Дневник мёртвому

День первый. С этого всё началось. Долгое время я замечал, что за мной кто-то следит и заходит в тот же подъезд, что и я. Я никогда не оглядывался, полагая, что это просто случайный прохожий. Я жил в обычной пятиэтажке в городе с населением около 400 тысяч человек. В этом месте люди не обращали внимания друг на друга. Мои родители переехали в другой город, и я уже давно жил один. Сегодня я проснулся от будильника в своей маленькой комнате, потянулся и направился в ванную. Там я нашёл свои таблетки и выпил одну, запив водой. Когда я потянулся за зубной щёткой, в глазах потемнело. Я оперся на раковину и посмотрел в зеркало. В отражении на меня смотрел парень с чёрными кудрявыми волосами, бледной кожей и синими глазами, одетый в длинную футболку — это был я. Я вздохнул и почистил зубы, сидя на унитазе. После этого я позавтракал чаем с булочкой и переоделся в белую рубашку и чёрные брюки. Сверху я надел шершавые брюки и тёплую кофту. Взглянув в окно, я замер: на крыльце стоял какой-то мужчина, он тёр ладоши и был одет во всё чёрное. — Наркоманы ебаные, — прошипел я и, выпив ещё таблетку, надел куртку и сапоги. Я вышел и закрыл дверь. В подъезде стоял сосед и курил. Я покашлял от дыма, и он рассмеялся. Я вспомнил, что именно он стучался ко мне, когда я сверлил дрелью в час дня, а потом орал, что я нарушаю общественный порядок в понедельник. Я вздохнул и направился к лестничному проходу, но мужчина произнёс: — А что здороваться не учили?! Я вздрогнул и побежал по лестнице, не слушая бессмысленные крики соседа. Четыре этажа пронеслись так, будто я жил на первом. Я перевёл дыхание и вышел на улицу. Никого. Даже машин не было во дворе, только ветер гулял по двору, заметая следы. Я вдохнул ледяной воздух и тут же закашлялся. Стало тяжело дышать на миг, я вздохнул и медленно пошёл на остановку. Мой дом был достаточно далеко от города, хоть и находился в его чертах. Сугробы на сугробах и больше ничего. Я подошёл к остановке и сел на скамейку, прислонившись к спинке, и глаза сами собой закрылись. Я уснул.

***

Я очнулся от сильной головной боли, вокруг была темнота. Первой мыслью было, что я пропустил свою остановку и опоздал на работу. Но вскоре я понял, что связан, и во рту у меня кляп. «Неужели меня похитили? Но кому это могло понадобиться?» — мелькнула у меня мысль. Я попытался закричать, но из-за кляпа смог лишь мычать. Мои руки были стянуты чем-то, что врезалось в кожу, и я почувствовал острую боль. Внезапно всё вокруг затряслось, и я услышал звук работающего двигателя. Я понял, что нахожусь в багажнике, и помощь мне вряд ли придёт. Я попытался разорвать «верёвки» на руках, но боль стала ещё сильнее, и по рукам потекло что-то тёплое. Я замер. Через час мне стало холодно, и паника начала только усиливаться. Я дергался в багажнике, как гусеница, но это было бессмысленно. Осознав свою безысходность, я снова уснул. Машина остановилась. Кто-то вышел и направился к багажнику, а после открыл его. Я зажмурился от яркого света. — Ну здравствуй, дружочек, добро пожаловать в мой приют для заблудших душ: «Радуга»! — произнёс мужчина и вышвырнул меня из багажника в ближайший сугроб. Я затрясся и уже хотел начать молить его о пощаде, как вспомнил: «Я видел его сегодня с утра, это он стоял у крыльца, тот странный тип». Он наступил сапогом мне на ногу, и по телу прошла дрожь от боли, я завопил. — Ну-ну, привыкнешь, и знай, дорогой, что куда бы ты тут ни сбежал, вокруг только тайга и больше ничего нет. — произнёс маньяк, а после закрыл машину, взял меня за шкирку и потащил в старый дом, который больше походил на заброшенную дачу. В доме было на удивление тепло. Он тащил меня вдоль коридора, вниз по ступенькам в подвал, а я вырывался и орал, но мой похититель лишь смеялся. Когда мы добрались, он включил там свет, и я увидел бетонную коробку, где выделялись только трубы и небольшой кусок ткани, который был измазан чем-то и валялся на полу. Мужчина швырнул меня к трубам. После достал цепь и обвязал её вокруг трубы, а другой конец закрепил возле моей шеи и запер замок. Он снял мой кляп, и я завопил, что есть мочи. — Кричи, кричи, тут никого до лета не бывает, деревня то заброшенная. Здесь только я и ты. — произнёс мужчина. — Пожалуйста, я умоляю вас, отпустите меня, я никому не скажу, правда — затрепетал я сквозь слезы. Мужчина, смеясь, развязал мне руки и ноги, а затем ушёл. Я пытался снять цепи, но безуспешно. Примерно через двадцать минут он вернулся, бросил мне старое одеяло, ведро и бутылку воды и молча ушёл. Я вжался в стену, стараясь слиться с окружающей обстановкой в подвале. Моё тело дрожало от страха, а по лицу текли слёзы. Вскоре я укрылся одеялом, попил воды, а вонючее ведро поставил в дальний угол. Я свернулся калачиком под одеялом и уснул от усталости и пережитого страха.