Особый вечер

Небольшая лампа освещала комнату, не давая темноте захватить еë. В воздухе витали клубы дыма, перемешанные с запахом алкоголя. На диване бордового цвета расположились две души: лежащий, проваливающийся в сон Винсент, рядом с которым сидел Аластор, наливая себе в бокал виски.

***

Но что заставило их оказаться в такой обстановке? Всë очень просто: их любимый бар, который всегда служил местом для их посиделок, был уничтожен в ходе территориальной войны между грешниками. Такие явления часто происходят, и с этим ничего не поделать. Конечно же, два демона могли пойти и в другое заведение, но Вокс выдаëт другую идею, приглашая Аластора к себе домой. Не сказать, что радиоведущий был сразу заинтересован в этой идее, но позже он пришëл к мысли о том, что вечер в такой обстановке и компании был бы интересным опытом. И оказался прав: Аластора забавляло наблюдать за тем, как Винсент пытается сделать атмосферу как можно лучше ради своего друга. Помещение было пропитано уютом: в углу был проигрыватель, на столике стояли бокалы и бутылка любимого алкоголя, на диване лежала мягкая подушка, на которой телевизор переходил в спящий режим. Как только Аластор зашëл в комнату, он похвалил Вокса: «А у тебя тут очень даже мило: скромно, но со вкусом». Вскоре после пары осыпанных фраз, грешники приступили к выпивке. Этот вечер был схож с теми, которые они проводили в барах: приятные разговоры, шутки, громкий смех, мимолетные прикосновения. Оба наслаждались обществом друг друга, не замечая того, как быстро пьянеют.

***

Винсент пожирает Аластора своими глазами и наслаждается его красотой: он просто не может оторваться от этих худощавых, но сильных рук; ключиц, которые оголились от верхних растегнутых пуговиц на рубашке; от милых оленьих ушей. Вокс невольно расплывается в улыбке и протягивает руку к нему: —Дай мне... —он тянется к бокалу, находящемуся в руках Аластора. —Нет, приятель, ты выпил уже достаточно,—отвечает Радио-демон. Из заботы или простой жадности он отказывает, на что у Винсента быстро сменяется выражение лица. Вокс резким движением руки вырывает стакан. —Верни,—на эту просьбу Телевизор издает лишь смешок, выпивая всë содержимое. Аластор всегда удивлялся тому, как у Винсента меняется нрав и поведение с попаданием в его организм алкоголя. Радиодемон не терпит неуважительного отношения к своей персоне, но в случае таких выходок пьяного Вокса, он лишь меняет тему разговора и позже напоминает об этом, заставляя виновника чувствовать стыд. —Подвинься, ты занимаешь слишком много места. —Извини? Больше всего пространства занимаешь именно ты здесь! Я вообще имею полное право тебя столкнуть, ведь это моë место, мой диван, мой алкоголь и мой...—если бы Винсент не занимал важное место в загробной жизни Аластора, после этих слов ему бы уже было обеспеченно место в самой грязной канаве ада. Радио-демон вздыхает и слова Вокса отдаются в его голове противным звоном, и виски начинают пульсировать, напоминая о выпитом. Его голова падает на плечо кричащего, заставляя того заткнуться. —Ал? Ты в порядке?—тон Винсента сменяется,—слушай, я не в серьёз...—он нервно хихикает, пытаясь скрыть нахлынувшее беспокойство. —Ал? —Заткнись. Вокс оказывается в крепкой хватке, когда голова Аластора оказывается на его груди, а руки крепко впиваются в тело. Винсент впадает в ступор. На экране всплывает голубой румянец. По конечностям Вокса пробежали легкие заряды тока, от которых Радио-демон, на удивление, не отдалился. Винсент пролежал так несколько минут, не воспринимая происходящее за действительность. —Ал? В ответ слышится лишь сопение. Аластор уснул. Хватка слегка ослабла. Вокс никогда его таким не видел. Таким беззащитным и уязвимым. Их вечера в баре имели обычно один конец—они расходились по домам, каждый шëл в одиночестве, но с приятным чувством теплоты внутри. Винсент аккуратно обвивает тело рядом. Вдруг в его голове возникает навязчивая мысль, которую сначала он всеми силами пытается стереть и войти в спящий режим. Желание над берет над ним верх, когда оленьи уши Аластора активно зашевелились. Вокс протягивает руку, начиная нежно поглаживать основание уха. Эти ласки не вызвали очень бурной реакции, но они помогли Аластору окончательно расслабиться в чужих руках. Винсент не задумывается о том, что будет утром. Возможно, он проснётся в объятиях любимого, а возможно, что Аластор сразу же уйдет, делая впоследствии вид, что между ними ничего и не было. Вокс входит в спящий режим, радуясь тому, что их любимый бар уничтожили.