Виски, плеть и кляп

Быть человеком со связями — значит держать в руках поводок, на конце которого теплилась чужая жизнь. А быть при этом ещё и богатым — это значит распоряжаться этой жизнью так, как тебе захочется. По крайней мере так Антону говорил его отец. Господин Антонио, некогда один из самых изворотливых лидеров подпольного Питера, ныне покойный отец Антона и муж Марии. Он был жестоким человеком, Антон сам знал не по наслышке, то как он избивал его мать, просто за то, что та не накрыла стол во время или потратила лишние пару рублей. Маленький Антон всегда видел в отце зло, ведь его мать была святым человеком! А в возрасте четырнадцати лет он узнал, точнее Антонио рассказал сыну, что имя Марии когда-то было известно среди всех толстосумов города, которые могли платить хорошие деньги. Натуральная шлюха, вот кем она была и женился мужчина на ней, только потому, что, она залетела самим Антоном. Но об этом Антонио никогда не жалел. По крайней мере, его бизнес было кому передать. И к шестидесяти пяти годам, Антонио всадил себе пулю в висок, оставив завещание, где он передавал всё своё наследство Антону. При одном условии. Тогда ещё шестнадцатилетний парень должен был замарать руки в крови. И на следующее утро в собственной постели Марию, в девичьи чья фамилия была Кастелланос, нашли с распоротым брюхом. Сердце женщины так и не было найдено, а дело, по какой-то причине закрыли, так и не начав расследование. Тело сожгли, не дав её родственникам проститься с ней и передали её единственному сыну — Антону. Прошло с того дня около шести лет, Антон занял место отца, продолжая его дело. Очень многие готовы были продать собственные органы за хороший порошок, а парень именно таким и промышлял. Антон получил под свой контроль два порта, где были собраны все основные линии передач. Наркотики плыли по воде отовсюду — Китай, Афганистан, вся Средняя Азия. Под его руководством были тонны поршка и тысячи маленьких колбочек с жидкостью. Он имел такую власть, которая позволяла не просто грести деньги, далеко нет. Он мог управлять, людскими жизнями. И эта власть была по праву опьяняющей. Сидя в своём любимом баре, Антон уже привычно наблюдал за танцующими девушками. Одетый в свой привычный костюм — белая рубашка, рукава которой закатаны до локтей, чёрные брюки и лакированные туфли — он попивал дорогой виски. Стакан покоился в его руке, хотя явно не сильно интересовал самого парня. Он глядел на красивых девушек, как они выгибались на сцене, словно милые змейки, оплетая мужской разум и инстинкт. Он мог бы получить любую из них, сделать с ними что захочет. Но это было… Скучно. Со временем власть просто становится бессмысленной. И хочется чего-то новенького. А ещё лучше кого-нибудь. — Что, сегодня опять запиваешь одиночество? — раздался насмешливый голос где-то сбоку. Антону не нужно было оборачиваться, чтобы узнать в нём Александра, владельца половины всех клубов Питера. Его постоянный клиент. — Мои девочки уже тебя не устраивают? — Знаешь, нет. Уж не прими за грубость, но. — Антон сделал паузу, обведя сцену взглядом, где четверо девушек, уже практически без одежды, танцевали. Две на шесте, а две просто. Он сделал глоток виски, но ни один мускул не дрогнул на его лице. — Однообразно. Они красивые, но хочется чего-то… — Новенького? — фыркнул Александр, закинув ногу на ногу и бесцеремонно взял бутылку того самого дорогого виски, что пил Антон. — Уж прости, мой друг, но это не бордель. Если хочешь чего-то новенького иди туда, сними себе какую-нибудь шлюху и развлекайся. — он отпил из горла, отчего Антон слегка скривился. Бесцеремонность была одной из фишек Александра, но всё-таки иногда его это неимоверно раздражало. — Бордель? Тебе напомнить, кто стабиль оставляет тебе под сотню тысяч за месяц? — усмехнулся Антон и снова сделал глоток из своего стакана. Выкупать стриптизёрш на одну ночь стало традицией. Это было запрещено, но за хорошую сумму и сами девушки соглашались и Александр тоже. — Ну конечно, как я мог забыть. — закатил глаза Саша, сделав ещё глоток из бутылки. А потом придвинулся к Антону. — Но что, если я скажу, что у меня появилась новая звезда? Идеальная смесь грации и красоты, с ноткой остроты. — негромко проговорил старший, обращаясь к Антону с интригой в голосе. Антон чуть поджал губы. Он чувствовал, что ничем хорошим это не кончится, но скука, что успела въесться в его мозг, требовала большего. — Сколько? — просто спросил он, повернув голову к Александру. — Сорок пять тысяч. — Сукин сын, у неё что, золотая корона в пизду вставлена? Или там королева Англии? — поддался вперёд парень, на секунду ошалев. Сорок пять тысяч, это же он мог троих за раз просто снять. Но если Саша предлагал какую-то стриптизёршу, значит Антона ждало нечто по истине интересное. — Знаешь, плевать. Договорились. — щёлкнув пальцами, Антон подозвал одного из своих охранников. Дав указание на выписку чека в размере сорока пяти тысяч долларов, Антон передал бумажку Александру. Чтобы трахнуть проститутку с улицы хватит и пары тысяч рублей. А элитные стриптизёрши требуют и соответствующей оплаты. Денежные махинации никогда не были чем-то сложным, имея такого специалиста, как Евгению, которая построила свою империю на торговле оружия, отмывании денег и обмене их. Саша удовлетворённо улыбнулся, приняв чек и быстро отдав его одному из своих менеджеров, чтобы тот обналичил деньги. И снова вернул своё внимание к Антону. — Допивай виски, мой друг, куда идти ты знаешь. И будь осторожен. Не все котята такие покладистые. — Саша подмигнул ему и ушёл в своём направлении. Антон тихо фыркнул. Слова его друга звучали абсурдно. Его, крупнейшего наркоторговца, да какая-то стриптизёрша обведёт вокруг пальца что ли? Смешно. Допив свой виски, Антон поставил стакан на стол и не говоря ни слова, направился в комнату, которую специально отвели для таких встреч. Помещение было уже привычным, с большой мягкой кроватью, шёлковыми простынями тёмного цвета. Свет был приглушённым, создавая странно интимную атмосферу. Но никого не было, заметил парень. Обычно девушки уже во всю пытались соблазнить его. Чужие руки легли на глаза парня, отчего на секунду он вздрогнул и напрягся. Неожиданно. Лёгкая усмешка появилась на лице Антона. — Что ж, так меня ещё никто не встречал. — он быстро расслабился, понимая, что сегодня его ждёт шоу. Неизвестная за его спиной, оставив лишь одну руку на его глазах, повязала атласную ткань на лицо парня, закрыв только глаза. Невесомое прикосновение к плечам и лёгкое давление дали понять, что нужно делать. Антон двинулся к кровати, ведомый только руками неизвестной. Сел на кровать, расслабленно откинувшись на руки, когда чужие пальцы начали расстёгивать пуговицы на блузке. — Неужели тебе нравится просто молчать? — как бы невзначай спросил Антон, позволяя стянуть с себя блузку. Со стороны послышалось тихое фырканье, словно его партнёрша усмехалась в ладонь. Правда голос был низковат, но Антон даже не зациклил на этом внимание. Прикосновения чужих рук были мягкими, невесомыми. Разгорячённый от алкоголя и возбуждения мозг Антона уже не обращал внимания на то, что руки неизвестной были слегка грубоватыми для девушки, или то, что вскоре его вообще привязали к кровати. Инициативная ему попалась девушка. Руки Антона зафиксировали наручники над головой, прямиком привязанные к изголовью кровати. Это казалось до невозможного забавным. — А теперь открой рот. — послышался голос прямиком над Антоном и парень, с легкой улыбкой, так и сделал. А потом резко дёрнулся. Голос не женский. Мужской, чуть с хрипотцой после долгого молчания и низкий. Но прежде, чем Антон успел что-то сказать или сделать, прямиком в его раскрытый рот загнали шарик и затянули на затылке. Кляп. Сраный кляп! Антон дергал руками, но металл наручников плотно держал руки, кляп заглушал его слова, превращая их в мычания. Он на такое не подписывался! Ни разу! Чужие руки всё-таки легли на повязку и стянули её. Слегка расфокусированный взгляд упёрся в капну чёрных волос, слегка угловатое лицо и блять эти тёмные глаза. Вся тирада, которую собирался промычать Антон, застряла где-то в глотке, вместе с воздухом. Его зелёные глаза скользнули ниже, по худощавому, но подтянутому телу юноши, что едва ли был старше него самого. Из одежды на нём были чёрные обтягивающие брюки, которые позволяли всем видеть очертания стройных ног и шикарной задницы. Ох блять, Антон понял, что влип. Он приподнял бровь, словно спрашивая, мол «Ты вообще кто?» Но ответа ему не дали. Парень над ним только усмехнулся, закатив глаза. Отвечать он явно не собирался. Его руки легли на талию Антона, слегка сжав его в руках, ведя из ниже, к кромке штанов. Антон вновь дёрнулся, такая картина его в любом случае не устраивала. Во-первых, это парень! Во-вторых… Ну, это всё ещё парень! А значит и член в штанах у него был и самому Антону очень не нравилась мысль о том, что именно он привязан к кровати. И что именно он находится в очень неудобном положении! — Уймись наконец, твоё мнение сейчас меня интересует в последнюю очередь. — рыкнул чёрноволосый парень и когда Антон снова дёрнулся, что-то промычав, тут же получил по лицу. Звук удара ладонью по лицу разнёсся по комнате, щёка Антона покраснела немного. Удар был не сильный, скорее предупредительный. Этой же рукой парень схватил его за подбородок на удивление мягкой хваткой и зафиксировал голову парня так, чтобы тот смотрел ему прямо в глаза. — Знаешь, ты уже заплатил за меня. Так что, красавчик, просто расслабься. Я умею быть галантным, особенно с такими наивными красавчиками, как ты. — он откинул голову Антона чуть назад, припав губами к его открытой шее. Мысли Антона роились словно пчёлы, он лихорадочно думал, что делать. Но парень над ним прав, он уже заплатил. Блять. Резко вздрогнул, Антон шумно выдохнул, сквозь сжатые губы. Зубы черноволосого впились в его шею, оставляя след. Волна лёгкого возбуждения пробежалась по телу. — Дима, если ты всё ещё хочешь знать. — хмыкнул парень и снова укусил шею парня, оставляя след. Прядка ремня на брюках Антона звякнула, а следом сняли и штаны. Дима, как он сам себя назвал, быстро отбросил брюки вместе с боксёрами Антона куда-то на пол. Он уже был возбуждён, теперь лёжа полностью обнажённым, Антон тяжело вздохнул. Блять. Его возбуждённый член уже стол колом, аж зубы сводило от того, что он, оказался в такой ситуации. Тихий стон вырвался из уст Антона, придушенный кляпом, когда чужая рука запросто обхватила его плоть, начиная водить по ней размеренными движениями. Слегка надавив большим пальцем на головку, откуда сочилась смазка, Дима потянулся куда-то в бок. Антон чувствовал, что должен следить за его движениями, но мозг начинал понемногу плавиться. Он откинул голову назад, прикрыв глаза, тяжело дыша сквозь кляп. Движения становились всё быстрее, имея прямо желание — довести дело до конца. Или просто подготовить к чему-то большему. Антон вновь застонал, когда тонкая нить натянулась внизу его живота, готовая вот вот разорваться, чтобы окончательно оказаться на пике наслаждения, когда рука с его плоти скользнула вверх. Это было нечестно. Парень замычал протестующе, смотря затуманенным от ласк взглядом на Диму. Но тот лишь усмехнулся в очередной раз. Кажись это его фишка, усмехаться вот так, постоянно. Руки вновь легли на бока Антона, чуть приподнимая его и переворачивая. А сам Антон, уже не мысля здраво, просто подчинился, встав на четвереньки. Осознание пришло быстро. И болезненно. Что-то с громким шлепком ударилось о его ягодицы, разнося по телу волну боли и какого-то удовольствия. А сразу после по больному месту провели ладонью. Антон повернул голову, но тут же отвернул её. Плеть. У этого парня в руках была грёанная плеть! — Ммм! — замычал Антон, когда его вновь ударили. Второй удар, третий, пятый. Это было больно, Дима не жалел сил, словно выбивая из парня душу. Самообладание Антона рушилось на глазах, это было практически унизительно, всё происходящее. Парень снова дёрнулся от очередного удара, приготовившись к продолжению порки, но плеть больше не била. Зелёные глаза Антона, затуманенные болью и остатками возбуждения, метнулись назад, пытаясь понять, что происходит. — Интересно? Что ж, можешь смотреть. Но не обещаю, что тебе это понравится. — фыркнул Дима. Он держал плеть за рукоять, около хвостов. — Знаешь, это всегда больно, сколько не разрабатывай кого-то. Так смысл тратить на это время? Перехватив плеть чуть удобнее, Дима провёл кончиком рукоятки по ягодицам Антона, одной ладонью раздвинув их, открывая взор на розоватый анус Антона. И с тихим смехом, Дима пристави рукоятку ко входу парня. И вот тут Антону уже стало не так смешно как в начале. Он резко дёрнулся куда-то вперёд, но чужая ладонь с силой скользнула по его пояснице, заставив его прогнуться. Он чувствовал, как край рукояти касается его входа, чуть надавливая. — Знаешь, чем больше ты сжимаешься, тем больнее будет. — чужая ладонь снова обхватила его плоть, начиная в быстром темпе водить по нему, отчего Антон в очередной раз мелко задрожал, чуть выгнувшись самостоятельно. Он прикрыл глаза, на секунду забыв, что происходит, просто расслабившись в чужих руках, когда резкая боль пронзила тело. Он распахнул глаза, подавившись собственным вздохом, когда рукоять плети вогнали практически полностью. Это было блять больно! Тихий смех за спиной добавил какого-то нового унижения к ситуации. Антон только болезненно шипел и мычал сквозь кляп, пока рукоять была внутри него. Её снова вынули и так же резко вогнали внутрь, ещё и ещё. Дима даже не пытался проявить хоть какой-то нежности к бедному парню под ним, безжалостно и быстро вгоняя в его раскрасневшийся вход плеть и так же резко вынимая её. Ноги Антона дрожали, спазмы боли непрерывно заставляли сжиматься, отчего становилось ещё хуже. А потом плеть просто вынули, дав секунду передышку. Как он думал. Звук растягивающийся ширинки донёсся до Антона не сразу, но осознание пришло быстро. Это далеко не конец. Дима стянул собственные брюки, обнажив собственный стояк. Маленькая пачка презервативов была вынута из кармана брюк, и тот быстро с ней расправился, раскатав по своей плоти латекс. Что-что, а от ВИЧ или Сифилиса и он не застрахован. Пристроившись позади Антона, Дима с громким шлепко опустил одну из ладоней на ягодицы парня. След останется, но этого он и добивался. Крупная головка уткнулась прямиком ко входу парня, одним резким движением проникая внутрь. О, это точно было больно, Дима наблюдал, как парень под ним изогнулся и болезненно замычал, срываясь на хрип. Он медленно проникал всё глубже, ощущая как стенки чужой плоти приятно обхватывают его член. Было так влажно и тесно, казалось, ещё немного и ему снесёт весь контроль и голову следом. Когда из бедра соприкоснулись, Дима замер, давая таки Антону немного времени, не двигаясь. Пусть парень успокоится. А пока что, он наклонился, прижавшись к спине Антона, отметив что тот был ниже него, прикусив загривок парня, оставляя очередной след и спускаясь вниз к его плечам легкими поцелуями и укусами. И только когда Антон немного расслабился, Дима начал двигаться. Первые толчки были медленные, практически не ощутимые, давая ещё немного привыкнуть к чужому проникновению. А затем Дима ещё, чуть надавил на поясницу Антона, чтобы тот выгнулся словно кот окончательно, что он и сделал. Обхватив руками бёдра парня, Дима начал двигаться уже быстрее, но размеренно, контролируя процесс. Болезненное мычание сменилось более тихим, но явно довольным. Парень начинал наслаждаться происходящим, что Диме нравилось уже больше. Каждое движение было точно по комку нервов, вырывая из Антона всё более громкие вздохи и мычания, пока Дима с довольной улыбкой наблюдал за ним. Внутри разгорался приятный огонь, который вот-вот должен был вспыхнуть с новой силой у обоих. Шлепки кожа о кожу, тяжелое дыхание, лёгкая испарина на лбу, Дима наслаждался процессом ничуть не меньше его партнёра. Он чувствовал, как сам всё ближе приближается к концу, ускоряя движения. Его рука опустилась к напряженному члену Антона, обхватывая плоть пальцами и начиная быстро двигать в такт своим движениям. Хватило пары секунд, чтобы парень с громким стоном кончил, а сразу следом, сделав несколько последних движений, кончил следом. На несколько секунд оба парня замерли, когда тело Антона обмякло окончательно и он грохнулся на кровать, вырубаясь. Сознание вернулось к Антону совсем скоро. Он лежал всё в той же констан, но уже одетый, с больной головой и болезненно ноющей задницей. И первое за что зацепился воспалённый мозг парня был другой человек в помещении. Не тот парнишка, что его оттрахал, и слава Богу, подумал Антон. Даниил, помощник Александра по бизнесу, преспокойно курил сидя в кресле. — Проснулся? Радует, что не помер. — бесстрстно произнёс тот, подняв взгляд на Антона. — Выпить хочешь? Голову в порядок приведёшь — Обойдусь. — хриплым голосом ответил тот, даже не пытаясь встать с кровати. Даня лишь пожал плечами, не настаивая. Молчание было недолгим, Антон с тяжёлым вздохом сел на кровати, тихо шипя от боли. И взглянув на Даню заёбанным взглядом, спросил. — Сколько будет за пожизненное использование? — без эмоций спросил парень, отчего Даниил, не сразу поняв, о чём он говорит, приподнял бровь. — Пожизненное использование кого? — а после своего же вопроса поддался вперёд, с насмешливым взглядом. — Стой, тот парень? Ты серьёзно? — Я спросил сколько, а не твоё мнение! — рявкунул Антон. На следующий день, на столе Александра лежал чек. С выпиской. И сумма в сорок пять тысяч баксов, а так же просьба, упаковать вместе с Димой и кляп. Но желательно без плети. Александр удивлённо глянул на моего официанта, что стоял в помещении. Ну, как говорится, желание клиента — закон в их бизнесе. И раз уж его другу понравилось, что официант оттрахал его куда лучше, чем все его стриптизёрши, кто он такой, чтобы мешать их счастью. А Дима, который совершенно случайно вчера зашёл не в ту комнату, но решил воспользоваться ситуацией, увидев того миловидного парня, что пришёл, был рад. Ради такого стоило отослать ту девушку подальше. Особенно ради такой задницы, как у Антона.