избивающий меня был сильнее, чем те, ведь двоих она уже успела повалить. Надежда начала просыпаться во мне, когда я увидела, что лежащий на полу очнулся и силой пырнул своим ножом ей в голень. Рана была глубокой, даже стала видна кость. Меня бы стошнило, если бы живя в гетто я не была привычна к такому и не раз убегала с мест вот таких потасовок. Вдруг девушка зарычала, ее зрачок полыхнул желтым и как-то неестественно выгнувшись на ее месте оказался волк, припадающий на одну ногу. С гневом она зубами выдернула нож из лапы. Оборотень, вервольф подумала с леденящим душу страхом я, вспомнив миф о Ликаоне из любимой книги о Древней Греции. Волчара был под 2 метра ростом, с густой русой шерстью и с частоколом острейших зубов-клыков, с которых капала слюна. Прыгнув волчица в мгновение ока разорвала горло обидчика. Я видела как он, захлебывался в крови, смерть была быстрой но болезненной. Волчара с чувством превосходства и жажды крови посмотрела на нас, застывших словно кролики и выплюнула в мою сторону гортань, несчастного. Пока я осознавала происходящее созерцая гортань лежащую подле меня, волчица убила их всех. Это заняло не больше минуты. ЭТО- убийство 4 ублюдков. Нет, после того что они сделали мне не было их жалко, нисколечко. Меня поразил такой жестокий способ расправы. В глазах зверя не было ничего человечного, она оскалившись смотрела на меня, а я не могла отвести взгляд от ее янтарных зрачков. Вот она уже припала на задние лапы, оскалив, пасть, чтобы прыгнуть, как я почувствовала жар в груди, который нередко возникал во время опасных для жизни ситуаций. После этого всегда случалось нечто странное, вроде телекинеза или пирокинеза, но благодаря этому я не редко оставалась живой. На этот раз я ощутила нить связывающую нас взглядом и в моем мозгу пронеслась вся жизнь несчастной девушки Ариадны Диаз. Не знаю на сколько я отключилась переваривая осознанное, последнее, что я помню были челюсти сомкнувшиеся на моем плече. Одно я знала точно, ВЫЖИВУ. Голова нещадно гудела, пытаясь понять опыт 17 лет жизни в один миг. Не зря говорят имена имеют силу. Ариадна имела похожую судьбу со своей греческой бессмертной тезкой, над чем не редко смеялась захлебываясь слезами. В 14 лет она начала встречаться с одним парнем по имени Рем, вовсю помогала ему, спасая от жестоких опекунов и они даже умудрились вместе сбежать, но в одну ужасную ночь полнолуния он обратился перед ней и укусил ее. После чего она ни разу не видела его. В то полнолуние она случайно убила человека, что сильно изменило ее. Она сохранила воспоминание, хоть и не могла сопротивляться звериным инстинктам. Вернувшись домой она также ходила в школу, была прилежной ученицей и ее замкнутость многие списывали на усталость. А по ночам она сбегала в лес и привязывая себе к дубу цепями и ремнями пыталась научиться контролировать свою звериную сущность используя всякие медитативные техники. Спустя год, в 15 лет она встретила в лесу другого оборотня с которым подралась, а когда очнулась после полнолуния с уже зажившими ранами, но вся в крови, то подружилась с ним. Его звали Крис Хейнс. Он был сквибом во втором поколении и открыл глаза Ариадне на многое. Сам он в детстве был Укушен Фенриром, когда 3 летний он гулял с мамой. Его мама не пережила встречи с Сивым, и он остался сиротой, на попечении дяди. Дядя в приступах ненависти, часто рассказывал о Магическом Мире. О том как был изгнан в 11 лет в мир магглов, оказавшись в приюте. О том как он был рад, что его родня теперь гниёт в Азкабане. Сам он возненавидел Пожирателей Смерти после Фенрира и из-за непринятия сквибов Темным Лордом. Он водил племянника в Косой переулок, через паб «Дырявый котел» на Чаринг-Кросс-Роуд, каждый месяц, чтобы узнать новости о том мире. Сам он так и не смог смириться со своим бытием сквибом, отрезанным от магии и когда Крису стукнуло 15, погиб от сердечного приступа веря в госпиталь Св. Мунго, и не наблюдаясь в маггловских больницах. Его не спасли, посчитав никчемным магглом. Так он остался совсем один и в такой прострации жил целый год до встречи с Ариадной, которая встряхнула его. Они начали активно пытаться если не вылечиться от проклятия, то хотя бы подчинить себе, скрестив маггловские и магические знания. Спустя год у них получилось создать две методики, одну для того чтобы не обращаться от гнева или боли и вторую, чтобы контролировать себя в Полнолуние. Они были созданы ими на стыке окклюменции и медитаций буддистов. Они поставили образно говоря клетку в разуме, куда запихивали волка и даже полностью обычной Ариадне это удавалось. Этого волка они морили и издевались в преддверии полнолуния, чтобы он не мог сопротивляться. Так как это была мысленная проекция зверя на его физическом состоянии это ни как не сказывалось. Они были вне себя от счастья, что все получилось и даже выкурили целую пачку некачественных сигарет. А в этом году Ариадна с оставшимся на второй год Крисом окончили школу на твердые В. И собирались поступить в Юридический и Политехнические колледжи. На этой счастливой ноте меня вытолкнуло на бренную землю. Плечо взорвалось болью, было чувство что в кровь мне залили жидкий огонь. Меня осенила жестокая догадка, меня укусили и это яд распространяется по телу. С трудом разлепив глаза, в которые словно песка насыпали, я повернула голову налево и увидела бездыханное окоченевающее тело волчары Ариадны, челюсти которой впивались в мое плечо. Будучи десятилеткой до меня не доходила вся трагедия ситуации, а сейчас обретя взрослое сознание я поняла весь ужас. Я УБИЛА ЧЕЛОВКА. БЛЯЯЯТЬ. Как там говорил Крис, стихийный выброс? Я не знаю, что это был за выброс чудовищной силы, ни Крис, ни Ариадна не изучали магические предметы, за ненадобностью, читая учебники только по оборотням и окклюменции. И сейчас мне чертовски не хватало информации. От приближающейся истерики, тело начало дрожать. Истерики или обращения в монстра ептыть. В голове крутились только две мысли я убила человека и то что я волшебница. И скорее всего скоро стану вервольфом. Черт, ЧЕРТ, черт. Я чувствовала как яд расползается по телу меняя меня, но ничего не могла сделать. Я даже шевелиться от шока не могла. Прежде чем погрузиться в забытье перестройки, я успела разжать челюсти и освободить плечо и отрубилась. Я кружилась в красном мареве гнева, жажды крови и ненависти. Я чувствовала как под влиянием Полной Луны мои кости перемалывались и регенерировались с дикой скоростью. Я ощущала как переломы и рваные раны от шипованного кастета заживают, даже не оставляя следов., как в нос ударяли новые запахи. Неожиданно я почувствовала неутолимую жажду крови, что отрезвило меня. Без понятия сколько я была в отключке, но превратиться в волка уже успела. Усилием воли я пожелала создать клетку в разуме для волка. Снова почувствовав жар в груди, в районе солнечного сплетения я воссоздала ту клетку, которую помнила из памяти бедной Диаз. Если бы не второй выброс, подкрепленный нежеланием убивать после случившегося и нежеланием быть рабом своего тела вряд ли бы у меня получилось. На долю секунды, сумев запереть волка лоснящегося черной шерстью в клетку я не смогла контролировать его. Лишь отдавать ограниченные приказы. И я приказала мчаться на всей скорости в лес в 3 милях отсюда. С новоприобретённой скоростью, выносливостью и силой мы домчались туда за 8 минут. Там найдя особо большой клен, я начала биться головой о него. Я знала мне нужно лишь продержаться 2 часа, когда сила Луны пойдет в убыль. Специально ломая свои конечности и изворачиваясь, как могла я крепилась. Меня подстегнула ненависть к себе. Я была никчемным куском дерьма, с которым случилось так многое за такой короткий промежуток времени. За какие-то жалких пятнадцать минут моя жизнь перевернулась с ног на ноги. Я практически умерла, убила человека, обрела новые 17 лет жизненного опыта и узнала о ебаной МАГИИ. Переломы срастались слишком быстро, рваные раны и синяки заживали за минуты. Я была живым оружием. Долго сдерживать голодную, здоровую и сильную волчицу я не смогла. Она сбросила оковы и начала бегать по лесу ища добычу. Мы наверное мчались по округе на скорости около 10 м/с. К счастью за 30 минут, до рассвета не нашлось таких глупцов как я решивших погулять под Полной Луной и зверю удалось умертвить только двух кроликов и одну лисицу. В какой то степени просто бегать по лесу было прекрасно, чувство свободы, ветра колышущего мех, и радости, если бы не одно НО. Зверь хотел, нет жаждал убивать. Но я справилась обойдясь только кровью Ариадны на руках. Где то часов в 5 утра начался рассвет, мое тело словно перемололо в мясорубке и я обернулась в человека. Я обессилела, одежда превратилась в лохмотья, а мышцы и суставы горели как будто их окунули в расплавленную лаву. У меня не осталось сил даже, чтобы кричать. Свернувшись калачиком на холодной, твердой Земле я начала смеяться и рыдать словно сумасшедшая. По началу у меня сводило скулы и болели мышцы лица, но потом я прекратила ощущать что-либо. В голове пролетали воспоминания, как волчара с удовольствие кушал кролика, а потом увидев лисицу в одном громадном прыжке свернул лапой шею бедному животному. Тело Ариадны навсегда застрявшее в обличии волка, гортань того ублюдка вырванная Диаз, хруст собственных костей и связок. Все это словно заевшая пластинка крутилось в голове. Спустя некоторое время я успокоилась, отогнав все мысли далеко и надолго, поняв что ничего не изменить начала думать как жить дальше. Жесткие уроки Отца и Матери вдолбленные синяками и ремнем помогли. Наверное в первый раз за 10 лет я могу сказать вам спасибо. НИКОГДА НЕ ЖАЛЕЙ СЕБЯ, НИКОГДА НЕ СОКРУШАЙСЯ ПО ПРОШЛОМУ И ВСЕГДА ПЫТАЙСЯ ВЫБРАТЬСЯ ИЗ ДЫРЫ, НЕ ВАЖНО НАСКОЛЬКО ОНА ГЛУБОКА. — пронеслось в голове голосом родителей. И вняв голосу разуму я решила потопать домой скрываясь в тени деревьев и домов, по пути обдумывая все произошедшее. Однозначно надо развивать магию, из воспоминаний я вспомнила, как Крис говорил о школе волшебства куда как надеялся дядя его отправить. Вроде как письмо приходит в день одиннадцатилетия. Значит сидим и не рыпаемся. На ближайший год образовалась более тривиальная задача. Обуздать зверя, ведь одно понятно точно оборотней в маг. мире не жалуют. Это говорил Дядя Криса Арнольд. Он орал на племянника, как Крис потом орал на Ариадну, что вервольфы считаются темными тварями не заслуживающими жизни и этот секрет мы должны унести с собой в могилу. РЕШЕНО: В могилу. Чем больше времени проходит, тем четче укладываются воспоминания в голове. За такими нерадостными мыслями я добралась до дома, тихо отперла замок и прислушилась. Все спят, значит у меня есть время принять душ и выбросить эти лохмотья смыв с них кровь. Еще надо вести себя спокойно, чтобы произошедшее возле нашей улицы ни как не связали со мной. Я зашла в чистую душевую, вид которой портила лишь почерневшая замазка по углам, открыла вентиль и начала смывать с себя грязь, пот и кровь до состояния скрипа, этим действием запечатывая воспоминания в себе. Я вспомнила что-то про то, что маги умеют читать мысли. Вроде учебники по окклюменции которые читали уже знакомые оборотни это наука защищающая разум от вторжения. Как там она называлось, лега, легиллименция точно. Значит я стихийным выбросом пролегилиментила Диаз. Чтож хоть что-то ясное. Значит вспоминаем все прочитанное Ариадной и защищаемся, а иначе мой секрет, станет секретом Полишинеля, со страхом поняла я. К этому временя я закончила мыться и отстирывать одежку, выстроив примерный план действий в голове. Доверять свои сокровенные мысли бумаге, а тем более дневнику не сожгя компромат, по моему глупо. Доползя до кровати и уже собираясь хорошо выспаться, до слуха донёсся звук допотопного будильника из комнаты мамы с папой. Старшие нашего дома Джейкоб и Гвендолен Грины, то есть родители, начали всех зазывать на завтрак спустя минут 5. Вот чтоб... Не поспать мне сегодня, на часах ведь уже 7. И не заметила как пролетело время. Своим прекрасным новым слухом я услышала скворчание сковороды, хоть какая-то польза. Ладно раз умываться не надо, стоит помочь маме с завтраком. Дошагав до кухни увидела маму у плиты жарящую омлет. — Привет мам! Помощь не нужна. — спокойно проговорила я. — Доброе Харпер. Конечно, если не трудно. Джейкоб на работу спешит. Можешь сделать ему тосты и сандвичи на ланч. — Ок. Я принялась за дело успев сделать два бутера до прихода Кали. Она посмотрела на меня покачав головой, видимо поняла, что спать я и не ложилась, поздоровалась с матерью и подошедшим отцом, спешно уплетающим омлет, принялась помогать мне. К моменту когда отец позавтракал, мы уже завернули ему на дорожку два тоста и четыре бутера. И расцеловав всех подошедших детей в лоб, поцеловав жену в губы, усадив прибежавших пятилетнего Итана и малютку Алекс подле жены, спешно умчался на работу, на завод Philips. К такому мы уже привыкли, знаем у него придирчивый босс. Вскоре все расселись, успокоились и начали неспешно поглощать свои порции завтрака. Покончив с этим делом каждый из нас получив поцелуй в лоб от мамы и ее благословение гулять до 8, разбрелись кто-куда. А мне еще предстояла практика в окклюменции...