Никки и Анна

      Никки встала на четвереньки как было сказано, и поплелась за хозяйкой. В доме Аня отстегнула поводок и толкнула Никки на пол.       Та упала на живот, а когда попыталась встать, Аня надавила на её зад ногой.       – Мммнг! - застонала Никки. Попка болела после утренней порки и тяжёлый ботинок делал очень больно. Она завозилась на полу и попыталась встать. Ане это не понравилось.       – Лежать! Руки за спину! - Когда Никки послушалась, она связала их сзади, кистью к локтю, и толчком перевернула девушку на спину. Связанные руки больно прижимались тяжестью тела к твердому полу, и Никки застонала, но Аня ещё не закончила.       Она села на бедра девушки, ещё сильнее прижав её к полу, и потянулась к её груди. Она так маняще просвечивала через этот топ! Аня с нажатием прогладила грудь ладонями, затем сжала в руках и помяла. Никки тяжело дышала и отзывалась стонами на каждое действие, и это распаляло ещё больше. Аня задрала топ и дотронулась до груди сначала прохладными ладонями, потом провела ногтями. На белой коже тут же отпечатались розовые следы от ногтей, Никки взвизгнула.       Она любила, когда Аня играла с её грудью, это действительно было её эрогенной зоной. Также ей очень льстило внимание верхней к её предпочтениям. Никки нравилось испытывать лёгкую боль от царапин, а потом рассматривать их в зеркале и вспоминать, как именно Аня их нанесла.       Сейчас Анна ритмично проводила ногтями по всей длине туловища от шеи до низа живота, чередуя нажатие. Никки выгибалась, когда Аня касалась груди, а когда её ногти проходили по животу, его немного сводило от непривычной щекотки. Вскоре вся передняя часть туловища Никки оказалась раскрашена розовыми и красными линиями от ногтей. Некоторые царапины немного набухли и стали рельефными.       Потом Анна нагнулась к Никки и укусила её за правую грудь, чуть левее соска. Никки громко застонала и всхлипнула. Кляп мешал нормально дышать, грудь, и так разогретая царапинами, остро отзывалась на прикосновения, руки за спиной болели всё больше.       Реакция Никки не остановила Анну. Она допускала, что её действия могли приносить боль, но не могла, не хотела думать об этом - вид плачущей связанной девушки на полу под ней пробуждал животное желание ещё больше пометить, сильнее укусить, больше овладеть.       – Какая же ты нетерпеливая сучка! Сначала ведешь себя как попало, а потом не можешь нормально вынести наказание?       И она укусила снова, в то же место, задержавшись там дольше, втянув в рот мягкую плоть и выпустив обратно, пройдясь по ней зубами. На месте укуса быстро наливалось пятно, и, наверное, останется синяк. Ане это очень понравилось. Она повторила то же самое с другой стороны соска, а потом сверху и снизу, создав своеобразный ореол.       Никки плакала и пыталась вырваться, но Анна практически лежала на ней, поэтому все попытки оказались бессмысленны. Аня только сильнее прикусывала зубами кожу, дольше не отрывалась от места укуса, оставляла новые и новые следы. Закончив таким же образом со второй грудью, она довольно осмотрела результат. Засосы обрамляли соски со всех сторон и покрывали почти всё пространство груди. Никки всхлипывала, слезы текли из глаз и терялись в волосах. Голова кружилась. Ей было и больно, и стыдно, и приятно, но что больше - она не могла решить. Хотелось прерваться и подумать отдохнуть, но она была бессильна. Бессилие также было приятным, оно тянуло между ног и добавлялось в коктейль эмоций.       Наконец, Аня встала с Никки и посмотрела на неё сверху вниз.       – В следующий раз не будешь меня задерживать и выводить с самого утра. Столько синяков.. К ним же вроде холодное прикладывают, да?       Никки продолжала всхлипывать и не уловила смысла сказанных слов, пока Аня не вернулась с ведëрком для льда. Её глаза расширились от осознания, она с тревогой замотала головой, но её, очевидно, никто не спрашивал.       Аня наклонилась и резким движением перевернула ведёрко. Кубики льда высыпались Никки на грудь и живот, несколько скатились к шее, в углубление между ключицами.       – Нннгх!       Никки резко втянула носом воздух и зажмурилась. С одной стороны, лёд определённо облегчал боль от множества укусов и царапин, а с другой стороны постепенно сам начинал действовать на них, местами замораживая, местами обостряя ощущения. Он понемногу таял и струйки воды щекотно скатывались на пол. Вдобавок, лёд лежал на теле неравномерно и это давало ощущение незавершённости.       Пока Никки терялась в ощущениях, Аня присела рядом с ней на пол, наклонилась над лицом и смяла её губы. Это не было поцелуем. Анна обвела языком шарик кляпа, широко лизнула верхнюю губу и укусила её, смяв у себя во рту. Никки дёрнулась и опять застонала, но потом сама подалась навстречу, и Аня охотно проделала то же самое с нижней губой. Отстранившись, она утëрла рот рукавом и с интересом оглядела результат. Губы Никки раскраснелись и припухли, маня для повторения, но у Ани были ещё планы.       Она перевернула Никки на бок и развязала ей руки.       – Мда.. От тебя осталась такая огромная лужа, как удачно, что ты сегодня делаешь уборку. Переоденься в сухое и приходи.       Никки медленно села и стала растирать руки. Так как встать на ноги ей всё ещё не разрешили, ей предстоял подъем по лестнице на четвереньках. С затекшими руками это было бы трудно.       Когда Никки вернулась вниз, её уже ждала Аня с новыми идеями. Она держала в руках несколько бандажных ремешков для запястий и лодыжек.       – Подойти сюда и вытяни ко мне руки. - Скомандовала Аня. Никки с трепетом подчинилась. Ей не терпелось попробовать что-то новое, и ей нравилась идея её Госпожи.       Аня закрепила ремешки на запястьях, а затем соединила их специальной цепочкой длиной примерно 20см. Потом она провела такую же операцию с лодыжками.       – Тебе этого вполне хватит для уборки. Не так-то много нужно для того, чтобы ползать по полу с тряпкой в руках, не так ли? - она схватила Никки за подбородок и грубо дёрнула наверх. - Почему не смотришь на меня, когда я с тобой разговариваю?! - свободной рукой она сжала волосы Никки на затылке и оттянула назад.       – Мммннг, - прохныкала та, ëрзая на полу от неудобной позы. Она не заметила, как Аня замахнулась для пощёчины и зажмурилась от внезапной боли.       – Я сказала тебе смотреть в глаза! - Аня снова замахнулась. Второй удар пришёлся поверх первого, щека начала гореть.       Никки с трудом разомкнула веки и постаралась сконцентрироваться на глазах Госпожи.       – Вот так бы сразу. А теперь за работу, а если что-то не отмоешь, языком будешь вылизывать, тебе ясно?!       Никки активно закивала. Предстояло много работы - нужно было помыть полы на двух этажах коттеджа и не забыть про лестницу. Короткие цепи не давали возможности ни сделать нормальный шаг, ни опереться на свободную от тряпки руку в труднодоступных местах. Пришлось действительно ползать на коленях, а под кроватями и диванами чуть не касаться пола лицом.       После того, как весь пол был вымыт, а колени начали гудеть, Аня пришла проверять работу.       – Ну чтож, пол действительно чистый. Иди сюда.       Никки подползла ближе.       Анна расстегнула застёжку и вынула кляп из рта нижней. Никки облизала растянутые губы, глубоко вдохнула и с усилием закрыла челюсть. Щеки немного болели от длительного натяжения и трения о ремешки кляпа, челюсть сводило от усталости.       – Ну, как тебе? - спросила Аня. - Можешь говорить. Никки благодарно кивнула и улыбнулась.       – Я была рада помочь Вам с домашними делами, Госпожа. - Никки прильнула к ноге Ане и посмотрела на неё снизу вверх. - Мне было приятно, спасибо!       – А было бы ещё приятнее, если бы ты изначально меня слушалась. Мы бы сэкономили много времени и успели больше. Но ты же запомнила урок? - она снисходительно потрепала Никки по волосам. Никки ластилась, как котенок, разомлевшая от ласки.       – Д-да, Госпожа, я буду послушной!       Аня улыбнулась. Она знала, что это не так - Никки ещё часто будет испытывать её терпение и выводить на эмоции для того, чтобы Аня её потом связала потуже и назвала погрубее. Чтож, в целом, она была не против. В глубине души она жаждала от Никки больше непослушания, чтобы опробовать все свои возможности доминировать полностью, иметь абсолютную власть в своих руках..       – Вставай, уже вечереет. Ну что, в душ и что-нибудь посмотрим?       Скоро должны были вернуться домочадцы и им нужно было возвращаться к своим привычным ролям до следующего раза.