Как можно целоваться

      Прошло чуть больше двух месяцев с начала соседства Занки и Джаббера, и впервые за всё время их выходные совпали, причём настолько удачно, что они единогласно приняли решение сделать генеральную уборку. А генералить было что...       Гостиная, как правило, держалась в чистоте и порядке большую часть времени, только раковина требовала некоторого присмотра – грязная посуда, все дела, но пол подметался стабильно пару раз в неделю кем-то из соседей и стол протирался с завидной периодичностью. А вот стеллажи и верхние полки без дверей знали и лучшие времена до появления постоянных обитателей.       Вооружившись тряпками, спреями и влажными салфетками Джаббер резво проходился по всем поверхностям, до которых дотягивался (куда не доставал – брал табуретку и дотягивался), ему с его ростом и чувством равновесия было чуть сподручнее, чем Занке, который сейчас перебирал личные вещи на своей половине комнаты.       И ведь если так подумать, у них действительно был тот самый быт, о котором размечтался Джаббер в первую их встречу. И Занка всё ещё был таким же хмурым, как и в тот день, что несколько смущало Джаббера, несмотря на всё его напускное спокойствие. А ведь он всё это время старался хоть как-то развеселить соседа, поднять ему настроение или просто вызвать что-то кроме ухмылки или смешка.       Впрочем, если говорить о Занке, то Джабберу казалось, что даже эти мимолётные намёки на улыбку – уже нифига себе какой прогресс. Но его это не устраивало, он хотел добиться смеха, хохота, хоть чаячьего гогота или гиеньих задыханий! А может?.. Может, Занка стесняется своего смеха, потому что он странный и необычный?       Джаббер попытался представить, как Занка издаёт звуки дельфинов при смехе и это было до странного очаровательно. Он мечтательно улыбнулся, прокручивая в фантазии этот незначительный момент и слез с табуретки, чтобы вернуть её на законное место, иначе Занка сожрёт его с потрохами.       Ну вот, Джаббер отряхнул руки и бросил грязные тряпки в контейнер для стирки, полки чисты. Теперь нужно вернуть искусственный цветок и пару пустых фоторамок на место. Джаббер приволок и то и другое в надежде оживить пространство, но ситуация не сильно улучшилась, да и Занка в первую очередь спросил нахрена.       Что несколько насторожило Джаббера, потому что он-то думал, что у богатенького красавчика будет тонна мелочёвки и вещей, но нет. Казалось, будто Занка вёл почти аскетичный образ жизни – все его вещи умещались в один средний чемодан и рюкзак. Занка объяснил это тем, что ему не нужно много вещей, но Джаббер считал, что за этим стоит немного более... триггерная тема, поэтому принял, как должное и планировал подарить ему на Новый Год ещё несколько пар серёг, чтобы разнообразить гардероб хотя бы брюликами.       Когда «штуки для уюта» оказались на своих местах Джаббер двинулся к туалету, чтобы залить его средством на ближайшие двадцать минут, а пока Занка не разобрался со своими заметками можно было и ванну помыть и стирку запустить. Столько дел, столько дел, сетовал Джаббер, а ведь только час дня. Они благополучно отсыпались до десяти – Джаббер после мощной попойки с друзьями, а Занка после тяжёлой рабочей недели – и проснулись с идеальной разницей в десять минут, чтобы не мешать друг другу в банных процедурах.       Так, мыльно-рыльное с раковины долой на стиралку и за работу. Оттирать раковину и ванну было не самым любимым занятием Джаббера эвер, но оно приносило определённое удовлетворение, благодаря своей методичности и заметному результату. Ну, в случае Джаббера и Занки результат был не прям заметным, потому что их ванна странным образом всегда сияла.       Джаббер тяжело вздохнул. Надо было собрать волосы и не надевать длинные рукава. Почему Ктони решила, что подарить ему на новоселье пижаму с длинными рукавами – это классная идея? Впрочем, когда Джаббер увидел, что у Занки такой же комплект, только вместо штанов длинные шорты, он больше не возмущался и даже хехекал про себя, отмечая «парные луки».       Но вот сейчас это ни к чему хорошему не приведёт, поэтому Джаббер выходит в гостиную, сбрасывает хлопковую рубашку и ищет, чем бы подвязать волосы. Джаббер не хвастается, но обычные резинки с трудом ему подходят – во всех смыслах, шутит Джаббер – поэтому он достаёт из ящика стола плотную ленту и поднимает ею копну дредов, чтобы подвязать.       В этот момент из спальни выглядывает Занка с небольшой стопкой тетрадных листов и бросает взгляд на Джаббера. Если точнее на его торс.       –Пф... Ха-ха-ха-ха!       И начинает громко искренне смеяться. Джаббер зависает на секунду. Может, на минуту или на час или вовсе до конца своей жизни, потому что смех Занки не похож ни на вой чаек, ни на песню дельфинов, он глубокий, мелодичный и чертовки красивый и делит жизнь Джаббера на «до» и «после». Его даже не особенно волнует, что именно Занка такого смешного увидел в его теле, что вызвало у него смех. Джаббер просто хочет раствориться в звуке его голоса, забыть нахрен про эту уборку и жизнь вне стен этой квартиры и просто наслаждаться улыбкой Занки.       –Что... Что на тебе нарисовано? – весело похихикивая, спросил Занка. Он нашёл в себе силы разогнуться и утереть выступившие от смеха слезинки. Джаббер озадачено переключил своё внимание на торс и завопил не своим голосом:       –Хии-и! – чем вызвал ещё одну волну смеха у Занки, который теперь не удержался на ногах и сполз по стене, хохоча. Джаббер рванул в ванную не столько, чтобы разглядеть тот шедевр импрессионизма, который был на нём изображён силами одного тасманского дьявола, сколько чтобы скрыть внезапно образовавшуюся в штанах проблему из-за смеха Занки.       Ну да, хоть сейчас на выставку. Тёмные соски обведены чёрным маркером так, чтобы изображать глаза со зрачками, ниже по линии пресса тянулась перевёрнутая «Т», изображающая нос и зубастая лыба прямо под ним. Джаббер уверен, если бы не вмешался Фу, то его блядская дорожка служила бы усами этому художеству, но его друзьям хватило приличия не настолько сильно поиздеваться над ним.       И пусть это было довольно позорно и уборку пришлось отложить на время банных процедур Джаббера – он всё равно был безмерно счастлив.                            –Да ну? Я ни разу не смеялся при тебе два месяца? Представляю, каким озлобышем ты меня считал, – Занка медитативно перебирал пряди Джаббера, играясь с позолоченными манжетами.       –В эти два месяца мы только начинали новую жизнь, у нас ещё не устаканился график, так что мы редко пересекались, – Джаббер беззаботно пожал плечами. – Где-то через пару месяцев наши графики в спортзале совпали, – Джаббер вдруг в задумчивости нахмурился. – Я хотел оставить эту историю на десерт, но раз уж речь зашла...       –А поцелуй? – с неожиданной надеждой спросил Занка. Он сам, видимо, не ожидал от себя такого внезапного выпада, поэтому поспешно добавил. – Но если нет...       –Ещё чего, я хочу целовать тебя при любой удобной возможности, – уверенно прервал соседа Джаббер. – Как насчёт поцелуев сквозь смех?       –А такое возможно? – недоверчиво нахмурился Занка. Он всегда так делал, когда чего-то не понимал и эта черта казалась Джабберу всё более и более очаровательной.       –Давай проверим, – хитро улыбнулся Джаббер. – Боишься щекотки?       –М! – Занка мгновенно напрягся, значит, боится. Улыбка Джаббера стала шире, угрожая разорвать уголки губ. – Т-только бока и грудь... – негромко смущённо попросил Занка, будто опасаясь, что Джаббер заберётся дальше по его телу.       –Если не хочешь, чтобы я касался тебя, просто...       –Нет! – резко возразил Занка и залился более густым румянцем, который был виден даже в темноте комнаты. – Я хочу, но не ко всему готов.       –Бока и грудь, – нежно кивнул Джаббер. – Я хотел сказать, что ты просто можешь вспомнить лучшие шутки, которые тебя всегда веселят, но раз уж я получил разрешение, то не собираюсь отказываться, – Джаббер воодушевлённо слегка надавил на свободный бок Занки через ночную рубашку. Занка затрясся в сдерживаемом смешке и Джаббер воспользовался моментом, чтобы прильнуть к его губам в лёгком поцелуе.       Вскоре дополнение в виде щекотки и вовсе не понадобилось, потому что Занка продолжал улыбаться и хихикать сквозь нежные трепетные поцелуи, отвечая такими же неловкими касаниями и вздохами. Джаббер оставил ладонь на талии Занки, иногда лишь поглаживая, впитывая тепло его тела. Он с трудом держал глаза открытыми, чтобы запечатлеть как можно больше эмоций Занки, таких небольших, но уютных и искренних, которые взрывали в голове Джаббера крошечные фейерверки, больше похожие на сладкую шипучку.       –Ты именно сейчас решил побыть джентльменом? – со смешком спросил Занка, глядя на Джаббера с радостью во взгляде.       –О чём ты? Я всегда такой, – гордо вздёрнул нос Джаббер.       –Я думал, что ты собираешься зайти чуть дальше, – Занка взял ладонь Джаббера, которую он оставил на теле соседа и повёл под край рубашки, прямиком к телу, кожа к коже. Джаббер вздрогнул от окатившего его жара. Кожа Занки мягкая, нежная и почему-то едва-едва тёплая. Или у Джаббера температура или Занку нужно срочно согреть.       –О, собираюсь, красавчик, но позже, – Джаббер поцеловал Занку в лоб, успокаивая. – Итак, следующая история. Спортзал...