Четверка

      День, когда кто-то посторонний впервые похвалил его причуду, сохранился ярким пятном в его воспоминаниях, отказываясь блекнуть, как остальные. Ему тогда только исполнилось шесть лет, они с мамой шли домой из магазина, он помогал нести пакет, за что мама его хвалила. Было близко к вечеру, уже темнело, но фонари еще не зажглись. Он и не заметил серый кошелек на фоне такого же серого асфальта, но мама заметила. Остановилась, подобрала его, что-то эмоционально шепча под нос. Он тогда просто остановился, поставил пакет на землю и начал ждать, когда они продолжат идти. Мама продолжала говорить, осматривала находку, заглядывала внутрь, оглядывалась.       Он не знает, сколько они простояли там, но потом мама сменила привычный маршрут. Полицейский участок был новым местом для него: все казалось светлым и интересным. Мама начала говорить с мужчиной за стойкой, показывала ему кошелек, что то эмоционально описывала. Он стоял в сторонке, сторожа пакеты и осматриваясь. В комнате были только они трое, но за ближайшей дверью он слышал голоса других людей. Они тоже что-то эмоционально и громко говорили. Поставив пакеты к стене, он направился к незнакомым голосам, переполненный любопытством. Дверь открылась так тихо, петли совсем не скрипели. В небольшом комнатке находились двое, они выглядели сильно моложе мамы или того дяди-полицейского за стойкой. Незнакомцы стояли спиной к нему, нагнулись над ноутбуком и о чем-то спорили. Он не сильно вслушивался, никогда не имел желания подслушивать, да и экран ноутбука привлекал его больше. Просили пароль. Надпись ниже сообщала, что осталась последняя попытка. Он знает, как это неприятно: папа всегда ругается, когда техника, которую он приносит домой, просит пароль. Это так неприятно. Он подошел ближе — взрослые его все еще не замечают. Не отрывая взгляда от ноутбука, он активировал свою причуду. По спине прошлось тонкое щекочущее чувство, а кончики пальцев похолодели. Он ощущал себя одновременно твердо стоящим на полу и парящим где-то в воздухе. Перед глазами прыгали символы и формы, строки и границы, но он точно знал, что искать.       — Пароль 36 лежачая палочка 89 звездочка и решетка, — громко сказал он, начиная моргать и тереть глаза.       Когда он использует свою причуду, его глаза чешутся и болят, но это быстро проходит. Пока он тер глаза, взрослые обернулись к нему. Потом один из них повернулся обратно к ноутбуку, а второй присел на корточки перед ним, как перед маленьким.       — Правильный, — сообщил первый взрослый, когда ноутбук принял пароль и включился.       — Малыш, что ты тут делаешь? — спросил второй голосом гораздо мягче, чем когда он спорил минутой ранее.       — Мама разговаривает в той комнате, — он указал на дверь, — Я услышал громкие голоса и пришел посмотреть.       — Ты с помощью своей причуды узнал пароль? — заговорил первый, тоже присаживаясь на колени.       — Да! Я могу входить в ноутбуки и смотреть в них! Я не совсем понимаю, как я это делаю, но папа сказал, что это очень круто!       — Это действительно очень крутая причуда, парень! — второй незнакомец широко улыбнулся и похлопал его по плечу.       — Вырастешь, приходи работать в полицию — твоя причуда будет очень полезна! — сказал первый незнакомец, так же широко улыбаясь и показывая ему большой палец вверх.       Он помнил, как приятное чувство наполнило его, как это его воодушевило. Домой шел он уже вприпрыжку, совсем не замечая веса пакета.

***

      Воспоминание заканчивается, забирая с собой теплую дымку детского счастья. Ланс трет глаза, окончательно прогоняя неожиданно наплывшее чувство. Оно сейчас совсем не к месту. Здесь, сидя в серой пыльной комнате два на два ниже уровня земли, эти наполненные воодушевлением и восторгом воспоминания несут лишь кислое разочарование и привкус пепла на языке. Он уже давно не тот наивный ребенок, что не знает всей паршивости жизни, не замечает странности отца и безвольности матери. Сейчас он — пятнадцатилетний подросток, сидящий в подвальном помещении, которое снимает его отец за награбленные деньги, и ремонтирующий краденую электронику, чтобы потом друзья-придурки отца ее продали. В перерывах между этим ему приносят вполне работающую технику, только для того, чтобы он использовал свою причуду на ней и извлек нужную информацию. Приплюсуйте это все к тому, что его единственный друг, единственный человек, которому он мог бы пожаловаться, попросить помощи, учится в школе героев. В той самой школе, которая учит сдавать в полицию преступников. По скромному мнению Ланса, он, его отец и все его друзья-придурки вполне подходят под обозначение «преступник».       Да, жизнь паршива.       Но подростку не хотелось бы попасть в тюрьму или чтобы его отец туда попал. И в том и в другом случае мама бы сильно расстроилась, чего Лансу не хочется. Поэтому приходится молча проглотить пепел с языка и вновь склониться над столом, где в разобранном виде лежит ноутбук, ожидающий своего воскрешения. То ли из-за причуды, то ли из врожденной любви, подросток всегда тянулся к изучению техники: как она работает, почему, за что отвечает каждый элемент. Благодаря этому он достаточно быстро изучил все «внутренности» электроники, научился их чинить. И, конечно же, когда его отец узнал об этом, он так же быстро нашел этому применение. Конечно, почему бы не посадить своего одиннадцатилетнего сына в пыльный подвал, чтобы он ремонтировал украденную тобой и твоими друзьями технику? Отличный план.       Закрыв на секунду глаза и фыркнув, Ланс выкинул из головы ненужные мысли, сосредоточившись на работе. Да, точно, это его работа. Ему даже платят, пускай и крадеными. И он всегда может уйти, так что нечего жаловаться.       Сосредоточенность длилась не долго: музыка в наушниках оборвалась ради звука уведомления. Подросток потянулся в карман толстовки, вытаскивая телефон и быстро открывая уведомления. Написать ему на этот телефон в этот час могли крайне мало людей: либо мама, либо Зак. Для общения с отцом у него есть менее доступный для отслеживания телефон.       Это было сообщение от Зака. Короткое " Иду домой :) " сообщало об окончании учебного времени. Губы подростка дернулись в короткой улыбке, пока он писал ответ. Закончив и сунув телефон обратно в карман, Ланс вернулся к ноутбуку, поставив себе цель управиться с ним до трех часов. После этого ему надо будет выйти, чтобы успеть встретиться с Заком.       Но даже когда его руки и пальцы двигались, работая над мелкими деталями, мозг совершенно не хотел сконцентрироваться на задаче. Мысли постоянно уплывали. Что он делает? Почему он сидит тут с одиннадцати часов? Он сбежал из школы, чтобы работать в этом подвале — и ради чего? Его лучший друг поступил в школу для героев, совершенствует свои навыки, знакомится с новыми людьми, а он что? Чинит краденое, чтобы потом на свою долю с продаж купить продукты домой, потому что доля отца идет на выпивку и игры со своими друзьями-придурками? Черт, да Ланс и сам часто присутствует на этих дурацких встречах, где все воняет спиртным, табаком и травкой. Одежду потом просто невозможно очистить от едкого запаха.       Но это даже не самое плохое. Собрания, на которые его таскает отец, точно попадают под обозначение «злодейская деятельность». Подросток, конечно, давно догадался, что его папаша далеко не законопослушный гражданин, но, черт возьми, кто поведет тринадцатилетнего сына на собрание злодеев? Да, они все — мелкие преступники, сбившиеся в стайку, чтобы выжить, но, черт, ему было тринадцать! Тогда он мог только держаться рядом с отцом, молчать и не привлекать внимание. Уже на второй такой встрече его папаша разболтал всем о его причуде. Конечно же, плешивые преступники захотели воспользоваться такой возможностью. Узнать пароль от украденной техники — уже невероятно полезно, но иметь возможность копаться в файлах ноутбука, даже не притрагиваясь к нему? Полный куш! Его стали таскать с собой, как чертов швейцарский нож. Сидеть в кафе и записывать в блокнот все интересующие данные из ноутбука за соседним столиком? Да запросто! Узнать код доступа через главный компьютер? Проще простого!       Сначала он боялся признаться самому себе, кем он стал. Потом отказывался подтверждать очевидное. Сейчас Ланс смирился со сложившейся ситуацией, в какой‑то степени. Он вырос и уже смело отказывает мелкосортным злодеям — приятелям отца. Подросток отказался участвовать в преступлениях напрямую. Никаких набегов на магазины — нет, спасибо. Его максимум — покопаться в файлах в этом чертовом пыльном подвале, переписать все в блокнот и отдать его. К счастью, все эти мелкие преступники достаточно тупы, чтобы даже Ланс мог ими манипулировать, хотя это громко сказано. Если им нужна его помощь, пускай играют по его правилам.       Звучит так по-детски, но это работает уже два чертовых года.       Ноутбук затрещал вентилятором ровно в два сорок шесть. В два пятьдесят три Ланс закрыл подвальное помещение и сунул ключ за кирпич, так удобно вытаскивающийся из своего места. В три десять подросток подошел к автобусной остановке, а в три двенадцать сел в автобус. В три двадцать пять парень вышел неподалеку от кафе, где они с Заком всегда встречаются после школы. В автобусе Ланс оставил пару чернильных полос на ладонях, сделанных будто случайно, и немного растер их. Эти следы ручки — отличное подтверждение нахождения Ланса в школе. Зак прекрасно знает о его привычке крутить любой предмет в руках от скуки, а в школе он может крутить только ручку, которая неизбежно испачкает его ладонь.       Ланс не хочет обманывать единственного друга, но рассказать правду он тоже не может.       Зайдя в кафе, подросток сделал привычный заказ: два кофе без каких-либо добавок. Покупки для Зака Ланс всегда оплачивает «честными» деньгами — теми, что дала ему мама. Конечно, ему стыдно перед ней: она не знает о его работе. Да и «работе» папы тоже. Но все же, это обязанность родителя — обеспечить своего ребенка карманными деньгами, так ведь? Эта мысль очень слабо, но немного успокаивает парня. Получив свой заказ, Ланс уселся на их любимое место — столик возле большого окна — и начал ждать друга, устало прикрыв глаза.       Если считать тот десятиминутный сон на перемене, то он поспал пять с половиной часов за последние два дня. Или три? Какой сегодня день недели вообще? Последнее время Ланс действительно потерялся в датах. Друзья-придурки приносят все больше и больше техники, как будто ограбили целый склад, и требуют отремонтировать все быстрее и быстрее. Будто это так просто! Многие, если не все, предметы требуют новых деталей — а кто и где их купит? По крайней мере, некоторые части подросток может купить за свою долю, но это так себе идея.       В общем, никакой логистики у этих злодеев.       Скрестив руки на груди и облокотившись на действительно удобный диван, незаметно для себя Ланс погрузился в тихую дрему. Проснулся он с заметным вздрагиванием, когда на место напротив упал рюкзак. Сморгнув сон, подросток встретился глазами с Заком, который смотрел на него своим фирменным взглядом: «Что случилось, я волнуюсь».       — Привет, — хрипло поздоровался Ланс, хмурясь от собственного голоса и отпивая уже остывший кофе.       — Сколько ты спал? — не тратя время на ненужное приветствие, спросил Зак, критически осматривая своего друга, — Ты вообще спал?       — Только что считается? — хмыкнул подросток, только сейчас замечая третьего человека за столиком.       — Нет, не считается, — Зак вздохнул, прищипывая переносицу с усталым видом.       — Тогда спал. Расслабься, я точно проспал свои законные пять часов, — Ланс решил упустить нюанс, что эти часы — в расчете на два дня, — Кто с тобой?       — А, — парень засуетился, будто тоже только сейчас вспоминая про третьего, — Это ученик-герой из моей школы.       — Меня зовут Крис, приятно познакомиться.       Парень с действительно черными волосами протянул руку над поверхностью стола для рукопожатия. Ланс быстро окинул его взглядом, пытаясь выяснить причуду. Дурная привычка, появившаяся после общения со злодеями.       — Ланс, — пожав протянутую руку, он поморщился от ответной сильной хватки, — Мне тоже приятно.       — А, м, да, в общем, — Зак немного замешкался, не совсем зная, как действовать дальше, — Помнишь, я тебе рассказывал о проекте, который нам дал учитель?       — Тот, что о создании предмета-поддержки? — после короткого сна мысли все еще лениво текли в голове, но нужный разговор быстро всплыл в сознание, — Для ученика-героя.       — Верно, — друг достал из рюкзака свой альбом А3 для набросков, — По результатам жеребьевки мне достался Крис, — парень быстро нашел нужную страницу, укладывая альбом на стол и поворачивая его для Ланса, — Мы встретились с ним во время обеда и сделали быстрый набросок, но я хотел бы услышать твое мнение.       — Мое? — непонимающе хмыкнул парень, рассматривая неровные линии карандаша.       Это был шар в двух проекциях с дополнительными линиями и штрихами. Ланс видел мало предметов-поддержки — можно даже сказать, кроме рисунков друга он их вообще не видел.       — Это будет дрон с системой отслеживания местности и людей, — начал объяснять Зак, наклоняясь над столом и альбомом, — Он должен будет летать за Крисом и уклоняться от препятствий.       Ланс понимающе замычал, осматривая набросок уже более осознанным взглядом. Дрон, значит. Он несколько ремонтировал — разные модели для разных нужд, но суть у них была схожей. Но Зак не должен об этом знать.       — У него так же будет фонарик, — вмешался Крис, показывая пальцем на центральный круг в круге побольше, — Достаточно большой, чтобы отбрасывать тень.       — Ого, что это за причуда такая, — хмыкнул Ланс под нос.       — Моя причуда–       — Не рассказывай, мне не интересно, — перебил подросток ученика-героя.       Если кто-то из злодеев узнает, что Ланс встречался с кем-то из будущих героев, они мозги ему выклюют, чтобы узнать об их силах и слабостях. Ему не нужно такого счастья.       — Значит, ты хочешь проконсультироваться, как лучше установить датчики слежения?       — Да, — закивал Зак.       — Я уверен, что в классе поддержки есть люди, куда более сведущие в этом, чем я.       — Но Ланс… — Зак опять замялся, перебирая пальцы, — Я тебе доверяю. Да и их я еще плохо знаю.       — Я простой любитель, собирающий безделушки на досуге. Не надо рассчитывать на мои скромные знания, когда на кону твоя оценка.       Подросток откинулся на спинке дивана, скрещивая руки на груди, всем своим видом пытаясь показать, что тема закрыта. У него действительно нет на это времени: в подвале еще целая куча хлама, которую ему надо воскресить. Да и связываться с предметом поддержки… Кто знает, может этот Крис в будущем станет героев из первой десятки, тогда за знаниями о его предметах поддержки будет идти настоящая охота. И эти знания искать будут не только мелкие злодеи, но и те, от кого Ланс уже не сможет отбиться парой колкостей.       Слишком рискованно.       — Ты установил на микроволновку голосового помощника, который напоминает твоей маме, что она забыла тарелку, — с тихим фырканьем начал Зак, — Ты перепрограммировал электронный дверной замок, чтобы он мог считывать отпечаток пальца через перчатку, чтобы твоя мама не снимала перчатки на морозе. Ты соединил туалетный столик твоей мамы с какой-то штукой, чтобы на зеркало показывалась погода и новости. Да ты даже мне в часы поставил какую-то штуку, которая вибрирует при приближении твоего папы, хотя я даже не знаю зачем! — парень повторил позу друга, скрещивая руки и хмуря брови, — Если бы я хотел, я бы пошел и попросил помощи у «знающего электронику», но я прошу ее у тебя, у своего друга, который от скуки делает то, за что можно получить пятерку на наших уроках!       — Зак, — Ланс медленно выдохнул, собирая мысли в кучу, чтобы выдать нормальный, не гавкающий от усталости ответ, — А если работу не примут, потому что тебе помогали?       — Тогда сделаю другое!       — У тебя не будет времени.       — Найду дополнительное, наш учитель достаточно мягок.       — А если, я посоветую полную чушь?       — Тогда мы подумаем, как это исправить, как делали это всегда, — Зак нахмурился еще сильнее, только на этот раз его лицо выражало не раздраженность, а встревоженность, — Ланс, что происходит?       Парень не ответил, переводя взгляд от друга к альбому. Глаза медленно двигались по карандашному следу, вырисовывая окружность. Их разговор вновь пришел к этому вопросу. Вопросу — который всегда оставался без ответа, заставляя разговор закончиться на кислой ноте.       — Тебе же нравилось придумывать вместе со мной предметы, — продолжал настаивать Зак, — Мы занимались этим с детства. Что изменилось?       — Мы изменились, — с горьким привкусом выплюнул Ланс, все так же отказываясь смотреть на друга, — Детство прошло. Теперь твои создания — это не просто детское развлечение, это будущие предметы поддержки для героев. Это уже не просто баловство.       — И что? — брови Зака взлетели в непонимание, — Я не вижу причин, почему ты не можешь принимать участие в моих творениях. Ты мой друг!       — И я не герой, — подросток наконец поднял глаза на собеседника, — И не буду им. Так что, я не могу участвовать в работе героя. Разговор окончен.       Ланс поднялся с дивана, подхватывая рюкзак и закидывая его на плечи. Зак в растерянности смотрел на него, открыв рот, будто пытаясь подобрать слова.       Не желая и боясь, дождаться ответа, Ланс вышел из кафе, быстрым шагом уходя прочь.