Изгой

Эмилайн несмело зашла в комнату Адама. Вампир снова куда-то уехал, но его не было так долго, а она… не смогла усидеть у себя. Ей хотелось как можно скорее увидеть его, почувствовать его запах… Джеймс начал говорить, что её привязанность связана с тем, что она его истинная пара. Эмилайн же была с этим не согласна… Девушка подошла к камину и разожгла огонь, затем и улыбкой осмотрела комнату. — Джеймс, может, просто сказать правду? — Эмилайн, я не знаю, как он отреагирует, понимаешь? — Ты так говоришь, словно он из-за этого может убить меня! — Я не знаю… Она вздохнула и подошла к небольшому рабочему столу вампира. С удивлением она обнаружила над столом многоуровневые полочки, забитые книжицами. Она взяла ту, что лежала на столе среди остальных, и открыла её. Надписи были сделаны от руки. Сегодня очередной день был потрачен впустую. Хотя «день» — это слишком громко сказано. Порой мне кажется, что день длится всего одну минуту.  «Это его дневники», — подумала Эмилайн, оглядывая все эти книжицы. Она села на кресло и пододвинулась, что-то мешало. Посмотрев под стол, Эмилайн увидела ещё стопки дневников. Она сразу заметила, что более потрёпанные из них стояли на полках, тогда как более новые пылились под столом. Эмилайн с интересом взяла самый, на её взгляд, старенький, и открыла его, но надписи были сделаны на другом языке. Она взяла другой, но и тот был исписан другим языком. Тогда она стала рыться под столом. Мы сегодня решили уехать как можно дальше, орден дал добро. Хочется немного забыться. «Бинго!» — подумала она с улыбкой, а потом не поняла: —«Мы? Кто эти мы?» Удачно она выбрала дневник. Адам в красках расписывал курорт с какой-то девчонкой. И не просто девчонкой, а с вампиром, судя по тому, как они пили кровь из одного человека. Несмотря на то, что мы не предназначены друг другу судьбой, мне хорошо с ней. Впервые за долгое время я чувствую нечто, что напоминает покой. Но моя кровь… Я часто думаю о том, как всё потом будет, если я её найду. Но потом понимаю, что я говорю «если». Действительно, «если»… Просто столько долгих лет, веков… Может, её просто не существует? Может, я не заслуживаю её за то, что сделал? Хотя мой отец и сказал мне искать её, ещё тогда, у ворот моей вечной крепости, но… — Помнится, я не разрешал тебе их читать. Как минимум это неприлично, — прозвучало прямо над ухом с лёгкой усмешкой. Эмилайн обернулась, с широко раскрытыми глазами увидев Адама, который мягко ей улыбался. Он выглядел как-то по-домашнему красиво, в тёмных облегающих брюках и необычном свитере в мелкие ниточки пряжи с белой подкладкой. — Извини, — растеряно сказала она, откладывая дневник. Она поднялась и крепко обняла его. — Не смогла удержаться. Адам мягко поцеловал её, утягивая за собой на диван у камина. — Что интересного прочитала? — спросил он с улыбкой, когда она присела на диван. Сам он сел на ковёр возле её ног, подпирая голову рукой. Он посмотрел на неё, словно ребёнок. Только отчего-то глубоко печальный. — Ну… — Эмилайн стыдливо посмотрела в сторону. — Ты описывал какую-то девушку. — Девушку? — уточнил он, пытаясь вспомнить. — А точнее? — Девушку-вампира. Вы ездили с ней к океану. И… — Ах, Ханна! — вспомнил Адам и отчего-то рассмеялся, но поутих, заметив, как на него смотрит Эмилайн. — Ты встречался с вампиром? — решила она задать вопрос, смотря вполне серьёзно. — Нет, поначалу она была человеком. Орден подсунул мне её, неправильно поняв реакцию крови. Они предполагали, что она моя истинная пара, но это было не так. — Тогда почему она осталась рядом? — Я… Не знаю, просто не захотел оставаться один, — сказал он, задумчиво глядя в сторону. — Можно сказать, это было то время, когда я полностью потерял надежду. А Ханна… оказалась тем человеком, который меня попытался понять. — И… Ты превратил её в вампира? — Скорее я приговорил её на вечное проклятье, — с горькой улыбкой сказал он, посмотрев прямо ей в глаза. — Почему? — хмуро спросила она. — По факту ей было суждено быть человеком. А я превратил её. У неё по праву никогда не будет истинной пары. Некоторые вампиры пытаются быть друг с другом, но мало кому удаётся сосуществовать. — И у вас тоже не получилось? Иначе как… вы разошлись? — с напряжением спросила Эмилайн. — Я понял, что она себя не контролировала. Я не люблю несдержанных вампиров. — В каком смысле? — Она на мне помешалась. И я не могу её винить за это, в конце концов, я обратил её, этим мы связаны. Но быть рядом я больше не хотел. — И ты ушёл? — Нет. Я попросил её уйти самой. Я знаю, где моё место. Здесь, — сказал он, взмахнув руками. — Её же место ей предназначалось найти. — А почему здесь? — спросила Эмилайн, наклоняя голову набок. Адам посмотрел на неё, мягко улыбнувшись. — Это место мне доверил отец, если можно так сказать. У ворот он превратил меня в это существо. — Твой отец?! — в ужасе воскликнула она, заставив Адама рассмеяться. — Не родной, — уточнил он, всё ещё смеясь. Адам задумчиво посмотрел на огонь. — Родного отца и мать, всех моих братьев и сестёр он заставил убить, — сказал он, отчего у Эмилайн пробежали мурашки по коже. — Я превращался, впервые понимая, что такое голод. Людской голод по сравнению с этим был просто лёгким недоеданием. Отец тогда был по-особенному жесток, я так и не понял, почему. Но он внушил мне издеваться над моими родными. И хотя я издевался над ними, мне казалось, что это он издевался надо мной. — Господи, Адам… — Эмилайн прикрыла рот рукой, она не смогла сдержать слёз. Он в удивлении посмотрел на неё, не ожидая такой реакции. Она спустилась к нему и крепко обняла. — Это ужасно!.. Адам с широко открытыми глазами смотрел впереди себя. Никто ещё за всё его существование так не реагировал на это. Он несмело обнял её в ответ, думая, что ему это просто снится. — Не вини себя, — вдруг сказала она, посмотрев ему в лицо. По её щекам текли слёзы, и он вытер их, не говоря ни слова. — Ты в этом не виноват… Вампир прижал её к себе и уложил на своей груди, с прикрытыми глазами слушая, как бьётся её сердце. Он не думал, что предстоит говорить обо всём этом. Но он и не ждал, что, если он когда-нибудь расскажет об этом, Эмилайн так отреагирует… Долгое время они просто молча обнимались. Эмилайн наслаждалась его объятиями, чувствуя приятное тепло огня и его медленное сердцебиение. Адам же хотел начать разговор, который долго вертелся в его голове с той самой минуты, когда он испил её крови. Он не хотел портить момент, но понимал, что ещё один день — и он просто сойдёт с ума. Мужчина вздохнул, прикрывая глаза. Как же ему хотелось верить, что она не хочет его обмануть. — Ты сама уже задумывалась о том, что тебе предстоит стать вампиром? — всё же спросил он. Эмилайн удивлённо на него посмотрела. — Кажется, в день, когда мы познакомились, вы обсуждали это с Джеймсом, — сказал вампир, и у Эмилайн всё сжалось внутри. Он помнил этот разговор. А помнил ли он ту заминку, когда они общались перепиской, чтобы он ничего не услышал? — Я точно не помню, — с неуверенной улыбкой сказала она, опуская глаза. — У истинных пар есть несколько этапов, которые они проходят, прежде чем истинная кровь переродится, — спокойно сказал Адам, хотя и занервничал внутри. Потому что она солгала. — Что-то такое он мне говорил, — кивнув, ответила Эмилайн. — Пара занимается любовью, тем самым укрепляя свой союз. Это самый первый и самый ответственный шаг, когда девушка лишается девственности и открывается своему вампиру, а тот, в свою очередь, навсегда открывается ей, — в этот момент он так резко посмотрел на неё, что Эмилайн показалась в его глазах открытая угроза. Она опустила глаза, отчего-то часто дыша. — А что после? — смущённо спросила она. Адам нахмурился. Промолчала... — Обмен клятвами, — задумчиво ответил он. — Какими, кстати? Я тогда не очень поняла. — Ну… — он немного растерялся. — Каждый выбирает свою клятву. Главное, чтобы клятва была от души. Кто-то клянётся в вечной любви, кто-то в преданности. Клятва скрепляется кровью. Адам говорил с полной горечью, Эмилайн испугалась. Он же не знал? Или знал?.. Как он мог узнать?.. Она вспомнила, как они говорили в кафе, и хотела себя ударить. Она ведь выделила то слово, она выделила первый этап, и они с Джеймсом замолчали… — А после пара перерождается, — сказал Адам, обращая на себя внимание. Эмилайн посмотрела ему в глаза. — Как это будет? — спросила она. — Тогда ты не задавала этих вопросов у Джеймса, — сказал Адам, наклонив голову на бок. — Я… тогда была в шоке от происходящего, — со смешком сказала она, снова опуская глаза и неловко поправляя прядку волос за ухом. Адам поджал губы. — Пара испивает много крови своего вампира. После чего должна умереть. — Умереть? — Она в ужасе посмотрела на него. — Чтобы переродиться, нужно умереть, — подтвердил он. Эмилайн такого не ожидала. — То есть, выпив много твоей крови, я умру? — решила уточнить девушка. — Нет. Я должен буду тебя убить. И через несколько часов ты очнёшься вампиром. Она была до ужаса напугана. Это всё как-то… совсем ужасно звучит. — А это больно? — осторожно спросила она, словно и не хотела знать. — Есть много способов, но я сделаю всё так, что ты даже не поймёшь. Я не сделаю тебе больно, — заверил Адам со вздохом, после чего целомудренно поцеловал её в лоб. «Но не сделаешь ли ты больно мне?» — подумал Адам, но вслух этого не сказал.