[🎄🧑‍🎄Рождественская ночь и Санта Клаус-мошенник🧑‍🎄🎄]

~🎄🧑‍🎄🎄~

Обидно. Такова была мысль, что пролетела в голове Джисона, когда он оглядел пустой офис с семью работниками в нём в вечер Рождества. В вечер Рождества! Вы только вдумайтесь в эти ужасающие слова! Вам не стало плохо? Хан Джисону, сидящему с утра до позднего вечера в офисе, так точно. Казалось, у него уже случился нервный тик двух глаз сразу, когда он перевёл взгляд на большую стопку отчётов на его столе, которые он должен был сделать ещё в начале декабря. Да, возможно, в этом была его вина (сам он не считает, что виноват в прокрастинации), но это было совершено не справедливо оставлять его в вечер Рождества на работе, когда все нормальные (ответственные, да, Джисон?) люди были в кругу семьи и вкусной еды. Хан грустно вздохнул. Сидящий через стол от него Сынмин не выглядел так, словно сегодняшний вечер был каким-то особенным и его вовсе не задевал тот факт, что он на работе, а не дома. Сам же Джисон весь извёлся. Он то напрягающе скрипел креслом, то громко щёлкал мышью, то и вовсе прожёг дыру в двери начальника Бана, который оставил его грустить в офисе дольше положенного. Он вновь оглядел оставшихся сотрудников. Интересно, чем его коллеги провинились перед начальником? Хёнджина он специально оставил, потому что тот был подобен ёлке сегодня, – весь такой яркий и привлекающий внимание – чтобы сотрудники грустно и печально смотрели на стрелки часов в попытке подогнать время к тому моменту, когда они будут дома? Что на счёт Феликса? Жизнерадостное солнышко чем-то могло не понравиться начальнику Бану? Сильно ярко светило со стороны своего стола? Ну а стажёр Чонин? Где он успел ему перейти дорогу? Возможно, за Яном имелся грешок в виде опаздания, но у него была уважительная причина! (Даже если сам Джисон не знает подробности того дня, он больше чем уверен, что Чонин заслуживал отдыха в Рождество, как все обычные люди). Чанбин бил пальцами по клавиатуре компьютера так, словно пытался успеть выполнить дедлайн (что, на самом деле, так и было) и каждый раз подпрыгивал в кресле, видимо, в попытке побыстрее свалить из офиса. Удивительно, что и Чанбин оказался в числе тех людей, которые занимались прокрастинацией в их команде. Хотя бы Джисон был в этом не одинок. Хан взглянул на невозмутимого Минхо. Тот откинувшись на спинку кресла, как-то лениво и скучающе крутил колёсико мышки, и что-то Джисону подсказывает, что он просматривал вовсе не свой отчёт, а ленту интернет-магазин в поисках рождественской фигни. Со стороны кабинета начальника поступала всеми любимая тишина, не предвещающая ничего хорошего. Почему Джисон знал? Да потому что никто из них ещё не был дома, хотя стрелки на часах застыли на 19:57. Умирающая рабочая атмосфера давила похлеще, чем любые горящие сроки. Хотелось либо биться головой об стол, либо пойти в кабинет начальника с жалобой о том, что сегодня Рождество и им не помешало бы уже давно сидеть дома. Но за отсутствием смелости перед начальником Джисону остаётся лишь биться головой об стол, что он и сделал в следующую секунду. Изумлённые взгляды обратились в его сторону. – Ты чего? – послышался голос Сынмина. Его пальцы замерли над клавиатурой. – Я так больше не могу! – взвыл Джисон. Он откатился на кресле назад, держась руками за край стола. Его корпус повис над полом, отчего это выглядело так, словно он сейчас упадёт. – Сегодня же Рождество! – Очевидно, наш начальник не в курсе, что это такое. – буркнул Чанбин, выглядывая из своего компьютера. – Для него не существует ни праздников, ни выходных. – он перевёл недовольный взгляд в сторону двери начальника. Чонин грустно вздохнул, понуро продолжая скучную работу. Казалось, его плечи ещё больше ссутулились над столом. Ещё чуть-чуть – и от малыша Нини останется лишь недоделанный отчёт и скупые слёзы обиды на клавиатуре. Джисон негодующе покачал головой. Так дело не пойдёт! Нужно что-то делать и делать это срочно! – Народ, я не могу провести Рождество вот так! В офисе, в рабочем костюме, среди горы бумаг и... –...не любимых коллег? – вставил Минхо. Он даже не оторвал глаза от компьютера, продолжая листать ленту интернет-магазина. Джисон нахмурился. – Я такого не говорил. – Но имел ввиду. – вздёрнул брови вверх. Взгляды коллег обратились в сторону Минхо и Джисона. И если Хан покрылся пятнами возмущения, то Минхо лишь скучающе зевнул. Эх, Джисону бы его уровень пофигизма. – Ну? И что? Что ты собираешься делать, как не проводить Рождество тут? – спросил Чанбин. Его голос был ровный, но по взгляду было видно, что он тоже придерживается мнения свалить домой, а не грустить в офисе, пока за окном падает снег и из каждого угла мерещиться Last Christmas. – Хочу свалить наконец домой! Я должен быть с семьёй, есть индейку, заранее тянуть руки к пудингу, стоящему на середине стола, и пить яблочный сидр с корицей. – Скажи об этом нашему начальнику. – закатил глаза Сынмин. Он убрал папки в ящик стола, видно, почти достигнув финиша. Кажется, от этого действия у Джисона защемил лицевой нерв и запустился двигатель внутреннего орания. – Индейкин маньяк! – выкрикнул Феликс, указывая на Хана. – Ты съедаешь невинную птичку! – Это буквально традиция, Ёнбок! – и взгляд Чанбина а-ля "странно, что ты об этом не в курсе". – Я хочу быть вхламинго в это Рождество! – Джисон принял позу звёзды, убрав руки в стороны, а ноги поставив на ширине плеч, наверное, ожидая водопад алкоголя, который польётся из потолка. – А вот как раз об этом нашему начальнику знать не обязательно. – щёлкнул пальцами Хёнджин как раз в тот момент, когда дверь кабинета Чана отварилась. Джисон вздрогнул от неожиданности, тут же плюхаясь в кресло и начиная судорожно скрипеть колёсиками в сторону стола. Это выглядело и смешно, и глупо. Он, видно, думал, что, если не находится на рабочем месте, то обязательно возглавит шествие идущих на(хрен) увольнение. – Как настроение? – весело и энергично поинтересовался начальник Бан, улыбаясь во все тридцать два зуба, в которых Джисон мог бы увидеть своё кислое выражение лица. Хан наклонился к Феликсу и Хёнджину, которые сидели напротив него. – Как бы ему без мата сказать, что настроение не фонтан? – громко зашептал он, отчего его ни разу не очевидный шёпот услышали все. Но не Чан, улыбка которого не померкла ни на секунду. – Мы знаем, вы хотите поднять нам настроение, но настроение что-то...мг...не поднимается. – сказал Чанбин, принимаясь передвигать предметы на своём столе. Или он уже просто начал по-тихоньку собирать вещички. – Ну чего вы такие кислые? Сегодня же Рождество! – начальник Бан хлопнул в ладони. – Да ну надо же?! – саркастично заметил Хан. Послышался тихий смех Чонина. Хёнджин и Феликс неверяще покачали головой тому, что Джисон устроил тут минуту сарказма. – Это же главный праздник! Нужно радоваться! – Чему? Тому, что мы на работе? Феликс шикнул на Джисона, едва сдерживая хихиканье. Он даже взял статуэтку со стола, чтобы в случае чего швырнуть в болтливого коллегу. Благо, Чан не услышал последние слова Хана, иначе ему бы прилетело, и в этот раз не от Феликса. – Всем удачи в работе. – отсалютовал начальник, внезапно направляясь в сторону своего кабинета. – Всем продуктивной деятельности, кроме тех, кто не скинул мне отчёты за этот месяц на почту. – видно, решив, что это хорошая шутка. Камон, а в чём был прикол выходить из своего кабинета? Чтобы что? Напомнить, какие они лохи, что застряли в проклятом офисе в канун Рождества? Жёсткая шутка, вообще не смешная. Похоже, кое-кому (не будем показывать пальцем, да?) нужно поработать над своим чувством юмора. Дверь кабинета за начальником закрылась и этот звук поставил жирную точку в том, что они остаются в офисе как минимум до момента, когда не доделают отчёт и не скинут на почту, а как максимум, на все праздники, вплоть до января. Это превращается в ужасный сон! – Что за издевательство? Мы снимаемся в ужастике "Кошмар перед Рождеством"? – тихо закричал Джисон. Он принялся с грохотом открывать ящики стола в попытке что-то найти. Минхо нахмурился. Даже отвлёкся от компьютера! – Что ты делаешь? – Ищу кое-что. – буркнул Джисон. Остальные коллеги заинтересовано уставились на него, Чонин чуть-чуть привстал со своего кресла. – Если ты ищешь это, то, увы, он почти разряжен. – и в следующую секунду послышался глухой стук о дерево. Все свернули шею в сторону Минхо. И Джисон тоже, на секунду прервавшись. То, что они увидели, повергло их в шок. – Ты в курсе, что хранить оружие незаконно, если у тебя нет на это лицензии? – ахнул Чанбин. Кажется, Сынмин на пару с Феликсом громко сглотнули. Теперь ясно, почему Минхо всегда такой спокойный. Наверняка, он с утра уже кого-то успел крякнуть за углом, пока никто не видел. Во дела! – Откуда у тебя пистолет? – Джисон опёрся руками о край стола. То, что он искал, ушло пока на второй план. – Откуда? Из магазина. А вообще, вопрос задан не корректно. – произнёс Минхо, словно не знать такое было стыдно. Джисон закатил глаза со словами на губах: "ну да, самое же время докопаться до правильности построения предложений". Между тем, Минхо продолжил: – Почему он у меня? Потому что захотел. Зачем? Вот главный вопрос, на который вы не узнаёте ответ. – ему ещё для полной комплектации не хватало рассмеяться на манер бугага. – Нет, ну серьёзно, Минхо-хён, это же опасно. – послышался неуверенный голос стажёра Йенни. Сынмин двинулся на кресле в сторону младшего, видно, на случай, поймать пулю грудью, которая полетит в Чонина. Если, конечно, полетит. Естественно, в офисе все напряглись. Кажется, даже Чан перестал булькать в своём кабинете, видимо, чувствуя накал обстановки. Выждав подходящий момент, Минхо задорно рассмеялся и, к ужасу остальных, схватился за пистолет. Сынмин ринулся в сторону Чонина, который сросся со столом, Чанбин спрятался за монитор компьютера, Хёнджин и Феликс полезли под стол. Один единственный, кто никак не сдвинулся с места, был Джисон. А, ну и Чан, но у него хотя бы дверь была в виде щита и как минимум тело Джисона, который примет удар на себя. Минхо нажал на курок. И выстрелил. Джисон зажмурился, закрывая голову руками. Зачем Минхо-хён так поступал? Одно дело провести Рождество на работе, но другое умереть в этот день. Ну так себе вариант отметить праздник, согласитесь. Как же они так проморгали момент, когда Минхо стал подозрительно спокойным и тихим? Неужели он всё это спланировал специально, чтобы избавиться от своих коллег и начальника, чтобы заведовать компанией самому? Но с какой целью? Пока летела пуля, Джисон успел проститься с жизнью. Проститься с теми вещами, по которым он будет скучать там, с небес. Если, конечно, туда попадёт. Вдруг за отсутствие отчёта на почте начальника его определят в ад? Опять-таки, не было причин для зачисления в рай. За своевременную оплату за квартиру, покупку обезжиренного молока и подкармливание бездомных кошек специально для него не нагреют место на ангельских скамейках. Как жаль, что на верху не действует система скамьи запасных, как в футболе или хоккее. Между тем, пуля попала точно в цель. В солнечное сплетение Джисона, ударив его и сорвав с губ тихий выдох боли. Однако на этом неприятные ощущения закончились. Что-то упало на пол. Что это? Это его сердце? Джисон приоткрыл глаза. Остальные парни подали признаки жизни. Хёнджин и Феликс вылезли из под столов, Чанбин выглянул из монитора компьютера, Сынмин не отпускал из своих объятий Чонина, который, наверняка, крепкой хваткой вцепился в его руку. Минхо же был олицетворением "всё в порядке, это просто обычный день на работе", в то время, как его коллеги, по всей видимости, готовы были перекреститься. Все единогласно решили, что Минхо – тот человек, с которым связываться так себе идея. – Ты...что это было? – Хан ощупал плечи и грудь. Не было ран. Это было странно, ведь он точно почувствовал, что в него что-то больно ударилось. – Сюрприз! – Минхо весело замахал руками в воздухе. – Там была только одна пулька, и я её потратил на тебя, хотя мог... – Ты меня чуть не убил! – воскликнул Джисон. Наклонился, чтобы поднять то, что Минхо назвал пулькой. Розово-зелёная, имеющая круглую форму, пуля тускло светилась. В ладони она ощущалась слегка прохладно и...липко? – Что это? – скривился Джисон. – Не говори, что это твоя сперма, потому что это очень на неё похоже. – Фу, ребят! Когда вам перестанет нравится шутить на эту тему? – Чанбина всего аж передёрнуло. Оно и понятно: Джисон и Минхо не сговариваясь, запустили этот странный тренд под названием "кто вкинет самую пошлую шутку", вызвая чувство отвращения у остальных и отбая желание есть во время обеда. – Нет, ну серьёзно, она в действительности липкая. – Хан покатал пулю в ладони под шесть отвращённых взглядов коллег и одни весёлый – Минхо, по всей видимости, забавляла данная ситуация. – Только не говори, что ты её ещё и попробуешь. – и лучше бы Хёнджин этого не говорил, ведь в следующую секунду Джисон отправил розово-зелёную пулю в рот под хор "не-е-ет, не делай этого!" и хихиканье со стороны Минхо. На удивление, это оказалась конфета со вкусом лайма и малины. Оу, ну, на счёт спермы он немного – немного? – ошибся. Конфета была вкусной, не то, что сперма. Хотя он и не знал, какова она на вкус именно у Минхо. – Ну как? Вкусно? – растянул губы в хитрой улыбке Минхо. Он покрутил пистолет на пальце. Парни застонали от брезгливости. Очевидно, они ещё не знали, что это обычная конфета. И что Джисон играл на публику. – Да, вкус специфический. – со знанием дела кивнул Джисон. – Я понимаю, Джим Керри, он да, специфический, но вкус спермы солёный или горький. – Чанбин показательно вздрогнул от отвращения. Он пододвинул папку с документацией ближе к себе, явно ставя точку в разговоре, в котором больше не хотел принимать участие. – Да камон, ребята, расслабьтесь, это просто конфета, вы должны были посмеяться, а не сидеть с зелёными лицами. – уголки губ Джисона вздёрнулись вверх. Очевидно, все присутствующие поняли, что пуля – это и не пуля вовсе, а пистолет не настоящий. Это было очередное театральное представление с пошлыми приколюхами от Минхо и Джисона — разбирайте программки, присаживайтесь и аплодируйте. Антракт не предусмотрен: вам не удастся сбежать от неприятной темы в кладовку или туалетную комнату, потому что даже там Чип и Дейл поспешат сделать вам мозги. Парни вернулись к работе. Стрелки часов доползли до 20:15. Минхо продолжал крутить пластмассовый пистолет на пальце, заряжая его конфетами. Очевидно, эту хренотень он отыскал на просторах интернет-магазина некоторое количество времени назад, чтобы на пару с Джисоном разыграть своих коллег. Кстати, о Джисоне. Он нашёл то, что искал в ящиках стола. Помните о вхламинго? Хан с начала декабря хранил в столе бутылочку глинтвейна для особого случая. Ну вот особый случай и настал. Праздновать Рождество на работе в окружении коллег и большой кучи долгов (аж в глазах помутнело от такого флэшбека на школу) – прекрасная возможность сказать "а почему бы и да?" Сынмин раньше всех закончил с отчётами, соответственно, самый первый и отправил их на почту начальнику (и все сразу услышали со стороны кабинета начальника "Сынмин, ай молодца!"), но не бросил коллег (то есть Чонина) на поле боя и взял часть работы на себя. Феликс наградил Кима взглядом обиженных глаз, но вскоре вернулся к своим отчётам, о чём-то переговариваясь с Хёнджином. Офис вновь погрузился в тишину, прерываемую звуками клавиатуры, редким шёпотом, тяжёлыми вздохами и скрипом кресел. Снег за окном продолжал покрывать асфальт красивыми искрящимися снежинками. За пределами офиса буйствовали праздничное настроение, яркие вспышки редких фейерверков, рождественские песни и счастливые люди. Их от этого волшебства отделяли всего лишь восемь этажей их компании. Подумаешь, осталось-то открыть окно и ты на свободе. Холодный воздух в лицо, высота птичьего полёта и быстро приближающийся асфальт. Прекрасно. Зато за пределами офиса и отчётов. Спустя тридцать минут стало скучно. И не только Джисону. Минхо стрелял конфетами в потолок, которые либо застревали там, либо падали с вызывающим глупые улыбки звуком на пол. Вскоре Хёнджин просто начал крутиться в кресле, Чанбин принялся делать перестановку на своём столе, Феликс, по всей видимости (и слышимости тоже) запустил игру на компьютере, считая, что от этого куда больше пользы, чем от своей монотонной работы с отчётами. И единственные, кто работали, так это бедолаги Сынмин и Чонин, которые решили перелопатить работу, предусмотреную на весь месяц, за один день. Джисон стал весёленьким. Его хихиканье звучало, как колокольчики на оленях Санта Клауса. Хм, подождите. Странно, что оно было таким громким. Джисон точно знает, что он так не смеётся. Он повернул голову в сторону больших окон их офиса и замер. Вот это да! Живой Санта Клаус и его летающие олени! – С-санта Клаус? – у Джисона чуть не выпала бутылка глинтвейна из рук, а глаза стали по копейке от удивления. – Ку-ку-клаус, вот кто. Почему он не спасёт нас от тирана начальника, заставляющего работать в Рождество? – забухтел Чанбин, очевидно, до сих пор не замечая дедулю за окном. Кажется, он решил, что компьютер послужит идеальным вариантом для того, чтобы сделать дверь в окне в ближайшее время, судя по тому, что на столе показалось подозрительное количество проводов. Хан встал с кресла, оставляя на столе бутылочку глинтвейна, чтобы случайно она не окрасила пол в алый цвет, и тогда будет в действительности казаться, что его в этом офисе в канун Рождества застрелили. Джисон подошёл к окну. Было темно, но он отчётливо видел Санту Клауса, который выглядел несколько иначе. Зелёный костюм ему, несомненно, шёл, но от того, что оттенок был кислотным, это порождало некоторые вопросы. Неужто одежда осталась сушиться после стирки? Или знакомый портной ушёл в отпуск? Почему Санта внезапно решил сменить свой вечный красный наряд на зелёный? Стоит сказать, и олени выглядели не так, как привык их видеть Джисон. Пугающе зелёные, светящиеся, подобно лазерам, глаза обратились в его сторону. Он сглотнул. Потому что кривые, словно сухие ветки деревьев, рога заставили его вздрогнуть, а виднеющиеся клыки говорили о том, что этим оленям лучше не протягивать еду. Травоядные не выглядели мило и безобидно. Их шерсть переливалась в свете редких фейерверков чёрной субстанцией, словно под их шкурами двигались пузыри зла. У кого-то из оленей были асимметричны конечности. Создавалось впечатление, словно это был брак на производстве. Сани зависли в воздухе. Очевидно, долгая остановка не била по карману Санты, либо бензин был не таким дорогим (или чем он там заправляет бак своего транспорта), но дедуля не спешил сдвигать средство с одной точки. Кстати, о нём. – А...а что он делает? – Джисон указал на Санту Клауса, который вёл себя довольно подозрительно. – Хм? Ты о чём? – спросил Сынмин, поднимая голову от отчётов. – Ну Санта. Что он делает? Шесть сотрудников поднялись со своих мест. Присоеденились к Джисону, вставая у него за спиной. – Это что, Санта Клаус? Настоящий? – ахнул Феликс. В его голосе звучали нотки удивления и радости. – Ты успел попросить подарок на Рождество? – спросил его Хёнджин, оказываясь близко к веснушчатому. Однако за Феликса ответил Чанбин, скрещивая руки на груди: – Единственный подарок, который мы все хотим – это свалить из офиса прямо сейчас. – Я в этом не сомневаюсь, потому что, кажется, это он и собирается делать. Разумеется после того, как закончит все свои дела. – привёк их внимание Минхо, указывая на дедулю. Зелёный Санта какими-то хитрыми движениями рук манил к себе подарки. Это каким нужно быть фокусником, чтобы на 25 метров в высоту (на уровень 8 этажа) тянуть подарки из под ёлок к своим саням? Подождите, что? Подарки? Он что, ворует сувениры у детей, которые им же и подарил? Хм, что-то не сходится. Какой дед будет так делать? Правильно! Только ненастоящий Санта Клаус. Между тем, подарки в ярких красно-зелёных обёртках большим потоком достигли пункта назначения, то есть саней, укладываясь объемной горкой. Олени оживились, принимаясь бить копытами в воздухе. Санта же, кажется, либо имел чуткий слух, либо просто умел читать мысли (он же волшебник, ему положено), заприметил семерых парней, стоящих у больших окон и недобро так усмехнулся. Кажется, никому не понравилось выражение его лица. – Мне кажется или он собирается лететь в нашу сторону? – задумался вслух Сынмин. – Тебе не кажется. – Феликс кивнул в направлении стремительно приближающихся саней, усмехающегося деда и клацающих воздух оленей. – Бежим! Все всемерном они сорвались с места. Цепляясь друг за друга, чтобы, не дай бог, никто из них не остался в хвосте, парни без стука (да простит их Чан за такое поведение) вбежали в кабинет начальника, отчаянно надеясь, что деревянная дверь способна защитить их от зла.

~🎄🧑‍🎄🎄~

Вам интересно, что сказал Чан на ворвавшихся в его кабинет перепуганных сотрудников? Что он ответил на сбившуюся и бессвязную речь, содержащую в себе обрывки фраз такие, как: "Санта Клаус...злой...олени...страшные...подарки...дети... помогите!", по которым можно было ставить фильм ужасов. Вам же интересно? Так вот это то, что Чан ответил: – Ну хуйня, ребят, пиздуйте работать дальше. Мы специально запикали маты начальника, потому что нужно говорить культурно и правильно. Тем более на работе. В Рождество. В Рождество вашу мать! Джисона (и не только его, но и всех остальных) всё ещё коробило с этого факта, но сейчас не об этом. А о чиканутом-долбанутом Санте Клаусе, который, к слову, разбил дорогущее стекло их офиса своим драндулетом с голодными (вы видели их глаза вообще?) оленями и теперь разносит их отдел непонятно для чего. И всё ещё думая, что ненадёжная на вид дверь сможет их защитить от зелёного злого Санты, парни спрятались за креслом начальника Бана, вызвав у него много вопросов. – Что вы делаете? Почему не на рабочих местах? – возмущённо спросил Чан. – Там маньяк орудует. Вы разве не слышали, что мы вам сказали? – Чанбин стянул с кресла пиджак начальника, накрывая его на себя, очевидно, думая, что так его точно не найдут. – Какой ещё маньяк? Вы просто не хотите работать, так и скажите. – кажется, он начинал злиться. – Если бы мы не хотели работать, мы бы вам так и сказали. – возразил Джисон. "Да ты что? Правда, что ли? " – обратились в его сторону взгляды шестерых коллег. Хёнджин скрестил руки на груди, а Минхо лишь по-доброму закатил глаза на это. Нет, ну а что они хотели? Джисон иногда понятия не имел, о чем говорил. А иногда – это всегда. Он мог о многом говорить, но всё это оставалось на словах. Да, возможно, он не достаточно храбрый для того, чтобы говорить начальнику в лицо всё то, что он о нём думает, но это же не значит, что он совсем трус? Между прочим, когда он заходит на склад, он не спешит включать свет. Джисон не боится, вовсе нет. Он просто старается быстрее ретироваться оттуда, вот и всё. Пока коллеги прожигали дыру в Джисоне размером с футбольное поле, начальник Бан направился к двери, пытаясь понять, почему его коллеги не на рабочих местах. Его явно волнует не та проблема. Не та проблема, которую стоит решать прямо сейчас. Злой Санта Клаус и его голодные олени – причина задуматься, а всё ли в этом мире стабильно. Может быть они появились не просто так? Увидели несправедливость в виде работы и нескончаемых отчётов в Рождество и решили помочь. А то, что они не в настроении, можно списать на отсутствие молока и овсяных печений, не оставленных им детьми. Однако, каким бы ясным не было это объяснение, нет стопроцентной уверенности в том, что это именно так. Сотрудники спрятались в самом безопасном, по их мнению, месте во всём офисе. Кресло начальника было широким и высоким и могло с (большой, правда) натяжкой закрыть собой семерых парней, которые дышали друг другу в затылки. Начальник Бан открыл дверь кабинета как раз в тот момент, когда послышалось не предвещающее ничего хорошего: "ох-хо-хо, да будет зло!" В следующую секунду дверь закрылась, не успев открыться. Чан развернулся на пятках, принимаясь торопынькать в сторону своего рабочего стола с лицом, словно он увидел нечто страшное. – Нет, ну вы очень смелый. Вам трусишки не поменять? – прыснул в кулак Минхо. Чан проигнорировал высказывание в свой адрес. – Что мешает вам вернуться к работе? До конца рабочего дня осталось 45 минут. – начальник глянул на наручные часы. – Не вижу причин откладывать работу на неопределенный срок. – А вас ничего не смутило? – вздёрнул брови вверх Хёнджин. Чан прикинулся, что не понял, о чём речь. Он подошёл к шкафу с документацией, принимаясь перебирать папки и бумаги. – Там злой Санта Клаус. Вам это ни о чём не говорит? – Вошли и вышли. Подумаешь, приключение на 45 минут. – пожал плечами начальник, словно это был сущий пустяк. Как будто бы не какой-то маньяк крушил их здание прямо сейчас. – Вы знаете, главное во время занять свой компьютер, а всё остальное не важно. – семь сотрудников уставились на начальника широко раскрытыми глазами. – И ещё, с ебалом потерянным не ходим. Подумают, что у нас сроки горят, а это не так. – Единственное, о чём они подумают, что у нас в кукушке не все дома. – скрестил руки на груди Джисон. Нет, чтобы решить проблему по-нормальному, Чан предпочёл ее избегать. Запоминаем, к Чану за помощью не идём, потому что: "слушайте, если у вас есть какая-то проблема, мне не звоните". И Чан, решая одну проблему, создал другую. Гора упорно не желала идти к Магомеду? Ну тогда Магомед – получите, распишитесь – притащил всё горное дело сюда. Дверь сорвалась с петель. Феликс завизжал хриплым фальцетом, прижимаясь к боку Хёнджина. Чанбин сузился до микро точки в этой вселенной, прячась под пиджаком начальника. Сынмин и Чонин полезли под стол. Джисон судорожно начал выдвигать ящики стола, видно, пытаясь принять квадратную форму и сложиться на дне тумбочки совсем, как Том или Джерри. Минхо выглянул из кресла, оценивая обстановку. Бедный начальник Бан застыл у шкафа с документацией. Дверь ненужным предметом валялась у его ног. Он сжимал бумаги в своих руках, и на его лице читалось легче, чем алфавит «а можно домой?» – Вечер в хату! – отсалютовал им Санта Клаус в зелёном костюме. Ему для полной картины не хватало закурить Мальборо. Позади него толпились олени, из ноздрей которых чуть ли не валил дым. Своими зелёными глазами-лазерами они сканировали кабинет на наличие жертвы. Чан сглотнул. Феликс, кажется, вспоминал страницы Библии, судя по его судорожному шёпоту. – Я забираю кого-то из вас двоих. Кого – разбирайтесь сами, но мне нужно кормить оленей. Взамен я сохраню жизни остальным шестерым. Думайте быстро: олени не ждут. – и в подтверждении слов сумасшедшего, стоящие позади него серийные убийцы сделали предупредительный выпад, подобно гончим. – Забирайте вот их! Джисон никогда бы не подумал, что один день сможет перевернуть его жизни верхтормашками. Он бы никогда не подумал, что начальник Бан (человек, которого он ненавидит уважает) укажет в его сторону, как на кандидатуру жертвы. Это что же получается, Джисон должен устроить дискотеку в желудке оленей и замутить с едой, которую те съели до этого? А вдруг они сточили ребёнка по пути? Что происходит? Помогите! – И вы согласитесь? – задохнулся от ужаса и несправедливости Джисон. – Звучит убедительно. – начальник Бан перевёл вес с ноги на ногу, прижимая бумаги к груди. Он выглядел так, словно ни на секунду не раздумывал об этом (ну, разумеется). К удивлению Джисона и остальных, Минхо решительно встал с пола, поправляя мятую рубашку и оттряхивая брюки от несуществующих пылинок. – Схема мутноватая, но так и быть. Сейчас нам быстро дают пизды и мы идёт доделывать отчёты. – Нет-нет, подожди! – Джисон поднялся следом. Принять квадратную форму под периметр ящика ушло на второй план. – Ты имел ввиду: "мы должны свалить так быстро, чтобы составить свои трафареты из поднявшейся пыли?" – Нет, я имел ввиду то, что я имел ввиду. – глаза в глаза. Хан сглотнул. Он всегда знал, что Минхо немного кукареку касаемо принятия внезапных решений, но чтобы настолько – не догадывался. Между тем, Ли двинулся в сторону порядком заскучавшего Санты, который оглядывал кабинет взглядом "эх, всё менять: обои переклеивать, потолок побелить, шкаф вообще убрать – вид портит, а в углу построить стойло для оленей." Джисон последовал за Минхо, держась рядом. Неужели его ждёт такая участь – быть съеденным голодными мутантами-оленями на работе в канун Рождества? Тянет на сюжет так себе хоррор фильма, если честно. Он бы такое не стал смотреть, даже с собой в главной роли. Чан (под шумок) ретировался в сторону своего кресла, до сих пор сжимая в руках папки с документами. Феликс наградил прибежавшего к ним начальника взглядом "вы это серьёзно?" Чан на это лишь пожал плечами, видимо, придерживаясь тактики: "если и избавляться, то от самых ненужных". К моменту, когда Минхо и Джисон подошли к зелёному Санте Клаусу и его голодным оленям, Хан успел в этот раз в действительности проститься с жизнью. С местом работы. С коллегами. С тем же начальником, который сведёт его в могилу (а вообще-то уже). И с Минхо. К концу этого списка в груди что-то ёкнуло. Джисон поднял взгляд на кошачий профиль своего коллеги, друга и... возможно, кого-то ещё? Отчего-то именно сейчас он задумался, что Минхо значит для него даже больше, чем просто лучший друг, с которым приятно проводить время, весело создавать свои собственные шутки и разговаривать на интересные только им двоим темы. С Ли Минхо было легко. Было классно. Было уютно. Было по-домашнему. А ещё от этого в груди Джисона внезапно возникло желание, которому он не мог противостоять. Желание, которое наконец дало ему набрать воздух полной грудью, а от поступившего чистого кислорода сжаться лёгкие и закатиться глаза. Джисон понял, что Минхо не был ему другом. А самым дорогим сердцу человеком. И он не может просто так позволить кому-то распоряжаться их жизнями (даже какому-то начальнику Бану и поехавшему кукухой Санте Клаусу). Если ради этого Джисону нужно доказать свои потаённые глубинные чувства и спасти Минхо от опасности, он сделает всё, чтобы ему это ни стоило. Он сделает всё. Положив ладонь на щеку старшего, Джисон, долго не думая (не думая вообще) притянул Минхо к себе под удивлённые взгляды присутствующих. Нежность и воздушность губ успокоила бешенно бьющееся сердце в груди. А их сладость (помните конфеты из пистолета?) заставила Джисона слегка простонать в поцелуй. Однако, движение губ быстро прервалось. Джисон разочарованно захлопал глазами, смотря на Минхо. – У меня был план, Джисон, но твой поцелуй...он...кхм...не являлся его частью. – румянец залил скулы Ли. – Был план? – Джисон ахнул. Ой, он поторопился, да? И Минхо вовсе не нужен был поцелуй поддержи? Как же так? Он подгадал (по его мнению) подходящий момент, но как будто это оказался не он. – Да, но он изменился одним событием назад. Между тем, Санта Клаус кашлянул в кулак: – Не хочу прерывать ваши тисканья, но олени не ждут. Животные подходили с каждым шагом всё ближе и ближе, загоняя в ловушку Джисона и Минхо. На заднем фоне Сынмин притянул Чонина к себе, чтобы младший не видел душераздирающей сцены в стенах их офиса. Как-никак, Ян был стажёром, его вообще не должно было быть в Рождество на работе, у него по факту сокращённый рабочий день. Что Чонин забыл здесь – до сих пор оставалось для Сынмина вопросом века. Но сейчас не об этом. Сынмин обнял младшего за плечи. Его лицо почти оставалось спокойным, не выражающим его волнение и страх, но сердце заходилось в беспокойном ритме. Не за себя. За младшего. –Эти двое идут со мной, остальные остаются на местах. Если кто-то дёрнется – пойдёт вместо них. – предупредил их Санта. – Усекли? Парни кивнули. Чанбин громко сглотнул, до сих пор прячась в пиджаке. Хёнджин прижимал к себе Феликса со спины, видно, боясь, что Санта внезапно передумает и выберет новую жертву в лице веснушчатого паренька. А начальник Бан...начальник Бан сделал вид, что это шоу цирка дю Солей и он здесь не причём. Зелёный Санта Клаус увёл Джисона и Минхо из кабинета, за которыми, подобно сторожевым псам, тяжёлым шагом шли олени, тем самым забирая двоих сотрудников на верную смерть.

~🎄🧑‍🎄🎄~

Мигающий свет в офисе освещал несколько фигур, идущих в темноте: одну тучную в зелёном костюме и две другие – сотрудников этого офиса, жмущихся друг к другу. Прицепом были несколько животных, дышащих им в затылки своим зловонием смерти. А, да, и ещё противный скрип саней. – Эй, Рудольф, кто тебе приглянулся? Тот, что вечно болтает или тот, который спокойный и, наверняка, вкусный? – обратился маньяк-психопат к идущему чуть впереди остальных оленю. Хан прибился к "спокойному" Минхо под бок. Этот дед сейчас серьёзно? Он в действительности обсуждает с оленем, какие на вкус люди? Санта на пару со своими животными людоед? Какой ужас! Ну, как говорится, в каждой избушке свои погремушки. Главный олень фыркнул что-то неразборчивое. Как показалось Хану, последнему было всё равно, лишь бы кого-то уже съесть. От этого стало не легче. – Извините, уважаемый, – Джисон обратился к Санте. – Чего тебе? Говори по делу. У меня с самого утра ужасное настроение. – Я вам его не улучшу. – буркнул себе под нос Хан, а следом спросил: – а куда мы идём? Зелёный дедуля обернулся. На его лице вновь расплылась не хорошая ухмылка. Джисон чуть сбавил шаг. – Туда, где вас никто не найдёт. – а в глазах самое что ни на есть настоящее зло. – А даже если и найдёт, то будет очень и очень поздно. – залился хихикающим ужасом Санта. – Понятненько, всё сразу встало на свои места. Полная ясность. Всё логично. Вопрос снят. – слова с пулемётной очередью, пропитанные нервозностью и со скоростью x2. Джисон глянул на идущего рядом Минхо. Тот отчего-то сузил глаза. Его взгляд бегал от предмета к предмету, что попадался на пути. Старший явно о чём-то усиленно думал. Они вышли в коридор, где располагались автоматы с напитками и быстрыми перекусами. – У меня к вам один вопрос. Даже не вопрос, а любопыт...любознательность. – Джисон, очевидно, всё никак не мог заткнуться. Окажись вы на его месте, на вас бы тоже напал словесный понос. Знаете, не каждый день прощаешься с жизнью и любимым человеком. – Вы нас сперва убьёте, а потом съедите, или сразу начнёте есть? – спасибо, мозг, очень интересный вопрос. Действительно заставляет задуматься. – Я просто к чему веду: вдруг у вас есть тайный фетиш или извращённая фантазия. Знаете, у дедушек за 70 такое бывает... – Ты, похоже, просто торгуешь трёпом. – перебил его Санта. – Никак не запомнишь, что нужно молчать, а особенно тогда, когда я в плохом настроении. Твой друг и то выучил это правило. Всю дорогу молчит. – они оба посмотрели в сторону Минхо, который был воплощением спокойствия и безмятежности. Какое-то время они шли в тишине. Джисон отчаянно пытался понять, какие мысли приследует Минхо, но ни одна из попыток не увенчалось успехом. Старший смотрел куда угодно, но только не в сторону Джисона. Даже чокнутый дед и то чаще одаривал его взглядом. Правда, от такого взгляда становилось не по себе, но да ладно. – Остаётесь здесь, я пока куплю чипсы и газировку. – бросил Санта. – Рудольф, за старшего, я на тебя рассчитываю. – он установил зрительный контакт с главным оленем. – Свистнешь, если что. – развернулся на пятках и неуклюжей походкой направился к автоматам с напитками и закусками. Как олень сможет свистнуть, Джисон искренне не понимал. Возможно, Санта придерживался правила "как говорится, нет ничего не возможного – медведя можно научить кататься на велосипеде и зайца курить", и видимо, его недотравоядные не исключение. Этакий Куклачёв, но с оленями. Злой зелёный Санта скрылся за поворотом. Олени тут же рухнули на пол грудой костей, принимаясь воспроизводить странные нервирующие звуки. Создавалось впечатление, словно они решили умереть прямо тут. Если да, то пусть они будут так добры сдохнуть быстрее и убраться отсюда нахрен. Но на самом деле, олени просто разговаривали друг с другом о грядущем ужине. М-да. Как только Рудольф отвернулся от них, Минхо тут же дёрнул Джисона к себе, отходя к стене, на безопасное расстояние, но всё же находясь в поле зрения животных. – Слушай меня внимательно! – зашептал Минхо, его глаза следили за оленями. – Я на такое не способен, ты же знаешь. Я не усидчивый и...– промямлил Хан. – Джисон! – пальцы зафиксировали подбородок младшего, находя его глаза своими и привлекая внимание. – Это вопрос жизни и смерти! Ты должен взять себя в руки. Это не чёртова работа с отчётами, это серьёзнее и важнее. – Серьёзнее? О-о-о, ну нет, я же накосячу, а потом начальник Бан урежет мне зарплату или отпуск, а ты же знаешь, как я давно мечтал о поездке... – ДЖИСОН!!! Минхо пошёл на крайние меры, а именно: прижал младшего к стене, нависая сверху. Со стороны данная поза была похожа на флирт с вытекающими последствиями, но на деле всё было не так сахарно и мило. На лице старшего отразилось беспокойство и страх. Джисон сглотнул. Вот оно что. Минхо просто отчаянно делал вид, что ему не страшно, но в действительности это было далеко не так. Он тоже боялся. Тоже думал, что это последние минуты жизни. Просто предпочитал сохранять спокойствие и не дать треснуть холодной непринуждённой маске на лице. – Джисон, послушай меня. У меня есть план. – завидев, как Хан смочил губы языком, Минхо тут же добавил: – Без поцелуев, прошу, иначе всё пойдёт под откос очень быстро, а я не хочу терять драгоценные минуты, которые помогли бы мне спасти нас, а потом – кто знает – провести время с тобой. – он щёлкнул Джисона по кончику носа. – Поэтому ты будешь делать то, что я скажу и будешь делать это тогда, когда я дам команду. Понял? – Что-то я не понял, вернее понял, но не въехал. – хлопнул глазами Джисон. В его голове крутились мысли по типу: "он так близко...у него дорогой парфюм...мне нравится выражение его лица – видно, что он обо мне беспокоится...я до сих пор помню вкус и мягкость его губ...он хочет провести время со мной?" – Разберёмся по ходу. Главное – будь рядом, чтобы я тебя видел. – и с этими словами Минхо отошёл от Джисона.

~🎄🧑‍🎄🎄~

– Наверняка, их кости сейчас обгладывают олени-убийцы. – по телу Феликса прошла крупная дрожь, отчего Хёнджин закрыл веснушчатого в своих объятиях. – Я ставлю зуб, что эти ковбои сегодня домой не вернутся. – Чанбин кутался в пиджак начальника, словно эта вещь обладала способностью скрыть его тело в пространстве. – Шриф, вам есть что сказать? – обратился он к Чану, который решил заняться уборкой в помещении. Начальник поставил бесполезную дверь обратно на ее законное место, но от этого действия им не прибавилась защита в копилку, как в какой-то игре. Сынмин и Чонин вылезли из под стола. И кажется, их головы посетила мысль быстрее свалить из офиса любым возможным способом, даже если придётся прыгать с восьмого этажа, лишь бы чокнутый дед и олени не нашли их. – Нужно было от кого-то избавиться. Джисон и Минхо первые, кто пришли мне в голову. – объяснился Чан. Чанбин возмущённо запыхтел. – А, вот как! Если наш офис ждёт сокращение, то первым делом вы вспомните меня, да? Что если будет какой-то перевод, то вы отправите малыша Нини? Так, получается? Чан тяжело вздохнул. – Тебя никто не увольняет, Чанбин, успокойся. – Да? Если я вернусь после зимних каникул, могу ли я быть уверен в том, что моё место сохранится за мной или меня незаметно сместят? Или съедят? Тут уже как посмотреть. – излишние спокойные нотки в голосе, граничащие с пассивной агрессией. – Готовься к худшему, но надейся на лучшее — так теперь это называется? – Давайте не будет усугублять ситуацию, хорошо? – встрял Сынмин. – Нам всем страшно. Мы даже не знаем, живы ли Минхо и Джисон. Но нам не стоит просто так стоять. Нужно что-то делать. Хотя бы попытаться выйти из офиса, а если повезёт, то помочь Минхо и Джисону, если они живы, конечно. – он держал за руку Чонина, передавая тем самым уверенность и непоколебимость своих слов. – И что нам делать? – тихо спросил Чонин. – Идти за ними. Они не могли далеко уйти. И поэтому, друг за другом, как гусята, сотрудники вышли из кабинета, тащя на прицепе начальника и его никому ненужную документацию.

~🎄🧑‍🎄🎄~

Олени лежали на полу. Где-то за углом слышен был свист Санты. Очевидно, он пытался разобраться в современной технике, потому что временами его свист прерывался и слышны были нецензурные слова. Джисон каждый раз закатывал глаза на очередное "блять-а-чё-не-работает?" или "блять-чё-так-долго?" Минхо крепко держал его за руку. Хан был не против, но от волнения и близости к другому телу его ладошка вспотела и стала неприятно липкой. Он боролся с желанием разорвать замок из их сцепленных рук, чтобы вытереть пальцы о брюки, но останавливал свои мысли, потому что Минхо был рядом, он чувствовал тепло его пальцев, и от этого становилось чуточку лучше. Они, как самые шумные и очевидные ниндзя по стеночке, бочком-бочком сливались с местностью, становились частью пейзажа – а именно прикинулись элементами декора на стене. Будем честны, это выглядело кринжово. – Итак, слушай план. – зашептал Минхо. Они стояли позади саней, поэтому на какое-то время скрылись с поля зрения травоядных. – Я буду отвлекать оленей, а ты в это время полезешь внутрь, чтобы взять поводья и по моей команде стартануть. – А как же ты? – хлопнул глазами Джисон. Он сжал ладонь Минхо в своей, не желая отпускать. – Не волнуйся, со мной всё будет хорошо. – заверил его старший. Его губы тронула милая и тёплая улыбка, говорящая, что всё в действительности будет в порядке. – Иди сюда. – поманил его Минхо. – Поцелуй на удачу. В этот раз Минхо первый потянулся навстречу. Он нежно сминал губы Джисона, ладонь легла на солнечное сплетение, тем самым прередавая спокойствие. Они какое-то время не спешно сцеловывали с губ друг друга недосказанности, даря надежду на светлое будущее. Минхо плавно отстранился. – Пора, Джисони. Старший сайгаком поскакал в сторону оленей, давая сигнал Джисону юркнуть в летающее средство Санты, что последний и сделал. В санях было тепло, уютно, но тесно из-за того, что большую часть пространства занимали подарки в ярких шуршащих упаковках. По очертаниям можно было догадаться, кто что попросил у Санты Клауса в это Рождество. Да вот только они не дойдут до адресантов, потому что зелёный Санта, как выяснилось, мошенник, укравший детские дары. Что он с ними будет делать – этот аспект пока что покрыт тайной, но Джисон не позволит этому чиканутому-долбанутому деду испортить всё Рождество. Интересно, где настоящий Санта Клаус, который добрый и щедрый? Или какой год, такой и волшебник? Видно, в этом году все паршиво поработали? В любом случае, это не значит, что нужно забирать у людей любимый праздник в году, который все так ждали. Считай, ради него и работают весь декабрь. Джисон притаился в санях, беря поводья в руки. Рядом с ним прошёл Минхо, незаметно подбираясь к оленям со спины. Травоядные, кажется, прикурнули в перерыве. Ну да, бедолаги весь год работали в поте лица, особенно Рудольф, судя по всему, пахал в одну каску. Работники месяца чёртовы! На самом деле, то, что олени пошли на боковую, имеет плюс, которым Минхо и воспользовался. Ли притаился за спинами животных, не сводя с них внимательный взгляд. Его задача – попытаться раздраконить их, чтобы потом угнать личную тачку Санты. Носком ботинка он дотронулся до самого главного среди них. Тишина. Минхо попытался снова. Под шкурой Рудольфа расползлось нечто странное. Уши дёрнулись. Пауза. Вы знаете, когда наступает похожая пауза, кто-то должен уйти. И это был Минхо, который начал делать ноги в направлении саней, потому что в следующую секунду Рудольф резко поднялся, подобно марионетке, а следом за ним и другие любители человеческих тел. Сейчас остаётся дело за малым – скинуть со своего хвоста ночной кошмар под названием зелёный Санта. – Давай, Джисон! Твой выход! – крикнул Минхо, чуть ли не подлетая к саням. Хан дёрнул поводья, которые ударили животных по спинам, вынуждая их двинуться вперёд. Только проснувшиеся, олени не сообразили, что к чему. Они сорвались с места и держали курс прямо на большую стеклянную стену. Джисон зажмурился. Рядом запыхавшийся Минхо взялся за поводья. Секунда – и стекло было разбито вдребезги (интересно, кому предоставлять потом чек о порче имущества компании?). Олени вырвались на волю, принимаясь скакать по воздуху. От этих движений небольшую повозку кидало из стороны в сторону. Подарки за спинами Джисона и Минхо грозились покинуть борт раньше времени. Травоядные какое-то время резвились, видно, думая, что у их босса поменялись планы, но внезапно затормозили, врезаясь друг в друга. – Что такое? Почему встали? – прикрикнул на них Минхо. Олени обернулись. Глаза Рудольфа опасно заблестели зелёным. В следующую секунду он издал какой-то странный вопль и остальные его северные друзья принялись брыкаться, клацая клыками в воздухе. – Кажется, они не рады смены власти. – запаниковал Джисон. Он вцепился в предплечья старшего. – Что ж делать? Вдруг они нас съедят? Или вызовут своего босса на подмогу? Минхо вновь дёрнул поводья, пытаясь утихомирить оленей, но это лишь разозлило их. – Верь мне, у меня есть план. – Разозлить их – это твой план? – Верь мне, я не пытаюсь их разозлить. – Мне не хочется тебя огорчать, но все твои планы уже пошли не "по плану", тебе так не кажется? – скептически поднятая бровь. – У меня есть единственный и последний план, который должен сработать. – Джисон на слова Минхо лишь закатил глаза. – Ситуация "Рататуй". Импровизация. – пояснил Ли. – Нужно просто подождать несколько секунд и вуаля. – Несколько секунд – это очень много. Этим ребятам хватит и одной, чтобы с нами расправиться. Северные олени пытались развернуться в воздухе, чтобы укусить Джисона и Минхо, но это было сделать практически невозможно. Сани были сделаны так, что, как только животные разворачивали корпус, сама повозка тоже приходила в движение. Ещё какое-то время они играли в Тома и Джерри, пока не услышали громкий свист. Все свернули шею в сторону разбитой стеклянной стены. И Минхо с Джисоном, и олени. Зелёный Санта стоял у края, в одной руке держа баночку газировки, а в другой чипсы. Он выглядел невозмутимо, его позу можно было даже описать, как ленивую, но по пальцам, что сжимали банку, видно было, как он раздражен и рассержен. – Что происходит? – поинтересовался Санта, словно спрашивал о погоде. – Ничего серьёзного. Обычная пятница в этом дурдоме. – в такой же манере ответил Джисон, невинно хлопая глазами, как Бэмби. От такого сравнения слегка передёрнуло, что аж...аж...Что аж потемнело в глазах? Джисон явно не оценил шутку автора. Сорян. – Олухи, вы зачем угнали мои сани и оленей? Они вас в любом случае не будут слушаться, как бы вы не старались их контролировать. – он покачал головой, словно действие двух сотрудников компании было самым глупым, с которым ему доводилось встречаться. – Живо возвращайтесь сюда! – А что взамен? – спросил Минхо. Он вновь дёрнул поводья на себя. – А что взамен? – не понял Санта. – Ну, обычно, наш начальник даёт нам выходные или прибавку к зп. – пожал плечами Джисон, возводя глаза вверх. – Ну, знаете, какие-то плюшки там. Санта нахмурился. Отправил в рот чипсы. Похрустел. Пошевелил усами. Наверняка, подумал. – Слушайте, ну нет, так не пойдёт. Я на такие условия не соглашаюсь, я вас даже не знаю, чтобы давать вам что-то взамен. Начальник – это одно, он ваши рожи каждый день видит. А вот я – совершенно другое дело. – он поднял указательный палец вверх, явно пытаясь казаться...умным. Ладно. – Но вы же не настоящий Санта Клаус. – возразил Минхо. – Вы испортите Рождество, дети будут плакать от того, что не получат подарки, взрослые лишь удостоверяться в том, что магии не существует, праздник пройдёт кисло и тухло. Вы этого хотите? – Вообще-то, в этом и состоял весь план – сорвать Рождество. – снова захрустел чипсами, отпивая из банки. Санта выглядел так, словно они тут не о подрыве праздника говорили, а о том, где можно купить пиво по акции. Дожили. – Мне никогда не нравился этот праздник. Знаете, как с Last Christmas. Мне не нравилась эта песня даже, когда была популярной, а она до сих пор такая. И как вывод: мне не нравится ни Рождество, ни Last Christmas. – покачал головой зелёный Санта, словно он давно отправлял голубиную почту в правительство с просьбой отменить этот праздник и удалить песню со всех площадок. Джисон хлопнул глазами в замешательстве. – А в чём смысл портить праздник всем людям? Не судьба запереться дома, запивая своё плохое настроение бренди? Санта не ответил. Казалось, что он просто не нашёл ответ на вопрос, либо не продумал этот этап в своём гениальном плане. Но на деле же его кто-то огрел чем-то по голове. – Ты не посмеешь сорвать праздник, который ждали все. – о, да неужели? И от кого же эти слова? – Только я могу задерживать своих сотрудников в праздничные дни. – снова последовал удар. Санта грузно повалился на пол. Упаковка чипсов вылетела из рук. Газировка разлилась по полу. На первый план вышел начальник Бан с документацией в виде предмета нападения, из-за его спины выглянули Чанбин, Хёнджин, Феликс, Сынмин и Чонин. – Знаете, что в нём самое ценное? – спросил начальник Бан. – И что же? – Чанбин окинул взглядом массивное тело мошенника. – Рядом с ним думаешь: а вдруг и ты такой же? – Чан прижал к себе папки с документами, словно только что осознав свои ошибки в роли начальника. Между тем, олени ринулись к лежащему на полу Санте, который был подобен неваляшке, пытаясь подняться. Джисон и Минхо откинулись на спину сиденья из-за внезапно набранной скорости. Поводья натянулись. Сани противно заскрипели. Северные мясоеды принялись обнюхивать босса, видно, таким образом пытаясь понять жив он или просто задыхается в предсмертных хрипах (наверное, они взвешивали все "за" и "против" в том плане, есть ли вообще смысл его спасать). Зелёный Санта неуклюже пытался подняться, но его попытки были похожи на действия черепашки, что пытается перевернуться с панциря на живот. Жалко и глупо. – Вставай, создание. – отдал приказ Джисон, спрыгивая с саней.– Из-за таких вот, как ты, такие, как мы работаем до вёдер с потом по праздникам. – Я же говорил: мне не нравится Рождество. – капризно ответил Санта. – А мне не нравится твоя рожа с дебильными усами, но я же ничего не говорю, и уже тем более, не предпринимаю по этому поводу. Следом за Джисоном сани покинул и Минхо. – Говори, где настоящий Санта Клаус. Зелёный мошенник оставил попытки подняться, развалившись на полу. – Не скажу, потому что я за него. – дерзко и нахально. – Тогда спросим по-другому. – Джисон кивнул Чану. Начальник кивнул в ответ. Понял. В следующую секунду они воссоздали сцену из "Такси 4", где одним из методов допроса было избивание литературой по лицу. – Ай, да что вы творите? Что за метод кнута и кнута? – Извини, пряники не выдаём. Их нужно заслужить. – снова удар документацией по лицу. – Спрошу ещё раз: где настоящий Санта Клаус? – Он не в курсе всего этого, ясно? – оскалился мошенник. – Наверняка, он сейчас спит или крутит хвосты своим оленям, не зная, чем себя занять на пенсии. Короче, предынсультный дедулька скучает и покрывается большим слоем пыли. Даже поди забыл про Рождество. – Номерок его есть? – Джисон достал телефон. – А ты хочешь с ним погулять? – игрывый блеск в глазах. – Он же старый. – скривился Хан. Минхо перевёл на него взгляд. – А, только поэтому? Если бы он молодой был, ты бы ему номерочек дал? Чан вновь замахнулся документацией. – Ещё одно слово и я сделаю твою жизнь невыносимой – будешь переделывать все отчёты за моими сотрудниками, понял? – А ты меня на понял не бери, понял? – фыркнул зелёный Санта, а следом обратился к остальным: – Он всегда у вас сыплет угрозами? – а в ответ тишина, которую Санта истолковал как согласие. – Я бы на вашем месте аккуратнее ходил рядом с его кабинетом. Это так, на будущее. В общем и целом, они узнали номер телефона настоящего Санты Клауса, который, судя по всему, ответил им с древнего кирпича. Шум на заднем плане, вопли оленей и свистящий ветер только подтверждали эту мысль. Память дедушке Санте Клаусу вернулась быстро. Он, знаете ли, просто забыл отрывать числа календаря, поэтому в это Рождество произошёл такой конфуз. Дедушка Санта пообещал, что спасёт праздник. Ровно в полночь подарки окажутся под ёлками в каждом доме, на лицах детей вновь расцветут улыбки, взрослые не перестанут верить в чудо, мошенник Санта уйдет туда, откуда пришёл, отчёты окажутся на рабочем столе начальника. Всё будет весело и прекрасно (однако, до сих пор остаётся не решенным чек о порче имущества здания, но будем надеяться, что настоящий Санта Клаус уладит это моментик). Парни сошлись на мнении, что это не такая уж плохая идея отпраздновать Рождество на работе. Тем более, у Джисона завалялась бутылочка глинтвейна, у Минхо конфеты, Чан обмолвился о том, что сгоняет за продуктами в круглосуточный. Сынмин и Чонин принялись на скорую руку украшать офис. Чанбин и Хёнджин сдвинули столы, Феликс занялся сервировкой стола. Все погрузились в работу. Где-то вдалеке можно было услышать взрывы фейерверков. В офисе послышались рождественские песни, поднимая праздничное настроение. Вскоре на столе появились закуски, что-то из горячих блюд, салаты и ещё несколько бутылок глинтвейна. – Подарки не предусмотрены, вы уж простите. – виновато улыбнулся начальник Бан, сжимая ножку бокала до еле слышного хруста. Ему ли не знать, что он уже обеспечил сотрудников отменным подарком – отчётами в Рождество. – Ничего страшного, сам факт того, что мы все вместе – уже подарок. – подхватил Чанбин, поднимая бокал с глинтвейном вверх. Остальные последовали его примеру. Послышался звон бокалов друг о друга, пожелание счастливого Рождества, улыбки, смех, объятия, поцелуи. Джисон прильнул к боку Минхо. Стоит сказать, это самое странное, но от этого самое незабываемое Рождество в его жизни. Он чуть не умер, но воскрес ради человека, с которым будет гореть подобно гирлянде на ёлке, также ярко, освещая весь свой путь этим светом, пониманием, заботой и любовью. Потому что ради Минхо он готов угнать не только тачку Санты (и плевать, что он оказался мошенником), но и украсть все звёзды на небе, лишь бы быть рядом с ним и понимать, что тебя любят и о тебе заботятся.

~🎄🧑‍🎄🎄~

The End