Игра

Я плавился в его руках как пластилин. Моё «хочу тебя» сейчас превращалась в «я не могу без тебя». Нас обжигало пламя горящего байка, а мне казалось, что это горю я. Боль смешиваясь с неописуемым наслаждением, разрывала всё внутри и я стонал, стонал кусая губы и уже не пытался сдержать себя. Я отдавался любимому человеку. Каждое мгновение сейчас наполняло моё тело новыми, неизвестными и такими желанными ощущениями. Пылающие тела двигались навстречу друг другу как две кометы. Я чувствовал каждой клеточкой своего тела его страсть. Рука Джима так правильно ласкала мой ствол, что я улетал казалось в бесконечное пространство космоса. И каждый его толчок приближал вожделенное наслаждение. Моё сердце казалось сейчас выскочит из груди и трепетной птицей упадёт к его ногам. И я хотел этого. Нега наслаждения яркой вспышкой сопроводила мой оргазм и чувствуя взрывающийся вулкан внутри я заорал так, что казалось этот звук заполнил все помещение. Сейчас так хорошо, что мне было абсолютно плевать на всё и всех. На Мон, на сгоревший байк, абсолютно на всё. Я хотел ощущать его в себе вечно. Но этому не суждено было случиться. Этого не будет никогда. И сползая на пол я провожал глазами уходившего Джима. Он даже не обернулся. Трещина на стене, такая извилистая. Мой взгляд бессмысленно перемещался с предмета на предмет, а душа летела в пропасть. Двигаться, даже просто шевелиться не хотелось. И я сидел на холодном полу, абсолютно нагой, встречая последнюю ночь в этом доме. Медленно тянувшиеся минуты растягивались в бесконечные часы и казалось, что я перестаю существовать. Вздрагивая я проводил по своему телу руками, касался оставленных его ногтями царапин и укусов. «Нужно уходить, я здесь лишний». На негнущихся ногах я брёл в дом и понимал, что больше ничего не будет. Не будет счастливых мгновений проведенных вместе, не будет ласковых прикосновений и нежных слов. Войдя в темный и такой холодный сейчас дом я направился в комнату. Нужно сделать звонок и уходить. Как в замедленном кино я ощущал огромное пространство этого дома, который никогда не станет «нашим». Бесконечно долгие гудки и сонное «Алло». -Мисс Моник, я не могу выполнить наш договор. Вы вправе требовать что угодно в качестве отступного- произнес я. И собственный голос казался мне чужим. -Ты слабак Монкурт. Долбаный слабак. Можешь оставить себе деньги, купи на них подгузники. Меня абсолютно не задевали оскорбления этой женщины. Мне было противно от себя самого. Я швырнул телефон в стену и он разлетелся на составляющие. Вот так и моё сердце сейчас разлеталось на атомы. Словно механическая кукла я одевался и уже стоя в дверях поддался неожиданному порыву. Словно раненая птица я взлетел по лестнице и оказался у дверей его спальни. Джим спал и наверное видел сны. С его губ слетало имя. И это было не моё имя. «Камилла». Кто ж ты такая? Та, кто завладела его сердцем и даже исчезнув не отпускаешь его. Джим беспокойно метался в постели и мне хотелось подойти и успокоить его. Но я стоял на пороге и не мог, не смел переступить. Я помнил как вот так же стоял и держал в руках казавшийся таким тяжелым пистолет. Как хотел выстрелить и только мутный взгляд Джима остановил меня тогда. Я всё же сделал осторожный шаг. Сколько ночей провёл я в этой комнате. Вытирая метавшегося в агонии любимого человека и прислушиваясь к его словам. «Кам, Камилла» звал он в бреду. «Вы все твари, вы испоганили мою жизнь», «Вы уничтожили меня». Я отчетливо слышал эти слова и понимал, что я Тварь. Я едва ощутимо коснулся его лица и Джим вздрогнул. «Тссс, всё кончено». И я не оглядываясь покинул этот дом.