Топливо

Топливо. То, что питает огонь жизни – или же её подобия. То, что сгорает в нём без остатка. Необходимая, постоянная жертва. Драгоценный ресурс. Ухищрение низших форм. Ангелы, осенённые светом Божьим, не нуждаются в чём-то настолько примитивном, как топливо. У ангелов есть нерушимая вера – и, ведомые ею, они не ведают греха. Их никогда не отягощает истощение, и нет необходимости ничем жертвовать. Нет необходимости уничтожать, чтобы просто продолжать существовать. И потому они всецело отдаются служению Господу, следуя за словом Его, даже если от слова осталось лишь отдалённое эхо. Утратив свет Божий, Гавриил впервые познал опустошение. Тьму. Холод. Голод и жажду. Он нашёл себе прибежище на круге Ереси, раскалённом докрасна, до кровавого марева перед глазами. Однако жар этот призван мучить тех, кто отвернулся от Истины и проповедовал ложные учения; он не грел, не разгонял мрак, не заполнял ту зияющую, сквозящую холодом приближающейся гибели дыру, которая пришла на место огня Господня и пожирала Гавриила изнутри. Он не даровал надежды – лишь боль и скорбь. Единственной надеждой не падшего, но сброшенного архангела оставалась победа над машиной. Это заменило ему великую цель, и это заменило ему свет – жажда мести ослепляет не хуже, чем истовая вера, алой дымкой застилая взор. Он дожидался этой встречи, как никогда предвкушая предстоящую битву; его святая кровь кипела от чистой, идеальной ненависти к механическому отродью человечества, столь нечестивому, что оно само устремлялось всё глубже в Ад, оставляя за собой лишь обескровленные ошмётки и разрушая целые круги. Машина искала сражений, ведомая жаждой крови, всё равно, святой или греховной. Какая разница, если это всего лишь топливо. Гавриил полагал, что это будет быстрая, неизбежная победа; всё его естество посвятило себя этому бою, как могут посвящать себя лишь ангелы. Его устремления, его отчаянная борьба – его ненависть – были несравненно больше, чем низменные потребности машины. Его предыдущее поражение – не более, чем случайность… …его текущее поражение – беспощадная закономерность. Кашлянув, Гавриил впервые ощутил вкус собственной крови. Насыщенный и металлический. Машина замерла в считанных шагах от него; по трубкам между металлических сочленений, насыщая её, текла та же самая кровь. То, что толкает двигаться дальше. То, что заставляет выгрызать себе минута за минутой право на существование. То, что способно преодолеть и тьму, и холод. То, что обещает избавление от жажды. Взамен потерянному свету на архангела снизошла новая Истина. Кровь – это топливо не только для машин. И даже у ангелов кровь на вкус как металл. Быть может, следующая встреча с существом из крови и металла принесёт ему ещё больше откровений перед тем, как последняя искра жизни Гавриила угаснет.